КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 ноября 2019 г. N 3242-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
КАРАИЧЕВА АНДРЕЯ ВАСИЛЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ ТРЕТЬЕЙ.3 СТАТЬИ 72 УГОЛОВНОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.В. Караичева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин А.В. Караичев, отбывающий наказание в виде лишения свободы, утверждает, что часть третья.3 статьи 72 "Исчисление сроков наказаний и зачет наказания" УК Российской Федерации нарушает статью 54 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку не позволяет применять к осужденным, получившим дисциплинарные взыскания до вступления в силу изменений, внесенных в данную статью уголовного закона, льготный порядок зачета времени, проведенного ими под стражей, в срок отбывания наказания из расчета один день за полтора, тем самым ухудшая их положение.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, установление федеральным законом уголовной ответственности и наказания без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной юридической оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и совершившего его лица, и применение мер ответственности без учета характеризующих личность виновного обстоятельств противоречили бы конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма. Вместе с тем дифференциация мер уголовно-правовой ответственности должна отвечать требованиям справедливости, разумности и соразмерности (постановления от 19 марта 2003 года N 3-П, от 11 декабря 2014 года N 32-П и от 15 ноября 2016 года N 24-П).
Конституция Российской Федерации, закрепляя в статье 22 право каждого на свободу и личную неприкосновенность, устанавливает единые гарантии этого права при заключении под стражу и содержании под стражей и при лишении свободы (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2003 года N 1-П). Соответственно, в основе зачета в срок наказания периода, в течение которого лицо подвергается изоляции от общества, лежит сопоставление характера применяемых при этом уголовно-правовых или уголовно-процессуальных ограничений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2018 года N 212-О, от 17 июля 2018 года N 2030-О и от 27 сентября 2018 года N 2140-О).
Устанавливая в статье 72 УК Российской Федерации правила зачета времени содержания под стражей до вступления приговора суда в законную силу в срок лишения свободы (предусматривающие, в частности, что один день содержания под стражей засчитывается за один день отбывания наказания в тюрьме либо исправительной колонии строгого или особого режима, за полтора дня отбывания наказания в воспитательной колонии либо исправительной колонии общего режима и за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, - часть третья.1; время содержания под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день в отношении срока нахождения осужденного, отбывающего наказание в строгих условиях в воспитательной колонии или исправительной колонии общего режима, в штрафном или дисциплинарном изоляторе, помещении камерного типа либо едином помещении камерного типа, в случае применения мер взыскания к осужденному в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством, - часть третья.3 федеральный законодатель не вышел за рамки уголовно-правовых средств, которые он вправе использовать для достижения конституционно оправданных целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления его исправительного воздействия на осужденного, предупреждения новых преступлений и тем самым защиты личности, общества и государства от преступных посягательств и которые не допускают избыточного ограничения прав и свобод при применении мер уголовно-правового принуждения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2018 года N 2845-О и от 20 декабря 2018 года N 3377-О).
При этом изменение правил зачета наказания не свидетельствует об усилении уголовного наказания либо возложении на осужденного дополнительного наказания, а равно не нарушает принцип равенства, поскольку осужденный, к которому применялись меры взыскания в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством, не может расцениваться как находящийся в одинаковой или сходной ситуации с лицом, к которому такие меры не применялись (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2019 года N 54-О).
Следовательно, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Караичева Андрея Васильевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН