КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 17 июля 2018 г. N 1939-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБ ГРАЖДАНИНА ЗИМИНА
ПАВЛА ЮРЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ РЯДОМ
ПОЛОЖЕНИЙ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалоб гражданина П.Ю. Зимина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. В своих жалобах в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин П.Ю. Зимин, осужденный за совершение преступлений, утверждает, что статьи 56 "Свидетель", 75 "Недопустимые доказательства" и 278 "Допрос свидетелей" УПК Российской Федерации, как не обязывающие суд при допросе по основному уголовному делу лица, уголовное дело в отношении которого было выделено в отдельное производство в связи с заключением им досудебного соглашения о сотрудничестве, разъяснять ему последствия несоблюдения условий данного соглашения и дачи заведомо ложных показаний и позволяющие не исключать показания этого лица из числа доказательств, а положить их в основу приговора, противоречат статьям 2, 45, 46 и 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации.
Кроме того, по мнению заявителя, статьи 47 "Обвиняемый", 53 "Полномочия защитника", 70 "Отвод эксперта", 198 "Права подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля при назначении и производстве судебной экспертизы" и 267 "Разъяснение подсудимому его прав" УПК Российской Федерации нарушают права, гарантированные статьями 2, 15, 17 (часть 1), 18, 21 (часть 1), 24 (часть 2), 45, 46, 48 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не наделяют обвиняемого и защитника правом при ознакомлении с постановлением о назначении судебной экспертизы снимать с него копию, знакомиться с материалами, предоставляемыми в распоряжение эксперта, получать по своему ходатайству у следователя и суда сведения о надлежащей квалификации эксперта, чем лишают возможности заявить эксперту мотивированный отвод, внести в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительные вопросы.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данных жалоб к рассмотрению.
2.1. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 20 июля 2016 года N 17-П, лицо, являющееся обвиняемым (в том числе осужденным) по выделенному уголовному делу, не может при рассмотрении судом основного уголовного дела, обвиняемым по которому является другое лицо (его соучастник), наделяться процессуальным статусом обвиняемого (подсудимого) по основному делу, а потому не может участвовать в нем в качестве обвиняемого и давать показания по этому делу по правилам допроса подсудимого. Само же по себе распространение правил допроса свидетеля на процедуру дачи показаний лицом, уголовное дело которого выделено в отдельное производство, в судебном заседании по основному уголовному делу не превращает его - в системе действующего правового регулирования - в свидетеля в собственном смысле этого слова (как относящегося к иным, помимо сторон обвинения и защиты, участникам уголовного судопроизводства), поскольку такое лицо одновременно является по выделенному уголовному делу обвиняемым в совершении преступления, в котором в рамках основного уголовного дела обвиняются его возможные соучастники. Следовательно, такое лицо при допросе в производстве по основному уголовному делу в отношении другого лица, с которым оно связано обвинением в совершении одного деяния, не является надлежащим субъектом преступлений, предусмотренных статьями 307 и 308 УК Российской Федерации. Соответственно, не предполагается возможность привлечения его к уголовной ответственности на основании указанных статей, а значит, и необходимость предупреждения о таковой при его допросе в производстве по основному уголовному делу.
Данные указанным лицом в ходе допроса по основному уголовному делу показания не имеют заранее установленной силы, а, напротив, подлежат проверке и оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности по всем правилам уголовно-процессуального закона (статьи 17, 73, 74, 85 - 88 и 299 УПК Российской Федерации). Причем процедура допроса лиц, уголовные дела по обвинению которых были выделены в отдельное производство и в отношении которых по результатам состоявшегося судебного разбирательства был вынесен вступивший в законную силу обвинительный приговор, а равно оглашение ранее данных ими показаний должны обеспечивать право обвиняемого на эффективную судебную защиту, включая право допрашивать показывающих против него свидетелей или право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, а также право не свидетельствовать против самого себя (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2008 года N 458-О-О, от 23 декабря 2014 года N 2951-О, от 16 июля 2015 года N 1798-О, от 14 января 2016 года N 96-О, от 29 сентября 2016 года N 2156-О, от 18 июля 2017 года N 1461-О, от 28 сентября 2017 года N 2132-О и др.).
При этом Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации закрепляет ряд правовых инструментов, с тем чтобы обеспечить соблюдение условий и выполнение обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве, обвиняемым по уголовному делу, выделенному в связи с заключением соглашения в отдельное производство, в том числе при его допросе в судебном заседании по основному уголовному делу в отношении лица, обвиняемого в соучастии в том же преступлении. В частности, в случае отказа от дачи показаний в суде в отношении соучастников преступления и иных лиц, совершивших преступления, с учетом положений пункта 2 части четвертой статьи 46 и пункта 3 части четвертой статьи 47 этого Кодекса его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу; на основании статьи 317.8 этого Кодекса приговор может быть пересмотрен, если после назначения подсудимому наказания будет обнаружено, что он умышленно сообщил ложные сведения или умышленно скрыл от следствия какие-либо существенные сведения, им не соблюдены условия и не выполнены обязательства, предусмотренные досудебным соглашением о сотрудничестве (часть вторая.1 статьи 317.3 этого Кодекса), при условии соблюдения установленного статьей 401.6 этого Кодекса запрета на пересмотр вступившего в законную силу приговора, определения, постановления суда в срок более одного года по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного.
Таким образом, положения статей 56 и 278 УПК Российской Федерации, определяющие процессуальный статус свидетеля в уголовном судопроизводстве и регулирующие порядок допроса свидетелей в судебном разбирательстве по уголовному делу, не могут расцениваться как нарушающие права П.Ю. Зимина в указанном им аспекте. Оценка же допустимости показаний конкретного свидетеля в его уголовном деле, о чем, по существу, заявитель ведет речь, настаивая на неконституционности статьи 75 этого Кодекса, не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации.
2.2. Регулируя порядок назначения и производства судебной экспертизы как следственного действия, состоящего из проведения исследований и дачи заключения экспертом по вопросам, разрешение которых требует специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла и которые поставлены перед экспертом судом, судьей, органом дознания, лицом, производящим дознание, следователем, в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному уголовному делу (статья 9 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и пункт 49 статьи 5 УПК Российской Федерации), Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации обязывает следователя указать в постановлении о назначении судебной экспертизы и передать в распоряжение эксперта материалы, необходимые для ее производства (пункт 4 части первой статьи 195, части первая и четвертая статьи 199), наделяет эксперта правом ходатайствовать о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения, запрещая ему самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования (пункт 2 части третьей и пункт 2 части четвертой статьи 57), и предусматривает комплекс прав стороны защиты при назначении и производстве судебной экспертизы, включая возможность ознакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы, заявить отвод эксперту или ходатайствовать о производстве судебной экспертизы в другом экспертном учреждении, ходатайствовать о внесении в это постановление дополнительных вопросов эксперту, присутствовать с разрешения следователя при производстве экспертизы, давать объяснения эксперту, заявить ходатайство о назначении дополнительной или повторной судебной экспертизы (пункты 1, 2, 4 и 5 части первой статьи 198 и часть первая статьи 206).
В силу принципа законности в уголовном судопроизводстве процессуальные решения, принимаемые по ходатайствам участников уголовного судопроизводства следователем и судом, в том числе связанные с назначением и производством судебных экспертиз, должны быть законными, обоснованными и мотивированными (часть четвертая статьи 7 УПК Российской Федерации). При этом заключение эксперта в силу части второй статьи 17 УПК Российской Федерации не имеет заранее установленной силы, а потому подлежит оценке наравне с другими собранными по делу доказательствами, осуществляя которую суд, прокурор, следователь и дознаватель не освобождены от обязанности исследовать доводы подозреваемого, обвиняемого о признании тех или иных доказательств не имеющими юридической силы и при возникновении сомнений в допустимости или достоверности этих доказательств - отвергнуть их в соответствии с требованием статьи 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года N 955-О-О, от 11 мая 2012 года N 814-О, от 20 марта 2014 года N 517-О, от 22 апреля 2014 года N 824-О, от 29 января 2015 года N 32-О, от 24 марта 2015 года N 497-О и др.). Сомнения, возникающие при оценке заключения эксперта с точки зрения его допустимости, в силу статьи 49 (часть 3) Конституции Российской Федерации должны истолковываться в пользу обвиняемого (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2013 года N 720-О, от 21 ноября 2013 года N 1880-О, от 24 июня 2014 года N 1433-О, от 25 сентября 2014 года N 2212-О, от 23 декабря 2014 года N 2796-О, от 16 июля 2015 года N 1562-О, от 27 октября 2015 года N 2336-О, от 26 мая 2016 года N 994-О, от 28 сентября 2017 года N 2240-О и др.).
Таким образом, жалобы П.Ю. Зимина, как не отвечающие критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не могут быть приняты Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалоб гражданина Зимина Павла Юрьевича, поскольку они не отвечают требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данным жалобам окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН