ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 июня 2018 г. N 25-АПУ18-3
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего судьи Скрябина К.Е.,
судей Абрамова С.Н. и Смирнова В.П.
при ведении протокола секретарем Лозовик Н.С.,
с участием осужденных Третьякова А.А. и Шинкарева М.В. - посредством видеоконференц-связи, их адвокатов Шаповаловой Н.Ю. и Поддубного С.В., прокурора Гулиева А.Г.-о.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению государственного обвинителя Раковской М.С., жалобам осужденных Третьякова А.А. и Шинкарева М.В., адвоката Уразалиева Р.Р. на приговор Астраханского областного суда от 23 апреля 2018 г., по которому
Третьяков Александр Анатольевич, < ... > судимый 18 апреля 2017 г. Кировским районным судом г. Астрахани по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 440 часам обязательных работ, наказание не отбывал,
осужден к лишению свободы: по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 10 лет с ограничением свободы сроком на 1 год; по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на 8 лет; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний на 12 лет с ограничением свободы сроком на 1 год; на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Кировского районного суда г. Астрахани от 18 апреля 2017 г., окончательно на 12 лет 1 месяц в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год, с установленными ограничениями: не выезжать за пределы территории г. Астрахани, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и обязанностью являться в указанный орган один раз в месяц для регистрации;
Шинкарев Максим Владимирович, < ... > судимый: 21 апреля 2014 г. Ленинским районным судом г. Астрахани по п. "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 2 месяцам лишения свободы; 12 мая 2014 г. мировым судьей СУ N < ... > Советского района г. Астрахани по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, к 2 годам 4 месяцам лишения свободы, освобожден от отбывания наказания 24 июля 2015 г. на основании п. 5 Постановления Государственной Думы Российской Федерации от 24 апреля 2015 г. "Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов"; 15 сентября 2015 г. Кировским районным судом г. Астрахани по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году лишения свободы, освободился по отбытию наказания 28 июля 2016 г.,
осужден к лишению свободы по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет; по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на 11 лет; по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ на 1 год; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно на 17 лет в исправительной колонии строгого режима.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Абрамова С.Н., изложившего доводы апелляционных представления и жалоб, возражений на жалобы, обстоятельства дела, выступления осужденных Третьякова А.А. и Шинкарева М.В., их адвокатов соответственно Шаповаловой Н.Ю. и Поддубного С.В., поддержавших доводы, приведенные в апелляционных жалобах, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации прокурора Гулиева А.Г.-о., о постановке апелляционного приговора по доводам, приведенным в апелляционном представлении государственного обвинителя, Судебная коллегия
установила:
Третьяков и Шинкарев признаны виновными и осуждены за то, что они, действуя группой лиц по предварительному сговору, с целью хищения чужого имущества, незаконно проникли в жилище К. напали на него, применив насилие, опасное для жизни и здоровья, применив предмет, используемый в качестве оружия, причинив тяжкий вред здоровью потерпевшего, а затем, действуя группой лиц по предварительному сговору, совершили убийство К. сопряженное с разбоем; а Шинкарев, кроме того, осужден за покушение на кражу имущества ООО " < ... > ".
Преступления ими совершены в г. Астрахани во время и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В судебном заседании осужденный Третьяков свою вину не признал, а осужденный Шинкарев признал частично, отрицая совершение убийства потерпевшего К.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Раковская М.С. считает приговор в части осуждения Шинкарева и Третьякова по п. "в" ч. 4 ст. 162, п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ незаконным в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. По ее мнению, в нарушение п. 1 ч. 1 ст. 307 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части приговора содержатся существенные противоречия между описанием преступного деяния, признанного судом доказанным и последующей квалификацией действий осужденных Третьякова и Шинкарева. Так, суд установил, что Третьяков и Шинкарев, действуя группой лиц по предварительному сговору, с целью хищения чужого имущества незаконно проникли в жилище К. напали на него, применив насилие, опасное для жизни, здоровья, применили предмет, используемый в качестве оружия, причинив тяжкий вред здоровью потерпевшего, и, также действуя группой лиц по предварительному сговору, совершили убийство К., сопряженное с разбоем, и квалифицировал их действия по п. "в" ч. 4 ст. 162, п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Однако, при описании обстоятельств преступления суд не указал на возникновение у подсудимых умысла и предварительной договоренности на совершение убийства потерпевшего. Описание преступного деяния не содержит ни одной фразы о причинении телесных повреждений потерпевшему Шинкаревым и Третьяковым с целью лишения его жизни. Не отражено в описании преступного деяния подсудимых то, что они предварительно договорились на убийство потерпевшего и действовали с умыслом на его убийство, нанося удары руками и утюгом по голове и телу, прижигая потерпевшего включенным в розетку утюгом. Между тем, эти обстоятельства вменены органом предварительного расследования Шинкареву и Третьякову и приведены в обвинительном заключении. Эти же обстоятельства подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами. Считает, что допущенные нарушения ст. 307 УПК РФ при описании преступного деяния осужденных являются существенными, поскольку ставят под сомнение правильность применения уголовного закона при квалификации их действий по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Полагает, что допущенные судом нарушения могут быть устранены при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, просит приговор в отношении Шинкарева и Третьякова отменить и постановить новый.
В апелляционных жалобах (с дополнениями):
осужденный Третьяков А.А. выражает несогласие с приговором, просит его отменить, уголовное дело в отношении него прекратить ввиду непричастности к совершенным преступлениям. Подробно излагает обстоятельства произошедшего, из которых следует, что смерть потерпевшему причинил Шинкарев, анализирует имеющиеся в материалах дела доказательства, полагает, что судом не дана полная и всесторонняя оценка исследованным доказательствам. По его мнению, суд не разобрался в выводах эксперта, поскольку первоначальная экспертиза по следам на утюге показала наличие его следов, а дополнительная экспертиза выявила на утюге лишь следы К. и Шинкарева. Описывает обстоятельства написания им явки с повинной, дачи показаний на предварительном следствии, утверждает, что явка с повинной по делу была написана им под диктовку оперативного сотрудника Б., без адвоката, без разъяснения его прав. Обращает внимание на противоречия в показаниях Шинкарева, которые наряду с исследованными доказательствами по делу, по его мнению, свидетельствуют о том, что Шинкарев, воспользовавшись его состоянием алкогольного опьянения, "оглушил" его, поранил его ногу и "его кровью оставил следы", явившиеся доказательствами его вины в совершении преступления. Считает, что суд необоснованно квалифицировал совершение данных преступлений группой лиц по предварительному сговору, поскольку на убийство он не способен, потерпевшего не знал, в его доме был впервые, с Шинкаревым тесно не общался. Просит приговор в отношении него отменить, а его оправдать;
адвокат Уразалиев Р.Р. считает приговор в отношении осужденного Третьякова незаконным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом. По его мнению, имел место эксцесс исполнителя со стороны Шинкарева, поскольку тот совершил действия, о которых с Третьяковым не договаривался и эти действия не охватывались умыслом Третьякова. Хищение имущества и убийство К. не входили в планы Третьякова и оказались для него полной неожиданностью. Телесных повреждений потерпевшему Третьяков не причинял, предметы потерпевшего, обнаруженные у Третьякова, какой-либо ценности не представляют. Полагает, что суд необоснованно отказал в исключении из числа доказательств явки с повинной Третьякова и не принял во внимание показания свидетеля Т. Выражает несогласие с оценкой данной судом: показаниям свидетеля Б., вспомнившей через 5 месяцев после произошедшего о фразе Третьякова об убийстве; аудиозаписи разговоров при звонке К. на телефон "112", как доказательства виновности Третьякова; заключению психофизиологической экспертизы с использованием полиграфа в отношении Третьякова, необоснованно не признанного доказательством. Просит приговор в отношении Третьякова отменить, вынести оправдательный приговор ввиду его непричастности к совершенным преступлениям;
осужденный Шинкарев М.В., выражая несогласие с приговором, в части его осуждения за разбой и убийство, указывает на недоказанность своей вины в совершении преступлений. Полагает, что он осужден лишь на основании ложных показаний Третьякова, который его оговорил с целью самому избежать уголовной ответственности. Ссылается на то, что на его руках и одежде отсутствуют какие-либо следы, свидетельствующие о том, что он бил потерпевшего, однако суд во внимание данные обстоятельства не принял. Соглашается, что он совершил лишь кражу посуды потерпевшего, однако ноутбука потерпевшего не похищал. Обращает внимание, что в ходе предварительного расследования при нем, а также по месту его жительства ноутбук обнаружен не был. Указывает на отсутствие видеозаписей с автовокзала, которые могли бы подтвердить, что в момент смерти К. он находился на автовокзале. По его мнению, все проведенные по делу экспертизы свидетельствуют о совершении преступлений Третьяковым. Наличие своих следов на утюге и ноже, обнаруженных в доме потерпевшего, он подробно объяснил в ходе судебного заседания. Свои показания в судебном заседании считает последовательными и правдивыми, позицию в ходе предварительного расследования объясняет способом защиты. Правильность его осуждения по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ не оспаривает.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Раковская М.С. указывает на необоснованность изложенных в них доводов, просит оставить их без удовлетворения.
Проверив по апелляционным жалобам законность, обоснованность и справедливость приговора, Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для его отмены или изменения.
Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, правильно признав Третьякова и Шинкарева виновными в совершении инкриминированных им преступлений, дав содеянному ими правильную юридическую оценку, опроверг доводы Третьякова и Шинкарева о непричастности их к убийству потерпевшего К. и совершении разбойного нападения на него, эти выводы изложил в приговоре, а принятое решение мотивировал.
Выводы суда о доказанности вины осужденного Шинкарева и правильности его осуждения по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ сомнения не вызывают и им в апелляционной жалобе не оспариваются.
С доводами, приведенными в апелляционных жалобах, о необоснованном осуждении Третьякова и Шинкарева за убийство К., совершенное в процессе разбойного нападения согласиться нельзя, поскольку они противоречат материалам дела и приведенным в приговоре доказательствам.
Как правильно установил суд, осужденные Третьяков и Шинкарев предварительно договорившись и распределив роли, совершили разбойное нападение на потерпевшего К. и в процессе разбоя, совершили его убийство.
Вопреки доводам, приведенным в апелляционных жалобах, суд обоснованно привел в приговоре в качестве допустимых доказательств показания осужденного Третьякова и его явку с повинной, данные им на предварительном следствии, правильно признав их достоверными в той части, в которой Третьяков пояснял о совместном с Шинкаревым нападении на потерпевшего К. и хищении его имущества.
Так, из этих показаний и явки с повинной Третьякова следует, что: нападение на потерпевшего было совершено по предложению Шинкарева; у потерпевшего было похищено имущество, в том числе ноутбук, ключи, банковская карта и нож; Шинкарев избивал потерпевшего кулаком и утюгом по голове, прижигал утюгом грудь и живот; от выпитого спиртного он уснул в доме потерпевшего, а когда проснулся, потерпевший был мертв.
Оценив показания Третьякова в этой части как достоверные, суд правильно признал другие показания Третьякова, а также показания Шинкарева, о их непричастности к разбою и смерти потерпевшего К. недостоверными, данными ими с целью смягчить свою участь за содеянное.
Доводы осужденного Третьякова о неправомерном ведении следствия и оказанном на него воздействии со стороны оперативного работника Багаутдинова, суд тщательно проверил и обоснованно их отверг, как противоречащие материалам дела.
Выводы суда о доказанности вины осужденных в разбойном нападении на потерпевшего К. и его убийстве объективно подтверждаются другими, приведенными в приговоре доказательствами.
Из протокола осмотра места происшествия следует, что труп К. обнаружен в доме с признаками насильственной смерти; в доме нарушен порядок; обнаружены и изъяты следы пальцев рук, предметы со следами крови, в том числе утюг.
Из заключений экспертов следует, что в доме потерпевшего обнаружены следы пальцев рук Третьякова; на полу и утюге имеются смешанные следы крови и эпителий, произошедшие, в том числе, от Третьякова и Шинкарева; на ноже с места происшествия имеются смешанные генетические профили, произошедшие, в том числе, от Шинкарева; на клинке ножа имеется кровь К. на спортивных брюках с трупа К. имеются смешанные следы крови и эпителий, произошедшие от Третьякова и К. в смывах с рук Третьякова обнаружены смешанные следы крови и эпителий, происходящие от Третьякова и К.; на одежде Третьякова обнаружены следы крови, произошедшие от него самого и от потерпевшего К.
Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, смерть К. наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы с переломом костей свода черепа, ушибом головного мозга, кровоизлияниями под твердую оболочку головного мозга, осложнившейся развитием отека - набухания головного мозга. Кроме множественных телесных повреждений головы и туловища на трупе К. имеются еще и термические ожоги на лице и туловище.
Кроме того, суд обоснованно привел в приговоре другие допустимые доказательства, в частности показания потерпевшей С., свидетелей К., Б. и Б. обнаруживших труп потерпевшего К. с признаками насильственной смерти; свидетеля Б., кроме того, видевшей в доме потерпевшего осужденного Третьякова, перед тем как был обнаружен труп К.; свидетеля Б. слышавшей от Третьякова об убийстве человека Третьяковым и Шинкаревым; свидетеля З. о том, что Шинкарев подарил ей посуду, которая оказалась похищенной у потерпевшего; протоколы обыска, выемки и опознания похищенных у потерпевшего вещей; фонограмму звонка потерпевшего К. на номер 112, на которой кроме голоса потерпевшего с сообщением, что его грабят и бьют, слышны еще голоса осужденных Шинкарева и Третьякова, требовавших передачи им денег.
Вопреки доводам, приведенным в апелляционных жалобах, доказательства, положенные в основу осуждения Третьякова и Шинкарева, собраны с соблюдением требований ст. 74 УПК РФ и ст. 86 УПК РФ, проверены в порядке ст. 87 УПК РФ и сомнений в их достоверности не вызывают.
Всем доказательствам, приведенным в приговоре, в том числе показаниям осужденных Третьякова и Шинкарева, свидетелей, на которые ссылается сторона защиты в апелляционных жалобах, суд дал правильную оценку, приведя мотивы, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие, не согласиться с которой оснований у Судебной коллегии не имеется.
Ходатайства участников судебного разбирательства, вопросы допустимости доказательств в судебном заседании разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В приговоре обоснованно приведены лишь допустимые доказательства.
Действия осужденных Третьякова и Шинкарева судом правильно квалифицированы по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ и п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, а доводы суда, приведенные в обоснование такой квалификации действий осужденных, Судебная коллегия находит обоснованными.
Вопреки доводам государственного обвинителя, суд в установочной части приговора указал о том, что Третьяков и Шинкарев, действуя группой лиц по предварительному сговору, с целью хищения чужого имущества, незаконно проникли в жилище К., напали на него, применив насилие, опасное для жизни, здоровья, применив предмет, используемый в качестве оружия, причинив тяжкий вред здоровью потерпевшего, и, также действуя группой лиц по предварительному сговору, совершили убийство К., сопряженное с разбоем.
В приговоре приведены обстоятельства совершения осужденными разбойного нападения на потерпевшего, причинения ему закрытой черепно-мозговой травмы с переломом костей свода черепа, ушиба головного мозга, кровоизлияниями под твердую оболочку головного мозга, повлекшей его смерть на месте происшествия от совместных и согласованных действий осужденных.
При этом, каких-либо противоречий между установленными обстоятельствами совершенных преступлений и правильностью применения уголовного закона при квалификации действий осужденных по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, Судебная коллегия не находит.
Как следует из приговора, при назначении осужденным Третьякову и Шинкареву наказания, в соответствии с положениями ст. ст. 6 и 60 УК РФ, суд учитывал характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, данные о их личности, а также влияние наказания на их исправление и на условия жизни их семей, наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие у Третьякова отягчающих.
Выводы суда о назначении наказания Третьякову и Шинкареву судом мотивированы, каких-либо новых обстоятельств, влияющих на вид и сроки назначенного им наказания Судебная коллегия не находит, назначенное наказание за каждое преступление и по совокупности преступлений, признает справедливым.
Другие доводы, приведенные в апелляционных жалобах, о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, отсутствии доказательств виновности осужденных, Судебная коллегия находит несостоятельными.
Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора из материалов дела не усматривается. Приговор соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20 и 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Астраханского областного суда от 23 апреля 2018 г. в отношении Третьякова Александра Анатольевича и Шинкарева Максима Владимировича оставить без изменения, а апелляционные представление государственного обвинителя Раковской М.С., жалобы осужденных Третьякова А.А. и Шинкарева М.В., адвоката Уразалиева Р.Р. - без удовлетворения.