1. Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости.
2. Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.
- Статья 38. Причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление
- Статья 40. Физическое или психическое принуждение
Судебная практика по статье 39 УК РФ
71. Статья 39 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает следующее:
"1. Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости.
Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24.03.2017 N 51-УД17-3
Данное отягчающее обстоятельство было предусмотрено ст. 39 УК РСФСР, действующей на момент совершения Захарцевым преступлений. Такое же отягчающее обстоятельство предусмотрено и действующим УК РФ - рецидив преступлений. В данном случае отличие имеется лишь в названии отягчающего обстоятельства, существо которого равнозначно.
Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 30.05.2017 N 72-АПУ17-11
Противоречия в показаниях Овчинникова в части того, угрожал он при этом Ж. или нет, не могут повлиять на наличие в его действиях состава преступления и их квалификацию, поскольку, как видно из установленных судом фактических обстоятельств дела, оснований утверждать, что Овчинниковым было применено к Ж. принуждение, предусмотренное ст. ст. 39 и 40 УК РФ, не имеется.
Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 07.06.2017 N 73-АПУ17-8
Суд правильно исходил из положений ст. 40 УК РФ, согласно которой не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате физического принуждения, если вследствие такого принуждения лицо не могло руководить своими действиями (бездействием). Вопрос об уголовной ответственности за причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате психического принуждения, а также в результате физического принуждения, вследствие которого лицо сохранило возможность руководить своими действиями, решается с учетом положений ст. 39 УК РФ.
Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26.09.2017 N 48-АПУ17-20
В отношении причинения телесных повреждений Б. осужденная Сабанова должна быть освобождена от ответственности на основании ст. ст. 39 и 40 УК РФ, поскольку удары ножом Сабанова наносила, опасаясь за свою жизнь. При этом суд не учел всех обстоятельств причинения Сабановой физического вреда Б.
Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22.01.2019 N 55-АПУ18-5
В данном случае следует полагать, что по делу отсутствуют основания для применения правил ст. ст. 37, 39 УК РФ.
При определенных обстоятельствах осужденные могли обращаться с жалобами в компетентные государственные органы.
Необоснованным является утверждение адвоката Головченко А.А. о неустановлении судом первой инстанции размера ущерба, причиненного ФКУ ИК ... .
Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 12.04.2019 N 5-АПУ19-20
С учетом изложенного судом обоснованно признаны несостоятельными и доводы о том, что наезд на потерпевших был совершен Вадуевым Э.В. в условиях крайней необходимости при наличии реальной опасности для жизни и здоровья, при этом доказательств возникновения для него и иных лиц опасности, предусмотренной ст. 39 УК РФ, а равно невозможности ее устранения иными средствами, кроме как путем совершения наезда на потерпевших, по делу не имелось. Предусмотренных законом оснований, исключающих преступность деяния в соответствии со ст. 39 УК РФ, не установлено.
Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2023 N 38-УД23-13-А1
Вопреки доводам осужденного Стародуба оснований для признания их действий, как совершенных в силу крайней необходимости, и освобождения в соответствии со ст. 39 УК РФ от уголовной ответственности, не имелось. Не усматривает таковых и Судебная коллегия.
Наказание осужденным назначено в соответствии с требованиями закона, при этом судом в полном объеме учтены характер и степень общественной опасности совершенных каждым из осужденных преступлений, данные о их личности, иные обстоятельства, предусмотренные уголовным законом и влияющие на вид и размер наказания.
Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2023 N 39-УД23-14-А1
Также не имелось у суда оснований для применения положений ст. ст. 39, 40 УК РФ в отношении осужденных Петрова и Жарких, поскольку каждый из них, на что обоснованно указал суд, не был лишен возможности обратиться в правоохранительные органы с заявлениями об оказании на них психического воздействия, а также, как установлено судом, преступления ими совершались за денежное вознаграждение.
Определение Конституционного Суда РФ от 26.09.2024 N 2149-О
Как следует из жалобы, поставив вопрос о проверке положений статей 14, 39, 283.1 УК Российской Федерации, статьи 299 УПК Российской Федерации и статьи 8 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", А.Г. Подшивалов утверждает, что оснований для проведения в отношении него оперативного эксперимента не было, обозначенная цель данного эксперимента являлась заведомо ложной, в действительности правоприменительные органы хотели воспрепятствовать антикоррупционной деятельности заявителя, являвшегося заместителем председателя местного комитета первичной профсоюзной организации межрегионального профсоюза "Московский профсоюз полиции" в УМВД России по Мурманской области, спровоцировав его на получение сведений, составляющих государственную тайну, притом что, совершая данное деяние, он преследовал общественно полезные цели. Тем самым, по существу, заявитель предлагает Конституционному Суду Российской Федерации дать оценку не оспариваемым нормам, а действиям и решениям правоприменительных органов, что требует исследования фактических обстоятельств и выходит за рамки полномочий, предоставленных Конституционному Суду Российской Федерации.
Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2025 N 45-УДП24-49-К7
Вместе с тем, согласно ст. 39 УК РФ, не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости.