КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 декабря 2023 г. N 3324-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
СПИРИДОНОВА ДЕНИСА СЕРГЕЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЯМИ ВТОРОЙ, ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 33,
ЧАСТЯМИ ПЕРВОЙ, ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 34 И ПУНКТОМ "А" ЧАСТИ
ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 163 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Д.С. Спиридонова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин Д.С. Спиридонов оспаривает конституционность частей второй, третьей статьи 33 "Виды соучастников преступления", частей первой, третьей статьи 34 "Ответственность соучастников преступления" и пункта "а" части третьей статьи 163 "Вымогательство" УК Российской Федерации.
Приговором районного суда (с учетом изменений, внесенных апелляционным судом) Д.С. Спиридонов осужден за совершение преступлений, в том числе вымогательств. Как установил суд, участники организованной группы, которую создал и которой первоначально руководил Д.С. Спиридонов, требовали в период с 2008 года по март 2016 года от потерпевших передачи денежных средств под угрозой уничтожения и повреждения имущества; при этом сами угрозы высказывались, как правило, в завуалированной форме. Кроме того, суд признал, что после заключения под стражу Д.С. Спиридонов продолжал выполнять функции руководителя преступной группы посредством мобильной связи. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. С квалификацией действий осужденного согласился и заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации.
По мнению заявителя, оспариваемые нормы не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 15 (части 1 и 2), 17, 18, 19 (части 1 и 2), 45, 46 (часть 1), 49 (части 2 и 3), 55 (части 2 и 3), 120 и 123 (часть 3), в той мере, в какой они - в системе правового регулирования и по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, - позволяют квалифицировать вымогательство денежных средств, совершенное организованной группой, без ссылки на положения Общей части уголовного закона, произвольно определять, кто является организатором, а кто соисполнителем в этой группе, а также привлекать лицо к уголовной ответственности за преступления, в которых оно не являлось соисполнителем ввиду заключения под стражу.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Согласно правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации любое преступление, а равно наказание за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя из текста соответствующей нормы - в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, - каждый мог предвидеть уголовно-правовые последствия своих действий (бездействия). Вместе с тем оценка степени определенности содержащихся в законе понятий должна осуществляться с учетом как самого текста закона и используемых в нем формулировок, так и их места в системе нормативных предписаний (постановления от 27 мая 2003 года N 9-П, от 27 мая 2008 года N 8-П, от 13 июля 2010 года N 15-П, от 17 июня 2014 года N 18-П и др.).
Закрепляя в главе 21 УК Российской Федерации составы преступлений против собственности, законодатель отнес к ним вымогательство, которое согласно части первой статьи 163 данного Кодекса определяется как требование передачи чужого имущества или права на имущество или совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких. Дифференцируя (усиливая) ответственность в пунктах "а", "б" части третьей той же статьи за вымогательство, совершенное организованной группой или в целях получения имущества в особо крупном размере, он не вышел за пределы своих дискреционных полномочий, а, напротив, учел признаки, свидетельствующие о повышенной общественной опасности такого деяния (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июля 2020 года N 1913-О и от 24 февраля 2022 года N 273-О). При квалификации деяния, в том числе по статье 163 УК Российской Федерации, обязательно установление как объективных, так и субъективных признаков состава преступления (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июня 2016 года N 1316-О, от 25 мая 2017 года N 1013-О и от 29 мая 2019 года N 1239-О).
Данная норма Особенной части УК Российской Федерации действует во взаимосвязи с иными положениями его Общей части. Так, статья 33 данного Кодекса признает соучастниками преступления наряду с исполнителем организатора, подстрекателя и пособника (часть первая), а организатором - лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением, равно как и лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими (часть третья). Статья же 34 данного Кодекса закрепляет, что ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления (часть первая). Такая ответственность организатора, подстрекателя и пособника наступает по статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление, со ссылкой на статью 33 данного Кодекса, за исключением случаев, когда они одновременно являлись соисполнителями преступления (часть третья той же статьи). Кроме того, его статья 35, устанавливая конкретные формы соучастия в преступлении в зависимости от степени согласованности действий соучастников, прямо предусматривает в части пятой, что лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими, подлежит уголовной ответственности за их организацию и руководство ими в случаях, предусмотренных статьями 205.4, 208, 209, 210 и 282.1 данного Кодекса, а также за все совершенные организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) преступления, если они охватывались его умыслом.
В правоприменительной практике по делам о преступлениях против собственности суды исходят из того, что при признании этих преступлений совершенными организованной группой действия всех соучастников независимо от их роли в содеянном подлежат квалификации как соисполнительство без ссылки на статью 33 УК Российской Федерации (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" и пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2015 года N 56 "О судебной практике по делам о вымогательстве (статья 163 Уголовного кодекса Российской Федерации)").
Подлежащие применению с учетом приведенных положений оспариваемые нормы не содержат неопределенности и не предполагают наступления ответственности лица без установления судом - на основе оценки фактических обстоятельств конкретного дела - признаков совершения преступления организованной группой, роли этого лица в ней и направленности его умысла, а потому не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в обозначенном им аспекте.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Спиридонова Дениса Сергеевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН