ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 14 апреля 2021 г. N 209-П20пр
Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего - Серкова П.П.,
членов Президиума - Глазова Ю.В., Давыдова В.А., Момотова В.В., Петровой Т.А., Подносовой И.Л., Рудакова С.В., Тимошина Н.В., -
при секретаре Кепель С.В.
рассмотрел уголовное дело по надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Гриня В.Я. и надзорной жалобе осужденного Парамонова С.Н. на приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 28 января 2004 г., по которому
Дмитриев Андрей Анатольевич, < ... > несудимый,
осужден: по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы, по п. п. "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ к 10 годам лишения свободы, по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений к 22 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;
Парамонов Сергей Николаевич, < ... > судимый 13 февраля 2001 г. по п. п. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, освобожден 10 января 2003 г. по отбытии наказания,
осужден: по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы, по п. п. "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ к 10 годам лишения свободы, по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений к 21 году лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено взыскать с Дмитриева А.А. и Парамонова С.Н. солидарно в пользу М. 181 819 рублей в возмещение материального ущерба и по 100 000 рублей с каждого в пользу М. в счет компенсации морального вреда.
Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 12 мая 2004 г. приговор в отношении Дмитриева А.А. и Парамонова С.Н. оставлен без изменения.
Постановлением Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 4 декабря 2009 г. ходатайство Дмитриева А.А. о пересмотре приговора в соответствии с п. 13 ст. 397, ст. 399 УПК РФ оставлено без удовлетворения.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 12 февраля 2010 г. постановление Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 4 декабря 2009 г. в отношении Дмитриева А.А. оставлено без изменения.
Постановлениями Приволжского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 12 февраля 2010 г., от 20 декабря 2012 г. и от 12 мая 2017 г. ходатайства Парамонова С.Н. о пересмотре приговора в соответствии с п. 13 ст. 397, ст. 399 УПК РФ оставлены без удовлетворения.
По делу также осужден Ефимов А.В., в отношении которого судебные решения не обжалованы.
В надзорном представлении поставлен вопрос о переквалификации действий осужденных Дмитриева А.А. и Парамонова С.Н. с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ и назначении каждому наказания в соответствии с требованиями закона.
В надзорной жалобе осужденного Парамонова С.Н. содержится просьба о смягчении ему наказания.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Хлебникова Н.Л., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание судебных решений, доводы надзорного представления, послужившие основанием передачи надзорного представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации, выступления заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Ткачева И.В., а также осужденных Дмитриева А.А. и Парамонова С.Н., Президиум Верховного Суда Российской Федерации
установил:
Дмитриев и Парамонов осуждены за преступления, совершенные при следующих обстоятельствах.
18 апреля 2003 г. Дмитриев, располагая сведениями о том, что К. должен приехать из г. Альметьевска в Елабужский район с крупной суммой денег для приобретения металлических труб, предложил Парамонову совершить нападение на К. и убийство последнего с целью завладения его деньгами, с чем Парамонов согласился. Они составили план осуществления задуманного и распределили между собой роли, приготовили нож и веревку. Согласно договоренности, Дмитриев должен был душить К., а Парамонов - наносить потерпевшему удары ножом.
19 апреля 2003 г., примерно в 15 часов, Дмитриев и Парамонов приехали на железнодорожную станцию Тихоново, где встретились с К., после чего на автомашине, обманув последнего, заехали в безлюдное место возле лесопосадки, расположенной недалеко от автодороги, ведущей из г. Елабуги в промышленную зону производственного объединения Елабужского автомобильного завода.
Дмитриев, находившийся в автомашине на заднем сиденье, с целью убийства набросил веревку на шею К. и стал душить его, а Парамонов в это время, находясь на переднем пассажирском сиденье, с той же целью нанес К. не менее 7 ударов ножом в область груди и не менее 1 удара неустановленным предметом по голове.
В результате указанных действий К. которому был причинен тяжкий вред здоровью, скончался на месте происшествия.
После убийства Дмитриев и Парамонов похитили принадлежавшие потерпевшему деньги в сумме 700 000 рублей и кожаную борсетку стоимостью 1000 рублей.
Затем они, желая скрыть следы преступлений, приехали на автомашине потерпевшего на 998 км автотрассы "Москва-Уфа", остановились в поле недалеко от с. Морты Елабужского района Республики Татарстан, где облили автомашину заранее приготовленным бензином и подожгли вместе с находившимся в ней имуществом.
В результате Дмитриев и Парамонов совместно и согласованно уничтожили автомашину ВАЗ-2110 стоимостью 152 000 рублей и другое имущество потерпевшего (аудиосистему, антирадар, сотовый телефон и др.), что повлекло причинение значительного ущерба на общую сумму 181 819 рублей.
В надзорном представлении поставлен вопрос о переквалификации действий Дмитриева и Парамонова с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ, и назначении каждому наказания за это преступление, а также по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ в соответствии с требованиями закона. При этом указано, что в соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 2 пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении и повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" умышленное уничтожение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты и возникновение угрозы причинения жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу, если потерпевшему причинен значительный ущерб, надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 167 УК РФ. Согласно приговору, Дмитриев и Парамонов, желая скрыть следы преступления, приехали на 998 км автотрассы "Москва-Уфа", остановились в поле и подожгли автомашину вместе с находившимся в ней имуществом. Судом не установлено, что действия осужденных, направленные на уничтожение автомашины путем поджога на безлюдном участке местности, то есть в условиях, исключающих вероятность распространения огня, каким-либо образом угрожали жизни и здоровью людей, их имуществу или иным защищенным законом объектам. Поэтому квалификация деяния по ч. 2 ст. 167 УК РФ как совершенного общеопасным способом является необоснованной, действия Дмитриева и Парамонова подлежат квалификации по ч. 1 ст. 167 УК РФ.
В надзорной жалобе осужденный Парамонов указывает, что при назначении ему наказания не были учтены смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, хотя в приговоре приведены его заявление о явке с повинной, а также показания, данные на допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, при осмотре места совершения преступления. Просит признать смягчающими наказание обстоятельствами его явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, с учетом которых смягчить ему наказание.
Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев уголовное дело по надзорным представлению и жалобе, а также в порядке ч. 1 ст. 412.12 УПК РФ, находит судебные решения в отношении осужденных Дмитриева и Парамонова подлежащими изменению.
В соответствии с ч. 1 ст. 412.9 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения, постановления суда в порядке надзора являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела.
Судом установлено, что 19 апреля 2003 г. Дмитриев и Парамонов, желая скрыть совершенные ими разбой и убийство К., уничтожили путем поджога автомашину ВАЗ-2110 и другое имущество потерпевшего, находившееся в автомашине, что повлекло причинение значительного ущерба в размере 181 819 рублей.
Квалифицируя действия осужденных по ч. 2 ст. 167 УК РФ, суд исходил из того, что они уничтожили чужое имущество путем поджога.
Вместе с тем суд не учел разъяснения, изложенные в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 г. N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", о том, что умышленное уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу, надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 167 УК РФ.
Как усматривается из материалов уголовного дела, осужденные приехали на автомашине потерпевшего на 998 км автотрассы "Москва-Уфа" и совершили поджог автомашины с находившимся в ней имуществом в поле, за пределами населенных пунктов.
Каких-либо признаков общеопасного способа уничтожения чужого имущества судом не установлено и в приговоре не указано, что избранный виновными способ уничтожения чужого имущества был сопряжен с угрозой жизни и здоровью людей либо с угрозой повреждения или уничтожения иного чужого имущества.
При таких обстоятельствах довод в надзорном представлении о том, что судом допущено существенное нарушение (неправильное применение) уголовного закона, повлиявшее на исход дела, является обоснованным, действия осужденных Дмитриева и Парамонова подлежат переквалификации с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ), подлежавшей применению при постановлении приговора с учетом требований ст. 10 УК РФ.
Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", при квалификации действий виновного по признаку совершения разбоя "с применением оружия" судам следует с учетом положений Федерального закона от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии" и на основании заключения эксперта устанавливать, является ли примененный при нападении предмет оружием.
Однако судом не установлено и в приговоре не приведено данных о том, что примененный виновными при разбойном нападении нож, с использованием которого потерпевшему К. был причинен тяжкий вред здоровью, является оружием. Заключение эксперта по этому вопросу в материалах уголовного дела отсутствует.
Следовательно, в данном случае факт применения участниками разбойного нападения ножа для физического воздействия на потерпевшего является основанием для квалификации содеянного по признаку "с применением предмета, используемого в качестве оружия", что также влечет изменение судебных решений в этой части.
В соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются не только характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, но и все обстоятельства, в том числе смягчающие наказание.
Из материалов уголовного дела усматривается, что решение о его возбуждении по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, принято Елабужским городским прокурором 22 апреля 2003 г. по факту без вести пропавшего К., а также по факту обнаружения в тот день сгоревшей автомашины последнего.
2 мая 2003 г. на территории, прилегающей к Елабужскому автомобильному заводу, на 2-х участках местности на расстоянии примерно 500 метров были обнаружены обгоревшие останки трупа (т. 1 л.д. 91 - 94, 95 - 102, 191 - 192).
3 мая 2003 г. Парамонов в заявлении на имя Елабужского городского прокурора, именуемом явкой с повинной, сообщил, что убийство К. похищение имущества и уничтожение автомашины потерпевшего совершили он и осужденный по делу Дмитриев, при этом указал обстоятельства совершения преступлений и предпринятые ими действия по сокрытию трупа К. (т. 1 л.д. 134).
В тот же день с аналогичным заявлением на имя прокурора обратился Дмитриев. Последний также сообщил о мотивах, месте, способе и других обстоятельствах преступлений в отношении К., совершенных им и Парамоновым, и о последующих совместных действиях, предпринятых с целью скрыть преступления (т. 2 л.д. 1 - 2).
После этого Дмитриев и Парамонов были допрошены в качестве подозреваемых в совершении преступления, и в отношении каждого был оформлен протокол задержания в соответствии со ст. ст. 91 и 92 УПК РФ.
Сообщения Дмитриева и Парамонова о совершенных ими преступлениях в совокупности с другими доказательствами положены в основу обвинительного приговора, поскольку судом установлено, что они сделаны ими добровольно и являются достоверными.
Таким образом, вышеуказанное сообщение каждого из названных осужденных о совершенных преступлениях следует расценивать как явку с повинной.
В соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ явка с повинной признается обстоятельством, смягчающим наказание. Однако суд при назначении Дмитриеву и Парамонову наказания в нарушение п. 6 ч. 1 ст. 299, ст. 307 УПК РФ данный вопрос не обсудил и не дал оценку этому обстоятельству в приговоре, что повлияло на назначение виновным справедливого наказания и, соответственно, на исход дела.
Поэтому назначенное Дмитриеву и Парамонову наказание с учетом явки каждого с повинной подлежит смягчению, при этом Дмитриеву, в отношении которого отягчающие наказание обстоятельства судом не установлены, назначенное по п. п. "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ наказание подлежит смягчению с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ (в редакции Федерального закона от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ), положения которой распространяются на него в силу требований ст. 10 УК РФ.
При назначении каждому из них наказания по ч. 1 ст. 167 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ) Президиум Верховного Суда Российской Федерации учитывает требования ч. 3 ст. 60 УК РФ, а также все обстоятельства по делу, указанные в приговоре, а в отношении Дмитриева также, исходя из требований ст. 10 УК РФ, положения ч. 1 ст. 56 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ).
Окончательное наказание назначается Дмитриеву и Парамонову в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ.
Что касается довода в надзорной жалобе Парамонова о смягчении наказания с учетом его активного способствования раскрытию и расследованию преступления, то оснований для признания такого смягчающего наказание обстоятельства у суда оснований не было. Президиум Верховного Суда Российской Федерации также не усматривает оснований для такого вывода.
На основании изложенного и руководствуясь ч. ч. 3 - 7 ст. 412.10, п. 7 ч. 1 ст. 412.11 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации
постановил:
приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 28 января 2004 г. и кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 12 мая 2004 г. в отношении Дмитриева Андрея Анатольевича и Парамонова Сергея Николаевича изменить:
- вместо осуждения по квалифицирующему признаку разбоя - "с применением оружия" считать, что они осуждены по п. п. "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ), в том числе по признаку "с применением предмета, используемого в качестве оружия";
- переквалифицировать действия каждого с ч. 2 ст. 167 УК РФ на ч. 1 ст. 167 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ), по которой назначить Дмитриеву А.А. наказание в виде штрафа в размере 25 000 рублей, Парамонову С.Н. - в виде 1 года лишения свободы;
- смягчить Дмитриеву А.А. наказание по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ до 14 лет 10 месяцев, по п. п. "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ) - до 9 лет 6 месяцев лишения свободы;
- смягчить Парамонову С.Н. наказание по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ до 14 лет 10 месяцев лишения свободы, по п. п. "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ) - до 9 лет 9 месяцев лишения свободы;
- на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. п. "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ), ч. 1 ст. 167 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ), назначить Дмитриеву А.А. 21 год 6 месяцев лишения свободы и штраф в размере 25 000 рублей, Парамонову С.Н. - 20 лет 6 месяцев лишения свободы;
- отбывание лишения свободы назначить каждому в исправительной колонии строгого режима.
В остальной части судебные решения в отношении Дмитриева А.А. и Парамонова С.Н. оставить без изменения.