КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 мая 2021 г. N 938-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ГАЙЗЕРА ВЯЧЕСЛАВА МИХАЙЛОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 10 УГОЛОВНОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.М. Гайзера к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Приговором суда (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением) гражданин В.М. Гайзер осужден, в частности, за совершение в 2014 году преступления - получение в составе организованной группы через посредника взятки в особо крупном размере. Кассационным определением отклонена кассационная жалоба, в которой приводились доводы, что квалификация деяния по части шестой статьи 290 "Получение взятки" (в редакции Федерального закона от 3 июля 2016 года N 324-ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации") УК Российской Федерации ухудшила положение осужденного, поскольку в период совершения инкриминируемого преступления не было установлено уголовной ответственности за передачу взятки по указанию должностного лица иному физическому или юридическому лицу.
В этой связи заявитель утверждает, что часть первая статьи 10 "Обратная сила уголовного закона" УК Российской Федерации не соответствует статье 54 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она допускает решение вопроса о придании или непридании обратной силы уголовному закону на основании широкого субъективного усмотрения должностных лиц следственного органа или суда, не закрепляя в законе оснований, по которым можно определить приоритет нормативных положений при их темпоральной конкуренции.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Закрепляя в статье 54 (часть 2) - в качестве гарантии защиты достоинства личности и ее прав в сфере уголовно-правовых и уголовно-процессуальных отношений - правило, в силу которого никто не может нести ответственность за деяние, не признававшееся правонарушением в момент его совершения, и исключая тем самым возможность возложения на граждан ответственности за деяния, общественная опасность которых в момент совершения ими не осознавалась и не могла осознаваться ввиду отсутствия в законе соответствующего правового запрета, Конституция Российской Федерации создает необходимые предпосылки определенности их правового положения (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2006 года N 4-П).
На реализацию названного правила, выражающего общепризнанный правовой принцип nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), направлены взаимосвязанные положения Уголовного кодекса Российской Федерации, согласно которым уголовное законодательство Российской Федерации состоит из данного Кодекса, а новые законы, предусматривающие уголовную ответственность, подлежат включению в данный Кодекс, который основывается на Конституции Российской Федерации и общепризнанных принципах и нормах международного права (статья 1); преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только данным Кодексом (часть первая статьи 3); при этом преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, которым признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий (статья 9).
Тем самым установлено правило перспективного действия уголовного закона, которое предполагает распространение уголовного закона на совершаемые лишь после его вступления в силу общественно опасные деяния, образующие основание для возникновения уголовно-охранительных правоотношений, а значит, допускает возложение уголовной ответственности за нарушения только тех уголовно-правовых запретов, которые были введены до совершения возбраняемых ими деяний и вследствие этого могли быть приняты во внимание виновными в их нарушении лицами (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 13 февраля 2018 года N 248-О, от 25 октября 2018 года N 2791-О и др.).
Дополнительно - в развитие положений статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации - статья 10 УК Российской Федерации закрепляет, что уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, т.е. распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость (часть первая).
При этом в силу изменений, внесенных Федеральным законом от 3 июля 2016 года N 324-ФЗ, к получению взятки отнесены и случаи, когда взятка по указанию должностного лица передается иному физическому или юридическому лицу. Однако статья 290 УК Российской Федерации во всех редакциях определяла в качестве составообразующих признаков запрещенного ею преступления получение взятки должностным лицом как лично, так и через посредника (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 октября 2018 года N 2775-О и от 29 января 2019 года N 60-О). Следовательно, для решения вопроса, какая из редакций этой статьи - в части уголовной ответственности за получение взятки через посредника - подлежит применению с учетом правил действия уголовного закона во времени, необходимо сопоставление санкций соответствующих норм как отражающих законодательную оценку общественной опасности преступления.
Таким образом, оспариваемая норма не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя в указанном им аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе "О Конституционном Суде Российской Федерации", не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гайзера Вячеслава Михайловича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН