ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 апреля 2023 г. N 45-УД23-8СП-А2
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего судьи Иванова Г.П.,
судей Романовой Т.А., Кондратова П.Е.
при секретаре судебного заседания Мамейчике М.А.
с участием прокурора Генеральной прокуратуры РФ Химченковой М.М., адвоката Малетина Д.М., действующего в интересах осужденной Шехеревой А.С.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Малетина Д.М. в защиту интересов осужденной Шехеревой А.С. на приговор Свердловского областного суда от 18 апреля 2022 г. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Второго апелляционного суда общей юрисдикции от 21 июля 2022 г.
По приговору Свердловского областного суда от 18 апреля 2022 г.
Шехерева Анна Сергеевна, < ... > , несудимая,
осуждена по п. п. "д", "е", "и" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с возложением обязанности 2 раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с установлением ей ограничений: не уходить из места постоянного проживания в ночное время с 22 до 6 часов, не выезжать за пределы территории муниципального образования, на территории которого она будет проживать после освобождения из мест лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго апелляционного суда общей юрисдикции от 21 июля 2022 г. приговор Свердловского областного суда от 18 апреля 2022 г. в отношении Шехеревой А.С. оставлен без изменения.
Заслушав доклад судьи Романовой Т.А. о содержании судебных решений, существе кассационной жалобы и поданных на нее возражений, выступление адвоката Малетина Д.М. в защиту интересов осужденной Шехеревой А.С., поддержавшего доводы, изложенные в жалобе, а также мнение прокурора Химченковой М.М., полагавшей необходимым оставить судебные решения без изменения, Судебная коллегия
установила:
по приговору суда, постановленному на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, Шехерева А.С. признана виновной в том, что 24 мая 2021 г. в г. Екатеринбурге совершила убийство Г., действуя при этом с особой жестокостью, общеопасным способом, из хулиганских побуждений.
В кассационной жалобе адвокат Малетин Д.М., выражая несогласие с осуждением Шехеревой, просит отменить судебные решения и направить уголовное дело на новое разбирательство. Приводя содержание норм уголовно-процессуального закона, регулирующих процедуру рассмотрения дел судом присяжных заседателей и полномочия последних, утверждает, что председательствующий фактически лишил сторону защиты представить для исследования свою версию событий, исключил возможность ознакомления присяжных заседателей с материалами дела, дал неверные им разъяснения по вопросу использования при вынесении вердикта записей, сделанных другими присяжными, а также их права на возвращение в зал судебного заседания при наличии сомнений в каких-либо фактических обстоятельствах дела, запретил обсуждать между собой дело до удаления на совещание, организовал судебный процесс нерационально, без учета интересов присяжных заседателей, являвшихся в большинстве своем женщинами, которые стремились к скорейшему принятию решения, чтобы своевременно вернуться домой, так как были голодны и отправлены в совещательную комнату вечером в пятницу; вопреки логике, сторона обвинения вместо предъявления для просмотра видеозаписей, обратилась к другим доказательствам; при демонстрации видеозаписей по ходатайству стороны защиты председательствующий судья воспрепятствовал ему прокомментировать ключевые моменты в подтверждение позиции своей подзащитной; перечень исследованных доказательств, включая содержание видеозаписей и заключение эксперта, свидетельствует о вынесении вердикта в отношении невиновной, что является основанием для роспуска коллегии; на обвинительный уклон судебного разбирательства дела указывает информация о времени оглашения приговора по делу, размещенная пресс-службой суда, до того, как были проведены прения; ответы присяжных заседателей, внесенные в вопросный лист, содержат неразрешимое противоречие в части их мнения о том, заслуживает ли Шехерева снисхождения, которое с положительного было изменено в дальнейшем на противоположное; после подачи апелляционной жалобы председательствующий судья безосновательно счел наличие в ней замечаний на протокол судебного заседания; суд апелляционной инстанции невнимательно изучил дело, вынес определение только на предмет доводов, изложенных в жалобе, неубедительно опровергнув их, оставил без внимания его (адвоката) выступление в судебном заседании, в том числе, где он заявлял о необоснованности рассмотрения судьей замечаний на протокол судебного заседания, которые в действительности им не были поданы, а также исказил суть его заявления о тенденциозности председательствующего судьи, что он связывал с отказом в удовлетворении ходатайства стороны защиты о вызове свидетеля.
В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель Щибрик М.Г. считает доводы, изложенные адвокатом в жалобе, несостоятельными и утверждает, что при рассмотрении уголовного дела судами первой и апелляционной инстанций нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства не допущено, оснований для изменения или отмены судебных решений не имеется.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и поданных на нее возражений, Судебная коллегия не установила нарушений уголовно-процессуального закона в процессе расследования дела, а также на стадии предварительного слушания, в ходе его судебного разбирательства и апелляционного производства, которые в соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ влекут отмену или изменение судебных решений в кассационном порядке.
Уголовное дело рассмотрено законным составом суда, сформированным с участием сторон с соблюдением установленной процедуры. В стадии, предшествующей формированию коллегии, председательствующий судья выполнил требования ст. 328 УПК РФ, обратившись к кандидатам в присяжные заседатели с разъяснениями задач, стоявших перед ними, и условий их участия в рассмотрении данного уголовного дела.
Сторонам в должной мере обеспечено право провести опрос кандидатов в присяжные заседатели с целью выяснения у них обстоятельств, препятствующих их полноценному участию в деле, в том числе, связанных с проблемами бытового характера, которые могли быть для них более значимыми, чем реализация ими своего конституционного права и выполнение гражданского долга в сфере отправления правосудия.
В точном соответствии с содержанием ст. 333 УПК РФ председательствующий судья также информировал присяжных заседателей об их правах и обязанностях в ходе судебного заседания, в том числе, об использовании во время совещания собственных письменных записей, в которых отражено сугубо индивидуальное восприятие тех либо иных исследуемых обстоятельств присяжным заседателям, выполнившим эти записи, а потому, предназначенных исключительно для личного пользования.
Основан на положениях п. 2 ч. 2 ст. 333 УПК РФ запрет председательствующего судьи на обсуждение присяжными заседателями рассматриваемого дела до их удаления в совещательную комнату, поскольку иное могло свидетельствовать о высказывании ими своего мнения по делу до вынесения вердикта.
Протокол судебного заседания не содержит сведений о том, что присяжными заседателями, вошедшими в состав коллегии, нарушены возложенные на них обязанности, допущены действия и высказывания, позволяющие усомниться в их беспристрастности, либо проявлена невнимательность при исследовании доказательств, а равно, - неоправданная поспешность при вынесении вердикта.
Вынесение вердикта присяжными заседателями состоялось в рабочее время. Так, судя по протоколу судебного заседания, коллегия удалилась в совещательную комнату 15 апреля 2022 г. в 12 час. 24 мин. и в тот же день в 15 час. 59 мин. возвратилась с надлежаще заполненным вопросным листом. При этом, как видно, ни в предшествующий, ни в указанный период от присяжных заседателей не поступало каких-либо заявлений об отложении судебного заседания на другой день, об объявлении перерыва в совещании и, исходя из периода нахождения в совещательной комнате, в их распоряжении имелось необходимое и достаточное время для обсуждения ответов на пять поставленных вопросов и для вынесения вердикта путем голосования по некоторым вопросам.
Не располагала сторона защиты сведениями о наличии у присяжных заседателей каких-то сложностей в вынесении вердикта, связанных со временем их работы и ее организацией.
Судебной коллегией также не установлено недостатков в организации труда коллегии присяжных заседателей, а тем более взаимосвязи между условиями их деятельности и содержанием вынесенного ими вердикта, несмотря на голословные утверждения об обратном в жалобе адвоката.
С учетом требований ст. 334, 335 УПК РФ, а также положений ст. 73, 243 и 252 УПК РФ, председательствующий судья, действуя в рамках отведенных ему полномочий, обеспечил проведение судебного разбирательства только в пределах предъявленного подсудимой Шехеревой обвинения и с учетом особенностей, установленных для данной формы судопроизводства.
С участием присяжных заседателей исследованы лишь те доказательства, которые содержали данные о фактических обстоятельствах дела, отвечали критериям относимости, а процесс их сбора соответствовал требованиям УПК РФ.
Процедура исследования доказательств присяжными заседателями соответствует установленной законом и иной порядок их ознакомления с материалами дела, законодателем не предусмотрен.
Исследование доказательств по делу имело место в соответствии с требованиями ст. 335, 285 УПК РФ и установленной ст. 274 УПК РФ очередностью; каждая из сторон самостоятельно решала вопрос о необходимости представления присяжным заседателям любого из доказательств, отвечающих требованиям ст. 74 УПК РФ, и в той стадии, в которой считала это сделать наиболее целесообразным. При этом позиция государственного обвинителя, которая заключалась в намерении просмотра видеозаписей с места происшествия на этапе дополнений к судебному следствию, никоим образом не ограничила права стороны защиты на представление этого доказательства в желаемой ею стадии, а именно, до допроса подсудимой, тем более, что к указанному моменту для этого были созданы необходимые предпосылки в виде исследования по инициативе стороны обвинения протоколов выемки и осмотра диска с видеозаписями.
Вопреки доводам, изложенным в кассационной жалобе, председательствующий судья удовлетворил ходатайство адвоката о неоднократной демонстрации присяжным заседателям одной из видеозаписей, что как раз было вызвано, по пояснениям защитника, целью обратить их внимание на действия подсудимой в отношении потерпевшего. При этом сопровождение исследования доказательств, включая видеозаписи, иным образом, в частности, путем дачи комментария их содержанию участниками процесса, уголовно-процессуальный закон не предусматривает; собственное видение зафиксированных камерой наблюдения и их оценку стороны имели возможность довести до присяжных заседателей в ходе выступления в прениях, чем они, в том числе адвокат, фактически воспользовались.
Версия подсудимой о произошедших событиях, заключающаяся в отсутствии у нее умысла на причинение смерти потерпевшему, в судебном заседании исследована.
В жалобе адвокатом не приводится данных о том, что какие-то существенные для исхода дела доказательства, подтверждающие указанную версию, были безосновательно отвергнуты судом либо суд незаконным образом воспрепятствовал их представлению сторонами для исследования.
Неправомерных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, имеющих существенное значение для установления фактических обстоятельств дела и повлиявших на вынесение присяжными заседателями объективного вердикта по вопросам, предусмотренным пп. 1, 2, 3 ч. 1 ст. 339 УПК РФ, не установлено также Судебной коллегией в ходе кассационного производства по делу.
Доказанность позиции, изложенной Шехеревой относительно имевших место событий и ее роли в них, надлежаще выяснялась у присяжных заседателей, на предмет чего в вопросный лист был включен отдельный вопрос N 3.
При таком положении объективного подтверждения доводам адвоката об обвинительном уклоне судебного разбирательства и предвзятом отношении председательствующего судьи к подсудимой в протоколе судебного заседания не содержится.
В судебном заседании сторонам обеспечены равные возможности в представлении и исследовании доказательств и созданы для этого необходимые условия, что свидетельствует о соблюдении принципа равноправия и состязательности сторон.
Суд апелляционной инстанции правильно указал на то, что состоявшееся судебное следствие отвечало требованиям уголовно-процессуального закона, стороны защиты и обвинения не были ограничены в праве представлять доказательства, в равной степени участвовали в их исследовании, доводили до сведения коллегии присяжных свою позицию по делу и ни одной из сторон каких-либо преимуществ не предоставлялось.
Не вызывает сомнений полнота и правильность разъяснений положений ст. 344 УПК РФ, которые председательствующий судья дал коллегии в напутственном слове (т. 5, л.д. 66). Обращаясь в напутственном слове к доказательствам, председательствующий судья акценты на их значимости не расставлял и напротив, указал, что ни одно из них не имеет преимущественного значения. Собственного мнения относительно достоверности того либо иного доказательства он не высказывал и в какие-либо непредусмотренные законом рамки присяжных заседателей в вопросе оценки доказательств не ставил.
Не усмотрели сами стороны каких-либо нарушений принципа объективности и беспристрастности при произнесении председательствующим судьей напутственного слова, о чем свидетельствует отсутствие у них возражений в соответствующей стадии.
Вопросы, поставленные перед присяжными заседателями, сформулированы применительно к положениям ч. 1 ст. 339 УПК РФ, направлены на выяснение обстоятельств, которые необходимы для установления события преступления, причастности к нему Шехеревой и ее виновности, а также имеют значение для правильного применения норм уголовного права, то есть, для квалификации ее действий.
Вынесенный коллегией присяжных заседателей вердикт является ясным и непротиворечивым, в том числе, по вопросу N 5 относительно снисхождения. Каких-либо оснований для утверждений о том, что присяжные заседатели по ходу вынесения вердикта с утвердительного ответа на указанный вопрос изменили свое решение на противоположное, не имеется, вывод о чем, следует из сопоставления их ответа, заключающегося в утвердительном "да" без пояснительного слова, с результатами голосования за него троих присяжных заседателей и против - пятерых, в связи с чем, возникла необходимость правок в вопросном листе и внесения в него ответа, соответствующего распределению голосов.
Кроме того, необходимо учесть, что уголовно-процессуальный закон вовсе не содержит запрета на пересмотр присяжными заседателями в совещательной комнате до выхода из нее с окончательным вердиктом своих ответов на любой из поставленных перед ними вопросов.
Приговор постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности Шехеревой и не имеет таких недостатков, которые ставили бы под сомнение его законность.
О каких-либо нарушениях со стороны председательствующего судьи, в том числе, принципа беспристрастности и объективности, не свидетельствуют данные с сайта суда, на котором в начале рабочего дня 18 апреля 2022 г. была размещена, по заверениям адвоката, информация о том, что провозглашение приговора состоится в 16 часов того же дня. Подобного рода сведения не относятся к процессуальному движению дела, носят исключительно технический характер, соответствуют протоколу судебного заседания об отложении на указанную дату судебного заседания, в котором планировалось обсуждение юридических последствий вердикта, и к тому же - не имеют никакого предопределяющего значения ни для процедуры рассмотрения дела, ни для фактического завершения по нему стадии судопроизводства, а тем более - для его исхода.
Оснований для роспуска коллегии присяжных заседателей в соответствии с ч. 5 ст. 348 УПК РФ по делу не установлено и доводы адвоката в данной части основаны на такой оценке доказательств, с которой не согласились присяжные заседатели, а также вполне правомерно - председательствующий судья в рамках предоставленных ему после вынесения вердикта полномочий.
К обстоятельствам дела, как они установлены вердиктом присяжных заседателей, уголовный закон применен верно, содеянному осужденной Шехеревой дана правильная правовая оценка в зависимости от объективно выполненных ею действий, свидетельствующих о направленности умысла, с убедительным обоснованием каждого из квалифицирующих признаков.
Наказание Шехеревой назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ. Формального подхода к оценке обстоятельств, включающих перечень, смягчающих наказание, не допущено.
Каких-либо новых данных, влияющих на вид и размер наказания осужденной, неустановленных судами первой и апелляционной инстанций либо неучтенных ими в полной мере, в материалах дела не имеется.
В законности состоявшегося судебного разбирательства уголовного дела в отношении Шехеревой и обоснованности ее осуждения не позволяют усомниться действия председательствующего судьи, последовавшие за постановлением приговора.
Исходя из содержания апелляционной жалобы, поступившей от адвоката Малетина, в которой он указал на отсутствие в протоколе судебного заседания, причем со ссылкой на его листы дела, данных им пояснений содержанию видеозаписей во время их просмотра, а также обращения им внимания присяжных заседателей на ключевые моменты заснятых событий, председательствующий судья имел достаточные основания для того, чтобы расценить это как несогласие адвоката с полнотой протокола судебного заседания и рассмотреть в качестве замечаний на него в порядке, предусмотренном ст. 260 УПК РФ.
Каждому из доводов, в том числе, аналогичным тем, которые приведены в кассационной жалобе, суд апелляционной инстанции дал оценку по установленным правилам со ссылкой на материалы дела и протокол судебного заседания, с обоснованием в необходимой мере своих выводов положениями уголовно-процессуального закона, регулирующего судопроизводство по делу с участием присяжных заседателей, и вынес определение, отвечающее требованиям ст. 389.28 УПК РФ.
В кассационной жалобе адвоката Малетина не содержится иных убедительных доводов о допущенных по делу судами первой и апелляционной инстанций нарушениях закона, требующих проверки.
По итогам рассмотрения дела в кассационном порядке Судебной коллегией не установлено других обстоятельств правового характера, которые вызывают сомнения в правильности применения судами первой и апелляционной инстанций норм уголовного и уголовно-процессуального законов, и в силу ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ являются основаниями для отмены или изменения судебных решений.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Свердловского областного суда от 18 апреля 2022 г. и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Второго апелляционного суда общей юрисдикции от 21 июля 2022 г. в отношении Шехеревой Анны Сергеевны оставить без изменения, а кассационную жалобу адвоката без удовлетворения.