КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 сентября 2024 г. N 2119-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ ЩЕРЕНКО
ЕЛЕНЫ БОРИСОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ
"К" ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 63, ПУНКТОМ "Д" ЧАСТИ ВТОРОЙ
СТАТЬИ 105 И СТАТЬЕЙ 162 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Е.Б. Щеренко к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился заместитель Председателя того же суда, отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции жалобы гражданки Е.Б. Щеренко о пересмотре вынесенных в ее отношении судебных решений, согласно которым она признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных пунктами "а", "в", "д", "з" части второй статьи 105 "Убийство" и пунктом "в" части четвертой статьи 162 "Разбой" УК Российской Федерации (убийство, совершенное в отношении двух лиц, включая малолетнего, с особой жестокостью и сопряженное с разбоем, а также разбойное нападение, совершенное с применением опасного для жизни насилия, используемого в качестве оружия предмета и с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевших).
В частности, как установили суды, заявительница с целью завладения имуществом А. и для облегчения совершения преступления использовала лекарственное средство, которое скрытно добавила в напиток потерпевшей, однако ввиду отсутствия ожидаемого эффекта от его воздействия напала на А. и ее малолетнюю дочь, используя в качестве оружия взятый на кухне нож, и с целью лишения указанных лиц жизни поочередно нанесла им множественные удары в область груди и шеи, причинив смертельные ранения, после чего завладела имуществом А. При этом констатировано, что действия Е.Б. Щеренко квалифицированы верно, а также что факт использования при совершении инкриминированных преступлений лекарственного препарата обоснованно признан в качестве обстоятельства, отягчающего наказание.
В этой связи заявительница просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации следующие положения Уголовного кодекса Российской Федерации:
пункт "к" части первой статьи 63 "Обстоятельства, отягчающие наказание", поскольку данная норма, по утверждению Е.Б. Щеренко, была ошибочно и бездоказательно применена без учета того, что в ее конкретном деле использование лекарственных средств никак не повлияло на общественную опасность содеянного (не оказало воздействия на потерпевшую);
пункт "д" части второй статьи 105 в той мере, в какой это законоположение, согласно позиции заявительницы, позволяет без надлежащего учета обстоятельств дела и в нарушение презумпции невиновности расценивать нанесение многочисленных ударов ножом потерпевшему в качестве его убийства с особой жестокостью, как и само по себе причинение смерти матери на глазах ее малолетнего ребенка, не способного вследствие своего возраста (3 года) осознавать совершение указанного преступления и испытывать вследствие этого особые страдания;
статью 162, как позволившую учитывать факт использования лекарственного средства повторно - в качестве составообразующего признака данного преступления наряду с его же учетом как обстоятельства, отягчающего наказание за данное преступление.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Статья 63 УК Российской Федерации, устанавливая перечень отягчающих наказание обстоятельств и относя к их числу совершение преступления с использованием лекарственных и иных химико-фармакологических препаратов (пункт "к" части первой), направлена в соответствии с принципом справедливости на обеспечение дифференциации наказания за преступление с учетом его общественной опасности, определяемой, в частности, в зависимости от способа и орудия его совершения, и сама по себе конституционные права не нарушает (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2007 года N 608-О-О, от 15 апреля 2008 года N 308-О-О, от 18 октября 2012 года N 1949-О и др.).
Статья 105 указанного Кодекса устанавливает уголовную ответственность за убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку (часть первая), а также предусматривает ее усиление за убийство, совершенное с особой жестокостью (пункт "д" части второй). Данное законодательное регулирование направлено на повышенную защиту жизни человека как конституционной ценности (статья 2 и статья 20, часть 1, Конституции Российской Федерации) и объективно отражает ту степень общественной опасности, которая присуща таким насильственным посягательствам на личность (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 марта 2024 года N 820-О и от 18 июля 2024 года N 2044-О).
Дополнительно в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 года N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" судам разъясняется содержание особой жестокости как способа совершения убийства, включающего наряду с прочим причинение потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.), а также совершение убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания (пункт 8).
Статья же 162 УК Российской Федерации криминализирует разбой, т.е. нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия (часть первая), и дифференцирует (усиливает) ответственность за данное деяние, в том числе если оно совершено с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (часть вторая), а также с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (пункт "в" части четвертой).
Как следует из жалобы, нарушение своих прав оспариваемыми законоположениями - которые согласуются с иными положениями Уголовного кодекса Российской Федерации и принципом non bis in idem, не регламентируют уголовно-процессуальные вопросы, в том числе связанные с доказыванием обстоятельств совершенного преступления, и не содержат неопределенности, лишающей возможности осознавать противоправность своего деяния и предвидеть наступление ответственности за его совершение и которая препятствовала бы их единообразному пониманию и применению правоприменительными органами, - Е.Б. Щеренко аргументирует их неосновательным, по ее утверждению, применением в ее деле. Тем самым заявительница, по существу, предлагает Конституционному Суду Российской Федерации дать оценку правомерности и обоснованности правоприменительных решений по конкретному делу с учетом его обстоятельств, что между тем не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она закреплена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Щеренко Елены Борисовны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН