КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 30 января 2024 г. N 224-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
УСМАНОВА ВАГИТА ВИКТОРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ СТАТЬЯМИ 75, 91, ЧАСТЯМИ ТРЕТЬЕЙ И ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 217
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ,
А ТАКЖЕ ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 314.1 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.В. Усманова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился заместитель Председателя того же суда (письмо от 6 апреля 2023 года), отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции жалоб в защиту интересов гражданина В.В. Усманова о пересмотре вынесенных в его отношении судебных решений.
Установлено, в частности, что перед началом проведения личного досмотра заявителя ему были разъяснены соответствующие права и обязанности; выводы суда о допустимости положенных в основу приговора доказательств сомнений в своей объективности не вызывают; суд первой инстанции на основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств правильно установил фактические обстоятельства дела и квалифицировал содеянное в том числе по части первой статьи 314.1 УК Российской Федерации; сторона защиты не была ограничена в ходе рассмотрения дела по существу в возможности предоставить суду свои доказательства, а также заявить ходатайства о вызове и допросе в судебное заседание конкретных лиц; определением нижестоящего суда кассационной инстанции исключены из числа доказательств рапорты сотрудников полиции об обнаружении признаков преступления.
В.В. Усманов просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 2, 15 (часть 4), 18, 22, 24 (часть 2), 45, 46, 50 (части 1 и 2), 55 (часть 3), 56 (часть 3) и 123 (часть 3), а также пункту 1 статьи 9, подпункту "е" пункта 3 и пункту 7 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах следующие законоположения:
статью 75 "Недопустимые доказательства" УПК Российской Федерации, как не относящую к числу недопустимых доказательств протокол личного досмотра, составленный в предусмотренном Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях порядке и с нарушением его требований, а также заключения судебных экспертиз относительно вещей, упаковка которых после их изъятия вскрывалась в непроцессуальном порядке, и относительно образцов для сравнительного исследования, полученных не в порядке уголовного судопроизводства, а в рамках производства по делам об административных правонарушениях;
статью 91 "Основания задержания подозреваемого" того же Кодекса, поскольку данная норма, по утверждению заявителя, позволяет оперативным сотрудникам задерживать любое лицо без соответствующего поручения со стороны следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело, по не подтвержденному доказательствами рапорту сотрудника полиции о подозрении лица в совершении преступления;
части третью и четвертую статьи 217 "Ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела" УПК Российской Федерации, утверждая, что данные положения позволяют следователю не предоставлять обвиняемому при ознакомлении с материалами завершенного предварительным расследованием уголовного дела интересующие его сведения, заменяя их другими и ограничивая во времени такого ознакомления, а также - по окончании указанного процессуального действия - произвольно разрешать вопрос о перечне подлежащих вызову в суд свидетелей, не выясняя позицию обвиняемого по данному вопросу;
часть первую статьи 314.1 "Уклонение от административного надзора или неоднократное несоблюдение установленных судом в соответствии с федеральным законом ограничения или ограничений" УК Российской Федерации, как устанавливающую уголовную ответственность за уклонение от административного надзора и тем самым допускающую повторное осуждение лица за совершение того же преступления.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Как следует из жалобы, нарушение своих прав оспариваемыми положениями уголовно-процессуального закона В.В. Усманов аргументирует имеющимися, по его мнению, фактами их нарушения, неприменения либо неправомерного применения в его уголовном деле, утверждая о недопустимости использования ряда доказательств, о нарушении порядка его задержания и ознакомления с материалами уголовного дела, в то время как в представленных с жалобой судебных решениях содержится вывод о том, что таких нарушений не допущено. Тем самым заявитель, по сути, предлагает Конституционному Суду Российской Федерации проверить обоснованность конкретных правоприменительных решений по его делу с учетом фактических обстоятельств, что к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относится.
2.2. Административный надзор, как осуществляемое органами внутренних дел наблюдение за соблюдением лицом, освобожденным из мест лишения свободы, установленных судом в соответствии с Федеральным законом от 6 апреля 2011 года N 64-ФЗ "Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы" временных ограничений его прав и свобод, а также за выполнением им обязанностей, предусмотренных этим Федеральным законом (пункт 1 статьи 1), относится к мерам предупреждения преступлений и других правонарушений, оказания на лицо индивидуального профилактического воздействия (статья 2), а не к мерам ответственности за совершенное правонарушение. Такое правовое регулирование согласуется с положением статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, допускающей ограничение прав и свобод человека и гражданина для защиты конституционно значимых ценностей, и является соразмерным тем конституционно защищаемым целям, ради которых административный надзор вводится (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2012 года N 597-О-О, от 25 октября 2018 года N 2782-О, от 19 декабря 2019 года N 3333-О, от 31 мая 2022 года N 1429-О и др.).
При этом обязательность соответствующих запретов гарантируется, как правило, закреплением санкций за их несоблюдение, в связи чем указанный Федеральный закон предусматривает возможность не только досрочного прекращения административного надзора (часть 2 статьи 9), но и его продления (статья 7), а также наступление ответственности поднадзорного лица в соответствии с законодательством Российской Федерации в случае несоблюдения установленных судом административных ограничений или невыполнения обязанностей, предусмотренных этим Федеральным законом (часть 3 статьи 11).
Так, статья 314.1 УК Российской Федерации в части первой устанавливает уголовную ответственность за неприбытие без уважительных причин лица, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, к избранному им месту жительства или пребывания в определенный администрацией исправительного учреждения срок, а равно за самовольное оставление поднадзорным лицом места жительства, пребывания или фактического нахождения, совершенные в целях уклонения от административного надзора.
Такое неблагоприятное для лица последствие обусловлено его собственным поведением и не означает, вопреки утверждению В.В. Усманова, совершение того же преступления, за которое это лицо уже понесло уголовную ответственность.
Соответственно, часть первая статьи 314.1 УК Российской Федерации - не содержащая неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать противоправность своего поведения и которая препятствовала бы единообразному ее пониманию и применению правоприменительными органами, - не может расцениваться в качестве нарушающей права заявителя в обозначенном им аспекте.
Таким образом, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе "О Конституционном Суде Российской Федерации", не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Усманова Вагита Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН