ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ СУДА
КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ
от 24 октября 2023 г. N 25-УД23-16СП-А3
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Сабурова Д.Э.,
судей Таратуты И.В. и Кочиной И.Г.
при секретаре Горностаевой Е.Е.
с участием прокурора Киселевой М.А.,
осужденной Гвоздиковой Л.Д. и ее защитника - адвоката Надбитова А.У.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе осужденной Гвоздиковой Л.Д. о пересмотре приговора Астраханского областного суда от 18 октября 2022 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 31 января 2023 года.
По приговору Астраханского областного суда от 18 октября 2022 года, постановленного с участием коллегии присяжных заседателей,
Гвоздикова Людмила Дмитриевна, < ... > ранее не судимая,
осуждена по:
- п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 229.1 УК РФ к 11 годам лишения свободы;
- ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к 9 годам лишения свободы.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения окончательно Гвоздиковой назначено 12 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.
Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
На основании ст. 72 УК РФ зачтено Гвоздиковой в срок лишения свободы время содержания ее под стражей с 15 июня 2021 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
По этому же приговору осуждены Гасанов Н.А.о. и Гасанов Э.А.о.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 31 января 2023 года приговор от 18 октября 2022 года в отношении Гвоздиковой Л.Д. изменен; в его резолютивной части указано, что в срок наказания в виде лишения свободы осужденной Гвоздиковой следует зачесть ее содержание под стражей с 14 июня 2021 года.
В остальной части приговор оставлен без изменения.
Заслушав доклад судьи Таратуты И.В., выслушав осужденную Гвоздикову Л.Д. и адвоката Надбитова А.У., просивших об отмене судебных решений, прокурора Киселеву М.А., полагавшую необходимым судебные решения оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
По приговору Астраханского областного суда от 18 октября 2022 года, постановленному на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, Гвоздикова Л.Д. признана виновной и осуждена за контрабанду наркотических средств, совершенную организованной группой, в особо крупном размере; а также за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный организованной группой, в особо крупном размере.
Преступления совершены в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
Осужденная Гвоздикова Л.Д. в своей кассационной жалобе и дополнениях к ней считает приговор и апелляционное определение подлежащими отмене ввиду допущенных судами существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов. Обращает внимание на то, что в ходе проведения предварительного слушания председательствующий не рассмотрел ходатайство ее защитника - адвоката Мшвениерадзе Г.Г. о признании ряда доказательств недопустимыми и не отразил результат своего решения в резолютивной части постановления, что является, по мнению осужденной, существенным нарушением УПК РФ, влекущим отмену приговора. Настаивает на своей невиновности; на том, что она не совершала никаких преступлений; что доверилась брокерам, которые и оформляли пришедший груз; что по делу нет доказательств, подтверждающих ее вину. Считает, что выемка наркотического средства 30 марта и 12 апреля 2021 года была произведена с грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона, а именно без специалиста либо эксперта, без ее присутствия или ее представителя - сотрудника брокерской фирмы, без видеофиксации данных следственных действий и без понятых, при этом копии протоколов изъятия ей не были вручены. Утверждает, что после ее задержания, которое произошло днем 14 июня 2021 года, до 7 часов утра 15 июня ее продержали в здании УФСБ без воды, еды и без предоставления ей адвоката, затем самолетом ее доставили в Астрахань, где она допрашивалась с 9 часов утра и до вечера 16 июня 2021 года также без адвоката, что адвокат приехал лишь вечером и только поставил свою подпись в протоколе ее допроса; что мера пресечения ей была избрана лишь 17 июня 2021 года, чем было нарушено ее право на защиту. Находит недопустимыми доказательствами протоколы проведения ОРМ от 30 марта и 12 апреля 2021 года, справку об исследовании, все последующие заключения экспертов и сами вещественные доказательства - наркотические средства (гашиш). Настаивает на фальсификации сотрудниками правоохранительных органов материалов уголовного дела; на том, что они оказывали на нее незаконное воздействие; на том, что следователь незаконно запретил ее адвокату снимать копии постановлений, протоколов следственных действий, заключений экспертиз и других документов и необоснованно отказал в удовлетворении многочисленных ходатайств, заявленных стороной защиты, которые свидетельствуют о ее невиновности; на ложности показаний засекреченных свидетелей, на незаконности отказа председательствующим в их рассекречивании; на необъективности и предвзятости предварительного расследования и суда; на оказании давления на свидетелей; на том, что квалифицирующий признак инкриминированных ей преступлений - "совершенных организованной группой" - не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, так как отсутствуют обязательные признаки такой группы - устойчивость, сплоченность, организованность, продолжительность и распределение ролей. Полагает, что вердикт присяжных заседателей изначально был оправдательным; что затем была нарушена тайна совещательной комнаты, на присяжных было оказано давление, в результате чего вердикт был исправлен на обвинительный, при этом после повторного удаления коллегия совещалась менее положенных по закону 3-х часов. Также настаивает на том, что председательствующий, нарушив закон, единолично ознакомившись с вердиктом присяжных заседателей, вышел из зала судебного заседания, через 32 минуты вернулся, продолжил судебное разбирательство, возвратил вопросный лист старшине присяжных, дал присяжным заседателям свои указания и вновь отправил их в совещательную комнату, после чего заставил подсудимых и их защитников покинуть зал судебных заседаний; что после возвращения из совещательной комнаты присяжные заседатели выглядели испуганными, взволнованными, что, по мнению осужденной, свидетельствует об оказании на них постороннего давления.
Заявляет о тенденциозности коллегии присяжных заседателей, поскольку старшиной была избрана К. которая в прошлом была сотрудницей пограничной службы, при этом ее племянник является действующим сотрудником УФСБ; что присяжный заседатель Т. обсуждал обстоятельства дела с переводчиком Б., а затем и с другими присяжными заседателями, чем оказал на них воздействие, несмотря на то, что позже был заменен другим присяжным заседателем; акцентирует внимание на том, что сторона защиты неоднократно заявляла председательствующему ходатайства о роспуске коллегии, но в их удовлетворении было необоснованно отказано. Обращает внимание на то, что в ходе рассмотрения дела до присяжных заседателей доводилась негативная информация, касающаяся подсудимых, в том числе о наличии у Гасанова судимости. Настаивает на том, что были нарушены принципы состязательности и равноправия сторон, гуманизации процесса; что государственный обвинитель постоянно, в том числе и в прениях сторон, оказывала на присяжных заседателей давление; в их присутствии неоднократно заявляла, что она (Гвоздикова) совершила преступления, при этом не представила доказательств, подтверждающих ее вину; что председательствующий при этом не делал государственному обвинителю замечаний; что в суде также был незаконно допрошен, как специалист, оперативный сотрудник В., который не имеет профессиональных знаний и навыков специалиста; что не были исследованы вещественные доказательства по делу - ящики были заколочены и не вскрывались, не исследовался и ее телефон; что исследованные в суде доказательства противоречат друг другу и являются недостоверными; что напутственное слова председательствующего было с обвинительным уклоном и не было беспристрастным; что председательствующий не разъяснил присяжным заседателям все их права, что все сомнения толкуются в пользу подсудимого. Полагает, что вопросный лист составлен с нарушениями закона, поскольку в одном вопросе (в вопросах N 2, 5, 8) председательствующий указал на причастность сразу двух лиц - Гасанова Н. и ее, а также соединил сразу два преступления, чем лишил присяжных заседателей возможности дать ответ в отношении каждого подсудимого и по каждому преступлению. При этом в ходе обсуждения проекта вопросного листа указанные замечания делались стороной защиты, но были проигнорированы председательствующим, после чего председательствующий в нарушение закона единолично составил вопросный лист. Считает, что в вопросном листе приведены юридические термины и понятия, что недопустимо; что также в нарушение закона после выхода коллегии присяжных заседателей из совещательной комнаты председательствующий удалился с вердиктом, затем вернулся и, не ознакомив других участников с данным вердиктом и не выслушав их мнение, заставил коллегию снова удалиться в совещательную комнату. Обращает внимание на то, что ее защитник по соглашению - адвокат Мшвениерадзе - не явился на прения сторон, и поэтому суд назначил ей другого защитника - адвоката Силантьеву, которая в силу возраста и недостаточности знания дела не в полной мере осуществляла ее защиту; что за четыре предоставленных ей дня адвокат Силантьева не имела возможности ознакомиться со всеми материалами дела и с аудиозаписью судебного заседания, не приходила к ней в СИЗО, мало общалась и совсем немного уделяла времени, была неактивна в суде первой инстанции, а к моменту рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции умерла, - на основании чего осужденная настаивает на нарушении ее права на защиту. Обращает внимание на то, что протокол судебного заседания был изготовлен с нарушением срока, в результате чего она ознакомилась в разное время с ним и с аудиозаписью судебного заседания и была лишена права сделать сравнительный анализ; что в протоколе неправильно указано время ухода председательствующего в совещательную комнату для постановления приговора. Не согласна осужденная и с квалификацией ее действий; полагает, что материалы дела сфальсифицированы, в том числе протокол допроса свидетеля К. разрешение Гасанова на осмотр квартиры, сообщение М. о результатах проверки, ходатайство следователя Д. о выдаче разрешения на прослушивание телефонных переговоров. Настаивает на суровости назначенного ей наказания. Полагает, что суд апелляционной инстанции не дал надлежащей оценки всем доводам апелляционных жалоб и не устранил нарушения, допущенные судом первой инстанции; необоснованно указал на то, что она и ее защитник отказались от ознакомления с вещественными доказательствами - наркотическими средствами; при этом не проверил факты исследования недопустимых доказательств и нарушения тайны совещательной комнаты. В заключение жалобы просит отменить приговор и апелляционное определение, а производство по делу прекратить в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.
В возражениях на кассационную жалобу осужденной Гвоздиковой государственный обвинитель Ибрагимова У.К. просит оставить жалобу без удовлетворения, а приговор и апелляционное определение без изменения, находя их законными и обоснованными.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия приходит к выводу, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
Согласно ст. 401.1 УПК РФ суд кассационной инстанции проверяет по кассационным жалобе, представлению законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу.
В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
Такие нарушения закона по настоящему делу допущены не были.
Как следует из материалов уголовного дела, нарушений уголовно-процессуального закона в процессе предварительного расследования дела, на стадии предварительного слушания и в ходе судебного разбирательства, влекущих в соответствии с пунктами 2 - 4 ст. 389.15 УПК РФ отмену приговора, постановленного с участием присяжных заседателей, по данному делу не допущено.
Доводы осужденной Гвоздиковой о том, что по делу нет доказательств, подтверждающих ее виновность в совершении инкриминируемых ей преступлений; что данные преступления она не совершала, - Судебная коллегия оставляет без рассмотрения, поскольку в соответствии с ч. 4 ст. 347 УПК РФ сторонам запрещается ставить под сомнение правильность вердикта, вынесенного присяжными заседателями.
Доводы осужденной Гвоздиковой о том, что предварительное следствие по данному делу проведено неполно; что следователь необоснованно неоднократно отказывал стороне защиты в удовлетворении заявленных ходатайств, свидетельствующих о ее невиновности; что показания засекреченных свидетелей неправдивы, - в силу положений ст. 389.27, п. п. 2 - 4 ст. 389.15 УПК РФ также не могут быть предметом рассмотрения суда кассационной инстанции, поскольку они относятся к вопросам достоверности указанных доказательств, которые устанавливаются присяжными заседателями, и к оспариванию установленных вердиктом присяжных заседателей фактических обстоятельств дела, которые, как указано выше, обжалованию не подлежат.
Кроме того, положения ст. 38 УПК РФ наделяют следователя полномочиями самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных или иных процессуальных действий.
Вопреки утверждениям осужденной Гвоздиковой, в ходе проведения предварительного слушания председательствующим было рассмотрено ходатайство адвоката Мшвениерадзе Г.Г. о признании ряда доказательств недопустимыми, в частности, заключений экспертов, протоколов ОРМ и следственных действий, и по нему было принято мотивированное и обоснованное решение, подробно изложенное в описательно-мотивировочной части постановления, не согласиться с которым оснований не имеется. Не отражение принятого решения в резолютивной части постановления не является существенным нарушением УПК РФ, влекущим отмену приговора, при этом оно не лишало сторону защиты возможности заявить аналогичное ходатайство в дальнейшем, в ходе рассмотрения дела по существу, чем сторона защиты и воспользовалась.
Как видно из протокола судебного заседания, формирование коллегии присяжных заседателей было проведено с соблюдением требований ст. ст. 327, 328 УПК РФ.
Сторонам было разъяснено право заявления отводов кандидатам в присяжные заседатели и предоставлена возможность задать каждому из кандидатов в присяжные заседатели вопросы, которые связаны с выяснением обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя в рассмотрении данного уголовного дела. Это право было реализовано сторонами, в том числе и стороной защиты, в полном объеме.
Доводы осужденной Гвоздиковой о том, что коллегия присяжных заседателей не могла быть объективной при вынесении вердикта, поскольку присяжный заседатель К. в прошлом была сотрудником пограничной службы ФСБ, а ее племянник является действующим сотрудником ФСБ, что присяжный заседатель Т. мог оказать негативное влияние на других присяжных заседателей; что на коллегию присяжных заседателей могло быть оказано давление со стороны председательствующего и государственного обвинителя непосредственно при вынесении вердикта, - Судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку они не основаны на положениях уголовно-процессуального закона, являются явно надуманными и не подтверждаются какими-либо доказательствами или документами.
Кроме того, как видно из протокола судебного заседания, кандидат в присяжные заседатели К. поставила стороны в известность о том, кем именно она работала до выхода на пенсию, и кем работает ее племянник; данные обстоятельства в силу закона не препятствуют участию К. в качестве присяжного заседателя в рассмотрении уголовного дела; при этом по завершении формирования коллегии присяжных заседателей стороной защиты не было сделано заявлений о тенденциозности ее состава и о необходимости роспуска коллегии.
Из протокола судебного заседания также следует, что судебное следствие было проведено председательствующим с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, их полномочиями, установленными ст. 334 УПК РФ.
Вопреки утверждению осужденной Гвоздиковой, принципы беспристрастности председательствующего, состязательности и равноправия сторон были соблюдены. Стороны не были ограничены в праве представления доказательств и заявлении ходатайств, все представленные суду допустимые доказательства, в том числе и вещественные, были исследованы, заявленные сторонами ходатайства, в том числе о признании доказательств недопустимыми, о рассекречивании свидетелей, об исследовании доказательств, были разрешены председательствующим в установленном законом порядке, и по ним приняты обоснованные и мотивированные решения, не согласиться с которыми у Судебной коллегии нет оснований.
В присутствии присяжных заседателей были исследованы только допустимые доказательства, полученные с соблюдением требований уголовно-процессуального закона; процессуальные вопросы, ставящие под сомнение их допустимость, были правильно рассмотрены председательствующим в отсутствие коллегии присяжных заседателей, принятые судом по результатам рассмотрения этих ходатайств решения надлежащим образом мотивированы и являются правильными; оснований для признания исследованных в присутствии присяжных заседателей доказательств недопустимыми, на которые указывается в кассационной жалобе, не имеется, поскольку, вопреки утверждениям осужденной, они были получены в соответствии с положениями и требованиями уголовно-процессуального закона, а также Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности".
Согласно протоколу судебного заседания доказательства, не имеющие значения для установления фактических обстоятельств дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями, в судебном заседании не исследовались.
Перед окончанием судебного следствия от сторон каких-либо ходатайств о дополнительном представлении доказательств не поступило.
Прения сторон были проведены в соответствии со ст. ст. 292, 336 УПК РФ; в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, без оказания какого-либо негативного воздействия на присяжных заседателей. Как видно из протокола судебного заседания стороны, в том числе государственный обвинитель, в обоснование своей позиции правильно ссылались на доказательства, которые были признаны судом допустимыми и которые исследовались в судебном заседании. Государственный обвинитель в своей речи, анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, высказала свою точку зрения о доказанности вины подсудимой в совершении инкриминируемых ей деяний, равно как и сторона защиты высказала свою позицию относительно недоказанности виновности Гвоздиковой. Выступление государственного обвинителя не содержит негативных оценок личности осужденных, искажения исследованных в судебном заседании доказательств и негативных суждений, а потому не может рассматриваться, как способное вызвать предубеждение у присяжных заседателей в отношении Гвоздиковой. При этом председательствующий обоснованно, во избежание оказания на присяжных заседателей негативного воздействия, прерывал участников судебного разбирательства, когда они выходили за рамки своих прав, предоставленных уголовно-процессуальным законом, и правильно обращал внимание на недопустимость такого поведения и на не принятие их во внимание присяжными заседателями.
Обсуждение проекта вопросного листа и содержание вопросов, поставленных на разрешение присяжным заседателям, полностью соответствует требованиям ст. ст. 338 и 339 УПК РФ.
Председательствующим были сформулированы в письменном виде вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, и переданы сторонам. Стороны высказали свои замечания по содержанию и формулировке вопросов и внесли свои предложения об их уточнении. Замечания и предложения сторон были выслушаны председательствующим, после чего в совещательной комнате вопросы были им окончательно сформулированы.
Доводы осужденной Гвоздиковой о том, что вопросный лист был составлен не в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона; что вопросы были составлены так, что соединяли в себе сразу два преступления и касались сразу нескольких подсудимых, что, по мнению осужденной, противоречит положениям закона, - Судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку они не основаны на положениях закона, на содержании самого вопросного листа, связанного с незаконным оборотом и контрабандой наркотических средств, и являются лишь мнением осужденной.
Напутственное слово председательствующего соответствует положениям ст. 340 УПК РФ. Каких-либо данных, свидетельствующих о нарушении председательствующим принципа объективности и беспристрастности, а также об искажении исследованных в судебном заседании доказательств и позиции сторон, из текста напутственного слова не усматривается; правила оценки доказательств, порядок голосования и заполнения ответов присяжным заседателям были разъяснены. Замечания, принесенные адвокатами Маховым и Красновым, были обоснованно не приняты во внимание председательствующим, поскольку они незначительны и несущественны и по своей сути являются точкой зрения защитников по вопросам процессуального права.
Вопреки заявлениям осужденной, указанным в кассационной жалобе, в напутственном слове председательствующий среди прочих обстоятельств приводит содержание предъявленного обвинения, сообщает содержание уголовного закона, в котором обвиняется подсудимая, и лишь напоминает коллегии присяжных заседателей об исследованных с их участием доказательствах. Эти требования закона председательствующим были соблюдены.
Нарушений уголовно-процессуального закона при принятии вердикта по делу, в том числе по времени совещания коллегии присяжных заседателей и по ознакомлению председательствующего с вынесенным вердиктом, также не имеется. Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным, понятным и непротиворечивым, соответствует требованиям ст. 348 и ст. 351 УПК РФ.
Каких-либо данных, свидетельствующих об оказании давления на коллегию присяжных заседателей, не усматривается, при этом присяжные заседатели не заявляли об оказании на них какого-либо воздействия, которое могло повлиять на их объективность и беспристрастность при рассмотрении дела, а утверждения Гвоздиковой об обратном основаны лишь на ее догадках, которые объективно ничем не подтверждены.
Доводы Гвоздиковой о нарушении ее права на защиту, которое выразилось в том, что после задержания ей не был представлен адвокат; что фактически сотрудниками правоохранительных органов на нее было оказано незаконное давление; что она длительное время оказалась без еды и воды; что первоначально она допрашивалась без адвоката, а появившийся позже адвокат фактически не осуществлял ее защиту; что мера пресечения ей была избрана незаконно; что в дальнейшем она оказалась без защитника, так как адвокат Мшвениерадзе не явился на прения сторон, а адвокат Силантьева не была подготовлена к участию в деле и была неактивна, - Судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку они опровергаются как материалами дела, так и протоколом судебного заседания, согласно которым Гвоздикова была задержана в качестве подозреваемой 15 июня 2021 года и ей сразу же был назначен защитник - адвокат Газимагомедова З.Г., которая приняла участие как в допросе подозреваемой, так и проведении следственных действий с ее участием, при этом каких-либо жалоб или заявлений в адрес адвоката Газимагомедовой, а также на действия сотрудников правоохранительных органов, в том числе об оставлении ее без пищи и воды, от Гвоздиковой не поступало; 17 июня 2021 года в отношении нее судом была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Кроме того, в судебных заседаниях позиция адвоката Силантьевой была активна; она ознакомилась со всеми материалами уголовного дела и аудиозаписью судебных заседаний, в прениях сторон с достаточной полнотой защищала свою подзащитную и отстаивала ее позицию.
Вопреки убеждению осужденной Гвоздиковой, ее неодновременное ознакомление с протоколом и аудиозаписью судебного заседания не является нарушением уголовно-процессуального закона, тем более влекущим отмену судебного решения.
Действия Гвоздиковой по п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 229.1, ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ квалифицированы судом правильно, в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей. Оснований для переквалификации действий Гвоздиковой, в том числе ввиду отсутствия квалифицирующего признака преступлений, совершенных организованной группой, на что указано в кассационной жалобе, Судебная коллегия не находит.
Наказание Гвоздиковой назначено в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60, ч. 1 ст. 65 УК РФ, с учетом влияния назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи; наличия смягчающих наказание обстоятельств; отсутствия отягчающих обстоятельств, является соразмерным содеянному и справедливым, оснований для его смягчения Судебная коллегия не усматривает.
Доводы стороны защиты, аналогичные изложенным в кассационной жалобе, а именно о фальсификации материалов дела, о недопустимости доказательств, исследованных судом в присутствии присяжных заседателей, о предвзятости председательствующего и стороны обвинения, о нарушении председательствующим и государственным обвинителем положений закона в ходе судебного разбирательства в выступлениях перед присяжными заседателями, в ходе судебного следствия, прений сторон, при произнесении председательствующим напутственного слова и составлении вопросного листа, о необъективности коллегии присяжных заседателей и оказании на них незаконного воздействия, - были также тщательно проверены судом апелляционной инстанции и обоснованно отвергнуты с подробным указанием мотивов принятых решений, не согласиться с которыми оснований тоже не имеется.
Апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389.28 УПК РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 401.14, ч. 1 ст. 401.15, 401.16 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Астраханского областного суда от 18 октября 2022 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 31 января 2023 года в отношении Гвоздиковой Людмилы Дмитриевны оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.