КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 июля 2025 г. N 2041-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
ШКОЛЬНИК АННЫ АНДРЕЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
ЧАСТЬЮ ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 100 ФЕДЕРАЛЬНОГО КОНСТИТУЦИОННОГО
ЗАКОНА "О КОНСТИТУЦИОННОМ СУДЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, К.Б. Калиновского, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, В.А. Сивицкого, Е.В. Тарибо,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки А.А. Школьник к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданка А.А. Школьник оспаривает конституционность части четвертой статьи 100 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", предусматривающей, что в случае, если Конституционный Суд Российской Федерации указал на необходимость применения к заявителю или лицу, в интересах которого подана жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации, компенсаторных механизмов, форма и размер компенсации определяются судом, рассмотревшим в первой инстанции конкретное дело, в котором применен оспоренный в Конституционном Суде Российской Федерации нормативный акт.
Ранее А.А. Школьник обращалась в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение ее конституционных прав частью четвертой статьи 24 "Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела" и пунктом 5 части первой статьи 27 "Основания прекращения уголовного преследования" УПК Российской Федерации.
Конституционным Судом Российской Федерации в связи с этой жалобой было принято Постановление от 28 июня 2023 года N 36-П, которым указанные законоположения признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку они по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагают прекращения судом уголовного дела и уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого по делам частного обвинения при наличии неотмененного постановления органа предварительного расследования об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении того же лица по тому же обвинению. В данном Постановлении Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу об отсутствии оснований для пересмотра судебных решений по делу А.А. Школьник, поскольку в этом деле сроки давности уголовного преследования за преступление, предусмотренное частью первой статьи 115 "Умышленное причинение легкого вреда здоровью" УК Российской Федерации, в связи с заявлением о возбуждении уголовного дела частного обвинения, по которому она обращалась в суд, истекли. При этом Конституционный Суд Российской Федерации указал на то, что заявительница - как лицо, инициировавшее вопрос о проверке норм, конституционно-правовой смысл которых выявлен Конституционным Судом Российской Федерации в данном Постановлении, - имеет право на применение в отношении нее компенсаторных механизмов, чьи форма и размер определяются судом, рассмотревшим в первой инстанции ее дело, в котором эти нормы применены.
Обращаясь на основании части четвертой статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2023 года N 36-П к мировому судье судебного участка N 2 Санкт-Петербурга, заявительница просила о взыскании компенсации в размере 1 000 000 рублей (впоследствии уточнив требования - в размере 2 500 000 рублей). Частично удовлетворяя требования А.А. Школьник, мировой судья взыскал в ее пользу с Российской Федерации 125 000 рублей, указав среди прочего на то, что определенный заявительницей размер компенсации ею в ходе судебного разбирательства не обоснован (решение от 25 января 2024 года). Апелляционным определением Октябрьского районного суда Санкт- Петербурга от 5 июля 2024 года, с которым согласился суд вышестоящей инстанции, решение мирового судьи было изменено в части размера компенсации, в пользу А.А. Школьник взыскано 50 000 рублей. При этом в обоснование привлечения Минфина России в качестве ответчика по иску заявительницы суды сослались, в частности, на положения статей 6 "Применение гражданского законодательства по аналогии", 1070 "Ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда" и 1071 "Органы и лица, выступающие от имени казны при возмещении вреда за ее счет" ГК Российской Федерации.
По мнению заявительницы, часть четвертая статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" противоречит статьям 46 (часть 1) и 53 Конституции Российской Федерации, поскольку не закрепляет критериев для определения размера компенсации, предусмотренной данным законоположением (в частности, позволяет не учитывать значимость нарушенного права), а также не исключает необоснованного применения судами при разрешении вопроса о компенсаторных механизмах статьи 1070 ГК Российской Федерации, которая регулирует случаи возмещения гражданину вреда, причиненного незаконными действиями суда.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Определяя на основании статьи 125 Конституции Российской Федерации правовые последствия принятия итогового решения по рассмотренному Конституционным Судом Российской Федерации делу о конституционности нормативных актов по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод, Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" устанавливает, что в случае, если Конституционный Суд Российской Федерации принял постановление, предусмотренное пунктом 1.1 или 2 части первой статьи 87 данного Федерального конституционного закона, конкретное дело, в котором был применен оспариваемый нормативный акт, подлежит пересмотру в обычном порядке при условии, что в постановлении содержится указание на необходимость такого пересмотра (часть вторая статьи 100). При этом в силу указанного Федерального конституционного закона, если пересмотр дела исходя из особенностей соответствующих правоотношений не может привести к восстановлению прав заявителя или лица, в интересах которого подана жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации вправе указать постановлении на необходимость применения к таким заявителю или лицу компенсаторных механизмов; в этом случае форма и размер компенсации определяются судом, рассмотревшим в первой инстанции конкретное дело, в котором применен оспоренный в Конституционном Суде Российской Федерации нормативный акт (часть четвертая статьи 100).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, суд, рассмотревший в первой инстанции конкретное дело, в котором применен оспоренный в Конституционном Суде Российской Федерации нормативный акт, лишь определяет форму и размер компенсации, учитывая при этом, что, помимо правовосстановительного значения, эта компенсация также является способом поощрения правовой активности обратившегося в Конституционный Суд Российской Федерации заявителя, содействовавшего устранению из законодательства неконституционных норм и, следовательно, защите прав и свобод других лиц, но в силу объективных причин лишенного возможности извлечь благоприятные правовые последствия из принятого по его жалобе решения Конституционного Суда Российской Федерации в виде пересмотра вынесенных в отношении него судебных постановлений. При этом суд должен исходить из значимости нарушенного права, восстановление которого по объективным причинам невозможно, и учитывать связанные с таким нарушением неблагоприятные последствия как имущественного, так и морального характера (определения от 6 апреля 2023 года N 754-О-Р, от 29 мая 2025 года N 1471-О и др.).
Конституционный Суд Российской Федерации также подчеркивал, что статья 1070 ГК Российской Федерации не распространяет свое действие на случай, когда реализация компенсаторных механизмов в целях защиты прав лица, успешно оспорившего в Конституционном Суде Российской Федерации нормативный акт, обусловлена не причинением судом этому лицу вреда в результате применения по конкретному делу этого нормативного акта, конституционность которого во время рассмотрения дела в суде презюмировалась, а необходимостью восстановления прав этого лица, когда для этого по тем или иным установленным в решении Конституционного Суда Российской Федерации причинам невозможно использовать обычный механизм защиты - пересмотр вынесенных по делу заявителя судебных постановлений по новым обстоятельствам; реализация названных компенсаторных механизмов не может быть поставлена в зависимость от установления, как того требует пункт 2 статьи 1070 ГК Российской Федерации, противоправности и виновности действий (бездействия) судов, рассматривавших дело заявителя (Определение от 22 сентября 2022 года N 2100-О).
Следовательно, часть четвертая статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", действующая во взаимосвязи с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, не нарушает конституционных прав заявительницы в указанном ею аспекте.
Оценка же обоснованности доводов, приведенных судами при определении размера компенсации, взысканной в пользу заявительницы с учетом заявленных ею требований и представленных ею доказательств, связана с выяснением фактических обстоятельств дела и в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации не входит (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации").
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Школьник Анны Андреевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН