ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 ноября 2017 г. N 59-АПУ17-11СП
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Иванова Г.П.
судей Ведерниковой О.Н., Зыкина В.Я.
при секретаре Быстрове Д.С.
рассмотрела уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Бортника Е.А. и Осипова Е.Е., защитника осужденного Осипова Е.Е. - адвоката Климова М.В. на приговор Амурского областного суда от 25 августа 2017 года, постановленный на основании вердикта присяжных заседателей, по которому
Бортник Евгений Александрович, < ... > судимый 8 октября 2008 года Белогорским городским судом Амурской области (с учетом изменений, внесенных кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 22 января 2009 года, постановлениями Облученского районного суда ЕАО от 3 мая 2011 года, от 15 мая 2012 года) по п. "а" ч. 3 ст. 158, п. "а" ч. 3 ст. 158, п. "а" ч. 3 ст. 158, п. "а" ч. 3 ст. 158, п. "а" ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 30 - п. "а" ч. 3 ст. 158, п. "а" ч. 3 ст. 158, ч. 1 ст. 158, ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года 8 месяцев; с присоединением наказаний, назначенных по приговору Белогорского городского суда Амурской области от 27 января 2009 года и приговору мирового судьи Амурской области по Белогорского городскому судебному участку N < ... > от 13 августа 2009 года к лишению свободы на срок 3 года 11 месяцев; освобожден по отбытию наказания 7 сентября 2012 года, -
осужден к лишению свободы по:
- по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ - на срок 8 лет с ограничением свободы на срок 1 год;
- по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - на срок 15 лет с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.
В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности указанных преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено Бортнику Евгению Александровичу наказание в виде лишения свободы на срок 17 (семнадцать) лет с ограничением свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены Бортнику Е.А. ограничения: не изменять без согласия уголовно-исполнительной инспекции места жительства или пребывания; не выезжать без согласия уголовно-исполнительной инспекции за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; возложена на Бортника Е.А. в период отбывания ограничения свободы обязанность два раза в месяц являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию.
Осипов Евгений Евгеньевич, < ... > судимый 24 декабря 2009 года Белогорским городским судом Амурской области по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года, - освобожден 20 июля 2012 года по отбытию наказания, -
осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет 6 (шесть) месяцев, с ограничением свободы на срок 1 год с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены Осипову Е.Е. ограничения: не изменять без согласия уголовно-исполнительной инспекции места жительства или пребывания; не выезжать без согласия уголовно-исполнительной инспекции за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; возложена на Осипова Е.Е. в период отбывания ограничения свободы обязанность два раза в месяц являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию.
Взыскана с осужденного Бортника Е.А. в пользу Р. компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей, а также компенсация материального ущерба в размере 28 210 рублей 60 копеек.
Заслушав доклад судьи Ведерниковой О.Н., выступления осужденных Бортника Е.А. и Осипова Е.Е., адвокатов Герасимова Д.В. и Никейцевой О.А., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Генеральной прокуратуры РФ Кечиной И.А., полагавшей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
На основании вердикта присяжных заседателей от 23 июня 2017 года Бортник Е.А. признан виновным в разбойном нападении с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью С. и его убийстве, сопряженном с разбоем.
Этим же вердиктом Осипов Е.Е. признан виновным в разбойном нападении с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору.
Преступления совершены 28 мая 2016 г. в г. Белогорске Амурской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:
- осужденный Осипов Е.Е. выражает несогласие с приговором, утверждает, что преступления не совершал, его оговорил Бортник, который использовал его в качестве водителя, суд не учел показания свидетелей, которые не видели его на месте преступления. Ссылается на вердикт присяжных заседателей, которые установили, что преступления он не совершал, предметы в качестве орудия не использовал, имущество не присваивал. Считает, что вердикт присяжных о его причастности к преступлению постановлен еще и потому, что суд запретил оглашать при них протокол его допроса в качестве подозреваемого и протокол проверки его показаний на месте, что повлекло нарушение его права на защиту. Просит приговор отменить, его оправдать.
- адвокат Климов М.В. в защиту Осипова Е.Е. выражает несогласие с приговором, считает, что судом нарушены положения ч. 3 ст. 15 УПК РФ, ссылается на ст. 14 УПК РФ, считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, постановленным с нарушением ст. 297 УПК РФ, ст. ст. 314 - 315 УПК РФ, считает, что квалификация действий Осипова противоречит вердикту, согласно которому присяжные признали недоказанным, что: 1) Осипов участвовал в нападении на потерпевшего путем обхвата руками сзади и попытки повалить на землю, 2) также признана недоказанной передача Осиповым биты Бортнику и 3) признано недоказанным наличие договоренности между Осиповым и Бортником об использовании биты при нападении. Об участии в нападении только одного человека сообщила в суде свидетель К. Считает, что присяжные признали Осипова виновным, но не в разбойном нападении.
Защитник утверждает, что Осипов не знал, с какой целью они с Бортником ехали за такси с потерпевшим, он просто ехал за такси по просьбе Бортника. Вещи, принадлежавшие потерпевшему, Осипов не присваивал, не помогал Бортнику их продавать, деньги от их продажи не получал. Считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства причастности Осипова к разбойному нападению. Считает, что его действия квалифицированы неверно, обстоятельства, указанные в приговоре, присяжными не установлены.
Считает, что суд самостоятельно указал в приговоре, что Бортник получил согласие Осипова на совместное нападение на потерпевшего и Осипов в свою очередь согласился с предложением Бортника напасть совместно на С., где он - Осипов и напал первым (стр. 4). Утверждает, что это обстоятельство при присяжных заседателях не исследовалось. Сторона обвинения не выходила за рамки обвинительного заключения и кто кому первый предложил напасть - не обсуждалось. Данное суждение противоречит сути приговора в той части, где Бортнику вменяется выход за рамки договоренности согласованных действий, ограбить и применить насилие Бортник захотел самостоятельно.
Присяжные указали в вердикте, что не доказано нападение сзади Осиповым на потерпевшего, однако суд в приговоре указывает, что это установлено. Оспаривает вывод суда о том, что совместные действия Осипова и Бортника по завладению чужим имуществом дополняли друг друга и были выполнены в соответствии с распределением ролей. Считает, что это суждение в зале суда не подтвердилось и доказано не было. Кроме того, суд нарушил право на защиту Осипова и как следствие вердикт присяжных получился недостоверным, поскольку присяжные заседатели были лишены информации, которая бы могла существенно повлиять на вердикт.
Так, по мнению защитника, безосновательно было отказано стороне защиты в допросе в присутствии присяжных свидетеля К., который дал показания о совместно проведенном времени с Осиповым в ночь на 28 мая 2016 года; отказано в ходатайстве стороны защиты исследовать и огласить присяжным в зале суда протокол допроса подозреваемого Осипова от 09.06.2016 года и протокол проверки показаний на месте (т. 2 л.д. 21 - 24; 25 - 32), также отказано в оглашении протокола опроса свидетеля К. (т. 6 л.д. 172 - 176).
При формировании вопросного листа позиция и формулировка вопросов стороны защиты судом остались без внимания в нарушение требований ст. ст. 338 - 339 УПК РФ, таким образом, вопросы были поставлены некорректно в пользу стороны обвинения. Кроме того, установлено, что сотрудники уголовного розыска задержали Осипова 31 мая 2016 года, сторона защиты просила исчислять срок отбытия наказания с этой даты. Однако это также осталось без внимания, срок зачтен с 09 июня согласно протоколу задержания Осипова. Просит приговор в отношении Бортника Е.А. и Осипова Е.Е. отменить и направить на новое рассмотрение в ином составе суда.
- осужденный Бортник Е.А. считает приговор незаконным и чрезмерно суровым. Считает, что при принятии решения о его виновности в убийстве, судья не принял во внимание ответ присяжных заседателей об отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего, в ответе на вопрос номер три присяжные не вышли за пределы своих полномочий, в вопросном листе отсутствовал вопрос о наличии умысла на убийство, в суде не дали отдельно поставить вопрос перед присяжными о виновности в умышленном убийстве, а также о доказанности того, что Бортник вышел за пределы договоренности с иным лицом и совершил умышленное убийство. Обращает внимание, что потерпевший скончался в больнице через пять дней после нападения. Полагает, что с учетом признания его заслуживающим снисхождения, наказание могло быть мягче назначенного судом. Просит проверить законность принятого судебного решения, также просит переквалифицировать его действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить новое наказание.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель О.Л. Манакова считает доводы жалоб несостоятельными и оснований для отмены или изменения приговора не усматривает.
Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с законом, регулирующим особенности производства в суде с участием присяжных заседателей.
Судебное следствие проведено в соответствии со ст. 335 УПК РФ.
В рамках судебного следствия исследовались только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.
Принцип состязательности и равноправия сторон председательствующим соблюден.
Ссылки в жалобах осужденного Осипова и его защитника Климова на показания свидетеля К. а также на то, что стороной обвинения не опровергнуты показания Осипова Е.Е., суд не учел показания свидетелей, которые не видели Осипова на месте преступления, не могут быть приняты во внимание, поскольку с учетом особенностей судопроизводства в суде с участием присяжных заседателей оценку всем исследованным доказательствам дает не профессиональный судья, а присяжные заседатели в совещательной комнате, которые свой вердикт мотивировать не обязаны.
Поэтому при вынесении приговора суд не давал оценку доказательствам, а исходил из фактических обстоятельств, признанных доказанными коллегией присяжных заседателей.
Доводы жалоб о нарушении права на защиту Осипова и безосновательном отказе стороне защиты в удовлетворении ходатайств являются несостоятельными по следующим основаниям.
Так, сторона защиты ходатайствовала о допросе в судебном заседании свидетеля К.
Согласно протоколу судебного заседания указанный свидетель допрошен в отсутствие присяжных заседателей с целью определения относимости его показаний к обстоятельствам, подлежащим доказыванию (т. 8 л.д. 219). В ходе допроса свидетель К. пояснил, что непосредственно об обстоятельствах инкриминируемого Осипову Е.Е. преступления ему ничего не известно, Осипов Е.Е. ему об этом не сообщал. Свидетель К. не сообщил о наличии каких-либо известных ему обстоятельств, подлежащих доказыванию в ходе судебного следствия с участием присяжных заседателей. Его показания не содержали сведений, как подтверждающих причастность Осипова Е.Е. к преступлению, так и оправдывающих его.
С учетом изложенного суд принял обоснованное решение об отказе в удовлетворении ходатайства о допросе К. в качестве свидетеля в присутствии присяжных заседателей, поскольку его показания не касаются обстоятельств, подлежащих установлению присяжными заседателями (т. 8 л.д. 224).
Стороной защиты заявлено ходатайство об оглашении показаний обвиняемого Осипова Е.Е., данных в ходе предварительного следствия (т. 2, л.д. 21 - 24), а также протокола проверки его показаний на месте (т. 2, л.д. 25 - 32). Вместе с тем показания, содержащиеся в указанных протоколах, полностью соответствовали показаниям, данным Осиповым Е.Е. в судебном заседании. Защитник в своем ходатайстве не сообщил суду о наличии каких-либо существенных противоречий между показаниями, которые он просил огласить, и показаниями, данными Осиповым Е.Е. в суде.
Таким образом, оснований для оглашения указанных выше протоколов допроса и проверки показаний на месте не имелось (т. 8 л.д. 235).
В связи с тем, что показания Осипова Е.Е., изложенные в протоколе допроса в качестве обвиняемого (т. 2, л.д. 21 - 24) и протоколе проверки показаний на месте (т. 2, л.д. 25 - 32), идентичны его показаниям в зале суда, утверждение защитника о том, что в результате отказа суда в оглашении этих показаний присяжные заседатели были лишены информации, которая могла бы существенно повлиять на вердикт, не имеет под собой оснований.
Ходатайство защитника об оглашении протокола опроса свидетеля К. от 18.01.2017 (т. 6, л.д. 228 - 230) также отклонено судом обоснованно, поскольку указанный протокол по смыслу положений ст. 74 УПК РФ не является доказательством (т. 8 л.д. 215).
Согласно ч. 1 ст. 79 УПК РФ показания свидетеля - сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде в соответствии с требованиями ст. ст. 187 - 191, 278 настоящего Кодекса. Сведения, сообщенные свидетелем адвокату в ходе опроса, показаниями не являются.
Вместе с тем, после опроса К. адвокатом, она была допрошена об этих же обстоятельствах следователем, и протокол ее дополнительного допроса от 27.01.2017 (т. 6, л.д. 233 - 238) судом исследован по ходатайству стороны обвинения в части, содержащей противоречия с показаниями, данными в суде.
Вопреки доводам защитника при формировании вопросного листа председательствующим не допущено нарушений уголовно-процессуального закона. Вопросный лист составлен с учетом результатов судебного следствия, прений сторон и замечаний участников процесса (т. 8 л.д. 251).
Вопросы, подлежащие включению в вопросный лист, сформулированы на основании обвинительного заключения и с учетом положений закона о том, что присяжными заседателями устанавливается только доказанность фактических обстоятельств, при этом вопросы, требующие собственно юридической оценки, перед ними ставиться не могут.
Довод осужденного Бортника Е.А. о том, что суд не принял во внимание суждение присяжных заседателей, отраженное в ответе на вопрос N 3, об отсутствии у него намерения лишить жизни потерпевшего, является необоснованным.
Согласно ч. 3 ст. 348 УПК РФ председательствующий квалифицирует содеянное подсудимым в соответствии с обвинительным вердиктом, а также установленными судом обстоятельствами, не подлежащими установлению присяжными заседателями и требующими собственно юридической оценки. Одним из таких обстоятельств, требующим собственно юридической оценки, является форма вины подсудимого.
Формулировка вопроса N 3 о виновности Бортника Е.А. подразумевала только два возможных ответа; "Да, виновен" либо "Нет, невиновен". Вопрос о наличии у Бортника Е.А. намерения лишить жизни С. перед присяжными заседателями не ставился.
Таким образом, приведя в ответе на вопрос о виновности Бортника Е.А. суждение об отсутствии у него намерения лишить жизни, присяжные заседатели вышли за пределы своих полномочий, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, поскольку вопрос о форме вины находится в исключительной компетенции председательствующего как требующий юридической оценки.
Суд правильно не принял во внимание высказанное в вердикте присяжными заседателями мнение о том, что Бортник Е.А. не имел намерения лишить потерпевшего жизни, поскольку вопрос о наличии или отсутствии у Бортника Е.А. указанного намерения в вопросном листе перед присяжными не ставился, данное юридическое обстоятельство не подлежало установлению присяжными и не указывалось в установленных коллегией присяжных фактических обстоятельствах совершенного Бортником Е.А. преступления. Относительно установленных фактических обстоятельств вердикт является ясным и не содержит противоречий.
Учитывая изложенное, вышеуказанное суждение присяжных заседателей обоснованно не принято во внимание судом при квалификации содеянного, а вывод о форме вины Бортника Е.А. сделан с учетом тех фактических обстоятельств, которые вердиктом присяжных заседателей признаны доказанными.
Вывод суда о наличии у Бортника Е.А. прямого умысла на причинение смерти потерпевшему является обоснованным с учетом орудия преступления, количества и локализации нанесенных ударов, поведения осужденного после совершения преступления.
При таких обстоятельствах время наступления смерти потерпевшего не влияет на квалификацию содеянного как убийства, совершенного с прямым умыслом.
С учетом ответов присяжных на поставленные перед ними вопросы, присяжные признали недоказанными следующие обстоятельства: 1) наличие договоренности между Осиповым и Бортником об использовании биты при нападении, 2) передачу Осиповым биты Бортнику, 3) то, что Осипов обхватил потерпевшего руками сзади и попытался повалить на землю.
В то же время присяжные признали доказанным, что 28 мая 2016 г. Осипов согласился с предложением иного лица (Бортника) вместе напасть на С., чтобы забрать у него деньги и ценные вещи, для чего Осипов на автомобиле проследовал за автомобилем такси, в котором находился потерпевший, затем вышел из автомобиля и расположился за бетонным столбом, где стал ожидать С., после чего напал на С.
Таким образом, Осипов действовал совместно и согласованно с Бортником и их действия квалифицированы правильно.
При назначении осужденным наказания судом учтены требования ст. ст. 6, 43, 60, 65 УК РФ, в том числе, характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, данные о личности, состояние их здоровья, возраст, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимых и условия жизни, обстоятельства, смягчающие наказание.
С учетом степени тяжести и общественной опасности преступлений, конкретных обстоятельств их совершения назначенное судом наказание по своему виду и размеру является справедливым. Обстоятельств, не учтенных судом и влекущих смягчение назначенного наказания, не имеется.
Довод защитника о фактическом задержании Осипова Е.Е. 31.05.2016 является необоснованным. Согласно протоколу задержания (т. 2, л.д. 14 - 18) Осипов Е.Е. задержан 09.06.2016 в 10 часов 00 минут. Сведений о фактическом задержании Осипова Е.Е. в другой день материалы дела не содержат. После исследования протокола задержания в судебном заседании на стадии обсуждения последствий вердикта стороной защиты каких-либо документов, содержащих иную информацию о времени задержания, не представлено, подсудимым Осиповым соответствующих пояснений не дано.
Таким образом, у суда не имелось оснований для того чтобы ставить под сомнение сведения, содержащиеся в протоколе задержания, имеющемся в материалах дела. С учетом этих сведений суд обоснованно зачел Осипову Е.Е. в срок отбытия наказания время его содержания под стражей с 09.06.2016 по 24.08.2017.
Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, судом не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Амурского областного суда от 25 августа 2017 года с участием присяжных заседателей, в отношении Бортника Евгения Александровича и Осипова Евгения Евгеньевича оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.