ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 12 декабря 2019 г. N 224-АПУ19-12
Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Крупнова И.В.,
судей Дербилова О.А. и Сокерина С.Г.
при секретаре Лисицыной А.Г.
с участием военного прокурора отдела 4 управления Главной военной прокуратуры Обухова А.В., осужденной Киталаевой М.И. - путем использования систем видеоконференц-связи, ее защитника - адвоката Квасова С.В. рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной Киталаевой М.И. и ее защитника - адвоката Квасова С.В. на приговор Северо-Кавказского окружного военного суда от 17 сентября 2019 г., по которому
Киталаева Миясат Ильдаровна, < ... > несудимая,
осуждена к лишению свободы за совершение преступлений, предусмотренных: ч. 2 ст. 208 УК РФ, сроком на 8 (восемь) лет с ограничением свободы сроком на 1 (один) год; ч. 2 ст. 209 УК РФ, сроком на 8 (восемь) лет с ограничением свободы сроком на 6 (шесть) месяцев; ч. 2 ст. 205.5 УК РФ, сроком на 10 (десять) лет; п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ, сроком на 8 (восемь) лет; п. "а" ч. 3 ст. 126 УК РФ, сроком на 6 (шесть) лет; ч. 3 ст. 222 УК РФ, сроком на 5 (пять) лет, а по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 13 (тринадцати) годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы сроком на 1 (один) год 4 (четыре) месяца с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.
Судом решены вопросы о зачете времени задержания Киталаевой и содержания ее под стражей в срок лишения свободы, мере пресечения, процессуальных издержках и вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Дербилова О.А., объяснения осужденной Киталаевой М.И. и ее защитника - адвоката Квасова С.В. в обоснование и поддержку доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Обухова А.В., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденной и защитника-адвоката без удовлетворения, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации
установила:
согласно приговору Киталаева признана виновной и осуждена за участие: в вооруженном формировании, не предусмотренном федеральным законом (далее - НВФ); в устойчивой вооруженной группе (банде); в деятельности организации "Исламское государство", которая в соответствии с законодательством Российской Федерации признана террористической (далее - МТО "ИГ"); а также за совершение в составе организованной группы: нападения в целях хищения чужого имущества в крупном размере, с применением оружия, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с незаконным проникновением в жилище; похищения двух лиц, с применением оружия, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья; незаконных хранения, ношения огнестрельного оружия и боеприпасов, перевозки боеприпасов.
Преступления совершены Киталаевой в период с февраля по 4 ноября 2016 г. на территории Табасаранского района Республики Дагестан при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционных жалобах осужденная Киталаева и ее защитник - адвокат Квасов, не соглашаясь с приговором, утверждают, что он вынесен с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов, является несправедливым, а изложенные в нем выводы суда не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам.
При этом осужденная просит приговор изменить, смягчив назначенное ей наказание с применением ст. 61, 64 и 73 УК РФ.
Защитник просит приговор отменить, а Киталаеву оправдать.
В обоснование жалобы Киталаева заявляет, что суд не дал надлежащей оценки показаниям свидетелей и доводам стороны защиты, а обстоятельства, смягчающие ее наказание, не были учтены в полном объеме.
Адвокат Квасов, не оспаривая фактов совершения указанных в приговоре преступлений иными лицами и давая собственный анализ исследованным доказательствам, утверждает, что выводы суда о причастности к преступлениям Киталаевой не доказаны. Стороной обвинения не опровергнута позиция осужденной о ее невиновности в преступлениях, а также о том, что в местах их совершения она оказалась случайно, под влиянием обмана, принуждения и угроз со стороны М.
В действиях Киталаевой отсутствует состав преступления, предусмотренный ст. 222 УК РФ, поскольку она держала в руках оружие под принуждением и в течение непродолжительного времени.
Подробно анализируя показания осужденной, защитник настаивает на том, что она не была знакома с деятельностью иных участников преступной группы, согласия на участие в НВФ или банде не давала, на верность террористической организации не присягала, обязанностей по обеспечению деятельности этой группы не выполняла и, опасаясь расправы, не имела реальной возможности покинуть группу в связи нахождением под охраной, отсутствием одежды и мобильного телефона.
В свой план по совершению разбойного нападения на семью Г. участники банды ее не посвящали. В ходе нападения Киталаева предпринимала меры к тому, чтобы никто из потерпевших не был убит, успокаивала женщин и отогнала Г. от автомобиля, чтобы избежать наезда на нее.
Оружие ей было передано М. лишь временно для того, чтобы освободить свои руки.
Судом не приняты во внимание показания Киталаевой о том, что М. и иные участники разбойного нападения захват заложников не планировали, их действия в доме Г. являлись спонтанными и должны расцениваться как эксцесс исполнителя. В ходе преследования сотрудниками полиции Киталаева скрывалась не от них, а от стрельбы.
Впоследствии М. отпустил Киталаеву, пригрозив убить ее или кого-либо из членов ее семьи в случае, если она сообщит о случившемся, при этом данная угроза воспринималась осужденной реально.
В период с февраля 2016 года до июня 2018 года Киталаева противоправных действий не совершала.
По мнению защитника, показания потерпевших Г., а также Ш. в части, изобличающей Киталаеву, являются противоречивыми, недостоверными и обусловлены неприязнью к осужденной в связи с ее присутствием при разбойном нападении и похищении, а также невозмещением потерпевшим причиненного ущерба.
Протокол судебного заседания не в полной мере отражает содержание показаний потерпевших, а замечания стороны защиты на протокол были без достаточных оснований отклонены.
Показания Б., А., У., Г., М. Р., Г., Г. а также иные доказательства не содержат сведений, в достаточной мере подтверждающих причастность Киталаевой к преступлениям, за которые она осуждена.
Кроме того, показания Б. недостоверны и в связи с его сотрудничеством с правоохранительными органами, а приговор по уголовному делу в отношении этого лица, постановленный в порядке, предусмотренном ст. 317.7 УПК РФ, не может устанавливать вину Киталаевой.
Также защитник обращает внимание на то, что к моменту вступления осужденной в организованную преступную группу (НВФ, террористическую организацию) большинство ее участников были ликвидированы или задержаны, а оружие изъято и выведено из незаконного оборота.
Не соглашаясь с выводом о времени прекращения преступной деятельности Киталаевой, адвокат утверждает, что с февраля 2016 года она не поддерживала отношений с участниками указанной преступной группы и не принимала никакого участия в ее деятельности.
Защитник заявляет, что судебное разбирательство по делу проведено с обвинительным уклоном, а в ходе судебного заседания потерпевшими Г. неоднократно нарушался его регламент.
Оспаривая справедливость приговора вследствие его чрезмерной суровости, осужденная и защитник полагают, что суд при назначении наказания Киталаевой не учел ее молодой возраст, воспитание в малообеспеченной семье и в трудных жизненных условиях.
В возражениях на апелляционную жалобу защитника государственный обвинитель Магомедов просит оставить жалобу без удовлетворения, а приговор окружного военного суда без изменения.
Рассмотрев материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав стороны, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.
Как следует из материалов дела, предварительное расследование и судебное разбирательство проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, всесторонне и полно с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон.
В приговоре, как это предусмотрено требованиями ст. 307 УПК РФ, содержится описание преступных действий осужденной с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины и мотивов, изложены доказательства виновности по каждому подтвержденному в суде обвинению, приведены основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом, сформулированы выводы о квалификации действий Киталаевой, а также по другим вопросам, подлежащим разрешению при постановлении обвинительного приговора.
Вопреки доводам адвоката, суд проверил версию в защиту осужденной, и в приговоре ей дана правильная, основанная на анализе исследованных доказательств, оценка.
Из протокола судебного заседания усматривается, что все ходатайства сторон обвинения и защиты судом разрешены после выяснения мнений участников судебного разбирательства и исследования фактических обстоятельств дела, относящихся к данным вопросам. Решения суда по этим ходатайствам являются мотивированными и сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают. Право стороны защиты на представление доказательств при разбирательстве дела судом не нарушено.
Позиция Киталаевой как по делу в целом, так и по отдельным деталям обвинения и обстоятельствам доведена до сведения суда с достаточной полнотой и определенностью. Она получила объективную оценку в приговоре, как и доказательства, представленные стороной защиты. Показания подсудимой, свидетелей и содержание других исследованных доказательств изложены в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания без каких-либо искажений в сторону ухудшения положения осужденной.
Утверждения защитника об отсутствии в деле доказательств виновности Киталаевой в преступлениях, за совершение которых она осуждена, опровергаются совокупностью доказательств, непосредственно исследованных в судебном заседании.
Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном, а суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.
Заявление адвоката о том, что протокол судебного заседания не в полной мере отражает содержание показаний потерпевших, несостоятельно. Стороной защиты в полной мере реализовано право на подачу замечаний на данный протокол, которые рассмотрены председательствующим по делу в порядке, предусмотренном ч. ч. 2 и 3 ст. 260 УПК РФ.
Все нарушения регламента судебного заседания устранены председательствующим по делу в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, независимо от того, стороной защиты или обвинения (включая потерпевшего Г.) они допускались.
Судом всесторонне, полно и объективно исследовались показания потерпевших, свидетелей, подсудимой, а также выяснялись причины противоречий в показаниях допрошенных лиц, их взаимоотношения.
Выводы суда первой инстанции о виновности осужденной в совершении инкриминированных ей преступлений, вопреки утверждениям в жалобах об обратном, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на согласующихся и взаимно дополняющих друг друга показаниях потерпевших и свидетелей, протоколах следственных действий, заключениях экспертов и иных допустимых, достоверных доказательствах, исследованных в судебном заседании, которые подробно приведены в приговоре.
Положенные в основу приговора доказательства получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, с соблюдением требований ст. 88 УПК РФ оценены в приговоре и сомнений в своей достоверности не вызывают.
Каких-либо существенных противоречий в этих доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденной в содеянном, Судебная коллегия не усматривает, а утверждение защитника об обратном расценивает как несостоятельное.
Несогласие защитника с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденной и мотивов содеянного ею, непричастности Киталаевой к вмененным ей в вину преступлениям, а также неправильном применении уголовного закона.
Виновность осужденной подтверждена в приговоре следующими доказательствами:
- показаниями свидетеля Б. (осужденного по другому уголовному делу за преступления террористической направленности) о том, что он являлся членом организованной вооруженной группы (отряда), дислоцирующейся в Табасаранском районе Республики Дагестан, возглавляемой М. этот отряд входил в состав разветвленного НВФ, действовавшего на территории Республики Дагестан и являвшегося структурным подразделением МТО "ИГ"; в НВФ существовала строгая иерархическая система подчиненности, оно имело на вооружении большое количество огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывных устройств, отличалось сплоченностью и устойчивостью, стабильностью состава, тесной взаимосвязью между участниками, основанной на приверженности к радикальному исламу, а его участники планировали и совершали нападения на граждан и организации; с начала февраля 2016 года по инициативе М. в расположении группы проживала Киталаева, которая 14 февраля 2016 г. при указанных в приговоре обстоятельствах участвовала в нападении на семью Г., совершенного отрядом с целью хищения внедорожника, а также в похищении Г. и Ш.;
- протоколами осмотра материалов уголовных дел в отношении А., М. Б., М. и иных лиц об обвинении их в совершении преступлений террористической направленности;
- показаниями потерпевших Ш., Г. о нападении 14 февраля 2016 г. при указанных в приговоре обстоятельствах на семью Г. группы лиц, вооруженных двумя автоматами и пистолетом; в ходе нападения преступники завладели принадлежащим потерпевшим автомобилем "Нива Шевроле" стоимостью 350000 рублей и, угрожая огнестрельным оружием, заставили Ш. и Г. ехать с ними; Киталаева принимала активное участие в нападении, держала в руках автомат и пистолет, получая указания от одного из нападавших "держать на мушке" потерпевших, угрожала Г. убийством, если она "дернется" или сообщит о нападении и похищении мужа правоохранительным органам, при этом вела она себя уверенно;
- показаниями свидетелей М., Г., Г. о том, что 14 февраля 2016 г. во дворе Г. они видели троих посторонних мужчин и женщину, которые угрожали хозяевам дома оружием, обыскивали их жилище, после чего посадили Ш. и Г. в принадлежащий последнему автомобиль "Шевроле Нива", на котором все вместе покинули двор;
- показаниями свидетелей - сотрудников полиции Г., У. и А., а также свидетелей Г. и Р. об их участии 14 февраля 2016 г. в преследовании похищенного автомобиля, в ходе которого находившиеся внутри лица отстреливались, после чего машина была заблокирована, а трое мужчин и женщина скрылись, оставив в автомобиле Ш. и Г.
- протоколами осмотра места происшествия от 14 - 15 февраля 2016 г., заключениями экспертов от 15 февраля 2016 г. N 127, от 16 февраля 2016 г. N 132, от 25 февраля 2016 г. N 128 об обнаружении в автомобиле "Шевроле Нива", рядом с машиной и на дороге по пути ее следования пригодного для стрельбы огнестрельного оружия: автомата Калашникова АКМ калибра 7,62 мм, пистолета МР < ... > , 128 патронов калибра 7,62 мм, 10 стреляных гильз от автоматных патронов, 3 стреляных гильз калибра 9 x 18 мм. Кроме того, рядом с автомобилем обнаружены предметы женской одежды, очки, часы, на которых в соответствии с заключением эксперта от 11 сентября 2018 г. N 203/5 установлены следы пота Киталаевой;
- показаниями Киталаевой на предварительном следствии и в суде, протоколом проверки показаний на месте от 21 июля 2018 г. о подтверждении осужденной фактических обстоятельств инкриминируемых преступлений в части ее нахождения и проживания в месте дислокации вооруженного отряда, осведомленности о принадлежности отряда к НВФ, входящего в состав МТО "ИГ", присутствия на месте нападения отряда на семью Г. с применением двух автоматов и пистолета, завладения "внедорожником" потерпевших и похищения двух лиц, передачи ей участниками группы при нападении автомата и пистолета, а также иными исследованными судом доказательствами.
Эти доказательства полно и подробно изложены, оценены в приговоре, согласуются между собой и с другими материалами дела по фактическим обстоятельствам, времени, не содержат существенных противоречий, в связи с чем правильно признаны судом достоверными и взяты за основу при постановлении приговора. Их совокупность достаточна для установления виновности Киталаевой по всем преступлениям, за которые она осуждена.
Вопреки мнению стороны защиты, в судебном заседании всесторонне и полно проверена, не нашла своего подтверждения и обоснованно отвергнута версия о невиновности Киталаевой, ее вынужденном нахождении в местах дислокации вооруженной преступной группы, совершения ее участниками преступлений, а также о том, что похищение двух потерпевших не охватывалось умыслом Киталаевой и являлось эксцессом иных исполнителей этого преступления.
Оценивая эту версию, суд первой инстанции верно учел установленные по делу фактические обстоятельства пребывания Киталаевой в составе группы М., характер ее действий и поведение при совершении группой конкретных преступлений, согласованность действий с другими соучастниками преступлений, сокрытие лица, передача ей в руки при нападении огнестрельного оружия, ее вполне определенные угрозы в адрес потерпевших о применении оружия, а также оставление места происшествия.
Проанализировав указанные обстоятельства в совокупности, суд обоснованно отметил, что они объективно указывают не только на полное доверие к Киталаевой со стороны членов организованной преступной группы, но и на ее активное участие в разбойном нападении и похищении двух потерпевших, а ее утверждения об обратном не соответствуют действительности.
Вопреки утверждениям защитника, у суда не имелось оснований не доверять приведенным показаниям потерпевших Ш. и супругов Г.
Все потерпевшие допрошены в судебном заседании в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 и 308 УК РФ. Какие-либо причины для оговора Киталаевой у них отсутствовали, что подтвердила и сама Киталаева в судебном заседании. Показания потерпевших согласуются между собой и подтверждаются иными доказательствами по делу.
Ссылки адвоката на неприязнь потерпевших к осужденной в связи с ее присутствием при разбойном нападении и похищении, невозмещением им причиненного ущерба не свидетельствуют о ложности показаний потерпевших, об оговоре ими Киталаевой, поскольку показания потерпевших о конкретных преступных действиях осужденной согласуются не только между собой, но и с иными доказательствами. При этом исковые требования потерпевшими к осужденной не предъявлялись.
Доводы жалобы о недостоверности показаний Б., положенных в основу приговора, также являются несостоятельными, так как сообщенные им сведения о структуре, целях, иных аспектах деятельности вышеуказанных банды и НВФ, входящего в состав МТО "ИГ", подтверждены иными достоверными доказательствами по делу и Киталаевой не оспариваются. Что же касается активного участия Киталаевой в этих преступных группах и организации, в совершенных разбойном нападении и похищении человека, то эти сведения установлены судом на основе других доказательств.
Ссылка на обвинительный приговор в отношении Б. в тексте судебного акта, вынесенного в отношении Киталаевой, не противоречит положениям ст. 90 УПК РФ, поскольку суд не придавал ему преюдициального значения при разрешении вопроса о виновности Киталаевой в совершении инкриминируемых ей деяний.
Совершенные Киталаевой преступления правильно квалифицированы окружным военным судом по ч. 2 ст. 208, ч. 2 ст. 209 ч. 2 ст. 205.5, п. "а" ч. 4 ст. 162, п. "а" ч. 3 ст. 126 и ч. 3 ст. 222 УК РФ.
При этом суд обоснованно исходил из того, что исследованные в судебном заседании доказательства подтверждают факты участия Киталаевой в вооруженном формировании, не предусмотренном законом, члены которого объединились в устойчивую вооруженную огнестрельным оружием группу (банду), преследующую в качестве одной из целей нападение на граждан и организации, в международной организации "ИГ", признанной террористической в соответствии с решением Верховного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2014 г., а также в разбое, похищении двух лиц и незаконном обороте оружия и боеприпасов при указанных в приговоре обстоятельствах.
Квалификация действий Киталаевой по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 208 и ч. 2 ст. 205.5 УК РФ, также является верной.
По смыслу уголовного закона под участием в деятельности террористической организации понимаются любые умышленные действия лица, связанные с продолжением или возобновлением деятельности данной организации, обеспечением деятельности организации в соответствии с ее целью, пропагандой ее идей, что имело место по данному делу.
В свою очередь, под незаконным вооруженным формированием в ст. 208 УК РФ следует понимать не предусмотренные федеральным законом объединение или иную вооруженную группу, созданные для реализации определенных целей (например, для насильственного изменения основ конституционного строя или нарушения территориальной целостности Российской Федерации), что также имело место по данному делу.
Применительно к квалификации совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 208 и ч. 2 ст. 205.5 УК РФ, данные статьи содержат описания разных по существу преступлений и не соотносятся между собой ни как часть и целое, ни как общая и специальная норма.
При таких данных содеянное Киталаевой образует совокупность названных преступлений.
Ссылка защитника на отсутствие данных о противоправных действиях Киталаевой в период с 14 февраля 2016 г. по июнь 2018 года ошибочна и на квалификацию ее действий не влияет, поскольку приговором признано прекращение участия осужденной в деятельности банды, НВФ и террористической организации с 4 ноября 2016 г.
Что касается предшествующего этой дате периода, когда устанавливались участники отряда, в который входила Киталаева, правоохранительными органами, их задержание и нейтрализация, то оснований для исключения его из обвинения осужденной не имеется, так как снижение активности Киталаевой в преступной деятельности в этот период носило вынужденный характер и не прекращало ее участия в вышеуказанных преступных формированиях.
Довод жалобы о том, что на момент вступления осужденной в банду, НВФ и террористическую организацию большинство участников были ликвидированы или задержаны, а значительная часть оружия изъята и выведена из незаконного оборота не влияет на оценку преступности и наказуемости деяний Киталаевой, поскольку она не обвинялась в совершении каких-либо преступлений в период до февраля 2016 года, в том числе иными участниками преступной группы.
Утверждение стороны защиты об отсутствии в действиях Киталаевой состава преступления, предусмотренного ст. 222 УК РФ, также ошибочно.
Поскольку незаконные хранение, ношение оружия и боеприпасов, перевозка боеприпасов совершены в составе организованной группы и охватывались умыслом осужденной, продолжительность непосредственного владения Киталаевой автоматом и пистолетом, выполнение части объективной стороны преступления иными участниками этой группы на квалификацию ее действий не влияет.
Вопреки доводам стороны защиты о чрезмерной суровости приговора, наказание Киталаевой назначено в соответствии с требованиями уголовного закона с учетом всех обстоятельств дела и данных о ее личности, в связи с чем является справедливым.
При разрешении вопроса о мере наказания суд обоснованно учел характер и степень общественной опасности совершенных Киталаевой преступлений, непродолжительность инкриминируемого ей участия в деятельности преступных структур, роль и значение в достижении преступных целей.
Приняты во внимание судом и данные о личности осужденной, молодой возраст, характеризующие сведения, хронические заболевания у близких родственников, особенности семейного положения, нахождение без надлежащего родительского внимания, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.
Именно эти обстоятельства в своей совокупности позволили суду определить Киталаевой минимальные наказания в виде лишения свободы, установленные санкциями соответствующих статей уголовного закона, а также не назначать ей дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы.
Законных оснований для применения при назначении наказания Киталаевой положений ст. 73 и 64 УК РФ не имеется.
Надлежащим образом мотивированным является вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для изменения категорий преступлений на менее тяжкие в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.
Вопросы о начале срока отбывания наказания, мере пресечения, вещественных доказательствах и процессуальных издержках разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.
Нарушений, влекущих отмену либо изменение приговора в апелляционном порядке, не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.13, 389.14, 389.28 и 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации
определила:
приговор Северо-Кавказского окружного военного суда от 17 сентября 2019 г. в отношении Киталаевой Миясат Ильдаровны оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденной Киталаевой М.И. и ее защитника-адвоката Квасова С.В. без удовлетворения.