ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 июня 2022 г. N 22-УД22-2-А3
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Истоминой Г.Н.,
судей Кочиной И.Г., Таратуты И.В.,
с участием:
прокурора Аминова В.Р.
осужденного Куштова Б.М.,
адвоката Качанова Н.А.,
защитника наряду с адвокатом Куштовой Ш.М.,
при секретаре Горностаевой Е.Е.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело в отношении Куштова Башира Магометовича, < ... > по кассационной жалобе адвоката Качанова Н.А. на приговор Верховного Суда Республики Северной Осетии - Алании от 23 марта 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 3 августа 2021 года.
Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступления осужденного Куштова Б.М., адвоката Качанова Н.А. и защитника наряду с адвокатом Куштовой Ш.М., поддержавших доводы, изложенные в кассационной жалобе, прокурора Аминова В.Р., не усматривающего оснований для отмены или изменения судебных решений, Судебная коллегия,
установила:
приговором Верховного Суда Республики Северной Осетии - Алании от 23 марта 2021 года Куштов Б.М., ранее не судимый,
осужден:
- по п. п. "з", "м", "н" ст. 102 УК РСФСР к лишению свободы на 12 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 3 августа 2021 года приговор в отношении Куштова Б.М. изменен.
Обстоятельством, смягчающим наказание, признано наличие малолетних детей, наказание по п. п. "з", "м", "н" ст. 102 УК РСФСР смягчено до 11 лет 6 месяцев лишения свободы.
В остальной части приговор оставлен без изменений.
Куштов Б.М. осужден за убийство Д. К. Ц. С. на почве национальной розни группой лиц по предварительному сговору.
Согласно приговору преступление совершено на территории Республики Северной Осетии - Алании при изложенных в нем обстоятельствах.
В кассационной жалобе адвокат Качанов Н.А. выражает несогласие с судебными решениями, поскольку суды не дали оценки доводам стороны защиты. По его мнению, приведенными в приговоре доказательствами подтверждается лишь факт убийства 4 лиц в 1993 году в Суаргомском ущелье, но не причастность к преступлению Куштова. Полагает, что суд необоснованно оценил показания очевидца свидетеля Ц. как достоверные, поскольку в судебном заседании он их опроверг и пояснил, что они давались в 1993 году под давлением оперативных сотрудников К., Ч. и Б., что подтверждается показаниями К. и Ч., а также протоколами допроса Ц. Полагает, что Ц. не являлся очевидцем произошедшего убийства, что на место преступления его привез следователь К. Кроме того, показания данного свидетеля считает недопустимыми, поскольку по сути он являлся подозреваемым, а не свидетелем, между тем его допрашивали без участия защитника. Проверку показаний на месте Ц. считает недопустимым доказательством, поскольку на тот момент такое следственное действие не было предусмотрено УПК РФ, а видеозапись проверки не совпадает по времени с письменным протоколом. Суд не учел, что пастбище, где были убиты пастухи, находилось на границе двух враждовавших между собой народов и их убийство могло быть совершено иными лицами.
По мнению адвоката, приговор не соответствует предъявляемым к нему требованиям, не содержит описания преступных действий каждого из участников группы, выводы о том, что Куштов производил выстрелы в каждого из четырех потерпевших, считает надуманными. По мнению адвоката, не нашел своего подтверждения и мотив преступления.
Вывод суда о том, что Куштов скрывался от правоохранительных органов считает необоснованным, поскольку из показаний подзащитного следует, что он не знал о подозрениях, а паспорт не получал потому, что в нем не было необходимости.
На основании изложенного просит судебные решения в отношении Куштова отменить и производство по уголовному делу прекратить в связи с его непричастностью к преступлению.
В возражениях государственный обвинитель Кабисов К.Н. просит судебные решения в отношении Куштова оставить без изменения.
Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
Заслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, Судебная коллегия таких нарушений не усматривает.
Так, из материалов уголовного дела следует, что судебное следствие по делу проведено с соблюдением процессуальных прав подсудимого. По итогам судебного разбирательства судом постановлен приговор, в описательно-мотивировочной части которого суд изложил описание преступного деяния, признанного судом доказанным, привел доказательства, на которых основаны выводы суда и мотивы, по которым он отверг доводы стороны защиты.
Проверив приговор, суд апелляционной инстанции признал, что обстоятельства преступления установлены правильно и изложенные в приговоре выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
У Судебной коллегии не имеется оснований не согласиться с решением суда апелляционной инстанции, поскольку обстоятельства преступления установлены судом на основании достаточного объема исследованных доказательств, которые были проверены и оценены в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.
В судебном заседании Куштов отрицал свою причастность к преступлению, совершенному 26 июня 1993 года, указывая, что в ноябре 1992 года уехал жить из поселка Южный РСО-Алания в с. Джейрах Республики Ингушетия, откуда - в г. Грозный.
Между тем, суд пришел к правильному выводу, что его виновность в совершении преступления подтверждается исследованными доказательствами и, в первую очередь, показаниями свидетеля Ц., данными в период предварительного следствия, из которых следует, что знаком с Куштовым Б., поскольку проживал с ним в одном поселке и работал на одном предприятии с его отцом. Во время чечено-ингушского конфликта осенью 1992 года застрелили брата К. и отца К. после чего он Куштова Б. в поселке Южном не видел. В 20-х числах июня 1993 года встретил Куштова Б., К. и мужчину по имени М. в районе с. Таргим, узнал, что они собираются проникнуть на территорию Республики Северной Осетии - Алании и присоединился к ним. М. выдал ему винтовку, при этом М. и Куштовы были вооружены автоматами калибра 7,62 и 5,45 мм. В районе Суаргома они осуществляли наблюдение за домиком, после чего Куштовы и М. спустились к домику, а М. ниже, в направлении автомашины, отъехавшей от домика. Затем он услышал автоматные очереди, спустившись к домику, увидел трупы мужчин и узнал, что возле домика стреляли Куштовы, а М. обстрелял отъехавшую от домика машину, после чего все возвратились на территорию Ингушетии.
Вопреки доводам кассационной жалобы суд правомерно отверг доводы стороны защиты и показания Ц. в судебном заседании, признав достоверными его показания, данные в период расследования уголовного дела, поскольку именно они вследствие последовательности и согласованности с другими доказательствами нашли свое подтверждение.
Так, Ц. с применением видеозаписи подтвердил указанные показания на месте преступления, показывая маршрут передвижения их группы, место нахождения домика (вагончика), расстрела мужчин, нахождения трупов и направление движения автомашины.
Суд, проверив доводы стороны защиты о несовпадении по времени видеозаписи с текстом протокола проверки показаний, правильно указал, что данное обстоятельство на содержание протокола не влияет.
Показания Ц., взятые судом за основу, детально согласуются с другими исследованными доказательствами, а именно, с показаниями потерпевших Ц. в части места и времени обстрела, с протоколами осмотра места происшествия, в результате которых не далеко от места преступления обнаружены пустые банки из-под сгущенки, которую, как показывал Ц., они, наблюдая за пастухами, употребляли в пищу, возле вагончика - трупы 4 мужчин и гильзы от патронов 7,62 и 5.45 мм, с заключениями баллистических экспертиз, согласно которым пули такого же калибра извлечены из трупов, и с заключениями судебно-медицинских экспертиз, согласно которым смерть каждого из потерпевших наступила от огнестрельных ранений.
Доводы стороны защиты о применении к Ц. недозволенных методов ведения следствия были проверены и своего подтверждения не нашли.
Так, при просмотре в суде видеозаписи показаний Ц. на месте преступления судом фактов подсказок, оказания давления на него со стороны следователя или других, участвующих в следственном действии лиц, не установлено. Свидетель Ч. пояснил, что информацию об убийстве пастухов Ц. сообщил ему по своей инициативе, свидетель К. сообщил, что в ходе предварительного следствия по данному делу показания Ц. давал добровольно, а свидетель Г. показал, что с жалобами на действия следователя или оперативных сотрудников Ц. к нему не обращался.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия приходит к выводу, что суд обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора показания свидетеля Ц., данные в период расследования дела в качестве достоверных и отверг его надуманную версию о даче этих показаний под давлением сотрудников правоохранительных органов.
Доводы о недопустимости показаний Ц. были проверены судом и правомерно признаны несостоятельными, поскольку показания получены надлежащим процессуальным способом. Так, отсутствие адвоката на допросах Ц. в 1993 году объясняется отсутствием подозрений причастности его к совершению преступления, а дача показаний на месте преступления вызвана необходимостью проверки их достоверности. Результаты проверки зафиксированы в протоколе, который, как правильно указал суд, в соответствии со ст. 87 УПК РСФСР являлся доказательством по делу.
В своей совокупности исследованные судом доказательства явились достаточными для установления обстоятельств преступления и виновности Куштова Б. в его совершении. Все подлежащие доказыванию обстоятельства судом установлены и в приговоре отражены.
С учетом установленных фактических обстоятельств действия Куштова правильно квалифицированы по п. п. "з", "м", "н" ст. 102 УК РФ как убийство двух и более лиц на почве национальной розни группой лиц по предварительному сговору.
Все квалифицирующие признаки нашли свое подтверждение, в том числе совершение преступления на почве национальной розни, что следует из показаний свидетелей Ц., А. и М. приведенных в приговоре.
С учетом заключения психолого-психиатрической экспертизы и поведения Куштова в ходе судопроизводства суд сделал правильный вывод о том, что он является вменяемым. Оснований для применения к нему сроков давности уголовного преследования суд не усмотрел, мотивировав принятое решение, не усматривает их и Судебная коллегия.
При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, обстоятельства смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни семьи.
Смягчающие наказание обстоятельства судами первой и апелляционной инстанций установлены и учтены в полном объеме.
Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не усматривается.
Размер назначенного наказания соответствует содеянному и данным о личности Куштова, в связи с чем оснований для его смягчения не имеется.
Порядок апелляционного производства по делу соблюден. Судебной коллегией рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, дана оценка выводам суда, изложенным в приговоре.
При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного Суда Республики Северной Осетии - Алании от 23 марта 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 3 августа 2021 года в отношении Куштова Башира Магометовича оставить без изменения, кассационную жалобу адвоката Качанова Н.А. - без удовлетворения.
Кассационное определение может быть обжаловано в Президиум Верховного Суда Российской Федерации в порядке судебного надзора, установленном главой 48.1 УПК РФ.