КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 октября 1999 г. N 155-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБ
ГРАЖДАН К.Ю. МИРЗАЯНЦА, А.В. БОРОВСКИХ, В.Н. ВЕЧТОМОВА
И Д.А. КОЛОСОВА НА НАРУШЕНИЕ ИХ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
СТАТЬЯМИ 89, 91 И 96 УПК РСФСР
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя М.В. Баглая, судей Н.Т. Ведерникова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, В.О. Лучина, Т.Г. Морщаковой, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,
заслушав в пленарном заседании заключение судьи Н.В. Селезнева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалоб граждан К.Ю. Мирзаянца, А.В. Боровских, В.Н. Вечтомова и Д.А. Колосова,
установил:
1. Граждане К.Ю. Мирзаянц, А.В. Боровских, В.Н. Вечтомов и Д.А. Колосов, привлеченные к уголовной ответственности и арестованные в связи с обвинениями в совершении тяжких преступлений, обратились в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобами на нарушение своих конституционных прав статьями 89, 91 и 96 УПК РСФСР, в соответствии с которыми к ним была применена мера пресечения в виде заключения под стражу.
Согласно оспариваемым нормам мера пресечения, в том числе заключение под стражу, применяется при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, или воспрепятствует установлению истины по делу, или будет заниматься преступной деятельностью, а также для обеспечения исполнения приговора (часть первая статьи 89 УПК РСФСР); при разрешении вопроса о необходимости применить меру пресечения, а также об избрании той или иной из них помимо обстоятельств, указанных в статье 89 УПК РСФСР, учитываются также тяжесть предъявленного обвинения, личность подозреваемого или обвиняемого, род его занятий, возраст и другие обстоятельства (статья 91 УПК РСФСР); к лицам, обвиняемым в совершении указанных в статье 96 УПК РСФСР преступлений, заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть применено по мотивам одной лишь опасности преступления (часть вторая статьи 96 УПК РСФСР). Заявители утверждают, что эти нормы не соответствуют статьям 15, 17, 22, 45, 49 и 55 Конституции Российской Федерации.
В жалобе гражданина Д.А. Колосова оспаривается также конституционность статьи 220.2 УПК РСФСР как не обеспечивающей, по мнению заявителя, достаточный уровень защиты прав и свобод граждан в сложившейся судебной практике.
2. Вопрос об основаниях применения заключения под стражу в качестве меры пресечения затрагивался Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 13 июня 1996 года по делу о проверке конституционности части пятой статьи 97 УПК РСФСР, сохраняющем свою силу.
В развитие правовой позиции, изложенной в этом Постановлении, Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 25 декабря 1998 года по делу о проверке конституционности частей четвертой, пятой и шестой статьи 97 УПК РСФСР указал, что Конституция Российской Федерации (статья 22, часть 1) гарантирует право на свободу и личную неприкосновенность, которое в силу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации может быть ограничено федеральным законом лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Меры пресечения служат указанным в статье 55 Конституции Российской Федерации целям, если они направлены на воспрепятствование обвиняемым или подозреваемым в том, чтобы они могли скрыться от следствия и суда, помешать установлению истины по уголовному делу или продолжать преступную деятельность (часть первая статьи 89 УПК РСФСР). Имея это в виду, орган дознания, следователь, прокурор и суд могут принимать решение об избрании меры пресечения, о ее отмене или изменении, а также о продлении срока содержания под стражей только в зависимости от того, подтверждаются ли достаточными данными названные в статье 89 УПК РСФСР основания применения этой меры пресечения. Именно такой позиции, как свидетельствуют представленные документы, придерживались следственные органы, обосновавшие избрание заключения под стражу в качестве меры пресечения в отношении граждан К.Ю. Мирзаянца, А.В. Боровских, В.Н. Вечтомова и Д.А. Колосова данными, указывающими на то, что обвиняемые могут скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать установлению истины.
Таким образом, как следует из представленных материалов, в решениях по жалобам заявителей часть вторая статьи 96 УПК РСФСР, допускающая избрание заключения под стражу в качестве меры пресечения по мотивам одной лишь опасности преступления, была применена судами в совокупности со статьями 89 и 91 УПК РСФСР, что соответствует позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13 июня 1996 года, и конституционному истолкованию оснований применения ареста в качестве меры пресечения, данному Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 25 декабря 1998 года.
Содержащаяся в части второй статьи 96 УПК РСФСР материально - правовая характеристика перечисленных в ней преступлений как опасных презюмирует наличие оснований для заключения лица под стражу, но не предполагает освобождение органов дознания, следователя, прокурора и суда от обязанности в каждом конкретном случае подтверждать эти основания достаточными данными. Иное понимание делало бы беспредметной судебную проверку законности и обоснованности ареста в соответствии со статьей 220.2 УПК РСФСР и не отвечало бы задачам и роли суда на данном этапе уголовного судопроизводства. Это также следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 13 июня 1996 года.
Судебная проверка законности и обоснованности ареста, осуществляемая в ходе расследования, призвана обеспечивать оперативный, безотлагательный контроль за законностью и обоснованностью принимаемых следствием решений. Регламентирующая ее статья 220.2 УПК РСФСР, будучи гарантией защиты конституционного права гражданина на свободу и неприкосновенность личности, сама по себе не может рассматриваться как противоречащая Конституции Российской Федерации. Что касается поставленного заявителем вопроса, обеспечивается ли в практике применения данной нормы достаточный уровень защиты прав и свобод, то его разрешение, как связанное с проверкой законности и обоснованности решений, выносимых в порядке статьи 220.2 УПК РСФСР, не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, а относится к компетенции судов общей юрисдикции.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалоб граждан К.Ю. Мирзаянца, А.В. Боровских, В.Н. Вечтомова и Д.А. Колосова как не соответствующих требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данным жалобам окончательно и обжалованию не подлежит.
3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".