ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 15 апреля 2021 г. N 11-УД21-11-А4
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Безуглого Н.П.,
судей Кочиной И.Г., Хомицкой Т.П.,
с участием:
прокурора Мусолиной Е.А.,
осужденного Елизарова О.В.,
адвоката Антоновой А.Н.,
при секретаре Горностаевой Е.Е.
рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу осужденного Елизарова О.В. на приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 5 февраля 2020 года, которым
Елизаров Олег Валентинович, < ... > несудимый, осужден по п. п. "в", "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 18 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 16 апреля 2020 года приговор оставлен без изменения.
Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление осужденного Елизарова О.В., адвоката Антоновой А.Н., поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение прокурора Мусолиной Е.А., не усматривающей оснований для изменения или отмены приговора, Судебная коллегия,
установила:
Елизаров О.В. осужден за убийство малолетней М. < ... > года рождения, совершенное с особой жестокостью при следующих обстоятельствах.
5 августа 2019 года Елизаров О.В., находясь в состоянии алкогольного опьянения по адресу: г. < ... > , в связи с тем, что малолетняя М. не стала кушать и начала плакать, умышленно с целью ее убийства с особой жестокостью, осознавая, что девочка в силу возраста и физического развития находится в беспомощном состоянии, в присутствии ее родного брата И. < ... > года рождения, нанес ей не менее 4 ударов правой ладонью по животу, затем, взяв руками за тело, с силой кинул на диван, где нанес правой ладонью по голове и животу еще не менее 9 ударов. В результате малолетней М. были причинены не причинившие вреда здоровью кровоподтеки и ссадины на теле, а также закрытая травма головы, состоящая из множественных кровоподтеков и ссадин, очаговых кровоизлияний в мягкие ткани лобно-теменной, теменной и височно-заушной областей, множественных очагово-диффузных кровоизлияний под мягкую мозговую оболочку обоих полушарий головного мозга, кровоизлияние под твердую мозговую оболочку обоих полушарий головного мозга на всем протяжении, кровоизлияния в ткань Варолиева моста и продолговатого мозга, относящаяся к категории тяжкого вреда здоровью, от которой наступила смерть потерпевшей.
В кассационной жалобе осужденный Елизаров О.В. просит изменить постановленный в отношении его приговор, считая его вынесенным с нарушением требований закона. Анализируя доказательства, указывает, что, согласно показаниям свидетеля Г. днем пятого августа она слышала, как С. заплакала. Зайдя в комнату, увидела, что девочка лежит на полу, но телесных повреждений и синяков на ней не заметила. Свидетель М. показала суду, что, когда вечером 5 августа она пришла с работы, то девочка была жива, а его в квартире уже не было. Затем ребенка забрала Г., находящаяся в состоянии опьянения, и уложила спать. По словам свидетеля, перед сном девочка вела себя обычно: поиграла и покушала. В 1 час 30 минут 6 августа М. заметила, что девочка не подает признаков жизни. Таким образом, поскольку с девочкой оставались М. и Г. которые и ранее применяли насилие к детям, полагает, что выводы суда о его виновности в смерти С. основаны на предположениях и предвзятом отношении к нему.
По мнению осужденного, описывая обстоятельства преступления, суд необоснованно указал в приговоре о нанесении им ударов по девочке поскольку он показывал, что наносил не удары, а несильные шлепки. Его показания об этом зафиксированы на видеосъемке следственного эксперимента, которая исчезла из материалов уголовного дела и суд не предпринял попыток восстановить данное доказательство, например, путем вызова участвовавшего в эксперименте адвоката.
Назначенное наказание считает чрезмерно суровым. Просит переквалифицировать его действия на п. "в" ч. 2 ст. 111 УК РФ и учесть, что он искренне раскаивается в содеянном.
В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель Даминов О.А. просит оставить приговор без изменения, считая его законным и обоснованным, а доводы кассационной жалобы осужденного - несостоятельными.
Заслушав участников процесса, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы по следующим основаниям.
Все представленные сторонами доказательства были исследованы судом и получили надлежащую оценку. В основу приговора положены допустимые и достоверные доказательства, иные отвергнуты судом с приведением мотивов принятого решения.
В судебном заседании Елизаров не отрицал факт нанесения < ... > С. ударов ладонью по голове и животу оттого, что последняя отказывалась кушать, но при этом указывал, что удары были не сильные.
Вместе с тем, в ходе предварительного следствия Елизаров неоднократно в качестве подозреваемого и обвиняемого показывал, что после употребления спиртного он уснул, а проснулся от криков С., в связи с чем решил ее накормить, но при этом поранил ей бутылочкой десну и девочка продолжила кричать, тогда он с силой стал наносить ей удары рукой по животу, затем переложил на диван и продолжить бить ее ладонью по лицу и голове, отчего девочка заплакала еще сильнее, а на ее теле появились синяки. Все это происходило в присутствии ее брата И. который кричал, чтобы он не трогал сестру. В этот момент проснулась Г., потребовала прекратить избиение, взяла ребенка на руки и стала успокаивать (т. 3 л.д. 208 - 214, 236 - 244, т. 4 л.д. 5 - 13).
Допросы Елизарова, в ходе которых он дал вышеприведенные показания, проведены с участием адвоката, показания о совершении преступления он давал после разъяснения права не свидетельствовать против себя и о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу.
Данные показания в полном объеме Елизаров подтвердил при проверке на месте происшествия (т. 3 л.д. 215 - 229).
Вопреки доводам, изложенным в кассационной жалобе, Елизаров при проверке показаний не описывал свои действия, как несильные шлепки ладонью по телу девочки. Как следует из протокола, он пояснил, что плач девочки его раздражал, поэтому он бил ее ладонью правой руки в область головы и живота, пытаясь успокоить.
Согласно протоколу во время проверки показаний Елизарова на месте производилась фотофиксация, на приложенных к протоколу фотографиях видно, как осужденный демонстрирует нанесение ударов ребенку. Видеосъемка в ходе данного следственного действия не проводилась, поэтому доводы Елизарова об утрате видеозаписи следует признать несостоятельными.
В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства были тщательно проверены доводы Елизарова о применении недозволенных методов ведения следствия, которые своего подтверждения не нашли.
При таких обстоятельствах вышеприведенные показания Елизарова, данные им в период предварительного следствия, правомерно признаны судом допустимыми и положены в основу приговора в качестве доказательства его виновности.
О достоверности взятых судом за основу показаний Е. свидетельствует их согласованность с показаниями И. 30.01.2012 года рождения, - родного брата погибшей девочки, который явился очевидцем преступления, с показаниями свидетелей М. и Г.Н., являющейся законным представителем малолетней потерпевшей, с экспертными заключениями и другими доказательствами.
Так, из показаний И. следует, что когда С. начала в коляске плакать, Елизаров стукнул ее по животу рукой, потом взял на руки и кинул на диван, а затем много раз стукал ее руками по голове и щеке. В это время зашла Г. и стукнула Е. по голове за то, что он обижал его сестру.
Свидетель Г. пояснила, что днем 5 августа она и Елизаров присматривали за детьми М. После распития спиртного она задремала. Проснувшись от криков С. она увидела девочку лежащей на диване. С. плакала, на ее лице имелись покраснения, рядом с девочкой стоял Елизаров, в комнате также находился И. Она дала Елизарову подзатыльник и забрала ребенка, после чего он ушел из квартиры, а она успокоила ребенка и уложила спать.
Свидетель М. показала, что днем 5 августа дети находились с Г. и Елизаровым, в 22 часа она вернулась домой, Елизарова не было, а дети спали. Примерно в 1 час 30 минут следующего дня обнаружила, что С. мертва, на лице девочки выступили синяки. После отъезда скорой помощи Г. отвела детей к соседке. Во время ее отсутствия пришел Елизаров, признал себя виновным в смерти С. и рассказал, что избил ее.
Г. подтвердила, что после возвращения от соседки М. рассказала ей о визите Елизарова и его признании в избиении С.
Со слов М. о факте признания Елизаровым своего участия в избиении девочки рассказала и законный представитель Н.
Кроме того, из показаний Г. и М. следует, что примерно через два дня каждой из них И. рассказал, что Елизаров избивал С. в его присутствии. Их показания в части обстоятельств избиения, данные со слов И., полностью сопоставимы с его показаниями.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия считает доводы кассационной жалобы осужденного о недоверии к показаниям свидетелей ввиду их, якобы, предвзятого отношения к нему несостоятельными, поскольку оснований для оговора его допрошенными лицами не установлено, при этом их показания согласуются между собой и со взятыми за основу показаниями Елизарова, что свидетельствует о их достоверности.
Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы и показаниям эксперта только в область головы девочке было нанесено не менее 6 ударов. Кроме того, на теле девочки были обнаружены многочисленные кровоподтеки в области ключицы, грудной клетки спереди и сзади, в области лобка, живота, локтя, предплечья, подвздошной кости, шеи, ссадина предплечья, которые в причинной связи со смертью не состоят, однако причинены так же как и травма головы прижизненно, незадолго до наступления смерти.
Объективно оценив исследованные доказательства, суд счел их достаточными для вынесения приговора, на основании их правильно установил обстоятельства дела и пришел к выводу о виновности Елизарова в умышленном, с особой жестокостью, причинении смерти малолетней С.
Доводы осужденного о возможности наступления смертельного исхода ребенка от действий Г. и М., об отсутствии у него умысла на причинение смерти С. суд обсудил и мотивированно отверг, как опровергающиеся совокупностью исследованных доказательств.
Судебная коллегия находит данные выводы обоснованными, поскольку судом установлено, что до избиения С. Елизаровым ее здоровье опасений не вызывало, фактов применения насилия к девочке со стороны матери и Г. не имелось. На основании показаний свидетелей судом установлено, что в результате падения девочки из детской коляски днем 5 августа телесных повреждений ей не причинено. Более того, согласно показаниям эксперта, от такого падения не могли быть причинены те телесные повреждения, от которых наступила смерть ребенка. Механизм образования повреждений, обнаруженных на теле С., и, повлекших ее смерть, полностью совпадает со взятыми за основу показаниями Елизарова.
Об умысле Елизарова на убийство С. свидетельствуют установленные судом фактические обстоятельства, согласно которым Елизаров пытался заставить прекратить плакать десятимесячного ребенка путем нанесения ему многочисленных сильных ударов рукой в жизненно важные органы и не прекращал свои действия до тех пор пока Г. не забрала ребенка. В результате нанесенных Елизаровым ударов С. была причинена травма головы, осложнившаяся выраженным отеком, сдавлением и дислокацией головного мозга, отчего наступил смертельный исход.
Также Елизаров пояснил, что наносил удары малолетней С. в присутствии ее брата И. который кричал на него и требовал прекратить избиение.
Свидетель М. показала, что сын лишь спустя два дня смог рассказать об обстоятельствах, которые привели к смерти С. при этом испытывал страх от того, что Елизаров может вновь придти и убить его так же, как и сестру.
Данные доказательства, как правильно установил суд, указывают на то, что И. наблюдая избиение малолетней сестры, испытывал при этом особые страдания, а также свидетельствуют о направленности умысла Елизарова на убийство с особой жестокостью, поскольку он, осознавая состояние И. умышленно в его присутствии причинил девочке множественные телесные повреждения, от которых наступила ее смерть.
При таких обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия осужденного по п. п. "в", "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство малолетнего, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, совершенное с особой жестокостью.
Оснований для иной юридической оценки действий Елизарова не имеется.
Таким образом, вопреки доводам кассационной жалобы, суд не допустил нарушения требований Уголовно-процессуального кодекса при оценке доказательств, правильно установил фактические обстоятельства дела и применил уголовный закон.
Приговор суда соответствует требованиям ст. ст. 304, 307 - 309 УПК РФ. В частности, в описательно-мотивировочной части приговора содержится не только описание преступного деяния, признанного доказанным с приведением доказательств, на которых основаны выводы суда, но и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. Содержит приговор и выводы относительно назначения наказания.
Исследовав данные о личности осужденного, о состоянии его здоровья, заключение психолого-психиатрической экспертизы, суд сделал правильный вывод о том, что Елизаров является вменяемым и должен нести уголовную ответственность за содеянное.
При назначении наказания суд учитывал характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности осужденного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на его исправление.
Суд правильно установил перечень обстоятельств, смягчающих наказание, и в полной мере учел их при назначении наказания.
Признание факта совершения преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, обстоятельством, отягчающим наказание, судом мотивировано.
Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ суд не усмотрел, не усматривает их и Судебная коллегия.
Нарушений положений Уголовного закона при назначении наказания не допущено, по своему виду и размеру оно соответствует характеру, степени общественной опасности и обстоятельствам содеянного Елизаровым, данным о его личности, в связи с чем оснований для смягчения наказания не имеется.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 5 февраля 2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 16 апреля 2020 года в отношении Елизарова Олега Валентиновича оставить без изменения, кассационную жалобу осужденного - без удовлетворения.