КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 30 октября 2025 г. N 2801-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ШИПИЛОВА ВЛАДИМИРА АЛЕКСАНДРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЯМИ 195, 196, ПУНКТОМ 1 СТАТЬИ 200
И ПУНКТОМ 1 СТАТЬИ 204 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.А. Шипилова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин В.А. Шипилов оспаривает конституционность статей 195 "Понятие исковой давности", 196 "Общий срок исковой давности", пункта 1 статьи 200 "Начало течения срока исковой давности" и пункта 1 статьи 204 "Течение срока исковой давности при защите нарушенного права в судебном порядке" ГК Российской Федерации.
Как следует из представленных материалов, 30 ноября 2010 года в отношении В.А. Шипилова было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью первой статьи 330 "Самоуправство" УК Российской Федерации. В период рассмотрения уголовного дела у заявителя был изъят мелкий рогатый скот, который признан вещественным доказательством и передан ряду граждан на ответственное хранение. 8 августа 2019 года уголовное дело было прекращено следователем ввиду отсутствия состава преступления.
15 июля 2022 года в связи с тем, что изъятое у В.А. Шипилова имущество было утрачено, он обратился в суд с заявлением о возмещении ему имущественного вреда, в том числе упущенной выгоды в виде недополученных ягнят, а также стоимости мяса, которое могло бы быть им реализовано за спорный период, в порядке реабилитации (глава 18 УПК Российской Федерации). Постановлением суда первой инстанции от 11 августа 2022 года, с которым согласились суды апелляционной и кассационной инстанций (постановления от 22 сентября 2022 года, от 30 января 2023 года и от 3 мая 2023 года), производство по заявлению о возмещении В.А. Шипилову убытков в порядке реабилитации прекращено; суды, оценив характер заявленных убытков, пришли к выводу, что заявление не подлежит рассмотрению в порядке уголовного судопроизводства. При этом судом первой инстанции заявителю было разъяснено право на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства.
29 января 2024 года В.А. Шипилов обратился в суд в порядке гражданского судопроизводства с иском о взыскании за счет казны Российской Федерации соответствующих убытков, в удовлетворении которого было отказано по причине пропуска заявителем трехлетнего срока исковой давности, начавшего течь с момента вынесения постановления о прекращении уголовного дела (решение суда первой инстанции от 7 августа 2024 года оставлено без изменения апелляционным определением от 9 октября 2024 года и определением кассационного суда общей юрисдикции от 23 января 2025 года, с чем в определении от 23 апреля 2025 года согласился судья Верховного Суда Российской Федерации). Суды отклонили доводы заявителя о необходимости исчисления указанного срока с момента прекращения судом первой инстанции производства по его заявлению о возмещении имущественного вреда в порядке реабилитации, а также указали, что использование истцом ненадлежащего порядка судебной защиты своих прав не влечет приостановления течения срока исковой давности.
По мнению заявителя, оспариваемые положения не соответствуют статьям 2, 15 (часть 2), 17 - 19, 35, 45, 46 и 53 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они допускают отказ в возмещение вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, лицу, уголовное дело в отношении которого было прекращено по реабилитирующему основанию, со ссылкой на истечение срока исковой давности, исчисленного без исключения из него периода производства по заявлению о возмещении того же вреда в порядке главы 18 УПК Российской Федерации, притом что право на реабилитацию впервые было разъяснено судом этому лицу лишь по истечении трехлетнего срока после вынесения постановления следователя о прекращении производства по уголовному делу.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, установление в законе общего срока исковой давности, то есть срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статьи 195 и 196 ГК Российской Федерации), начала его течения (статья 200 ГК Российской Федерации) и последствий пропуска такого срока (статья 199 ГК Российской Федерации) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота (определения от 3 октября 2006 года N 439-О, от 18 декабря 2007 года N 890-О-О, от 16 февраля 2012 года N 313-О-О, от 23 апреля 2015 года N 911-О, от 29 сентября 2015 года N 2107-О и др.); при этом пункт 1 статьи 200 ГК Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения от 21 апреля 2011 года N 558-О-О, от 25 октября 2016 года N 2309-О, от 25 мая 2017 года N 1159-О, от 30 сентября 2019 года N 2420-О, от 27 декабря 2023 года N 3497-О и др.).
Дополнительной гарантией защиты нарушенных прав участников гражданских правоотношений служит пункт 1 статьи 204 ГК Российской Федерации, согласно которому на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права, срок исковой давности не течет. При этом в силу разъяснений, содержащихся в пунктах 17 и 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, если заявление было принято к производству суда; начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь в случаях оставления заявления без рассмотрения либо прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абзацем вторым статьи 220 ГПК Российской Федерации, пунктом 1 части 1 статьи 150 АПК Российской Федерации, с момента вступления в силу соответствующего определения суда либо отмены судебного приказа; в случае прекращения производства по делу по указанным выше основаниям, а также в случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев.
Таким образом, оспариваемые нормы, позволяющие судам исчислять сроки исковой давности с учетом фактических обстоятельств каждого конкретного дела, не могут сами по себе рассматриваться как нарушающие конституционные права В.А. Шипилова в обозначенном в жалобе аспекте.
Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела заявителя, в том числе определение момента, с которого начал течь срок исковой давности по его требованию, не входят в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации").
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шипилова Владимира Александровича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН