ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
СУДА КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ
от 17 августа 2021 г. N 18-УД21-66-А3
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Сабурова Д.Э.
судей Хомицкой Т.П. и Кочиной И.Г.
при секретаре Горностаевой Е.Е.
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Глизнуца С.И. в защиту интересов осужденного Хахаева А.А. на приговор Краснодарского краевого суда от 7 декабря 2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 1 марта 2021 года.
По приговору Краснодарского краевого суда от 7 декабря 2020 года
Хахаев Анатолий Алексеевич, < ... > , несудим,
осужден к лишению свободы по ч. 1 ст. 162 УК РФ к 3 годам; п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам; п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 14 годам с ограничением свободы на один год.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено 16 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год с возложением определенных обязанностей, перечисленных в приговоре.
Срок наказания Хахаеву постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, в срок наказания зачтено время содержания под стражей с 26.08.2019 года до вступления приговора в законную силу.
Гражданский иск ООО " < ... > " ( < ... > ) на сумму < ... > ( < ... > ) рублей удовлетворен в полном объеме, постановлено о взыскании с Хахаева < ... > руб. в пользу ООО " < ... > ".
Решена судьба вещественных доказательств.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 1 марта 2021 года вышеуказанный приговор в отношении Хахаева изменен: признано совершение разбоя Хахаевым 22 августа 2019 года, как совершенный с применением предметов, используемых в качестве оружия, то есть по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ. Признано смягчающим наказание обстоятельством - нахождение на иждивении Хахаева его матери - Х. инвалида 2 группы. В остальном приговор оставлен без изменения.
В соответствии с приговором и с учетом внесенных изменений Хахаев А.А. признан виновным и осужден за убийство С. сопряженное с разбоем; за разбой, совершенный с применением насилия, опасного для жизни, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей; за разбой, совершенный с применением насилия, опасного для здоровья потерпевшей.
Преступления совершены в период времени с 12 по 22 августа 2019 года на территории ст. < ... > при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Хомицкой Т.П., объяснения осужденного Хахаева А.А., поддержавшего доводы жалобы и просившего об отмене судебных решений, выступление адвоката Глизнуца С.И. в защиту интересов осужденного, мнение представителя Генеральной прокуратуры РФ прокурора Аминова В.Р. об оставлении судебных решений без изменения, Судебная коллегия,
установила:
в кассационной жалобе адвокат Глизнуца С.И. в защиту интересов осужденного Хахаева А.А. ставит под сомнение допустимость доказательств по делу и выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями, приводя полностью аналогичные доводы, доводам, изложенным в апелляционной жалобе.
Обращает внимание, что при отрицании вины его подзащитным к причастности разбойных нападений и убийству С., судом в недостаточной степени проверена версия Хахаева о вынужденном характере его показаний в результате оказанного давления со стороны сотрудников правоохранительных органов на стадии досудебного производства.
Излагая позицию Хахаева о пребывании в доме С. в инкриминируемый период времени и о хищении им имущества, принадлежащего потерпевшей, защитник, подробно анализируя доказательства по делу, подвергает сомнению выводы суда о виновности Хахаева в убийстве С. и совершенных нападениях на нее.
При этом указывает, что ни органом следствия, ни судом не проверена версия о наступлении смерти потерпевшей в результате наличия у последней каких-либо заболеваний.
Излагая выводы судебно-медицинских экспертов, приводя показания экспертов в судебном заседании, сопоставив их с заключением специалиста С., а также показаниями самого Хахаева, в которых он пояснял о механизме причинения смерти, автор жалобы указывает на несоответствие, по его мнению, выводов экспертов о механизме удушения и, в целом, на недоказанность причастности к убийству его подзащитного.
Адвокат обращает внимание, что по делу имеются лишь показания Хахаева, данные им на этапе досудебного производства, в которых он признавал вину и пояснял об обстоятельствах совершенных преступлений, но которые более ничем не подтверждены и, при утверждении Хахаевым о вынужденном характере данных показаний, они не могли быть использованы в качестве доказательств по делу.
По мнению защитника, все иные доказательства по делу, в том числе показания свидетелей, пояснения самой потерпевшей С. по обстоятельствам нападения 12 августа 2019 года, которое она отрицала, указывая о самостоятельном падении, не подтверждают выводы суда о применении насилия Хахаевым к С., а, следовательно, все неустранимые сомнения, в том числе и по обстоятельствам 22 августа 2019 года, должны были быть истолкованы в пользу осужденного.
Оспаривает автор жалобы и данные протокола осмотра места происшествия от 28 августа 2019 года, поскольку полагает, что нож был обнаружен в багажном отделении автомобиля, а не в спортивной сумке Хахаева.
Обращает внимание, что по делу остались непроверенными версии о возможной причастности иных лиц, а вывод суда о нахождении в квартире лишь Хахаева не обоснован.
Оспаривает суровость назначенного наказания.
Переписывая свою апелляционную жалобу адвокат также просит о направлении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, а в случае отказа, просит об изменении судебных решений с переквалификацией действий Хахаева на ст. 158 УК РФ, с постановлением оправдательного приговора по ч. 4 ст. 162 и ч. 2 ст. 105 УК РФ.
В возражениях на кассационную жалобу адвоката Глизнуца С.И. государственный обвинитель Обухова Я.В. просит оставить судебные решения без изменения, жалобу - без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы стороны защиты, а также возражения стороны обвинения, Судебная коллегия полагает, что выводы суда о виновности Хахаева в совершении преступлений подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании, надлежащая оценка которым дана в приговоре.
В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, то есть круг оснований для вмешательства в судебные решения в кассационном порядке в отличие от производства в апелляционной инстанции ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания или применение иных мер уголовно-правового характера и на решение по гражданскому иску.
Содержание доводов стороны защиты о недоказанности и необоснованности осуждения Хахаева по факту совершенного убийства и разбойных нападений по существу повторяют его процессуальную позицию в судебном заседании первой и апелляционной инстанций, где им были также оспорены обстоятельства совершенных преступлений с применением насилия к потерпевшей С. и выдвинута версия о вынужденном характере своих показаний на стадии досудебного производства, в которых он признавал свою вину. Указанная версия была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судебными инстанциями и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих позицию осужденного.
Проверяя изложенную версию и в суде кассационной инстанции Судебная коллегия также исходит из того, что в ходе судебного разбирательства по первой инстанции, выслушав осужденного, не признавшего вину, отрицавшего обстоятельства совершенных преступлений и признавшего лишь факт нахождения в доме Соколовой в инкриминируемый период времени и совершении тайного хищения, принадлежащего ей имущества, суд при этом, исследовав показания, в частности, Хахаева, данные им на стадии предварительного следствия, в том числе при допросе в качестве подозреваемого, обвиняемого с признанием наступивших последствий от его собственных действий, в которых он подробно пояснял о времяпровождении с С., о заранее возникшем умысле на хищение золотых ювелирных изделий, об избиении потерпевшей 12 августа и ее убийстве по тем же корыстным мотивам 22 августа; исследовав результаты следственных действий, выводы экспертов, и с учетом анализа совокупности доказательств, обоснованно пришел к выводу о виновности Хахаева.
Нарушений уголовно-процессуального закона при получении показаний Хахаева выявлено не было. Показания были даны в присутствии защитника, перед проведением следственных действий осужденному были разъяснены положения, предусмотренные ст. ст. 46, 47 УПК РФ, в том числе и конституционное право отказа от дачи показаний и возможности их использования в последующем в качестве доказательств по делу, даже в случае отказа от них. Каких-либо заявлений, замечаний в ходе и по окончании допросов от Хахаева и его защитника не поступило, протоколы содержат сведения о личном прочтении, а также собственноручные подписи обвиняемого и защитника.
В этой связи судебными инстанциями также дана надлежащая оценка и проверены заявления стороны защиты об обстоятельствах оформления явок с повинной Хахаевым, оценены и материалы процессуальной проверки в порядке ст. ст. 144, 145 УПК РФ, по результатам которой было отказано в возбуждении уголовного дела. Выводы, опровергающие доводы стороны защиты со ссылкой на указанные обстоятельства, подробно изложены в судебных решениях, оснований не согласиться с ними у Судебной коллегии не имеется, как и нет необходимости в повторном их изложении, в том числе и потому, что кассационная жалоба адвоката не содержит новых доводов.
Учтено судом и то, что изложенные показания с применением видеозаписи были подтверждены осужденным при их проверке на месте преступления с воспроизведением обстановки и обстоятельств имевших место событий, с изложением конкретных своих действий по отношению к погибшей. Хахаев показал, как душил С. сначала локтевым захватом левой рукой шеи, а затем шнуром от зарядного устройства. По окончании следственного действия Хахаев отметил, что показания на месте давал добровольно.
При этом, судом верно установлено, что завязав шнур на узел на шее С. сзади, Хахаев имел возможность образовавшуюся петлю тянуть как за сам узел, так и за концы шнура спереди назад, создавая натяжение в удобном для него направлении в зависимости от его конкретного расположения по отношению к потерпевшей. Поэтому, вопреки утверждениям стороны защиты, сам узел и не отобразился на задней поверхности шеи, а странгуляционная борозда заканчивается в волосистой части головы. Эти же выводы были подтверждены в судебном заседании и экспертами С. и Ш.
Именно эти обстоятельства, Хахаевым, который является левшой, были указаны еще 30 августа 2019 года в явке с повинной, когда органам следствия еще не были известны подробности убийства.
То, что был произведен захват левой рукой шеи погибшей подтверждают и выводы судебно-медицинских экспертов, которыми установлено, что именно на лице С. в щечной области слева с переходом на верхнюю треть шеи имеются множественные (не менее 6) кровоподтеки округлой и овальной формы.
Выводы комиссионной судебно-медицинской экспертизы подтверждают также показания Хахаева, согласно которым на шее С. обнаружены повреждения в виде кровоподтеков и странгуляционной борозды, образовавшиеся от неоднократных травматических воздействий в короткой последовательности. Кровоподтеки образовались от сдавления шеи тупыми твердыми предметами и характерны для сдавления шеи частями тела человека, от сдавления шеи между плечом и предплечьем постороннего человека. Одиночная незамкнутая странгуляционная борозда на шее, образовалась от сдавления шеи жесткой петлей, имеющей гладкую поверхность, шириной 0,3 см. Возможно, была причинена шнуром от зарядного устройства для мобильно телефона. Первоначально имело место сдавление шеи руками, что привело к утрате сознания, последовавшее сдавление шеи петлей, привело к наступлению смерти.
Причиной смерти С. явилась механическая странгуляционная асфиксия, развившаяся от сдавления шеи петлей. Смерть могла наступить в период времени с 20 до 21 час. 22 августа 2019 года.
В судебном заседании Хахаев не отрицал, что примерно в период времени с 20.00 до 21.00 час. в указанный день находился в доме у С. откуда тайно похитил изделия из золота и другое имущество, воспользовавшись тем, что потерпевшей стало плохо и она, то ли уснула, то ли потеряла сознание.
Таким образом, показания осужденного, данные им на этапе расследования, судом обоснованно признаны достоверными и допустимыми, так как они неоднократны, согласуются между собой, дополняют друг друга, даны в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу. Оснований для признания их недопустимыми доказательствами, вопреки утверждениям осужденного и его защитника, у суда не имелось.
К такому же выводу приходит и Судебная коллегия, поскольку в первоначальных показаниях Хахаева имеются такие детали и обстоятельства, которые на момент проведения следственных действий не могли быть известны лицам, участвующим в расследовании.
Отмечает Судебная коллегия и то обстоятельство, что сам механизм и расположение причиненных телесных повреждений потерпевшей, примененное орудие убийства, расположение потерпевшей относительно осужденного были обозначены первоначально Хахаевым в своих показаниях и в последующем характер телесных повреждений, механизм их причинения, причина смерти были отражены и в заключениях судебно-медицинских экспертов, что дополнительно подтверждает правдивость показаний осужденного, непосредственно совершившего убийство.
Далее. Из показаний свидетеля П. следует, что в период времени около 21 часа 22 августа 2019 года, ожидая Хахаева в ст. < ... > у магазина, он звонил Хахаеву, а в 21.14 час. отправил СМС-сообщение, чтобы последний выходил к машине, иначе он уедет один. Минут через пять после сообщения Хахаев перезвонил и сообщил, что он идет. В машину он сел взволнованный и запыхавшийся. В пути следования в 21.29 час. ему, П. начали поступать на телефон денежные переводы через " < ... > " на сумму < ... > рублей, отправителем которых была С. На его вопросы Хахаев пояснил, что это ему отдали долги, а так как у него нет банковской карты, деньги он переправил на его, П., карту.
При этом, Судебная коллегия обращает внимание, что как на стадии расследования, так и в судебном заседании Хахаев всегда пояснял, что наряду с золотыми изделиями похитил 22 августа 2019 года и банковскую карту С., с которой сев в автомобиль П. и произвел две операции.
Оценены судом и показания свидетеля Г. подтвердившей обстоятельства знакомства С. и Хахаева, его приезд 12 августа к потерпевшей, нахождение С. в больнице по факту полученных телесных повреждений, которые, как полагала Г., потерпевшая стеснялась объяснить избиением ее Хахаевым, а также о нахождении Хахаева дома у С. и 22 августа; с утра 23 августа С. на звонки уже не отвечала.
Из показаний свидетеля К. также следует, что она была знакома с Хахаевым и С., которая в конце августа сообщила ей, что Хахаев ездит к ней, занимает деньги и не отдает, что он ее избил и она лежала в больнице.
Судебная коллегия обращает внимание, что изложенные показания свидетелей, а также и показания иных свидетелей по делу, подтверждают обстоятельства, имеющие отношение к инкриминируемым Хахаеву событиям, а также дополнительно подтверждают достоверность сообщенных им сведений на стадии досудебного производства. Каких-либо противоречий показания потерпевшей по эпизоду ее избиения 12 августа, ставящих под сомнение вывод о виновности Хахаева в ее избиении, и свидетелей, в целом, не содержат, мотивов и оснований к оговору осужденного судом не установлено. Что же касается нежелания погибшей говорить о своем избиении Хахаевым своим близким и знакомым, этим обстоятельствам судом дана верная оценка.
Все доказательства на основе которых суд пришел к убеждению о виновности Хахаева получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и оснований для признания их недопустимыми, не имеется, как и для отмены состоявшихся судебных решений.
Разрешались судом и доводы стороны защиты, аналогичные изложенным в настоящей жалобе, приводившиеся и в судебном заседании суда апелляционной инстанции, в том числе, и о неточности некоторых дат, указанных свидетелями по делу Г. и Р. Ш. и П. что судом обоснованно расценено, как запамятование, в связи с истечением определенного времени; о недопустимости, как доказательства по делу, протокола осмотра места происшествия от 23 августа 2019 года, в связи с тем, что был произведен без наличия трупа С.; об оспаривании протокола обнаружения и изъятия ножа от 28 августа 2019 года из сумки Хахаева, находившейся в машине П.; о неисследованности версии о наступлении смерти С. от возможных имеющихся у нее заболеваний и, в целом, о недоказанности причастности Хахаева к убийству С. Проверяя изложенные утверждения и в суде кассационной инстанции, Судебная коллегия соглашается с выводами суда, опровергающими позицию стороны защиты в этой части, ввиду ее несостоятельности и не усматривает необходимости в повторном изложении выводов суда, в том числе и ввиду отсутствия новых доводов.
Судебными инстанциями проверялись и обстоятельства, на которые указывала специалист С. В частности, помимо исследования протокола осмотра трупа от 23 августа 2019 года, заключения судебно-медицинской экспертизы N < ... > от 1 ноября 2019 года, заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы N < ... > от < ... > 2020 года, в судебном заседании были допрошены заведующий < ... > отделом ГБЗУ " < ... > " МЗ КК С. проводивший экспертизу N < ... > и эксперт Ш. председательствующий при проведении комиссионной судебно-медицинской экспертизы N < ... > .
Так, из показаний эксперта С. следует, что он действительно не располагал протоколом осмотра места происшествия при обнаружении трупа С. и сведениями об обстоятельствах ее гибели, однако он при исследовании трупа правильно установил причину ее смерти от асфиксии, обнаружив странгуляционную борозду. Узел удавки мог плотно не прилегать к задней поверхности шеи, поэтому и не отобразился на шее. Ткань из области борозды изымалась и направлялась для исследования. Количество забора необходимого материала из трупа, выполнение фотосъемки при проведении экспертизы, отнесено на усмотрение эксперта.
Из показаний эксперта Ш. следует, что комиссия экспертов располагала в полном объеме всеми необходимыми документами из материалов дела и медицинскими документами, результатами гистологических исследований, а также вещественными доказательствами. Выводы проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз о причине смерти С. сделаны верно.
Доводы стороны защиты о неполноте проведенных экспертных исследований, о несоответствии выводов в представленных актах экспертиз, о противоречивости выводов, безосновательны.
Выводы экспертов компетентны, научно обоснованны, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, а потому суд правильно признал заключения экспертов допустимыми доказательствами по делу. Для назначения и проведения по делу дополнительных или повторных экспертиз основания отсутствовали.
Подготовленная специалистом С. рецензия на заключения экспертов относительно механизма причинения смерти С., а также показания данного специалиста в судебном заседании получили надлежащую оценку.
В этой связи, Судебная коллегия, не может согласиться с утверждениями стороны защиты о наличии неустраненных сомнений относительно странгуляционной борозды на шее убитой С., поскольку из анализа экспертных заключений судом верно установлены все признаки странгуляционной борозды, которые в достаточной мере описаны экспертами. Оснований ставить под сомнение, что причина смерти С. была насильственной, не имеется.
Содержание кассационной жалобы адвоката о неверной квалификации действий Хахаева по существу также повторяет процессуальную позицию стороны защиты в судебном заседании первой и апелляционной инстанций, которая была в полном объеме проверена при рассмотрении дела предыдущими судебными инстанциями и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих доводы осужденного и его защитника.
Учитывая установленные судом обстоятельства, не усматривает и Судебная коллегия оснований подвергать сомнению выводы о квалификации действий осужденного.
Таким образом, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих изменение или отмену приговора и апелляционного определения, не установлено.
Уголовное дело рассмотрено судом объективно, с соблюдением правил судопроизводства, в том числе принципа состязательности сторон и права стороны защиты на представление доказательств. Доводы стороны защиты, которые позволили бы поставить под сомнение объективность принятого решения, не нашли подтверждения в материалах дела. Все ходатайства сторон разрешены судом правильно в соответствии с требованиями закона, в том числе ходатайство о признании доказательств недопустимыми и о возвращении уголовного дела прокурору. Оснований не соглашаться с принятыми решениями Судебная коллегия не усматривает.
Оснований ставить вопрос и в кассационной инстанции о направлении дела прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ, не имеется. Предъявление обвинения произведено с описанием преступлений, с указанием времени, места их совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию, то есть в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 171 УПК РФ, а также указано существо обвинения, способы и мотивы совершения преступлений, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для дела, с соблюдением требований, изложенных в ст. 220 УПК РФ. При этом, пределы судебного разбирательства не были нарушены, поскольку суд не устанавливал новых фактических обстоятельств, не указанных в обвинительном заключении и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого.
В апелляционном порядке уголовное дело рассмотрено в соответствии с нормами главы 45.1 УПК РФ. Содержание определения судебной коллегии отвечает требованиям ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, принятое решение надлежащим образом мотивировано.
При назначении наказания Хахаеву судом учтены обстоятельства совершенных осужденным преступлений, степень общественной опасности содеянного, характеризующие данные о личности, а также наличие смягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на его исправление.
Все обязательные, а также имеющие значение при решении вопроса о размере наказания обстоятельства судом учтены. Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими наказание в отношении осужденного, Судебная коллегия не усматривает.
С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 401.14 - 401.16 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Краснодарского краевого суда от 7 декабря 2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 1 марта 2021 года в отношении Хахаева Анатолия Алексеевича оставить без изменения, кассационную жалобу адвоката Глизнуца С.И. в защиту интересов осужденного - без удовлетворения.