ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 марта 2018 г. N 51-АПУ18-3СП
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего судьи Иванова Г.П., судей Боровикова В.П., Зеленина С.Р.,
с участием осужденного Стрелкова В.А., адвоката Ростовцева А.А., прокурора Кузнецова С.В. при секретаре Меркушове Д.В. рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Стрелкова В.А. и адвоката Бачиной Т.Г. на приговор Алтайского краевого суда с участием присяжных заседателей от 18 декабря 2017 года, которым
СТРЕЛКОВ Виталий Алексеевич, < ... > 7 марта 2017 года судимый Кулундинским районным судом Алтайского края по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 300 часам обязательных работ,
осужден по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 16 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ к 9 годам лишения свободы, по п. "б" ч. 4 ст. 226 УК РФ к 9 годам лишения свободы.
В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 17 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.
На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по настоящему приговору и по приговору Кулундинского районного суда Алтайского края от 7 марта 2017 года, окончательно назначено 17 лет 1 месяц лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.
В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ в отношении его установлены соответствующие ограничения и на него возложены определенные обязанности.
Приговором разрешены гражданский иск и вопрос о процессуальных издержках и определена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Боровикова В.П., объяснения осужденного Стрелкова В.А. и адвоката Ростовцева А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление прокурора Кузнецова С.В., полагавшего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
согласно приговору, постановленному на основании обвинительного вердикта коллегии присяжных заседателей, Стрелков В.А. осужден за разбойное нападение на Л. в ходе которого он убил потерпевшего, после чего похитил деньги и другие предметы и имущество, в том числе охотничье ружье и патроны к нему, принадлежащие Л.
Преступления совершены в ночь на 9 декабря 2016 года в с. Ключи Ключевского района Алтайского края при указанных в приговоре обстоятельствах.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Стрелков В.А. ставит вопрос об отмене приговора и о направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство, указав при этом на незаконность состава коллегии присяжных заседателей ввиду того, что в процессе ее формирования председательствующий необоснованно отклонил заявленный стороной защиты мотивированный отвод кандидату в присяжные заседатели К. который по профессии является юристом. Впоследствии он вошел в состав коллегии присяжных заседателей и был избран старшиной.
В ходе формирования коллегии присяжных заседателей многократно прерывались и отводились вопросы стороны защиты, задаваемые кандидатам в присяжные заседатели (т. 7 л.д. 158 - 159). Сторона обвинения не была поставлена в такие стесненные условия. Кроме того, на поставленный государственным обвинителем вопрос о том, был ли кто-либо из них или их близкие родственники адвокатом, кандидаты в присяжные заседатели дали отрицательный ответ, однако один из них сообщил, что кто-то из ее детей является сотрудником прокуратуры.
На этом обсуждение закончилось, данному кандидату в присяжные заседатели не был заявлен отвод.
К. обладая юридическими познаниями, мог повлиять на разрешение присяжными заседателями поставленных вопросов, а также на ход их рассуждений в перерывах между судебными заседаниями. Это объясняется тем, что за годы практики у К. сформировалось правосознание, присущее юристу.
По мнению осужденного, сторона защиты была ограничена в праве на представление присяжным заседателям допустимых доказательств.
При исследовании стороной обвинения протокола осмотра места происшествия присяжным заседателям не были предъявлены фотографии комнаты, в которой находился труп. При этом отсутствовал монитор, а поэтому он и его защитник не видели, что государственный обвинитель предъявлял на обозрение присяжным заседателям. Неисследование данных фотографий, которые являются неотъемлемой частью протокола осмотра места происшествия, лишило присяжных заседателей возможности сравнить обилие крови в комнате и на его одежде, в которой он находился ночью во время совершенных преступлений, а это, в свою очередь, повлияло на мнение присяжных заседателей о его виновности.
Во время допроса свидетелей С. и П. его защитник был лишен возможности получить информацию относительно материального положения потерпевшего, в связи с чем у присяжных заседателей сложилось мнение о материальном благополучии Л. что не соответствует действительности.
Ему также не дали выяснить у свидетелей С. и М. сведения по поводу того, как закрывались входные двери в доме Л.
При этом следует учесть, что и сторона обвинения не исследовала вопрос о закрытии "главной двери в доме потерпевшего" (речь шла лишь о вставленном в замочную скважину ключе в двери веранды).
Данные обстоятельства относятся к способу проникновения в дом и имеют значение для правильного разрешения дела по существу. Они свидетельствуют о его невиновности. Он не мог проникнуть в дом при обстоятельствах, вмененных ему в вину.
В ходе предварительного следствия свидетель С. показала, что Л. закрывал входные двери на замки (следует понимать - и веранды, и дома) на ночь.
В судебном заседании она не подтвердила, что Л. закрывал главную входную дверь в доме, что свидетельствует о противоречивости ее показаний, однако, несмотря на это, стороне защиты было отказано в удовлетворении ходатайства об исследовании прежних показаний свидетеля С.
Автор апелляционной жалобы считает, что стороне защиты необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о признании показаний свидетеля С. данных в ходе предварительного следствия, недопустимым доказательством. При ее допросе были допущены многочисленные нарушения (не указано - какие).
При обсуждении проекта вопросного листа он ходатайствовал о постановке на разрешение присяжных заседателей вопроса о том, открывал ли он главную входную дверь в доме Л.
Также он просил, чтобы на их разрешение был поставлен вопрос "о факте нанесения ударов погибшему" (по тексту жалобы), утверждая при этом, что он не мог нанести удары потерпевшему.
Однако в удовлетворении изложенных выше ходатайств было отказано.
Осужденный Стрелков В.А. обращает внимание на то, что в нарушение требований ч. 3 ст. 274 УПК РФ ему не была предоставлена возможность высказать свою позицию по предъявленному обвинению.
Он выражает несогласие с назначенным ему наказанием, утверждая при этом, что оно является несправедливым вследствие его чрезмерной суровости.
При решении данного вопроса суд не учел ряд обстоятельств, а именно: с 2007 года он не привлекался к уголовной ответственности (ранее он был судим за кражи); у него есть семья, он работал, не злоупотреблял спиртными напитками.
В напутственном слове председательствующий открыто выразил свое мнение по поводу доказанности предъявленного обвинения.
На аналогичные доводы и просьбу указала адвокат Бачина Т.Г. в своей апелляционной жалобе и дополнениях к ней.
Дополнительно она сослалась на то, что в ходе предварительно следствия при допросе свидетеля С. (т. 4 л.д. 44 - 46, 48 и 55) не были разъяснены права, предусмотренные ст. 51 Конституции Российской Федерации, в протоколе следователь изложил не ту информацию, которую сообщила данный свидетель, она не читала протокол своего допроса, а лишь поставила подпись.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Тилилицина М.В. приводит суждения относительно несостоятельности позиции их авторов.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, а также возражения на них, Судебная коллегия считает необходимым приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Оснований, предусмотренных п. п. 2 - 4 ст. 389.15 УПК РФ, на что указано в ст. 389.27 УПК РФ, влекущих отмену либо изменение приговора с участием присяжных заседателей, не усматривается.
При ознакомлении с материалами уголовного дела соблюдены требования ч. 5 ст. 217 УПК РФ.
В ходе предварительного слушания обвиняемому также были разъяснены особенности рассмотрения уголовного дела с участием присяжных, в том числе порядок и основания обжалования обвинительного приговора, постановленного на основании обвинительного вердикта коллегии присяжных заседателей.
Стрелков В.А. осознанно выбрал данную форму судопроизводства, а поэтому доводы апелляционных жалоб о неправильной оценке представленных на суд присяжных заседателей доказательств, невиновности осужденного в совершении преступлений не могут быть предметом исследования в суде апелляционной инстанции.
Остальные доводы авторов апелляционных жалоб также не основаны на фактических данных и законе.
Судебное разбирательство проведено с соблюдением ст. 15 УПК РФ.
При этом на разных этапах рассмотрения уголовного дела суд первой инстанции неукоснительно руководствовался положениями главы 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей производство по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей.
Коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с требованиями ст. 328 УПК РФ.
Стороне защиты была предоставлена возможность задать каждому из оставшихся кандидатов в присяжные заседатели (после исследования обстоятельств, связанных с безусловным освобождением от участия в процессе, и разрешения самоотводов) вопросы, которые связаны с выяснением обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя в рассмотрении уголовного дела.
Председательствующий обоснованно отклонил заявленный стороной защиты мотивированный отвод кандидату в присяжные заседатели К. так как, осуществляя представительство по гражданским делам (юрист по образованию), нельзя его заподозрить в необъективности при разрешении уголовного дела по существу.
Не следует оставлять без внимания и то обстоятельство, что сторона защиты воспользовалась правом на немотивированный отвод, заявленный другим кандидатам в присяжные заседатели, хотя ничто не препятствовало ей немотивированно отвести К.
При формировании коллегии присяжных заседателей П. отвечая на иной вопрос государственного обвинителя, все-таки сообщила, что ее близкий родственник является сотрудником прокуратуры.
Однако сторона защиты не заявила ей мотивированный отвод, но впоследствии она немотивированно ее отвела.
До приведения присяжных заседателей к присяге председательствующий выяснил у сторон вопрос о наличии либо об отсутствии у них заявлений о роспуске коллегии присяжных заседателей ввиду тенденциозности ее состава.
Таких заявлений не поступило.
Поэтому Судебная коллегия считает законной сформированную по настоящему уголовному делу коллегию.
Судом первой инстанции также не допущено нарушений ст. 335 УПК РФ.
Как усматривается из протокола судебного заседания, в начале судебного следствия после вступительного заявления государственного обвинителя подсудимый Стрелков В.А. заявил о непризнании себя виновным в совершении предъявленных ему обвинений.
Затем в соответствии с ч. 3 ст. 335 УПК РФ защитник высказал согласованную с подсудимым позицию по предъявленному обвинению и мнение о порядке исследования представленных им доказательств.
Судебная коллегия не может согласиться с утверждением авторов апелляционных жалоб об ограничении их права на представление на суд присяжных заседателей допустимых доказательств.
Судом не нарушены положения ч. 1 ст. 334 и ч. 7 ст. 335 УПК РФ.
В присутствии присяжных заседателей исследовались лишь те обстоятельства, которые связаны с разрешением вопросов, предусмотренных п. п. 1, 2 и 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ.
Материальное состояние потерпевшего - с учетом в том числе показаний потерпевшей - исследовано в присутствии присяжных заседателей в достаточной степени.
Материальное благополучие потерпевшего не имеет непосредственного отношения к предъявленному Стрелкову В.А. обвинению.
Подсудимый и его защитник имели реальную возможность в ходе допроса свидетелей С. и П. получить необходимую информацию, чем и воспользовались.
В присутствии присяжных заседателей также исследовались обстоятельства, связанные с проникновением подсудимого в дом потерпевшего.
Согласно предъявленному Стрелкову В.А. обвинению последний, используя отмычку, открыл замок двери в веранде, а затем через другую не запертую на замок дверь проник в дом потерпевшего, после чего совершил действия, признанные установленными коллегией присяжных заседателей.
Именно в пределах предъявленного обвинения были допрошены свидетели в присутствии присяжных заседателей.
В связи с этим при формулировании вопросного листа - с учетом положений ст. ст. 252, 338 и 339 УПК РФ - у председательствующего не было оснований для внесения в основной вопрос либо о постановке отдельного вопроса о доказанности либо недоказанности факта его проникновения через запертую на замок входную дверь в доме потерпевшего, то есть не только с помощью открытия замка входной двери в веранде домовладения.
В основных вопросах изложены обстоятельства, связанные с нападением Стрелкова В.А. и нанесением ударов по голове потерпевшего.
Существенных противоречий в показаниях свидетеля С. относительно определенных фактических обстоятельств предъявленного обвинения не имеется, поэтому не было оснований для исследования прежних показаний данного свидетеля.
В присутствии присяжных заседателей был исследован протокол осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 38 - 94). Присяжным заседателям была продемонстрирована фототаблица к данному протоколу осмотра места происшествия, которая находится в этом же томе на л.д. 45 - 76, за исключением фотографий, на которых запечатлены комната и находившийся в ней труп с соответствующими повреждениями.
Сторона защиты не возражала против исследования такого объема доказательств.
Нет оснований и для признания недопустимым доказательством показаний свидетеля С. данных в ходе предварительного следствия. Данному свидетелю были разъяснены права, предусмотренные ч. 4 ст. 56 УПК РФ, в том числе право не свидетельствовать против самой себя и своего супруга.
Она ознакомилась с собственными показаниями, зафиксированными в протоколах допроса, и удостоверила их правильность своей подписью, что опровергает утверждения С. о допущенных следователем при ее допросах нарушениях закона.
Напутственное слово председательствующего отвечает требованиям ст. 340 УПК РФ.
После его произнесения сторона защиты не высказала замечания и возражения в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности.
Применительно к фактическим обстоятельствам уголовного дела, признанным установленными коллегией присяжных заседателей, действия Стрелкова В.А. судом квалифицированы правильно.
В приговоре суд надлежащим образом обосновал и мотивировал вопрос о юридической квалификации действий осужденного.
При назначении наказания суд в полной мере учел общие начала назначения наказания, указанные в ст. 60 УК РФ, в том числе обстоятельства, на которые ссылается осужденный в своей апелляционной жалобе.
Назначенное наказание отвечает принципам и целям, предусмотренным ст. ст. 6 и 43 УК РФ.
Приговор соответствует ст. 297 УПК РФ и является законным, обоснованным и справедливым.
Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.27, 389.28 и 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Алтайского краевого суда с участием присяжных заседателей от 18 декабря 2017 года в отношении Стрелкова Виталия Алексеевича оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.