ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 31 мая 2018 г. N 45-АПУ18-9
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Сабурова Д.Э.,
судей Кочиной И.Г., Таратуты И.В.,
с участием:
государственного обвинителя - прокурора Прониной Е.Н.,
осужденного Макарова А.В.,
защитника - адвоката Баранова А.А.,
при секретаре Семеновой Т.Е.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Макарова А.В. и адвоката Асадуллиной Н.М. на приговор Свердловского областного суда от 6 февраля 2018 года, которым
Макаров Анатолий Владимирович, < ... >
судимый 23 ноября 2007 года по ч. 1 ст. 116, ст. 119, п. "а" ч. 3 ст. 158, ч. 2 ст. 167, ч. 2 ст. 325 УК РФ, ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ (с учетом постановления от 31 января 2013 года) к 4 годам 5 месяцам лишения свободы,
осужден по п. п. "а", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к пожизненному лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.
Принято решение по процессуальным издержкам и в отношении вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление осужденного Макарова А.В., адвоката Баранова А.А., поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах и дополнениях к ним, мнение прокурора Прониной Е.Н., не усматривающей оснований для отмены или изменения приговора, Судебная коллегия
установила:
Макаров А.В. осужден за убийство трех лиц - Г., Г. и Г. последнего - с целью скрыть убийство первых двух лиц.
Преступление совершено в ночь с 3 на 4 декабря 2016 года в г. Нижний Тагил Свердловской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Асадуллина Н.М., не оспаривая факт убийства подзащитным троих лиц, указывает, что братья Г. угрожали искалечить Макарова, а в ночь с 3 на 4 декабря разбили ему нос, А. направил в его сторону нож. Защищаясь от нападения А., Макаров ударил его ножом. А. также хотел наброситься на подзащитного, вследствие чего Макаров и ему нанес ножевой удар, Г. убил в тот момент, когда последний, высказывая угрозы убийством, двинулся в его сторону.
Просит признать недостоверными показания Макарова, данные им в ходе предварительного следствия, поскольку во время допросов он находился в состоянии алкогольного опьянения и плохо себя чувствовал.
К показаниям потерпевшей Г. просит отнестись критически, поскольку она могла исказить обстоятельства, о которых давала показания, в силу осознания того, что могла бы не допустить такой ситуации. Например, свидетель К. показал, что проверял заявление Г. об угрозах, исходящих от Макарова, однако изложенные в нем факты не нашли своего подтверждения.
Поскольку исследованными в судебном заседании доказательствами позиция Макарова о совершении деяния в условиях необходимой обороны не опровергается, просит вынести в отношении его оправдательный приговор.
Осужденный Макаров А.В. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней указывает, что его действия по причинению смерти потерпевшим были вызваны необходимостью защиты от опасного посягательства с их стороны. Отсутствие на его теле телесных повреждений, свидетельствующих о нападении, объясняется их характером (разбитый нос) и давностью причинения. При этом Г. в судебном заседании подтвердила, что он дважды приходил к ней и жаловался на конфликт с ее сыновьями. Полагает, что указанные обстоятельства подтверждают его показания о причинении вреда потерпевшим в условиях необходимой обороны. В ходе предварительного следствия не имел возможности сообщить об этом следователю, поскольку чувствовал себя подавленно.
Считает, что постановленный в отношении него приговор не соответствует требованиям закона, поскольку в нем не раскрыто содержание его показаний в качестве обвиняемого и не устранены противоречия с показаниями, данными на месте преступления, а также потому, что он основан на недопустимых доказательствах, полученных после его незаконного задержания, произведенного без участия адвоката.
Назначенное наказание осужденный считает чрезмерно суровым, полагает, что суд не принял во внимание наличие у него неизлечимого заболевания и активного способствования им раскрытию и расследованию преступления.
В связи с изложенным просит смягчить назначенное наказание.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Макарова М.С. и потерпевшая Г. просят оставить их без удовлетворения, а приговор - без изменения.
Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и дополнениях к ним, возражения на жалобы, проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, Судебная коллегия считает, что выводы суда о виновности Макарова в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются исследованными в суде доказательствами, в том числе и его показаниями в качестве подозреваемого, положенными в основу обвинительного приговора.
Ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании Макаров не отрицал, что причинил смерть братьям Г. и Г.
Сразу после совершения преступления в качестве подозреваемого Макаров показал, что ходе ссоры Г. угрожал ему убийством. Он предложил А. нож, чтобы тот реализовал угрозу, однако А. отбросил нож в сторону. Он же, разозлившись на потерпевшего, поднял нож с полу и нанес им А. несколько ударов по телу, от которых тот упал. По поводу происходящего возмутился Г. которому он также нанес несколько ножевых ударов в область груди. Убедившись, что Г. умерли, собрался ложиться спать, однако услышал, что проснулся Г., тогда он нанес ножевые ранения и ему. Чтобы отвести от себя подозрения вложил помытый нож в руку уже мертвого Г. и сообщил Г. что убил ее сыновей (т. 3 л.д. 231 - 238).
Такие показания Макаров дал и на месте преступления, продемонстрировав обстоятельства нанесения потерпевшим телесных повреждений (т. 3 л.д. 241 - 245).
Доводы стороны защиты о недостоверности положенных в основу приговора показаний Макарова и других доказательств, полученных с его участием, ввиду нарушения его права на защиту при задержании, о том, что показания Макаров в качестве подозреваемого давал в состоянии алкогольного опьянения и при плохом самочувствии, не нашли своего подтверждения.
Так, из протокола задержания следует, что Макарову были разъяснены права, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, в том числе право пользоваться помощью защитника. Ходатайства о предоставлении адвоката в момент составления протокола задержания Макаров не заявлял, в связи с чем следователь правомерно оформил его без участия защитника.
Допрос Макарова в качестве подозреваемого и проверка его показаний на месте проведены с участием адвоката, после разъяснения ему процессуальных прав. Протоколы допроса и проверки показаний на месте подозреваемым и адвокатом прочитаны, своими подписями они подтвердили правильность изложения в них содержания показаний. В период проведения следственных действий от стороны защиты не поступало заявлений о плохом самочувствии Макарова, не отмечено данное обстоятельство и понятыми.
Понятые Д. и В. принимавшие участие в проверке показаний Макарова на месте преступления, пояснили, что показания он давал самостоятельно и спокойно.
Более того, из видеозаписи проверки показаний Макарова на месте преступления следует, что он выглядит здоровым, уверенно рассказывает об обстоятельствах преступления, адекватно отвечает на вопросы следователя.
Таким образом, порядок задержания и допроса Макарова в качестве подозреваемого, предусмотренный ст. 92 УПК РФ, был соблюден, право на защиту не нарушено. При таких обстоятельствах суд правильно признал показания Макарова, данные в качестве подозреваемого и при проверке их на месте преступления, допустимыми доказательствами.
Не вызывает сомнений и объективность судебной оценки данных показаний как достоверных, поскольку они последовательны на первоначальном этапе расследования, детальны, согласуются с заключением судебно-медицинской экспертизы, из которой следует, что смерть Г. и < ... > а также Г. наступила в результате причиненных им колото-резаных ранений, а также с показаниями свидетелей и потерпевших.
Из показаний потерпевшей Г. следует, что вечером 3 декабря Макаров дважды угрожал, что убьет ее, ее мать и ее сыновей. Утром следующего дня сообщил, что в квартире находятся трупы ее детей, однако ни накануне убийства, ни после него не говорил об угрозах в его адрес со стороны ее сыновей А. и А.
Вопреки доводам адвоката, у суда не имеется оснований не доверять показаниям Г. поскольку их достоверность подтверждается ее последующими действиями.
Так, об угрозах со стороны Макарова Г. сообщила в полицию. По ее заявлению вечером 3 декабря в квартиру, где находились Макаров, потерпевшие Г. А. и А. потерпевший Г. и свидетель Х., приехали сотрудники полиции, которым все участники компании пояснили, что между ними не было ни ссор, ни конфликтов, что подтверждается материалами проверки, проведенной в порядке ст. 144 УПК РФ.
Более того, свидетель Х., который уехал из квартиры Макарова после отъезда полицейских, показал, что в его присутствии конфликтных ситуаций не возникало.
Результаты проведенной проверки и показания свидетеля Х. свидетельствуют не о недостоверности заявления Г. об угрозах со стороны Макарова, как полагает сторона защиты, а, как правильно установил суд, о том, что умысел на убийство братьев Г. возник у Макарова задолго до совершения данного преступления.
Показания Макарова, данные в судебном заседании о том, что после ухода из квартиры Х. Г. А. стал угрожать ему убийством, демонстрируя складной нож, а А. ударил ногой, опровергаются исследованными доказательствами.
Вопреки доводам осужденного, телесные повреждения, характерные для обороны, обнаружены не на его теле, а на теле потерпевших Г. А. и Г. Так, из заключений судебно-медицинских экспертиз следует, что у обоих потерпевших кроме ранений, от которых наступила смерть, обнаружены множественные колото-резаные раны, не опасные для жизни, в том числе в области рук, что свидетельствует о защите их от нападения со стороны Макарова.
Потерпевшая Г. свидетели Д. Н. и А. показали, что на момент задержания телесных повреждений у Макарова не видели. Об отсутствии повреждений указано в справке врача, осматривавшего Макарова при помещении в следственный изолятор, и в заключении судебно-медицинской экспертизы.
На месте происшествия не обнаружен складной нож, применением которого, якобы, угрожал Макарову Г.
Доводы о том, что кто-то из братьев Г. разбил Макарову нос, отчего у него пошла кровь, опровергаются тем, что крови Макарова на кухне, где совершено убийство обоих братьев Г., не имеется. Вместе с тем, кровь Макарова обнаружена в другой комнате на трупе Г. который был им убит в последнюю очередь, по поводу чего суд сделал правильный вывод о том, что нос Макарову разбили не Г., а Г. защищаясь от нападения.
Выводы суда относительно того, что убийство Г. совершено с целью скрыть преступление в отношении братьев Г., подтверждаются результатами осмотра места происшествия, согласно которому нож, являющийся орудием убийства Г., находился в руке Г. На данном ноже не обнаружено крови братьев Г., поскольку, как показал Макаров, он вымыл его, прежде чем вложить в руку убитого Г. В судебном заседании Макаров пояснил, что сделал это с той целью, чтобы отвести от себя подозрения в убийстве. В этой части его показания совпадают с показаниями в качестве подозреваемого.
При таких обстоятельствах, суд, объективно оценив все исследованные доказательства в их совокупности, пришел к правильному выводу о виновности Макарова в убийстве троих потерпевших и несостоятельности его доводов о совершении преступления в результате угроз и нападения с их стороны.
Содержание доказательств, их оценка и мотивы, по которым суд отверг версию Макарова, направленную на избежание ответственности за совершенное преступление, приведены в приговоре, который отвечает требованиям ст. ст. 304, 307 - 309 УПК РФ.
Действия осужденного правильно квалифицированы по п. п. "а", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство трех лиц, при этом третьего - с целью скрыть другое преступление.
Оснований для иной квалификации не имеется.
На основании заключения судебно-психиатрической экспертизы и поведения осужденного судом сделан правильный вывод о его вменяемости.
Наказание Макарову назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признал явку с повинной и состояние здоровья Макарова, страдающего тяжелым хроническим заболеванием. При этом в поведении осужденного после совершения преступления и в его отношении к содеянному суд не усмотрел активного способствования раскрытию и расследованию преступления, не усматривает таких обстоятельств и Судебная коллегия.
Решение суда в части признания обстоятельств отягчающими, неприменения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ и невозможности исправления Макарова путем назначения ему более мягкого наказания, чем пожизненное лишение свободы, судом мотивировано и оснований не согласиться с приведенными мотивами не имеется.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Свердловского областного суда от 6 февраля 2018 года в отношении Макарова Анатолия Владимировича оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Макарова А.В. и адвоката Асадуллиной Н.М. - без удовлетворения.