ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
СУДА КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ
от 25 ноября 2021 г. N 20-УД21-17
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
Председательствующего Сабурова Д.Э.
судей Истоминой Г.Н. и Климова А.Н.
при секретаре Димаковой Д.Н.
рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу осужденного Алибекова М.А. на приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 23 июня 2020 года, которым
Алибеков Магомед Ахмедович, < ... > несудимый
осужден к лишению свободы по ч. 1 ст. 209 УК РФ сроком на 9 лет со штрафом размере 100 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 год; по п. п. "а", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (эпизод от 11.09.2013 г. в отношении Х.) сроком на 9 лет со штрафом в размере 100 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 год; по п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 226 УК РФ (эпизод от 11.09.2013 г.) сроком на 8 лет со штрафом в размере 50 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 (один) год; по п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ (эпизод от 14.10.2013 г. в отношении А.) сроком на 8 лет 6 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 100 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 год; по п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 226 УК РФ (эпизод от 14.10.2013 г.) сроком на 8 лет со штрафом в размере 50 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 (один) год. по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (эпизод в отношении А.) сроком на 5 лет со штрафом в размере 50 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 6 (шесть) месяцев; по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (эпизод от 23.03.2015 г. в отношении А.) сроком на 6 лет со штрафом в размере 100 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 (один) год, по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (эпизод от 23.03.2016 г. в отношении Д. и М.) сроком на 5 лет со штрафом в размере 75 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 год; по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (эпизоду от 27.03.2016 г. в отношении Ш.) сроком на 3 года со штрафом в размере 50 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 6 (шесть) месяцев; по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (эпизод от 21.02.2017 г. в отношении М.) сроком на 6 лет со штрафом в размере 100 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 (один) год; по п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 226 УК РФ (по эпизоду от 21.02.2017 г.) сроком на 5 лет в размере 50 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 год; по п. п. "а", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (по эпизоду от 08.06.2017 г. в отношении К.) сроком на 7 лет со штрафом в размере 100 тыс. рублей с ограничением свободы сроком на 1 год; по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком 12 лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год; по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 5 лет со штрафом в размере 100 тыс. рублей.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных путем частичного сложения назначенных судом наказаний, окончательно назначено Алибекову М.А. 15 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 250 (двести пятьдесят) тысяч рублей с ограничением свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с установлением в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничений и возложением обязанности.
В апелляционном порядке приговор не был обжалован.
Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., изложившей содержание обжалуемого приговора и доводы кассационной жалобы, выступления осужденного Алибекову М.А., его защитника - адвоката Курбанова А.Ш., поддержавших доводы жалобы, прокурора Телешевой-Курицкой Н.А., полагавшей судебные решения оставить без изменения, Судебная коллегия,
установила:
Алибеков М.А. осужден за создание устойчивой вооруженной группы (банды) и руководство ею в целях нападения на граждан; за совершение в составе организованной группы, с применением оружия, разбойных нападений на Х., с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего Х. на А.М. и А.М. в целях хищения имущества в особо крупном размере, с незаконным проникновением в жилище, на А.С. и А.Н. в целях хищения имущества в крупном размере, с незаконным проникновением в жилище, на А.Ф., на Д. и М. с незаконным проникновением в жилище, на М.У. с незаконным проникновением в жилище, на К. с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей К.М., за убийство К.В., сопряженное с разбоем, хищение огнестрельного оружия организованной группой, с применением насилия, опасного для жизни или здоровья (3 преступления); за покушение на разбойное нападение на Ш.К. с применением оружия, с незаконным проникновением в жилище, которое не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам; за незаконные приобретение, передачу, хранение, перевозку, ношение огнестрельного оружия и боеприпасов, организованной группой.
Преступления им совершены в Республике Дагестан в период с 210 года до 2017 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В кассационной жалобе осужденный Алибеков М.А. указывает на незаконность приговора ввиду допущенных судом существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, а также на чрезмерную суровость назначенного ему наказания.
Полагает, что его действия неверно были квалифицированы судом по ч. 1 ст. 209 УК РФ. Отмечает, что в приговоре отсутствует описание конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что он совместно с другими участниками создал и руководил устойчивой вооруженной группой в целях нападения на граждан. При этом доказательств обратного в материалах дела не содержится. Указывает на несостоятельность выводов суда о том, что все виновные лица являлись одновременно и "руководителями" банды и ее "участниками". Ссылаясь на п. п. 8, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 года N 1 "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм", считает, что его действия следовало квалифицировать по ч. 2 ст. 209 УК РФ.
Не согласен с квалифицирующим признаком преступления, предусмотренного п. п. "а", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, совершенного в отношении Х. "с причинением тяжкого вреда здоровью", поскольку он непосредственного участия в причинении тяжкого вреда здоровью Х.Н. не принимал.
Указывает на необходимость переквалификации его действий по преступлению, предусмотренному п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ, совершенного в отношении А. на ч. 5 ст. 33, п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ, поскольку его роль сводилась к пособничеству в совершении разбоя, а также заявляет об исключении квалифицирующего признака - "с незаконным проникновением в жилище" ввиду того, что он, выполняя отведенную ему роль, стоял у входа, обеспечивая безопасность совершения преступного посягательства и в жилое помещение не входил.
По его осуждению за совершение преступления, предусмотренного п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ, в отношении А.Ф., считает излишним квалифицирующий признак - "с применением оружия", поскольку в приговоре не указано какие конкретно действия он совершил в ходе разбоя, из которых бы усматривалось, что посягательство совершено непосредственно с применением оружия.
Считает ошибочным его осуждение по квалифицирующим признакам - "с применением насилия, опасного для жизни и здоровья" и "с применением оружия" по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ, совершенному в отношении Ш., поскольку он оружия, равно как и насилия в отношении потерпевших не применял.
Ссылаясь на абз. 3 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2002 года N 5 "О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств", полагает, что он был незаконно осужден по ч. 3 ст. 222 УК РФ, в том числе за незаконную передачу и перевозку огнестрельного оружия. Обращает внимание, что оружие при его перемещениях на транспортных средствах находилось непосредственно при нем и посторонним лицам он оружие не передавал.
Утверждает, что суд при назначении ему наказание за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ не применил положения ч. 3 ст. 66 УК РФ. Указывает, что ему судом были назначены дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы, однако суд данное решение в приговоре не мотивировал.
Не согласен с разрешенным по делу гражданским иском потерпевших А.М. и К. указывает, что по смыслу закона, размер морального вреда потерпевшему, причиненного преступными действиями нескольких лиц, подлежит возмещению в долевом порядке с учетом вины каждого осужденного, а размер ущерба, причиненного преступлением, подлежит взысканию в солидарном порядке.
По вышеуказанным доводам просит приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 23 июня 2020 года изменить, смягчить назначенное наказание.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, Судебная коллегия находит, что приговор в отношении Алибекова М.А. постановлен в соответствии с требованиями главы 40.1 УПК РФ, определяющей порядок производства по уголовному делу в условиях заключения досудебного соглашения о сотрудничестве.
Как следует из материалов дела, в судебном заседании, после изложения предъявленного обвинения, государственный обвинитель подтвердил активное содействие Алибекова М.А. следствию в раскрытии и расследовании преступлений, изобличении и уголовном преследовании других соучастников, выполнении им взятых обязательств по досудебному соглашению о сотрудничестве и поддержал представление прокурора об особом порядке проведения судебного заседания.
Алибеков М.А. в судебном заседании согласился с предъявленным ему обвинением в полном объеме и подтвердил добровольность заключения досудебного соглашения о сотрудничестве со стороной обвинения при участии защитника, не возражал против особо порядка проведения судебного разбирательства и вынесения судебного решения в отношении него.
После разъяснения прав и особенностей судебного разбирательства в порядке, установленном главой 40.1 УПК РФ Алибеков М.А. пояснил, что осознает характер и последствия особого порядка проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по уголовному делу в отношении него в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, а также правовые и процессуальные последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке.
Выслушав в судебном заседании подсудимого Алибекова М.А., подтвердившего свое участие в совершении всех преступлений, исследовав материалы дела, подтверждающие выполнение Алибековым М.А. условий досудебного соглашения о сотрудничестве, суд обоснованно пришел к выводу о соблюдении осужденным всех условий и выполнении всех обязательств, предусмотренных заключенным с ним досудебным соглашением о сотрудничестве и в соответствии с требованиями ст. 317.7 УПК РФ постановил обвинительный приговор.
Принимая во внимание положения ст. ст. 401.15, 389.27 УПК РФ, согласно которым приговор по уголовному, рассмотренному в порядке главы 40.1 УПК РФ, не может быть отменен или изменен по мотивам несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, доводы жалобы о том, что Алибеков М.А. не создавал банды и не руководил ею, не передавал и не перевозил оружие, не подлежат удовлетворению.
Действиям осужденного суд дал правильную юридическую оценку по каждому преступлению.
Судом установлено, что Алибеков М.А. с двумя другими лицами в 2013 году создали банду и руководили ею в целях нападения на граждан; для чего участниками банды в период с 2013 по 2014 год было незаконно приобретено огнестрельное оружие и боеприпасы к ним: пистолет модели "ИЖ-79" и пистолет "АПС-М", изготовленные самодельным способом, для соблюдения конспирации ими приобретались и использовались при совершении преступлений переносные приемо-передающие устройства (рации), различная спортивная одежда, матерчатые маски с прорезями для глаз и перчатки, для мобильности передвижения использовали автомобили: марки ЛАДА < ... > "Приора" черного цвета, ЛАДА < ... > "Приора" белого цвета.
Принимая во внимание оснащенность банды, совершение ими в период с 2103 по 2017 год с использованием огнестрельного оружия семи разбойных нападений, одного покушения на разбойное нападение, стабильность состава группы, распределение ими ролей, тщательную подготовку к преступлениям с использованием средств конспирации и связи, суд обоснованно признал созданную осужденным группу бандой, которой он руководил и правильно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 209 УК РФ.
Доводы осужденного о переквалификации его действий по преступлению в отношении А. на ч. 5 ст. 33, п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ, не основаны на законе, по смыслу которого при совершении преступлений организованной группой действия всех соучастников независимо от их роли в содеянном подлежат квалификации как соисполнительство без ссылки на статью 33 УК РФ.
С учетом того, что осужденный по заранее разработанному плану совместно с двумя другими соучастниками проникли в жилище А. напали на них, при этом Алибеков М.А., выполняя отведенную ему роль, стоял у входа, обеспечивая безопасность их совместного посягательства, Судебная коллегия не усматривает оснований для исключения из осуждения за данное преступление по п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ квалифицирующего признака - "с незаконным проникновением в жилище". Сам осужденный проник в жилище, и его умыслом охватывалось незаконное проникновение в жилище других участников преступления.
Обсуждая доводы жалобы, о неправильной квалификации действий осужденного по разбойному нападению на Х. по признаку "с причинением тяжкого вреда здоровью", поскольку он непосредственного участия в причинении тяжкого вреда здоровью Х. не принимал, Судебная коллегия отмечает следующее.
В соответствии с 14.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" в редакции от 03.03.2015, если умыслом виновных, совершивших разбойное нападение группой лиц по предварительному сговору, охватывалось причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или лишение его жизни, но только один из них причинил тяжкий вред здоровью либо смерть потерпевшему, действия всех участников группы следует квалифицировать по пункту "в" части четвертой статьи 162 УК РФ как соисполнительство в разбое, совершенном с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего. При этом действия лица, причинившего тяжкий вред здоровью потерпевшего, повлекший по неосторожности его смерть, или совершившего убийство потерпевшего, квалифицируются также по части четвертой статьи 111 или пункту "з" части второй статьи 105 УК РФ соответственно.
Из установленных судом обстоятельств содеянного осужденным следует, что он совместно с двумя другими лицами по заранее разработанному плану напали на семью Х., угрожая применением оружия Х.М. и Х.А. а в тот момент, когда Алибеков М.А. удерживал Х.Н., участник N 2 нанес потерпевшему удар ногой в туловище, причинив тяжкий вред здоровью.
Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что умыслом Алибекова М.А., принимавшего непосредственное участие в применении насилия к потерпевшему, охватывалось причинении тяжкого вреда его здоровью.
При таких данных действия осужденного по разбойному нападению на семью Х. к правильно квалифицированы по п. п. "а", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ.
Правильно квалифицированы действия Алибекова А.М. по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ и по разбойному нападению на А.Ф., совершенному осужденным совместно и по заранее разработанному плану с другими лицами, которые были вооружены огнестрельным оружием, направляли его на потерпевшую, угрожая его применением и требуя передачи денежных средств.
При этом сам осужденный, хотя и не применял оружия, однако его умыслом охватывалось применение оружия другими участниками нападения, результатами которого они воспользовались, похитив денежные средства, а потому суд правильно расценил его действия как совершенные с применением оружия.
Не может согласиться Судебная коллегия и с доводом осужденного об ошибочной квалификации его действий по преступлению в отношении Ш., по признакам - совершение разбойного нападения "с применением насилия, опасного для жизни и здоровья" и "с применением оружия".
С учетом установленных судом обстоятельств, согласно которым Алибеков М.А. совместно с другими участниками по заранее разработанному плану, договорились о совершении разбойного нападения на Ш. с применением оружия, для чего вооружились огнестрельным оружием, с проникновением в жилище потерпевших, однако не смогли этого сделать, поскольку входные двери были заперты, суд правильно пришел к выводу о том, что данное преступление они не смогли довести до конца по независящим от них обстоятельствам, и правильно квалифицировал их действия как покушение на разбойное нападение с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, с незаконным проникновением в жилище.
О намерении осужденного применить насилие опасное для жизни и здоровья, применить оружие свидетельствуют не только установленные по этому преступлению обстоятельства, но и обстоятельства ранее совершенных нападений, в ходе которых осужденные применяли оружие и насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевших.
Вопреки доводам жалобы осужденного о том, что он оружие посторонним лицам не передавал, не перевозил, при его перемещениях на транспортных средствах оружие находилось непосредственно при нем, судом на основании предъявленного Алибекову М.А. обвинения, с которым он согласился, установлены иные обстоятельства совершения незаконных действий с оружием.
Как следует из приговора, Алибеков М.А. не позднее ноября 2013 года приобрел пистолет, изготовленный самодельным способом путем переделки пистолета модели "АПС-М", и патроны не менее 20 штук, другой участник банды приобрел в 2103 году пистолет "ИЖ-79". Это огнестрельное оружие Алибеков вместе с другими лицами незаконно хранили до 8 июня 2017 года, незаконно носили, передавали друг другу и перевозили в автомобилях.
С учетом этих обстоятельств его действия верно квалифицированы судом по ч. 3 ст. 222 УК РФ как незаконные приобретение, хранение, ношение, передача и перевозка огнестрельного оружия.
При назначении Алибекову М.А. наказания судом выполнены требования ст. ст. 6, 60 УК РФ, учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденного, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Явка с повинной, полное признание вины на предварительном следствии и в судебном заседании, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, деятельное раскаяние, наличие семьи, троих малолетних детей, а также положительные характеристики, отсутствие судимости в полной мере учтены судом при назначении наказания осужденному.
Руководствуясь принципом индивидуализации наказания, с учетом всех обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания, суд обоснованно сделал вывод о том, что исправление осужденного возможно только в условиях изоляции от общества и назначил ему наказание в виде реального лишения свободы. При этом размер наказания за каждое преступление определен судом с учетом требований ч. 2, 4 ст. 62, ст. 66 УК РФ.
Выводы о назначении осужденному как основного наказания, так и дополнительных наказаний надлежаще мотивированы судом.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия не усматривает оснований для признания назначенного осужденному наказания несправедливым и для его снижения, исключения дополнительных наказаний, о чем ставится вопрос в жалобе.
Гражданский иск разрешен судом правильно. Размер морального вреда, причиненного К.М. и К.К. смертью близкого им человека, определен судом с учетом степени причиненных им нравственных и физических страданий, требований разумности и справедливости, а также материального положения осужденного.
Правильно взыскан с осужденного в пользу потерпевших А.М. и Х.А. и причиненный им материальный ущерб. Поскольку судом рассматривалось дело только в отношении Алибекова М.А., суд не имел оснований для взыскания материального ущерба с других лиц.
По указанным мотивам жалоба осужденного удовлетворению не подлежит.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 401.14, ч. 1 ст. 401.15, 401.16 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 23 июня 2020 года, в отношении Алибекова Магомеда Ахмедовича оставить без изменения, кассационную жалобу осужденного Алибекова М.А. - без удовлетворения.