Судебная практика по УК РФ

В соответствии со статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (все нормы, цитируемые в настоящем постановлении, приведены в редакции, действующей на момент возникновения обстоятельств, послуживших основанием для привлечения Цицилина С.Ю. к административной ответственности) нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере от пяти тысяч до тридцати тысяч рублей, либо административный арест на срок от десяти до пятнадцати суток, либо обязательные работы на срок от шестидесяти до ста двадцати часов.

В обоснование заявленных требований Косьянов Д.С. указал, что с 2013 года проходил службу в органах внутренних дел в различных должностях, с 8 июня 2016 г. замещал должность начальника отдела уголовного розыска отдела полиции N 2 Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Владивостоку (далее также - УМВД России по г. Владивостоку). В отношении его следственным органом было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью третьей статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, а равно в крупном размере), по факту использования денежных средств, полученных для служебных целей, по своему усмотрению. В ходе расследования уголовного дела к Косьянову Д.С. была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

- Аюпова Ю.З., Елкибаева С.М., Давлетова С.А., Мухаметова А.Ж., Рахматуллиной А.Р. и Якупова А.М. - предусмотренных ч. 1 ст. 212, ч. 1 ст. 318 УК РФ;

- Ахмедина З.А., Байгускарова И.И., Гайсина Д.А. и Хусаинова А.Ш. - предусмотренного ч. 1 ст. 212 УК РФ

- осужденного по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года со штрафом в размере 400 000 рублей. В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком на 3 года, с возложением обязанностей, указанных в приговоре.

осуждена по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к 13 годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Приговором 2-го Восточного окружного военного суда от 16 апреля 2024 г. Матхеев А.Д. осужден к лишению свободы за совершение преступлений, предусмотренных: ч. 2 ст. 205.2 УК РФ, на срок 3 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с размещением материалов в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть "Интернет", на срок 2 года; ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 205.5 УК РФ, на срок 6 лет со штрафом в размере 300 000 рублей; ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ, на срок 6 лет 6 месяцев со штрафом в размере 300 000 рублей и с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, а по совокупности совершенных преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний в соответствии с ч. ч. 3 и 4 ст. 69 УК РФ к окончательному наказанию в виде лишения свободы на срок 10 лет с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшейся части срока в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 500 000 рублей, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с установлением указанных в приговоре ограничений и возложением обязанности, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с размещением материалов в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования, включая сеть "Интернет", на срок 2 года.

Заявитель полагает, что изъятые у него сотрудниками полиции спиртные напитки должны признаваться спиртосодержащей продукцией, которая не образует предмет преступления, предусмотренного частью шестой статьи 171.1 УК Российской Федерации. По его мнению, алкогольной продукцией, которая подлежит маркировке, может считаться только та продукция, которая произведена в соответствии с требованиями государственных стандартов. Исходя из этого он просит признать оспариваемые законоположения не соответствующими ряду статей Конституции Российской Федерации, поскольку предусмотренные ими понятия "алкогольная продукция", "спиртные напитки" и "водка" разграничены не четко, что создает условия для произвольного привлечения к уголовной ответственности.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 декабря 2011 года N 30-П отмечал, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. При этом установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу.

1. Гражданин А.И. Чайка оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 19 июля 2018 года N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы":

ПРАВ ЧАСТЬЮ ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 159 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

ОТ 29 НОЯБРЯ 2012 ГОДА N 207-ФЗ "О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ

В УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ОТДЕЛЬНЫЕ

ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ АКТЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

Согласно статье 160.1 УПК Российской Федерации, установив, что содеянным причинен имущественный вред, следователь, дознаватель обязаны незамедлительно принять меры по установлению имущества подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия, стоимость которого обеспечивает возмещение такого вреда, а также принять меры по наложению ареста на это имущество для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в части первой статьи 104.1 УК Российской Федерации. Принятие перечисленных мер предполагает выяснение вопроса о том, действительно ли имущество подлежит конфискации или другому взысканию в свете необходимых и достаточных доказательств его юридической и фактической принадлежности. При этом суд, разрешая по правилам статей 115 и 115.1 УПК Российской Федерации вопросы о наложении ареста на имущество или о его продлении, обязан проверить обоснованность соответствующих утверждений органа предварительного расследования, а в судебной стадии производства по уголовному делу - прокурора, потерпевшего, гражданского истца или их представителей (статья 230 УПК Российской Федерации), в том числе имея в виду возражения заинтересованных лиц, ссылающихся на то, что лица, кому имущество принадлежит, не могут быть в этом деле подвергнуты имущественным взысканиям. Сообразно этому подлежат доказыванию - с учетом стадии и этапа производства по уголовному делу - все обстоятельства, значимые для установления характера и размера причиненного преступлением вреда, для обнаружения имущества подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия, стоимость которого обеспечивает возмещение такого вреда, для наложения ареста на имущество, для его сохранения, отмены или изменения (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 января 2023 года N 3-О).

И СТАТЬЕЙ 10 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.А. Софронова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

Юридическим фактом, дающим основание для прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования, служит истечение на момент (дату) принятия соответствующего процессуального решения периода, установленного статьей 78 УК Российской Федерации, исчисляемого со дня совершения преступления, с учетом возможного его приостановления, что зависит от полноты и точности установления обстоятельств произошедшего, а также правильности квалификации содеянного. В этой связи, если в соответствующих постановлениях неверно отражены существенно значимые обстоятельства события, ставшего предметом исследования по делу, либо им дана неправильная правовая оценка, такие обстоятельства ставят под сомнение основания для прекращения уголовного дела или уголовного преследования в связи с истечением срока давности, а потому предполагают (не исключают) отмену этих процессуальных решений, как не отвечающих критериям законности и обоснованности (статья 7 УПК Российской Федерации), и проведение следственных и процессуальных действий, направленных на исправление допущенных нарушений. Иное придавало бы допущенной ошибке легитимную значимость, приводило бы к отступлению от требований соблюдать Конституцию и законы, справедливости и равенства перед законом и судом, исключало бы право на судебную защиту, а потому нарушало бы требования статей 15 (часть 2), 18, 19 (часть 1), 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что, устанавливая в статье 72 УК Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года N 186-ФЗ) правила зачета времени содержания лица под стражей до вступления приговора суда в законную силу в срок лишения свободы, предусматривающие, в частности, что один день содержания под стражей засчитывается за один день отбывания наказания в тюрьме либо исправительной колонии строгого или особого режима (пункт "а" части третьей.1), федеральный законодатель не вышел за рамки уголовно-правовых средств, которые он вправе использовать для достижения конституционно оправданных целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления его исправительного воздействия на осужденного, предупреждения новых преступлений и тем самым защиты личности, общества и государства от преступных посягательств и которые не допускают избыточного ограничения прав и свобод при применении мер уголовно-правового принуждения (Определения от 26 ноября 2018 года N 2845-О, от 29 января 2019 года N 65-О, от 28 июня 2022 года N 1488-О, от 28 сентября 2023 года N 2662-О и др.).

Ранее А.А. Кучканов оспаривал в аналогичном аспекте конституционность положений статьи 75, частей первой и второй статьи 140, частей первой и второй статьи 146, статьи 193 УПК Российской Федерации, статьи 307 УК Российской Федерации в предшествующей жалобе, по результатам изучения которой Конституционный Суд Российской Федерации вынес Определение от 29 ноября 2024 года N 3014-О об отказе в ее принятии к рассмотрению, поскольку она не отвечала требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" о допустимости обращений.

Что же касается частей первой и пятой статьи 128.1 УК Российской Федерации, то ранее М.В. Талонин уже оспаривал их конституционность в том же аспекте в своей предшествующей жалобе, по результатам изучения которой Конституционный Суд Российской Федерации вынес Определение от 28 января 2025 года N 41-О об отказе в ее принятии к рассмотрению, поскольку данные нормы не могут расцениваться в качестве нарушающих права заявителя обозначенным им образом.

Ранее Д.О. Назимов обращался в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 30 и частью второй статьи 105 УК Российской Федерации в аналогичном аспекте и по результатам ее изучения было вынесено Определение от 29 ноября 2024 года N 2982-О об отказе в ее принятии к рассмотрению, в котором Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что данные нормы неопределенности не содержат и не могут расцениваться как нарушающие его права обозначенным им образом. Новая жалоба заявителя не дает оснований для иного вывода.