ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 марта 2018 г. N 33-АПУ18-5СП
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Истоминой Г.Н.,
судей Кочиной И.Г. и Таратуты И.В.
при секретаре Димаковой Д.Н.,
с участием прокурора Филимоновой С.Р.,
защитников оправданных Калугина А.Н. и Воропаева А.В. - адвокатов Васильева А.А. и Кротовой С.В.,
осужденного Чиркова А.Ю. и его защитника - адвоката Шевченко Е.М.,
рассмотрела в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Крысина В.В., апелляционные жалобы осужденного Чиркова А.Ю. и адвоката Павлова А.Б. на приговор Ленинградского областного суда от 6 декабря 2017 года, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, по которому
Калугин Андрей Николаевич, < ... > несудимый,
оправдан:
- по предъявленному ему обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 209, ч. 3 ст. 222 УК РФ, за неустановлением события преступления;
- по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, двух преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ, и трех преступлений, предусмотренных п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступлений.
Воропаев Антон Владимирович, < ... > судимый 4 мая 2007 года по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 6 годам лишения свободы, освобожден условно-досрочно на 1 год 18 дней,
оправдан:
- по предъявленному ему обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209, ч. 3 ст. 222 УК РФ, за неустановлением события преступления;
- по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, двух преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ, и двух преступлений, предусмотренных п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступлений.
Чирков Андрей Юрьевич, < ... > несудимый,
осужден по п. "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;
оправдан:
- по предъявленному ему обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 209, ч. 3 ст. 222 УК РФ, за неустановлением события преступления;
- по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, двух преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ, и двух преступлений, предусмотренных п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ, в связи с его непричастностью к совершению преступлений.
Постановлено признать за Калугиным, Чирковым и Воропаевым право на реабилитацию, включающее в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.
Мера пресечения в виде заключения под стражу Калугину и Воропаеву отменена 30 ноября 2017 года.
Мера пресечения Чиркову в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Срок отбывания наказания Чиркову исчислен с 6 декабря 2017 года, зачтено в срок отбытия наказания время содержания его под стражей в период с 3 сентября 2015 года по 5 декабря 2017 года включительно.
Гражданский иск потерпевшей В. удовлетворен, постановлено взыскать в счет возмещения материального ущерба с Чиркова Андрея Юрьевича в пользу В. 2 631 460 рублей.
В удовлетворении гражданских исков М., Р. ООО " < ... > " о возмещении материального ущерба и гражданского иска Б. о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, предъявленных к Калугину, Чиркову и Воропаеву, - отказано.
По делу разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Таратуты И.В., выслушав прокурора Филимонову С.Р., просившую об отмене приговора, осужденного Чиркова А.Ю., адвокатов Шевченко Е.М., Васильева А.А. и Кротову С.В., просивших об изменении приговора в отношении Чиркова, Судебная коллегия
установила:
Вердиктом коллегии присяжных заседателей Чирков признан виновным и осужден за разбой, совершенный с другим лицом, в отношении В. и Т. с применением предмета, используемого в качестве оружия, в результате чего было похищено имущество общей стоимостью 2 631 460 рублей, принадлежавшее индивидуальному предпринимателю В.
Преступление совершено 31 августа 2015 года в г. Кириши Ленинградской области при обстоятельствах, указанных в приговоре.
Органами предварительного расследования Калугину было предъявлено обвинение в создании устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на организации и в руководстве бандой, в состав которой вошли Чирков, Воропаев и Ю., а именно в том, что в марте 2015 года он предложил названным лицам стать участниками банды и совершать разбойные нападения на ювелирные магазины, где отсутствует охрана и мало покупателей; для встреч, в ходе которых разрабатывались планы совершения преступлений, предоставил свой дом, расположенный в дер. Лепуя Тихвинского района Ленинградской области; приобрел пистолет "Рюгер Марк 3 Таргет" калибра 5,6 мм и 8 патронов к нему и сообщил об этом оружии всем участникам банды, передавал им данное оружие перед началом нападений; для передвижения совместно с соучастниками приискал и использовал автомобили различных марок; подыскивал конкретные объекты нападений, разрабатывал планы, после совершения нападений реализовывал похищенные ювелирные изделия, а вырученные деньги распределял между соучастниками; то есть в совершении преступления, предусмотренного по ч. 1 ст. 209 УК РФ.
Чиркову и Воропаеву было предъявлено обвинение в участии в банде и в совершаемых ею нападениях, а именно в том, что они в марте 2015 года стали участниками созданной Калугиным банды, участвовали в разработке планов разбойных нападений и распределении ролей, выполняли конкретные указания и распоряжения организатора Калугина, участвовали в совершении разбойных нападений на ювелирные магазины; то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 209 УК РФ.
Вердиктом присяжных заседателей от 30 ноября 2017 года признано недоказанным (ответ на вопрос N 1), что в середине марта 2015 года была создана группа лиц для нападения на ювелирные магазины на территории г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области и завладения их имуществом - ювелирными изделиями, и эта группа была вооружена пистолетом "Рюгер Марк 3 Таргет" калибра 5,6 мм, пригодным для стрельбы, и 8 патронами к этому пистолету; что группа использовала дом < ... > в д. Лепуе Тихвинского района Ленинградской области для встреч, разработки планов преступлений и распределения ролей, а также для совместного времяпрепровождения и временного проживания иногородних участников группы; имела в своем распоряжении и использовала при совершении нападений автомобили различных марок, велосипеды, рации и средства мобильной связи.
Калугину, Чиркову и Воропаеву также было предъявлено обвинение в том, что они 29 марта 2015 года совершили разбойное нападение на магазин ООО " < ... > " в г. Санкт-Петербурге, на ул. Ярослава Гашека, где напали на продавца Б., при нападении использовали электрошокер и пистолет, похитили ювелирные изделия на общую сумму 954 485 рублей 50 копеек; то есть совершили преступление, предусмотренное п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ.
Вердиктом коллегии присяжных заседателей (ответ на вопрос N 11) признано доказанным, что 29 марта 2015 года, около 20 часов 20 минут, в ювелирном магазине ООО " < ... > ", расположенном в торговом центре в корпусе < ... > дома < ... > по ул. Ярослава Гашека в г. Санкт-Петербурге, на находящуюся в торговом зале Б. было совершено нападение, в ходе которого потерпевшей Б. угрожали применением электрошокера, после чего была разбита стеклянная витрина и похищены золотые ювелирные изделия: 101 цепь на сумму 631 420 рублей, 68 браслетов на сумму 319 276 рублей 50 копеек и 1 колье стоимостью 3 789 рублей; а всего имущество ООО " < ... > " на общую сумму 954 485 рублей 50 копеек.
В то же время присяжными заседателями признано недоказанным, что присутствующим в торговом зале посетителям демонстрировался пистолет "Рюгер Марк 3 Таргет" калибра 5,6 мм, пригодный для стрельбы, а также признано недоказанным (ответы на вопросы N 12, 15, 18), что вышеописанное деяние совершено подсудимыми Калугиным, Чирковым и Воропаевым.
Калугину, Чиркову и Воропаеву также было предъявлено обвинение в том, что они 27 апреля 2015 года совершили нападение на ювелирный магазин ИП М. в магазине " < ... > " в г. Тихвине Ленинградской области, напали на продавца Ш., при нападении использовали электрошокер, похитили золотые ювелирные изделия на общую сумму 2 636 272 рубля; то есть совершили преступление, предусмотренное п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ.
Вердиктом коллегии присяжных заседателей (ответ на вопрос N 21) признано доказанным, что 27 апреля 2015 года в период с 10 до 11 часов в магазине " < ... > " ИП М. расположенном в доме 9 в 1-ом микрорайоне в г. Тихвине Ленинградской области, на находящуюся в торговом зале Ш. было совершено нападение, в ходе которого Ш. угрожали применением электрошокера, после чего была разбита стеклянная витрина и похищены принадлежащие индивидуальному предпринимателю М. золотые ювелирные изделия: 110 цепей, 161 браслет, 124 подвески; общей стоимостью 2 636 272 рубля.
В то же время коллегия присяжных заседателей признала недоказанным (ответы на вопросы N 22, 25, 28), что указанное деяние совершили подсудимые Калугин, Чирков и Воропаев.
Калугину, Чиркову и Воропаеву также было предъявлено обвинение в том, что они 27 мая 2015 года совершили разбойное нападение на магазин ООО " < ... > " на ул. Бухарестской в г. Санкт-Петербурге, в котором напали на администратора М. и продавца В. причинили М. тяжкий вред здоровью, при нападении использовали пистолет, похитили 602 ювелирных изделия на сумму 2 588 434 рубля 5 копеек; то есть совершили преступление, предусмотренное п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ.
Вердиктом коллегии присяжных заседателей (ответ на вопрос N 31) признано доказанным, что 27 мая 2015 года в период с 19 часов 06 минут до 19 часов 30 минут в ювелирном магазине ООО " < ... > ", расположенном в торговом павильоне в секции N < ... > , павильоне < ... > на участке 50 возле корпуса < ... > дома < ... > по ул. Бухарестской в г. Санкт-Петербурге, на администратора магазина М. и продавца В. было совершено нападение; что М. был нанесен удар рукой в левый глаз, причинена физическая боль и тупая травма головы с переломом костей черепа, ушибленная рана левой брови, а также неизгладимое повреждение в виде рубца в области левой брови, от чего М. потерял сознание, а когда он пришел в себя, то удерживался лежащим на полу; а В. было приказано лечь на пол; после чего из магазина были похищены золотые ювелирные изделия: 251 цепь общей стоимостью 1 352 908 рублей 46 копеек, 128 браслетов стоимостью 479 798 рублей 60 копеек, 212 колец общей стоимостью 719 382 рубля 63 копейки, 1 подвеска стоимостью 2 287 рублей 15 копеек с футляром стоимостью 55 рублей, 9 пар серег стоимостью 43 002 рубля 21 копейка, а всего имущество ООО " < ... > " ИП Р. на общую сумму 2 588 434 рубля 5 копеек.
В то же время присяжными заседателями признано недоказанным, что М. был нанесен удар пистолетом в область левого глаза и виска и к его затылку был приставлен пистолет и высказана угроза убийством; а также признано недоказанным (ответы на вопросы N 32, 35, 38), что вышеописанное деяние совершили подсудимые Калугин, Чирков и Воропаев.
Калугину, Чиркову и Воропаеву также было предъявлено обвинение в том, что они 29 июня 2015 года совершили разбойное нападение на магазин ИП Ч. в пос. Большая Ижора Ломоносовского района Ленинградской области; напали на администратора магазина Ч. угрожая применением насилия, использовали газовый баллончик и пистолет, пытались похитить из сейфа деньги в сумме 300 000 рублей, но не смогли открыть сейф; то есть совершили преступление, предусмотренное п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ.
Вердиктом коллегии присяжных заседателей (ответ на вопрос N 41) признано доказанным, что 29 июня 2015 года, около 9 часов 50 минут, в подсобном помещении магазина ИП "Ч.", расположенном в доме < ... > по Приморскому шоссе в пос. Большая Ижора Ломоносовского района Ленинградской области на администратора магазина Ч. было совершено нападение, высказана угроза применить газовый баллончик, а также высказано требование передать ключи от сейфа и деньги, хранящиеся в сейфе, в размере 300 000 рублей, что с помощью полученных от потерпевшей Ч. ключей напавшие попытались открыть сейф, но не смогли этого сделать, после чего, опасаясь быть задержанными, покинули помещение магазина.
В то же время коллегией присяжных заседателей признано недоказанным, что на потерпевшую Ч. был направлен пистолет "Рюгер Марк 3 Таргет" калибра 5,6 мм, пригодный для стрельбы, и высказана угроза произвести выстрел из этого пистолета; а также признано недоказанным (ответы на вопросы N 42, 45, 48), что вышеописанное деяние совершено подсудимыми Калугиным, Чирковым и Воропаевым.
Калугину, Чиркову и Воропаеву также было предъявлено обвинение в том, что они 25 июля 2015 года совершили разбойное нападение на магазин ООО " < ... > " в г. Ломоносове в г. Санкт-Петербурге, на ул. Победы, дом < ... > ; напали на продавца Ж. похитили из магазина 326 ювелирных изделий на сумму 1 885 875 рублей 81 копейку; то есть совершили преступление, предусмотренное п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ.
Вердиктом коллегии присяжных заседателей (ответ на вопрос N 51) признано доказанным, что 25 июля 2015 года, около 13 часов 45 минут, в ювелирном магазине ООО " < ... > ", расположенном в доме < ... > по ул. Победы в г. Ломоносове в г. Санкт-Петербурге, на находившуюся в торговом зале продавца Ж. было совершено нападение, один из напавших вытянул в ее сторону руку, после чего из магазина были похищены принадлежащие ООО " < ... > " золотые ювелирные изделия - 177 цепей и 149 браслетов - на сумму 1 885 875 рублей 81 копейку.
В то же время коллегия присяжных заседателей признала недоказанным, что лицо, вытянувшее в сторону потерпевшей руку, имитировало в руке пистолет и высказывало угрозу произвести выстрел.
Также вердиктом признано недоказанным (ответы на вопросы N 52, 55, 58), что данное преступление совершено подсудимыми Калугиным, Чирковым и Воропаевым.
Калугину и Чиркову также было предъявлено обвинение в том, что они 31 августа 2015 года совершили разбойное нападение на магазин < ... > в г. Кириши Ленинградской области, в ходе которого напали на продавцов В. и Т. использовали электрошокер, похитили 539 ювелирных изделий на сумму 2 631 460 рублей, то есть совершили преступление, предусмотренное п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ.
Вердиктом коллегии присяжных заседателей (ответ на вопрос N 62) признано недоказанным, что Калугин участвовал в совершении данного преступления.
Калугину, Чиркову и Воропаеву также было предъявлено обвинение в совершении организованной группой незаконных действий с огнестрельным оружием - пистолетом "Рюгер Марк 3 Таргет" калибра 5,6 мм - и боеприпасами - патронами к этому пистолету; то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 222 УК РФ.
Вердиктом присяжных заседателей (ответ на вопрос N 68) Калугин признан невиновным в том, что он в феврале - марте 2015 года, действуя в составе созданной им группы, в которую входили Чирков, Воропаев и другое лицо, заранее договорившись и совместно с указанными лицами, не имея на то соответствующего разрешения, приобрел пистолет "Рюгер Марк 3 Таргет" калибра 5,6 мм с заводским N < ... > пригодный для стрельбы, и 8 патронов к этому пистолету, пригодные для стрельбы; что в период с февраля по 28 сентября 2015 года он хранил указанный пистолет и патроны в доме < ... > по ул. Ореховой в дер. Лепуе Тихвинского района Ленинградской области; носил их при себе на территории г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области, перевозил их в автомобилях: "КИА-Сорренто" с государственным регистрационным знаком < ... > "Акура" с государственным регистрационным знаком < ... > , ВАЗ-21093 с государственным регистрационным знаком < ... > ВАЗ-2109 с государственным регистрационным знаком < ... > "Мерседес" с государственным регистрационным знаком < ... > "Хендай-Солярис" с государственным регистрационным знаком < ... > , а также передавал Чиркову, Воропаеву и другому лицу.
Чирков и Воропаев признаны невиновными (ответы на вопросы N 70, 72) в том, что они (каждый), действуя в составе созданной Калугиным группы, в которую помимо них входило другое лицо, заранее договорившись, совместно с указанными лицами, не имея на то соответствующего разрешения, в период времени с марта по 28 сентября 2015 года хранили пистолет "Рюгер Марк 3 Таргет" калибра 5,6 мм с заводским N < ... > пригодный для стрельбы, и 8 патронов к этому пистолету, пригодные для стрельбы, в доме < ... > по ул. Ореховой в дер. Лепуе Тихвинского района Ленинградской области; носили их при себе на территории г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области, перевозили их в указанных выше автомобилях, а также передавали друг другу, Калугину и другому лицу.
В связи с оправдательным вердиктом коллегии присяжных заседателей Калугин, Воропаев и Чирков оправданы по указанным выше статьям УК РФ.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Крысин В.В. выражает несогласие с приговором ввиду допущенных существенных нарушений уголовно-процессуального закона, повлиявших на содержание данных присяжными заседателями ответов. Подробно приводя высказывания и выдержки из речей стороны защиты, автор представления полагает, что в процессе судебного разбирательства, а также при выступлении сторон в прениях, подсудимыми Калугиным и Чирковым и их защитниками - адвокатами Силантьевой и Васильевым - до сведения присяжных заседателей неоднократно, вопреки положениям уголовно-процессуального закона, доводились информация и высказывания, которые могли повлиять на мнение присяжных заседателей при вынесении вердикта, в частности, о незаконности проведенной работы и действий сотрудников правоохранительных органов по сбору ряда доказательств, представленных стороной обвинения, и о недопустимости этих доказательств; доводилась информация о содержании не исследованных в судебном заседании доказательств; освещались вопросы процессуального характера, связанные с производством различных следственных действий; многократно озвучивалась негативная информации, характеризующая личность главного свидетеля стороны обвинения Ю. с целью вызвать у присяжных заседателей предубеждение к данному лицу и подорвать доверие к его показаниям, изобличающим подсудимых; доводилась положительная информация, характеризующая личность подсудимых.
Так, подсудимый Калугин при допросе свидетеля Ю. путем выкриков с места, а также в дальнейшем при выступлении в прениях сторон, довел до сведения присяжных заседателей негативную информацию о Ю., в частности, что у последнего 11 судимостей, и что Ю., представляет собой криминальную, опасную, неадекватную и агрессивную личность; что Ю. "суженый-пересуженый" и никогда честным трудом не зарабатывал, в отличие от него (Калугина); что он (Калугин) поддерживал с Ю. отношения лишь потому, что опасался последнего, поскольку иначе Ю. мог позвонить своим людям и сжечь его (Калугина) дом и гараж; что в свое время Ю. "прострелил голову Д." (мужу сестры владельца магазина " < ... > ", на который было совершено нападение в апреле 2015 года), за что получил срок и затаил зло; что Ю. также угрожал поджечь дом свидетеля Г. что Ю. находится под домашним арестом и может подбросить ему (Калугину) еще какие-либо доказательства по делу.
Также Калугин искажал смысл исследованных перед присяжными заседателями доказательств и ставил под сомнение их достоверность и допустимость, в частности, что "сотрудники (правоохранительных органов) - фокусники конкретные"; "потом меня закинули в "пресс-хату", там пять амбалов начали..."; исказил содержание протокола обыска его автомашины, заявляя, что в первый раз следователи разобрали половину машины, но пистолет не нашли, для чего же тогда нужно было осматривать машину второй раз, когда был обнаружен пистолет?; неоднократно настаивал на том, что пистолет и глушитель были ему подброшены.
Адвокат Силантьева своими многочисленными высказываниями также оказала давление на коллегию присяжных заседателей: заявляла об оговоре подсудимых со стороны свидетеля Ю. во исполнение некой задачи, поставленной перед ним сотрудниками правоохранительных органов, преследующими цели отчитаться о раскрытии серии особо тяжких преступлений; при этом сказала о 10 судимостях Ю. настаивала на причастности к одному из инкриминируемых подсудимым преступлений иного лица, а именно сына Ю. - А., которому на самом деле органами предварительного расследования обвинение не предъявлялось; сослалась на несуществующее доказательство - показания некого свидетеля-сторожа, который, якобы, сообщил об алиби Калугина на период совершения преступления в г. Кириши 31 августа 2015 года; указывала на, якобы, подброшенные Калугину пистолет и глушитель и на действующих по указке сотрудников правоохранительных органов Ю. и А., на странную смерть свидетеля обвинения Г., указав на возможную причастность к этому событию Ю. на грозящее подсудимым наказание в виде смертной казни, на наличие на иждивении Калугина детей и престарелой больной матери.
Далее в представлении указывается, что адвокат Васильев также, не реагируя на замечания председательствующего, заявил о наличии у Ю. неких воров в законе, которые могли достать Г. в г. Ереване, где свидетель и скончался.
Кроме этого, отмечается, что подсудимый Чирков заявил о наличии у прокурора неких "бонусов", если он "повесит" рассматриваемые преступления на подсудимых; о том, что в коллегию присяжных заседателей, как он слышал, попадают специально приглашенные люди; что по результатам рассмотрения дела судом присяжных заседателей он, как и другие подсудимые, получит более строгое наказание; при этом акцентировал внимание присяжных заседателей на том, что у него имеются малолетние дети и больные родители; что Ю. заключил досудебное соглашение о сотрудничестве.
Помимо этого, автор представления указывает на то, что присяжный заседатель N 1 Г. в ходе отбора кандидатов в коллегию присяжных заседателей скрыла значимую информацию о себе и своем супруге, связанную с работой мужа в правоохранительных органах (в уголовном розыске), которая неделей ранее не позволила Г. попасть при отборе в коллегию присяжных заседателей, а именно по уголовному делу N 2-15/2017. По мнению государственного обвинителя, Г. тем самым имела явное желание попасть в коллегию присяжных заседателей, что свидетельствует об отсутствии у нее беспристрастного подхода к отправлению правосудия, чем были ограничены права участников процесса на заявление как мотивированных, так и немотивированных отводов, исходя из полученных в ходе отбора сведений о кандидатах, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену постановленного приговора.
В заключение представления его автор полагает, что систематический характер указанных нарушений уголовно-процессуального, притом, что председательствующий не во всех случаях пресекала эти нарушения и не всегда реагировала на них, повлиял на беспристрастность присяжных заседателей, вызвал у них предубеждение в отношении показаний свидетелей стороны обвинения, породил сомнения в их правдивости и объективности, отразился на формировании мнения по уголовному делу и на содержании ответов присяжных заседателей при вынесении ими вердикта. Просит отменить приговор, а дело направить на новое судебное рассмотрение.
В апелляционной жалобе, поданной в защиту осужденного Чиркова, адвокат Павлов А.Б. находит приговор несправедливым и подлежащим изменению вследствие чрезмерной суровости. Обращает внимание на то, что при назначении Чиркову наказания суд учел отсутствие отягчающих обстоятельств, а в качестве смягчающих - наличие малолетнего ребенка и тяжких заболеваний; что на основании вердикта коллегии присяжных заседателей Чирков признан заслуживающим снисхождения. Полагает, что, вместе с тем, судом не были учтены и необоснованно не признаны смягчающими наказание обстоятельствами признание Чирковым еще со стадии предварительного расследования своего участия в данном преступлении, его раскаяние в содеянном, желание возместить потерпевшей материальный ущерб в полном объеме; что данные обстоятельства вместе с данными о личности Чиркова могут быть признаны исключительными. В заключение жалобы просит применить в отношении Чиркова ст. 64 УК РФ и смягчить назначенное ему наказание.
В апелляционной жалобе осужденный Чирков А.Ю. не соглашается с приговором, просит переквалифицировать его действия с ч. 4 ст. 162 УК РФ на ч. 3 ст. 161 УК РФ. Обращает внимание на то, что при совершении преступления электрошокер не применялся, а лишь демонстрировался; что электрошокеры являются средством самообороны и свободно продаются; что самого электрошокера, как вещественного доказательства, в деле нет; что он не согласился бы участвовать в преступлении, связанном с риском для жизни и здоровья потерпевших.
В возражениях на апелляционное представление адвокат Васильев А.А. просит оставить представление без удовлетворения, а оправдательный приговор в силе.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, а также возражений на них, Судебная коллегия полагает, что приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, вынесенный в отношении Калугина, Воропаева и Чиркова, подлежит отмене по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 389.27 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием коллегии присяжных заседателей, являются основания, предусмотренные пунктами 2 - 4 ст. 389.15 настоящего Кодекса, а именно: существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора.
Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей определены ст. 335 УПК РФ, в соответствии с требованиями которой в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.
В соответствии с указанными положениями, сторонам в ходе судебного следствия с участием присяжных заседателей запрещается исследовать данные, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей, обсуждать вопросы, связанные с применением права, либо вопросы процессуального характера, в том числе, о недопустимости доказательств, о нарушении УПК РФ при получении доказательств, их истребовании, вызове дополнительных свидетелей и др., задавать наводящие вопросы, в какой-либо форме оценивать доказательства во время судебного следствия, выяснять вопросы о возможной причастности к преступлению иных лиц, не являющихся подсудимыми по рассматриваемому делу, ссылаться в обоснование своей позиции на не исследованные в присутствии присяжных заседателей доказательства, на недопустимые доказательства и иное.
Прения сторон в суде присяжных заседателей проводятся в соответствии со ст. ст. 292, 336 УПК РФ с учетом особенностей рассмотрения дела по данной форме судопроизводства и лишь в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями.
В соответствии с положениями ст. 340 УПК РФ, при произнесении напутственного слова председательствующий, среди других требований данной статьи, напоминает об исследованных в суде доказательствах, как уличающих подсудимого, так и оправдывающих его; о непринятии во внимание тех высказываний, допущенных сторонами в ходе судебного следствия и прений, на что он обращал внимание ранее.
Между тем, названные требования закона при рассмотрении данного уголовного дела председательствующим не были соблюдены.
Как следует из протокола судебного заседания, в ходе судебного следствия и прений сторон подсудимыми Калугиным и Чирковым и их защитниками неоднократно допускались нарушения требований ст. ст. 252, 335, 336 УПК РФ.
Сторона защиты в лице подсудимых и их защитников неоднократно в присутствии присяжных заседателей заявляли о неполноте предварительного следствия, давали оценку не фактическим обстоятельствам дела, а пытались дискредитировать сторону обвинения и представленные ею доказательства, признанные судом допустимыми, оценивали качество работы следователя, выдвигали различные версии о причастности к совершению преступлений, инкриминируемых Калугину, Воропаеву и Чиркову, иных лиц, ссылались на не исследованные в судебном заседании доказательства, недопустимыми способами опорочивали показания свидетеля Ю. пытались вызвать сочувствие к подсудимым.
В частности, при допросе свидетеля Ю. подсудимый Калугин выкрикнул с места: "А у Ю. 11 судимостей, и что теперь...".
В ходе допроса перед присяжными заседателями Калугин также неоднократно доводил следующую негативную информацию о Ю. "Он позвонил мне, когда освободился", "он "суженый-пересуженый" и никогда честным трудом не зарабатывал", "потом он мне звонил и звонил, ведь у него в голове один криминал, с ним люди поэтому не хотят общаться, "а у Ю. здесь был конкретный мотив. Есть С. она работала там, у нее есть муж и в свое время Ю. прострелил этому мужу голову и получил за это срок, и он затаил зло"; "с ним никто не общался, а у меня такой характер мягкий, я не могу "послать" человека, понимаете, если бы я "послал", то могла произойти такая ситуация, что у меня бы сгорел дом, 100 процентов. Он своим "обормотам" бы позвонил и подпалили бы мне гараж, там был бы фейерверк, я боялся этого, он мстительный", "он подлый, понимаете, мог дом мне поджечь, он все что угодно мог сделать, этот человек ненормальный", "Г. даже звонил мне, просил, чтобы я убрал его (Ю.) от него, Г. также говорил, что он ему угрожает", "Ю. - красавчик, заключил соглашение".
Как следует из протокола судебного заседания, при этих высказываниях председательствующий замечаний Калугину не делала и не обращала внимание присяжных на то, чтобы данные высказывания подсудимого они не учитывали.
Также Калугин неоднократно искажал смысл исследованных перед присяжными заседателями доказательств и ставил под сомнение их достоверность и допустимость, а именно: "Что касается пистолета, то здесь, конечно, сотрудники - фокусники конкретные"; "потом меня закинули в "пресс-хату", там пять амбалов начали..."; "и вот, после обыска, когда все обыскали или осмотрели, не пригласили при этом не мать, ни тетушку. Просто пришли и забрали, и уехали, даже в гараже не сделали обыск"; "был бы я прокурором, я бы точно задал следователю вопрос: "Почему первый раз не нашли пистолет? Зачем второй раз надо было искать, когда в первый раз полмашины разобрали", "я переживаю по поводу этого глушителя, он ведь (Ю.) сейчас на домашнем аресте, а если он еще что-нибудь подкинет".
Кроме этого Калугин на фоне доведения негативной информации о Ю. представлял присяжным заседателям положительную информацию о себе, а также доводил сведения, вызывающие: сочувствие к нему: "Ведь у меня мать престарелая, а я сижу третий год, непонятно за что..."; "я тогда вез матери лекарства...", "я боюсь за свою жену, мне 58 лет, и за эти два года у меня уже мать не ходит, но я на вас надеюсь. Я всю жизнь жил и работал...", "я жил скромно, работал, хотел уже на пенсию уходить".
Аналогичные нарушения процессуальных норм были допущены в прениях адвокатом Силантьевой, которая допустила следующие высказывания: "Практически все доказательства невиновности моего подзащитного, а заодно и других его фигурантов, ... оказались зарытыми, причем еще и плохо скрываемыми в самом деле", "ни одной экспертизы, проведенной по нашей инициативе, не было, по какой причине, излагать не буду, чтобы не спровоцировать негативной реакции суда", "...по какой причине он (Ю.) врет и какую цель при этом преследует; по мнению защиты, эта цель - выполнение своих обязательств по формированию версии серии нераскрытых ранее преступлений и доказательств состава особо тяжких преступлений - бандитизма и разбоев".
Помимо этого адвокат Силантьева напомнила присяжным заседателям о 10 судимостях Ю. настаивала на причастности к одному из инкриминируемых подсудимым преступлений иного лица: "Он (Ю.) берет на себя роль своего сына А., который грабил в магазине", "причастность Ю. и А. доказана, и, беря на себя роль и вину А., он (Ю.) выводит сына в свидетели, делает его пожизненно обязанным себе и одновременно снимает все проблемы по доказыванию со следствия самим свои признанием".
Также адвокат сослалась на несуществующее и не исследованное в судебном заседании доказательство - на показания некого свидетеля-сторожа, который, якобы, сообщил об алиби Калугина на период совершения преступления в г. Кириши 31 августа 2015 года; далее указывала на, якобы, подброшенные Калугину пистолет и глушитель и на действующих по указке сотрудников правоохранительных органов Ю. и А.; на странную смерть свидетеля обвинения Г. заявив о возможной причастности к этому событию Ю.; допустила высказывания, вызывающие сострадание к Калугину - "он может до конца своих дней остаться в тюрьме, никогда больше не сможет обнять свою мать и не увидеть жену, детей, внуков", "за это преступление (ч. 1 ст. 209 УК РФ) предусмотрено наказание от 10 лет лишения свободы и до смертной казни".
Адвокат Васильев также, не реагируя на многочисленные замечания председательствующего, задал свидетелю Ч. вопрос, дискредитируя свидетеля Ю. "Известно ли Вам что-нибудь о смерти Г., связанное с Ю.?"
Кроме этого, подсудимый Чирков, выступая в прениях, заявил: "Помимо этого, у прокурора идет галочка или бонус, если он "повесит" преступление; "и я прекрасно знаю, что если вы нас признаете виновными, то я получу срок поболее, как показывает практика"; акцентировал внимание присяжных заседателей на том, что "Мне тяжело, я вспоминаю, что у Воропаева остался ребенок 3-х лет", "у Калугина мама при смерти", него имеются малолетние дети и больные родители; что Ю. заключил досудебное соглашение о сотрудничестве.
На данные высказывания, в том числе и относительно оценки доказательств, признанных судом допустимыми, председательствующий не всегда реагировала замечаниями, а в некоторых случаях не разъясняла присяжным заседателям, что они не должны принимать во внимание допущенные суждения и высказывания.
Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, из-за множества таких нарушений, допущенных стороной защиты в судебном заседании, и из-за отсутствия, в необходимых случаях, замечаний председательствующего во время недопустимых высказываний сторон, на отсутствие с его стороны разъяснений присяжным заседателям не принимать во внимание данные высказывания, на формирование мнения присяжных заседателей было оказано негативное, а, следовательно, незаконное воздействие, которое, как правильно утверждается в апелляционном представлении, несомненно, повлияло на вынесение объективного вердикта.
Вместе с тем, доводы апелляционного представления о нарушении в ходе отбора присяжных заседателей уголовно-процессуального закона выразившееся в том, что кандидат в присяжные заседатели Г. А. скрыла значимую информацию о своем супруге, связанную с его работой в правоохранительных органах (уголовном розыске), Судебная коллегия не может признать убедительными, поскольку каких-либо документов, подтверждающих то, что супруг Г. работает в указанных органах, сторона обвинения суду апелляционной инстанции не представила.
С учетом изложенного, Судебная коллегия приходит к выводу о необходимости отмены приговора с направлением дела на новое судебное рассмотрение, при котором суду надлежит создать участникам процесса, как со стороны защиты, так и обвинения, необходимые условия для осуществления предусмотренных законом прав.
При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенные Судебной коллегии выводы, а также и иные доводы, изложенные в апелляционном представлении государственного обвинителя и в апелляционных жалобах осужденного Чиркова и адвоката Павлова.
Учитывая те обстоятельства, что Чирков хотя и не судим, имеет постоянное место жительства и регистрацию на территории Ленинградской области, а также малолетнего ребенка, в то же время холост, не работает, не имеет постоянного источника дохода, обвиняется в участии в банде и в шести разбойных нападениях, в том числе с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего и с применением оружия, за что уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительные сроки, Судебная коллегия приходит к выводу, что, оказавшись на свободе, Чирков может скрыться от суда, а также совершить преступление против собственности.
Принимая во внимание вышеизложенное, а также то, что Чирков фактически здоров, каких-либо противопоказаний для его содержания в следственном изоляторе не имеется; что основания, послужившие для избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, не отпали, - Судебная коллегия считает необходимым меру пресечения Чиркову оставить прежнюю, продлив ее срок до 29 июня 2018 года.
Руководствуясь ст. ст. 389.13 - 389.14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Ленинградского областного суда с участием коллегии присяжных заседателей от 6 декабря 2017 года в отношении Калугина Андрея Николаевича, Воропаева Антона Владимировича и Чиркова Андрея Юрьевича - отменить.
Уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но в ином составе судей.
Меру пресечения Чиркову Андрею Юрьевичу оставить прежнюю - в виде заключения под стражу, продлив ее срок до 29 июня 2018 года.