КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 марта 2025 г. N 637-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
АЛЕКСЕЕВА КОНСТАНТИНА ВИКТОРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ "Б" ЧАСТИ ТРЕТЬЕЙ.1 СТАТЬИ 72
УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ
СТАТЬИ 74 И ЧАСТЬЮ ВТОРОЙ СТАТЬИ 77.1
УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев по требованию гражданина К.В. Алексеева вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин К.В. Алексеев просит признать не соответствующими статье 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации пункт "б" части третьей.1 статьи 72 "Исчисление сроков наказаний и зачет наказания" УК Российской Федерации, часть первую статьи 74 "Виды исправительных учреждений" и часть вторую статьи 77.1 "Привлечение осужденных к лишению свободы к участию в следственных действиях или судебном разбирательстве" УИК Российской Федерации. По мнению заявителя, данные нормы неконституционны, поскольку не позволяют судам использовать коэффициенты кратности для зачета в срок лишения свободы времени содержания лица в следственном изоляторе после вступления в законную силу приговора, который судом апелляционной инстанции был отменен в части одного из эпизодов, при этом уголовное дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, а осужденный продолжал содержаться в условиях следственного изолятора в период рассмотрения дела судами первой и апелляционной инстанций.
Как следует из представленных материалов, приговором суда заявитель был признан виновным в совершении ряда преступлений, предусмотренных частью четвертой статьи 159 УК Российской Федерации. Этим же приговором в соответствии с положениями статьи 72 УК Российской Федерации в срок лишения свободы было зачтено время его содержания под стражей со дня задержания по день, предшествующий дню вступления приговора в законную силу, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Решением суда апелляционной инстанции приговор был отменен в части осуждения К.В. Алексеева по одному из вмененных ему преступлений, при этом уголовное дело в этой части было передано на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе. В остальной части приговор (с учетом изменений, внесенных судом апелляционной инстанции) вступил в законную силу. Впоследствии в отношении заявителя постановлен новый приговор, обжалуя который он указывал, что, поскольку после вступления в законную силу первого приговора он в исправительную колонию не направлялся, а продолжал содержаться в следственном изоляторе, данный период до вступления в силу нового приговора должен быть зачтен ему в срок лишения свободы по правилам, предусмотренным пунктом "б" части третьей.1 статьи 72 УК Российской Федерации. Однако вышестоящие суды отвергли доводы К.В. Алексеева, указав, в частности, что после вступления первого приговора в законную силу он отбывал наказание и содержался в следственном изоляторе в порядке, предусмотренном положениями статьи 77.1 УИК Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
По смыслу статей 17 (часть 2), 21 (часть 1), 22 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации неотчуждаемое и принадлежащее каждому от рождения право на свободу и личную неприкосновенность, относящееся к числу основных прав человека и признаваемое Всеобщей декларацией прав человека (статья 1), воплощает одно из наиболее значимых социальных благ, которое - исходя из признания государством достоинства личности - предопределяет недопустимость произвольного вмешательства в сферу ее автономии, может быть ограничено исключительно федеральным законом и лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты конституционно охраняемых ценностей. Закрепляя это право, Конституция Российской Федерации устанавливает единые его гарантии при заключении под стражу и при лишении свободы. Соответственно, в основе зачета в срок наказания периода, в течение которого лицо подвергается изоляции от общества, лежит сопоставление характера применяемых при этом уголовно-правовых или уголовно-процессуальных ограничений (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2003 года N 1-П, от 28 декабря 2020 года N 50-П и от 15 марта 2023 года N 8-П; Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2018 года N 212-О, от 17 июля 2018 года N 2030-О, от 27 сентября 2018 года N 2140-О, от 28 сентября 2023 года N 2662-О, от 30 января 2024 года N 220-О, от 13 февраля 2024 года N 244-О, от 30 мая 2024 года N 1413-О и др.).
Вопросы о квалификации деяния, о виде исправительного учреждения, в котором должен отбывать наказание осужденный к лишению свободы, и о его режиме разрешаются судом при постановлении приговора (пункты 3 и 9 части первой статьи 299 и пункты 3 - 6 и 9 части первой статьи 308 УПК Российской Федерации). Вступивший в законную силу обвинительный приговор суда не только служит формальным основанием для лишения лица свободы, но и обусловливает его правовое положение как осужденного, отбывающего наказание в местах лишения свободы, определяет условия исполнения наказания, что влечет для него и дифференцированные ограничения прав в зависимости от вида исправительного учреждения и от режима, определенного этим решением (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 марта 2023 года N 8-П), а для учреждений и органов, исполняющих наказание, - обязанность обеспечить надлежащие условия отбывания такового.
Согласно статье 77.1 УИК Российской Федерации при необходимости участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого или обвиняемого осужденные к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьме могут быть оставлены в следственном изоляторе либо переведены в следственный изолятор из указанных исправительных учреждений (части первая и вторая). По окончании следственных действий или судебного разбирательства такие осужденные переводятся в исправительную колонию, воспитательную колонию или тюрьму, в которых они отбывали наказание, если при этом судом им не изменен вид исправительного учреждения (часть четвертая той же статьи).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, сам факт оставления осужденных к лишению свободы в следственном изоляторе либо их перевод туда из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве не меняет и не может менять основания и условия исполнения наказания, определенные вступившим в силу приговором суда, и обусловленное приговором правовое положение лица как осужденного. Тем самым такие лица сохраняют статус осужденных к лишению свободы с присущими этому статусу правами и обязанностями, закрепленными уголовно-исполнительным законом (Постановление от 28 декабря 2020 года N 50-П; Определения от 24 декабря 2020 года N 3082-О, от 30 ноября 2021 года N 2630-О и от 24 февраля 2022 года N 278-О). В указанных случаях Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации предписывает следственным изоляторам выполнять функции исправительных учреждений (часть первая статьи 74), притом что осужденные, оставленные в следственном изоляторе или переведенные туда для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве, содержатся в нем на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда, которые не могут ухудшаться (Постановление от 22 мая 2023 года N 25-П; Определения от 19 сентября 2024 года N 2056-О и от 29 ноября 2024 года N 3016-О).
Таким образом, оспариваемые положения не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в обозначенном им аспекте, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Алексеева Константина Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН