КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 30 января 2020 г. N 228-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
СЕЛОУСТЬЕВА ВЛАДИМИРА ВЯЧЕСЛАВОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ РЯДОМ ПОЛОЖЕНИЙ
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И
ПУНКТОМ 10.1 ПРАВИЛ ДОРОЖНОГО ДВИЖЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.В. Селоустьева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин В.В. Селоустьев, в отношении совершеннолетней дочери которого, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью пятой статьи 264 УК Российской Федерации, постановлением районного суда прекращено уголовное дело в связи с ее смертью, оспаривает конституционность следующих положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, утверждая, что:
пункт 4 части первой статьи 24 "Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела" и пункт 1 статьи 254 "Прекращение уголовного дела или уголовного преследования в судебном заседании" противоречат статьям 21 (часть 1), 23 (часть 1), 46 (часть 1), 48 (часть 1) и 49 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой позволяют прекратить уголовное дело в связи со смертью обвиняемой без согласия ее близких родственников;
части первая и восьмая статьи 42 "Потерпевший" не соответствуют статьям 2, 15 (часть 1), 19 (часть 1), 21 (часть 1), 49 (часть 3) и 52 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они не позволяют признавать потерпевшими погибших в результате преступления несовершеннолетних детей обвиняемой;
часть первая статьи 56 "Свидетель" не согласуется со статьями 19 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой допрос в качестве свидетеля водителя второго автомобиля, участвовавшего в дорожно-транспортном происшествии, по факту которого было возбуждено уголовное дело, исключает в этом деле установление его виновности в совершении преступления;
часть первая статьи 235 "Ходатайство об исключении доказательства" не соответствует статьям 41 (часть 3), 46 (часть 1) и 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она допускает возможность отказа в удовлетворении ходатайства об исключении из перечня доказательств сведений, полученных с нарушением закона, до их представления в судебное заседание стороной обвинения.
Кроме того, В.В. Селоустьев просит признать противоречащим статье 41 (часть 3) Конституции Российской Федерации пункт 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (утверждены постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090), поскольку данный пункт служит основанием для привлечения второго участника дорожно-транспортного происшествия, повлекшего смерть двух лиц, лишь к административной ответственности и не исключает продолжение им использования транспортного средства с превышением установленных ограничений скорости.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года N 16-П взаимосвязанные положения пункта 4 части первой статьи 24 и пункта 1 статьи 254 УПК Российской Федерации, закрепляющие в качестве основания прекращения уголовного дела смерть подозреваемого (обвиняемого), за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего, были признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 21 (часть 1), 23 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 49, в той мере, в какой эти положения в системе действующего правового регулирования позволяли прекратить уголовное дело в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого) без согласия его близких родственников.
При этом в целях обеспечения принципа охраны государством достоинства личности, права каждого на защиту своей чести и доброго имени, состязательности и равноправия сторон судопроизводства, гарантий государственной, в том числе судебной, защиты прав и свобод человека и гражданина и принципа презумпции невиновности в ситуациях, когда уголовное дело в отношении умершего подозреваемого (обвиняемого) прекращается в досудебной стадии уголовного судопроизводства либо когда такое решение принимается судом в стадии судебного разбирательства, и учитывая отсутствие в действующем правовом регулировании каких-либо специальных процессуальных форм защиты прав близких родственников умершего подозреваемого (обвиняемого), Конституционный Суд Российской Федерации установил порядок исполнения данного Постановления до внесения соответствующих изменений в правовое регулирование. Так, в частности, если близкие родственники подозреваемого (обвиняемого) возражают против прекращения уголовного дела в связи с его смертью, орган предварительного расследования или суд обязаны продолжить предварительное расследование либо судебное разбирательство. При этом близким родственникам должны быть обеспечены права, которыми должен был бы обладать подозреваемый, обвиняемый (подсудимый), аналогично тому, как это установлено частью восьмой статьи 42 УПК Российской Федерации применительно к умершим потерпевшим. В рамках судебного разбирательства должны быть установлены обстоятельства происшедшего, дана их правовая оценка, выяснена действительная степень вины (или невиновность) лица в совершении инкриминируемого ему деяния, а по окончании рассмотрения уголовного дела по существу в обычном порядке (с учетом особенностей, обусловленных физическим отсутствием подсудимого) суд должен либо, придя к выводу о невиновности умершего, вынести оправдательный приговор, либо, при отсутствии оснований для его реабилитации, прекратить уголовное дело, руководствуясь пунктом 4 части первой статьи 24 и пунктом 1 статьи 254 УПК Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2012 года N 423-О-Р, от 15 октября 2018 года N 2511-О, от 12 ноября 2019 года N 2967-О и др.).
Часть первая статьи 56 УПК Российской Федерации, определяя свидетеля как лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей этой статьи, не регламентирует порядок привлечения лица к ответственности и не содержит положений, исключающих возможность выдвижения против лица, ранее допрошенного в качестве свидетеля, подозрения или обвинения в совершении преступления.
Часть первая статьи 235 УПК Российской Федерации, предусматривающая, что стороны вправе заявить ходатайство об исключении из перечня доказательств, предъявляемых в судебном разбирательстве, любого доказательства и в случае заявления ходатайства его копия передается другой стороне в день представления ходатайства в суд, предполагает принятие по данному ходатайству законного, обоснованного и мотивированного решения и направлена на обеспечение права сторон на судебную защиту, включая реализацию требования о том, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (статья 50, часть 2, Конституции Российской Федерации).
Таким образом, пункт 4 части первой статьи 24, часть первая статьи 56, часть первая статьи 235 и пункт 1 статьи 254 УПК Российской Федерации не могут расцениваться как нарушающие указанные в жалобе права заявителя. Проверка же правильности применения норм права с учетом фактических обстоятельств конкретного дела к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относится.
Что же касается оспариваемых положений статьи 42 УПК Российской Федерации и пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, то заявитель не предоставил документы, подтверждающие их применение в его конкретном деле в указанном в жалобе аспекте.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Селоустьева Владимира Вячеславовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН