ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 февраля 2018 г. N 18-О18-1
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего - судьи Иванова Г.П.
судей - Зеленина С.Р. и Русакова В.В.
при секретаре Быстрове Д.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе осужденного Колесникова В.В. на приговор Краснодарского краевого суда от 16 декабря 2008 года, которым
КОЛЕСНИКОВ ВИКТОР ВИКТОРОВИЧ, < ... > несудимый,
осужден по ч. 3 ст. 30 и п. п. "а", "д" ст. 105 УК РФ к 12 годам лишения свободы, по п. п. "а", "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 16 годам лишения свободы и по совокупности совершенных преступлений, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, к 20 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
По делу решена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Иванова Г.П., выступления осужденного Колесникова В.В. и адвоката Шевченко Е.М. по доводам кассационной жалобы, просивших о смягчении наказания, и прокурора Луканиной Я.Н., полагавшей оставить приговор без изменения, Судебная коллегия
установила:
по приговору суда Колесников В.В. признан виновным в убийстве Ш. и Ш., а также в покушении на убийство Ш. совершенных с особой жестокостью 27 апреля 2008 года в ст. Губской Мостовского района Краснодарского края при обстоятельствах, указанных в приговоре.
В судебном заседании Колесников виновным себя признал частично.
В кассационной жалобе и дополнениях он просит приговор отменить и дело направить на новое рассмотрение, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым. Утверждает, что он оборонялся от нападения Ш. так как Ш. угрожал ему расправой, ударил его жену, на руках которой находился малолетний ребенок, отчего они оба оказались на земле, а один из сыновей Ш. ударил его по голове металлическим прутом, отчего у него образовались телесные повреждения, зафиксированные судебно-медицинским экспертом при осмотре перед помещением его в следственный изолятор. Вывод суда о том, что эти телесные повреждения ему причинила его дочь, бросившая камень и разбившая стекло в машине, в которой он находился, считает необоснованным. Кроме того, он производил предупредительный выстрел из пистолета в воздух, однако Ш. продолжали наступать на него, и тогда он, не целясь, выстрелил в них несколько раз из пистолета, не желая, однако, при этом причинить им смерть. Подтверждением его слов могло бы быть обнаружение металлического прута и множества гильз, однако осмотр места преступления был проведен поверхностно, в протоколе зафиксировано обнаружение лишь 3 пустых гильз. Не соглашается также с оценкой, которую суд дал показаниям его жены о применении к ней насилия Ш. как заинтересованному в исходе дела лицу. Указывает на то, что свидетели не могли наблюдать обстоятельства происходящего в силу не освещенности места преступления. Считает, что его психическое состояние проверено судом неполно, амбулаторная экспертиза проведена формально, а ходатайство о проведении экспертизы в институте имени Сербского В.П. суд необоснованно отклонил, тогда, как после совершения преступления он находился в шоковом состоянии. Заключение служебной проверки по факту применения им оружия к материалам дела не приобщено, а оно подлежало учету. Суд неправильно оценил показания свидетеля А., не допросил его сына - свидетеля который, по его мнению, отказался давать показания в порядке ст. 51 Конституции РФ, будучи запуганным, показания других свидетелей суд во внимание не принял и не оценил. Считает, что признак "особой жестокости" вменен ему необоснованно, так как он не понимал, что причиняет всем моральные страдания. Прицельных выстрелов в потерпевших не производил, контрольных выстрелов не делал и в итоге соглашается с тем, что фактически превысил пределы необходимой обороны. Просит провести по делу комплексную судебно-психиатрическую экспертизу, а дело направить на новое рассмотрение судом с участием присяжных заседателей. В надзорной жалобе он также выражает несогласие с квалификацией его действий, считая, что умысел на убийство Ш. не доказан, он был вооружен огнестрельным оружием и имел бы полную возможность довести его до конца, однако Ш. остался жив, а Ш. скончался не на месте преступления, а в больнице, в связи с чем, он ставит вопрос о переквалификации его действий на ч. 1 ст. 111 и ч. 4 ст. 111 УК РФ. Ссылаясь на то, что он впервые совершил преступление и признал свою вину, однако эти обстоятельства судом не учтены в качестве смягчающих наказание обстоятельств, утверждает о чрезмерной суровости назначенного наказания. В дополнительной жалобе от 17 января 2018 года он просит учесть, что его поведение после совершенного преступления, выразившееся в том, что он просил К. сообщить в милицию о его месте пребывания и желании добровольно сдаться, и добровольно выдал сотрудникам правоохранительных органов оружие, свидетельствуют о явке с повинной, и просит снизить срок наказания с учетом положений п. "и" ст. 61 и ст. 66 УК РФ. Обращает также внимание на неправильное указание в приговоре на то, что совершил покушение на убийство трех лиц, поскольку фактически он признан виновным в покушении_на убийство только одного лица - Ш., просит учесть, что Ш. ранее привлекался к уголовной ответственности и 7 декабря 2017 года осужден по ст. 228 ч. 2 УК РФ к 15 годам лишения свободы.
В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель Барсукова Е.Ю. просит оставить ее без удовлетворения.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.
Выводы суда о виновности Колесникова в совершении инкриминируемых ему преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.
Так, на предварительном следствии и в судебном заседании Колесников не отрицал, что производил выстрелы в потерпевших Ш. утверждая лишь о том, что он оборонялся от их посягательства.
Однако суд обоснованно оценил критически эти утверждения, поскольку, как правильно указано в приговоре, они опровергаются последовательными показаниями потерпевшего Ш. оставшегося в живых после совершенного на него покушения, которые согласуются с показаниями свидетелей К. А. а также материалами дела: протоколом осмотра места происшествия, заключениями судебно-медицинского эксперта о характере и локализации телесных повреждений, обнаруженных у потерпевших Ш. Ш. и Ш., причине смерти двух последних, актом криминалистической экспертизы и другими доказательствами.
Из показаний потерпевшего Ш. в частности, следует, что Колесников В.В. пришел во двор его дома и стал выяснять отношения со своей бывшей женой К. с которой он состоит в фактических брачных отношениях. Желая прекратить скандал, он стал выталкивать К. со двора, на что тот достал служебный пистолет и дважды выстрелил в него. Одна из пуль попала ему в область грудной клетки, а вторая в шею. На звук выстрелов прибежали его сыновья В. и А. в которых Колесников В.В. стал стрелять из пистолета, произведя по два выстрела в каждого.
Аналогичные показания дала свидетель К. указав также, что ее бывший муж Колесников В.В. нецензурно выражался и угрожал перестрелять всех.
Также, вопреки доводам кассационной жалобы, суд правильно оценил показания свидетеля К. о том, что Колесникову В.В. были нанесены удары и он, якобы, произвел предупредительный выстрел, признав их недостоверными, так как никаких предметов на месте совершения преступления обнаружено не было, а телесные повреждения в области лица, согласно показаниям свидетеля К. были причинены ему уже после убийства братьев Ш. в результате того, что она стала бросать в него камни.
Из протокола осмотра места происшествия видно, что в проведении этого следственного действия принимал участие эксперт-криминалист, что опровергает утверждение осужденного о поверхностном осмотре.
Таким образом, как правильно установлено судом, никто из потерпевших на осужденного не нападал, поэтому оснований для применения огнестрельного оружия у него не имелось.
Необоснованными являются также доводы жалобы осужденного о том, что у него не было умысла на лишение жизни потерпевших, поскольку, как правильно расценил суд в приговоре, неоднократное производство выстрелов из пистолета с близкого расстояния с причинением телесных повреждений в области расположения жизненно важных органов человека, указывают не только на то, что Колесников В.В. допускал наступление смерти Ш., но и желал этого.
При этом суд обоснованно указал и на то, что смерть Ш. не наступила по независящим от него причинам, а именно, в результате того, что Колесникову В.В. помешали сыновья потерпевшего, и последнему была оказана своевременно медицинская помощь.
В связи с этим, квалификацию действий Колесникова В.В. следует признать правильной, поскольку он убил двоих лиц и покушался на убийство еще одного лица.
Особая жестокость в его действиях проявилась в том, что покушение и убийство были совершены им на глазах близких родственников: отца и детей, которым были причинены особые страдания.
Оснований сомневаться в выводах судебно-психиатрической экспертизы, которая являлась комплексной, не имеется, поскольку они являются научно обоснованными и соответствуют материалам дела.
Ходатайство стороны защиты о назначении повторной судебно-психиатрической экспертизы судом обоснованно оставлено без удовлетворения, так как в нем предлагалось поставить перед экспертами те же вопросы, которые были разрешены путем проведения экспертизы в ходе предварительного следствия.
Ходатайства о допросе эксперта в судебном заседании сторона защиты не заявляла.
При рассмотрении дела судом нарушений норм уголовно-процессуального закона не допущено. Право на рассмотрение дела с участием присяжных заседателей Колесникову В.В. разъяснялось надлежащим образом, однако он такого ходатайства не заявлял (т. 2 л.д. 252).
Наказание Колесникову В.В. назначено с учетом характера и степени общественной опасности, данных о личности и обстоятельств, смягчающих наказание. Оснований считать его чрезмерно суровым не имеется.
Что касается ссылки осужденного Колесникова В.В. в дополнительной жалобе на протокол допроса К. то она является несостоятельной, поскольку указанный протокол судом не исследовался, а в судебном заседании Колесников пояснял лишь о том, что он приехал к К. и рассказал ему о происшедшем, а тот позвонил в милицию, обстоятельств же, препятствующих явки Колесникова в правоохранительные органы не имелось. К тому же, преступление было совершено Колесниковым в условиях очевидности. При таких обстоятельствах отсутствуют основания для признания по делу явки Колесникова с повинной.
Не является также основанием для смягчения наказания и ссылка осужденного в жалобе на данные о личности Ш., поскольку наличие или отсутствие судимости у потерпевшего само по себе без учета фактических обстоятельств дела не свидетельствует о менее или более высокой степени общественной опасности совершенного преступления.
При таких обстоятельствах жалоба осужденного удовлетворению не подлежит.
Руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Краснодарского краевого суда от 16 декабря 2008 года в отношении КОЛЕСНИКОВА ВИКТОРА ВИКТОРОВИЧА оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.