ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 сентября 2022 г. N 224-УД22-24-А6
Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Воронова А.В.,
судей Замашнюка А.Н. и Дербилова О.А.,
при секретаре Жиленковой Т.С.
с участием прокурора отдела управления Главной военной прокуратуры Обухова А.В., осужденного Гаджиева М.И. - путем использования систем видеоконференц-связи, адвоката Гамидова А.З. рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе защитника осужденного - адвоката Гамидова З.А. на приговор Южного окружного военного суда от 23 декабря 2021 г. и апелляционное определение Апелляционного военного суда от 4 апреля 2022 г.
По приговору Южного окружного военного суда от 23 декабря 2021 г.
Гаджиев Микаил Исмаилович, < ... > , несудимый,
осужден к лишению свободы по ч. 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 208 УК РФ на срок 8 лет 6 месяцев с ограничением свободы на срок 1 год, по ч. 1 ст. 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от 24 ноября 2014 г. N 370-ФЗ) на срок 1 год 6 месяцев, а по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ - на срок 9 лет в исправительной колонии строгого режима с отбыванием первых 3 лет в тюрьме с ограничением свободы на срок 1 год с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.
Апелляционным определением Апелляционного военного суда от 4 апреля 2022 г. приговор в отношении Гаджиева М.И. изменен. Из описательно-мотивировочной части приговора исключена ссылка на показания Гаджиева М.И., данные на предварительном следствии в качестве обвиняемого. В остальном приговор оставлен без изменения, апелляционная жалоба адвоката Гамидова З.А. без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Замашнюка А.Н., выступления адвоката Гамидова А.З. и осужденного Гаджиева М.И. в поддержку доводов кассационной жалобы, прокурора Обухова А.В., полагавшего необходимым приговор и апелляционное определение оставить без изменения, а жалобу защитника без удовлетворения, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Гаджиев М.И. осужден за пособничество участию другого лица в деятельности вооруженного формирования, не предусмотренного федеральным законом (далее - НВФ), путем предоставления оружия, информации и продуктов питания членам НВФ, а также за незаконные приобретение, перевозку и передачу иному лицу огнестрельного оружия.
Эти преступления совершены Гаджиевым на территории Хасавюртовского района Республики Дагестан в период с начала до 20 мая 2020 г. при изложенных в приговоре обстоятельствах.
В кассационной жалобе защитник осужденного - адвокат Гамидов З.А., считая постановленные по делу приговор и апелляционное определение незаконными, необоснованными и вынесенными с нарушением норм материального и процессуального права, просит их отменить и передать дело на новое рассмотрение.
Повторяя доводы своей апелляционной жалобы, утверждает о том, что положенные в основу приговора доказательства не свидетельствуют о виновности Гаджиева в инкриминируемых ему деяниях. Напротив, показания свидетелей Г. (брата осужденного), И. и М. опровергают виновность осужденного. Суд не должен был использовать в качестве доказательств показания названных лиц, полученные во время предварительного расследования по другим уголовным делам, которые они не подтвердили. Показания Гаджиева, данные в качестве подозреваемого, получены под воздействием сотрудников правоохранительных органов, от них он в дальнейшем отказался, в связи с чем они также не могли быть положены в основу приговора.
Приводя свою оценку протоколам осмотра документов - материалов иных уголовных дел, а также вещественного доказательства - автомобиля ГАЗ регистрационный знак < ... > , принадлежащего осужденному, адвокат Гамидов заявляет об их неотносимости к настоящему уголовному делу, так как они не содержат сведений, подлежащих доказыванию. Показания свидетеля К. и протокол предъявления ему карабина "Сайга-МК" для опознания являются недопустимыми доказательствами и не могли быть положены в основу приговора, поскольку процессуального решения в отношении Коркмасова при наличии в его действиях признаков состава преступления, связанного с передачей Гаджиеву оружия, не принято, не указаны индивидуальные признаки опознаваемого им карабина, а в удовлетворении ходатайства стороны защиты о необходимости выяснения наличия процессуального решения в отношении К. по факту обнаружения и передачи им оружия осужденному судом отказано.
Анализируя положения ч. 2 ст. 252 УПК РФ и п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. N 55 "О судебном приговоре", полагает, что суду вместо исключения из обвинения Гаджиева ч. 2 ст. 205.5 УК РФ следовало его оправдать по обвинению в этом преступлении, виновность в совершении которого не доказана.
Считает незаконным выделение из данного уголовного дела другого уголовного дела в отношении брата осужденного, хотя они расследовались в одном производстве, что, по мнению защитника, повлияло на законность и объективность судебных актов по настоящему делу, о чем свидетельствуют принятые судебные решения в отношении Г.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы защитника осужденного, заслушав стороны, Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного определения в отношении Гаджиева.
В соответствии со ст. 401.1 УПК РФ при рассмотрении кассационных жалоб, представления суд кассационной инстанции проверяет законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно-процессуального законов.
Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
Таких нарушений закона при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования настоящего уголовного дела, передачу его для рассмотрения по существу в суд первой инстанции и саму процедуру судебного разбирательства и апелляционного рассмотрения, не допущено.
В судебных заседаниях обеспечено равенство прав сторон, которым суды обеих инстанций, сохраняя объективность и беспристрастность, создали необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, реализации предоставленных процессуальных обязанностей и осуществления гарантированных прав.
Сведений о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводилось предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается, а довод стороны защиты о предвзятом отношении к Гаджиеву и обвинительном уклоне суда является голословным.
Все представленные сторонами относимые и допустимые доказательства непосредственно и с соблюдением требований УПК РФ о презумпции невиновности, состязательности и равноправии сторон исследованы в судебном заседании, заявленные ходатайства, в том числе упомянутое в жалобе, разрешены судом в установленном законом порядке, по этим ходатайствам приняты законные и обоснованные решения.
Приговор, с учетом внесенных в него изменений, соответствует требованиям, предусмотренным ст. 297, 304, 307 - 309 УПК РФ. В нем правильно указаны обстоятельства преступлений, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод о виновности Гаджиева в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации его действий и назначенного наказания, разрешены другие вопросы, предусмотренные ст. 299 УПК РФ.
Каких-либо противоречий в выводах судом не допущено, они основаны на совокупности достоверных и допустимых доказательств, исследованных в судебном заседании, а о дополнении судебного следствия стороны не ходатайствовали.
Виновность Гаджиева в совершении инкриминируемых ему преступлений подтверждается его личными признательными показаниями в качестве подозреваемого об обстоятельствах приобретения карабина "Сайга-МК" с прибором для бесшумной стрельбы (далее - ПБС), перевозки и передачи этого оружия и продуктов питания членам НВФ и сообщении им сведений о предпринятых сотрудниками правоохранительных органов мерах в отношении членов НВФ; показаниями свидетелей Г., М. и И. о причастности Гаджиева к НВФ; показаниями свидетеля К. об обстоятельствах передачи им Гаджиеву карабина "Сайга-МК" и ПБС к нему; заключением экспертов по этому карабину; протоколами следственных действий и иными доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку по правилам ст. 17, 87 и 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела.
Содержание доказательств изложено в приговоре объективно, в соответствии с материалами дела и без каких-либо искажений, влияющих на существо принятых на основании их анализа и оценки решений.
Сведения об обстоятельствах совершения Гаджиевым инкриминируемых ему противоправных деяний положены в основу приговора только после их проверки на соответствие всем свойствам доказательств, с выяснением источника осведомленности допрошенных лиц относительно предмета доказывания по делу и после сопоставления с совокупностью других исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств.
Данных, подтверждающих заинтересованность свидетелей в исходе дела или оговоре Гаджиева, не установлено, оснований не доверять их показаниям, полученным с соблюдением требований УПК РФ, не имелось, в связи с чем они справедливо признаны относимыми и допустимыми доказательствами и положены в основу приговора.
Судами всесторонне проверялся повторяемый в кассационной жалобе адвоката Гамидова довод о недопустимости признательных показаний Гаджиева, данных в качестве подозреваемого, и показаний его брата, данных во время предварительного расследования под воздействием сотрудников правоохранительных органов, который своего подтверждения не получил, чему в приговоре и в апелляционном определении приведены мотивированные аргументы и опровергающие это суждение стороны защиты доказательства.
Положенные в основу приговора показания Гаджиева в качестве подозреваемого и показания его брата Г. даны ими в условиях, исключающих возможность оказания на них какого-либо воздействия, с участием защитников-адвокатов, с которыми они имели возможность пообщаться до допроса без ограничения во времени наедине и конфиденциально, после разъяснения им предусмотренных законом прав и предупреждения о возможности использования в качестве доказательств по делу их показаний в случае последующего отказа от них. При этом осужденный и его брат сообщили такие детали и обстоятельства содеянного, которые могли быть известны только непосредственным участникам этих событий, протоколы изготавливались следователем в их присутствии, о каком-либо принуждении к даче показаний со стороны сотрудников правоохранительных органов или о применении к ним недозволенных методов ведения следствия, нарушении их прав они не заявили, замечаний к содержанию изложенных в протоколах показаний не имели и после прочтения показаний своими подписями удостоверили достоверность их изложения. Последующие проверки, проведенные органами предварительного расследования по доводам Гаджиева и его брата о применении к ним незаконных методов ведения следствия, подобных фактов не выявили.
Правильно оценил суд показания свидетеля К., а наличие или отсутствие процессуального решения в отношении названного лица относительно передачи им Гаджиеву карабина "Сайга-МК" с ПБС на принятые в отношении Гаджиева решения не влияет и не колеблет выводов суда о виновности последнего в незаконном обращении с этим оружием.
Обоснованным является отказ суда в удовлетворении ходатайства защитника по вопросу выяснения процессуального решения в отношении К., поскольку уголовное дело рассматривалось в отношении Гаджиева и по предъявленному ему, а не иным лицам обвинению.
Вопреки доводу автора жалобы, нарушений требований ст. 193 УПК РФ при опознании свидетелем К. предъявленного ему карабина "Сайга-МК" не допущено, так как до предъявления этого карабина для опознания свидетель был предварительно допрошен и указал его номер, описал внешний вид, по которым он в дальнейшем и опознал карабин в группе предъявленных ему однородных предметов.
Показания свидетелей М. и И., в том числе данные ими во время предварительного расследования, получены с соблюдением требований УПК РФ, являются относимыми и допустимыми доказательствами и в совокупности с иными доказательствами, приведенными в приговоре, подтверждают виновность Гаджиева в инкриминируемом ему пособничестве членам НВФ, а довод автора жалобы об обратном не соответствует действительности.
Выделение уголовного дела в отношении брата осужденного в отдельное производство от уголовного дела Гаджиева осуществлено во время предварительного расследования при наличии для этого соответствующих оснований, что само по себе не свидетельствует о невиновности Гаджиева в инкриминируемых ему деяниях. Суд же в силу требований ч. 1 ст. 252 УПК РФ полномочен был рассматривать уголовное дело только в отношении Гаджиева и лишь по предъявленному ему обвинению.
Ссылка в жалобе на кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 7 июня 2022 г., которым судебные акты в отношении Г. были отменены в связи с нарушением пределов судебного разбирательства и порядка исследования доказательств, положенных в основу приговора, не свидетельствует о нарушении требований УПК РФ при производстве по уголовному делу в отношении Гаджиева и не влияет на законность и обоснованность судебных актов по настоящему делу.
Фактически изложенные в жалобе защитника осужденного доводы сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Несогласие защитника с оценкой доказательств по делу, приведенной в приговоре и апелляционном определении, само по себе не влечет признание этих доказательств недопустимыми или недостоверными и не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, недоказанности вины Гаджиева в инкриминируемых ему преступлениях, а равно о существенных нарушениях уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, которые могут повлечь отмену или изменение принятых по делу судебных решений.
Неустранимых сомнений в виновности Гаджиева в совершении инкриминируемых ему деяний при изложенных в приговоре обстоятельствах не имеется.
Решение суда об исключении излишне вмененной Гаджиеву ч. 2 ст. 205.5 УК РФ основано на изложенных в абзаце 3 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. N 55 "О судебном приговоре" положениях, поскольку предоставление им оружия, информации и продуктов питания участникам НВФ без осознания их причастности к деятельности международной террористической организации "Исламское государство" и при отсутствии у Гаджиева намерений выполнять какие-либо действия в интересах названной террористической организации или ее членов образует одно преступление, предусмотренное ч. 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 208 УК РФ, и дополнительной квалификации не требовало, о чем в приговоре сформулирован мотивированный вывод.
Содеянное Гаджиевым правильно квалифицировано по ч. 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 208 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от 24 ноября 2014 г. N 370-ФЗ).
Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о его личности, в том числе состояния здоровья его самого и членов семьи, их материального положения, смягчающих и иных обстоятельств, предусмотренных ч. 3 ст. 60 УК РФ, приведенных в приговоре, отвечает целям наказания, определенным ч. 2 ст. 43 УК РФ, и является справедливым.
Мотивированными являются решения суда о необходимости назначения Гаджиеву наказания в виде лишения свободы и отсутствии оснований для изменения категории совершенных им преступлений на менее тяжкие в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.
При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в установленном порядке проверены законность, обоснованность и справедливость приговора, в который внесены необходимые изменения. Апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.1, 401.13, 401.14 УПК РФ, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации
определила:
приговор Южного окружного военного суда от 23 декабря 2021 г. и апелляционное определение Апелляционного военного суда от 4 апреля 2022 г. в отношении Гаджиева Микаила Исмаиловича оставить без изменения, кассационную жалобу его защитника - адвоката Гамидова З.А. без удовлетворения.