КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 июля 2026 г. N 2242-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ТАМАЗЯНА ВЛАДИМИРА СЕРГЕЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 1 СТАТЬИ 262 ГРАЖДАНСКОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ПУНКТОМ 12 СТАТЬИ 85
ЗЕМЕЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ЧАСТЯМИ 3 И 4
СТАТЬИ 61 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ РЕГИСТРАЦИИ
НЕДВИЖИМОСТИ", ЧАСТЯМИ ВТОРОЙ И ТРЕТЬЕЙ СТАТЬИ 86
ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ,
А ТАКЖЕ СТАТЬЕЙ 25 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ
СУДЕБНО-ЭКСПЕРТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.С. Тамазяна к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин В.С. Тамазян оспаривает конституционность пункта 1 статьи 262 "Земельные участки общего пользования. Доступ на земельный участок" ГК Российской Федерации, пункта 12 статьи 85 "Состав земель населенных пунктов и зонирование территорий" Земельного кодекса Российской Федерации, частей 3 и 4 статьи 61 "Порядок исправления ошибок, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости" Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", частей второй и третьей статьи 86 "Заключение эксперта" ГПК Российской Федерации, а также статьи 25 "Заключение эксперта или комиссии экспертов и его содержание" Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".
Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, удовлетворены исковые требования о признании и исправлении реестровой ошибки в отношении границы земельного участка, собственником которого является В.С. Тамазян, а также об обязании заявителя демонтировать ряд объектов, расположенных в том числе на спорном земельном участке.
По мнению заявителя, оспариваемые положения Гражданского кодекса Российской Федерации и Земельного кодекса Российской Федерации не соответствуют статьям 8 (часть 2), 9, 35 (части 1 - 3), 36 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку допускают произвольное расширительное толкование понятия земельного участка общего пользования, позволяя относить к таковым в том числе участки, не прошедшие процедуру образования, а также части принадлежащих иным лицам земельных участков, сведения о границах которых закреплены в ЕГРН и которые приобретены не в рамках процедуры приватизации, тем самым ограничивая право частной собственности на землю и не обеспечивая баланс частных и публичных интересов.
В свою очередь, оспариваемые положения Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости", как полагает В.С. Тамазян, не соответствуют статьям 2, 9, 18, 35 (части 1 - 3), 36, 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку допускают признание и исправление реестровой ошибки при отсутствии ее подтверждения в отношении земельного участка, принадлежащего его добросовестному приобретателю, разрушая тем самым принцип достоверности сведений, содержащихся в ЕГРН, и ограничивая право частной собственности на землю, а также на объекты, расположенные на соответствующих земельных участках.
Кроме того, заявитель указывает на несоответствие упомянутых положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" статьям 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 50 (часть 2), 55 (часть 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку они, действуя во взаимосвязи со статьей 67 ГПК Российской Федерации, допускают использование в качестве основного доказательства заключения эксперта, выполненного в организации, не являющейся судебно-экспертным учреждением, при отсутствии надлежащим образом оформленной подписки эксперта о разъяснении ему прав и обязанностей, а также последствий дачи заведомо ложного заключения.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Вопреки доводам заявителя, оспариваемые положения пункта 1 статьи 262 ГК Российской Федерации, предусматривающие право граждан находиться на не закрытых для общего доступа земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, обеспечивающие реализацию прав граждан, в частности, на свободное перемещение, на благоприятные условия жизни, на транспортную доступность и на комфортную среду обитания (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2017 года N 1880-О и от 30 июня 2020 года N 1463-О), и пункта 12 статьи 85 Земельного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми земельные участки общего пользования, занятые площадями, улицами, проездами, автомобильными дорогами, набережными, скверами, бульварами, водными объектами, пляжами и другими объектами, могут включаться в состав различных территориальных зон и не подлежат приватизации, не предполагают произвольного отнесения земельных участков к категории общего пользования, которое, в свою очередь, должно осуществляться с учетом их параметров, характеристик и непосредственного значения для публичных интересов, с одной стороны, а с другой - не должно существенным образом ограничивать заслуживающие внимания интересы частных лиц (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2025 года N 409-О). Таким образом, данные законоположения не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права В.С. Тамазяна в указанном в жалобе аспекте.
Доводы же В.С. Тамазяна о несоответствии Конституции Российской Федерации частей 3 и 4 статьи 61 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости", в частности о несогласии с выводами судов о наличии в деле достаточных доказательств для принятия решения о признании и исправлении реестровой ошибки в отношении границ принадлежащего ему земельного участка, свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав заявитель связывает не с содержанием оспариваемых законоположений, а с правоприменительными решениями, принятыми на основе их неверного, как он полагает, толкования и применения.
В свою очередь, оспариваемые заявителем положения части второй статьи 86 ГПК Российской Федерации и статьи 25 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", устанавливающие требования к содержанию заключения эксперта, а также части третьей статьи 86 того же Кодекса, предусматривающие право суда не согласиться с заключением эксперта, оцениваемым по правилам статьи 67 ГПК Российской Федерации, - не исключающие производства судебной экспертизы как в государственных судебно-экспертных учреждениях, так и вне этих учреждений лицами, обладающими специальными знаниями, но не являющимися государственными судебными экспертами, - также не могут рассматриваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя в указанном в жалобе аспекте. При этом гарантиями прав участвующих в деле лиц при назначении и проведении судебной экспертизы выступают установленная уголовным законодательством ответственность за дачу заведомо ложного экспертного заключения (часть вторая статьи 80 ГПК Российской Федерации и статья 307 УК Российской Федерации), право заявить эксперту отвод при наличии оснований, закрепленных статьей 18 ГПК Российской Федерации, возможность представления суду доказательств с целью опровержения выводов эксперта, а также закрепленные этим Кодексом процедуры проверки вышестоящими судами постановлений нижестоящих судов, в которых должны быть отражены результаты оценки судом доказательств с приведением мотивов, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2026 года N 1379-О).
Исследование же фактических обстоятельств конкретного дела, в том числе в части определения границ земельного участка, принадлежащего В.С. Тамазяну, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относится.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Тамазяна Владимира Сергеевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН
