ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 июня 2017 г. N 18-АПУ17-10СП
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Зыкина В.Я.
судей Зеленина С.Р. и Ведерниковой О.Н.
при секретаре Щукиной Ю.В. рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденных Давыдова Н.М., Орлова В.В. и Самофалова С.А., защитников Голода И.Б. и Миллера Д.И. на приговор Краснодарского краевого суда с участием присяжных заседателей от 13 декабря 2016 года, по которому
Самофалов С.А. < ... > не судимый, -
осужден по
ч. 1 ст. 209 УК РФ к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
ч. 2 ст. 209 УК РФ к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (Д.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (АЗС К.) к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (Я.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (А.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (Б.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (А.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (П.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (Б. И.} к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (Л.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" и "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (П., Ж. П.) к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (кафе П.) к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
ч. 2 ст. 162 УК РФ (офис " < ... > ") к 5 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 3 ст. 161 УК РФ (магазин " < ... > " П.) к 5 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
ч. 3 ст. 222 УК РФ к 6 годам лишения свободы;
п. "а" ч. 2 ст. 166 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы;
п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ (кража у Н.) к 3 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" и "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ (кража мопеда) к 2 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
по совокупности преступлений окончательное наказание на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено в виде лишения свободы на срок 15 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы на 1 год и 6 месяцев. В течение срока ограничения свободы осужденный обязан являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, дважды в месяц для регистрации, установлены осужденному следующие ограничения: не изменять места жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, без согласия указанного специализированного государственного органа. Данные ограничения действуют в пределах того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы;
Орлов В.В., < ... > не судимый, -
осужден по
ч. 2 ст. 209 УК РФ к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (Д.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (А.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (Б.) к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (П.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (Б. И.) к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" и "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ (П., Ж. П.) к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (Л.) к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ (кафе П.) к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
п. "а" ч. 3 ст. 161 УК РФ (магазин " < ... > ") к 7 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
ч. 3 ст. 222 УК РФ к 5 годам лишения свободы без штрафа;
по совокупности преступлений окончательное наказание на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено в виде лишения свободы на срок 11 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы на 1 год и 6 месяцев. В течение срока ограничения свободы осужденный обязан являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, дважды в месяц для регистрации, установлены осужденному следующие ограничения: не изменять места жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, без согласия указанного специализированного государственного органа. Данные ограничения действуют в пределах того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы;
Давыдов Н.М. < ... > не судимый, -
осужден по
ч. 3 ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
ч. 1 ст. 222 УК РФ к 1 году лишения свободы;
по совокупности преступлений окончательное наказание на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено в виде лишения свободы на срок 7 лет и 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы на 1 год. В течение срока ограничения свободы осужденный обязан являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, дважды в месяц для регистрации, установлены осужденному следующие ограничения: не изменять места жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, без согласия указанного специализированного государственного органа. Данные ограничения действуют в пределах того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы;
Приговором также разрешены гражданские иски, определена судьба вещественных доказательств.
Данным приговором осуждены также Тупилкин Е.И. и Кучеренко С.Б. приговор в отношении которых в апелляционном порядке не обжалован.
Заслушав доклад судьи Зеленина С.Р., выступления осужденных Самофалова С.А., Орлова В.В., Давыдова Н.М., Тупилкина Е.И. с использованием систем видеоконференц-связи, защитников Меркушевой Л.В., Подмаревой Е.В., Карпухиной Д.А., Кротовой С.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб о незаконности приговора суда, выступление прокурора Генеральной прокуратуры РФ Луканиной Я.Н., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, Судебная коллегия
установила:
Давыдов Н.М. осужден за разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия и с незаконным проникновением в помещение.
Самофалов С.А. и Орлов В.В. осуждены за участие в вооруженной группе (банде) и в совершаемых ею нападениях.
Самофалов С.А. осужден за руководство бандой.
Самофалов С.А. осужден за неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон), совершенный группой лиц по предварительному сговору.
Орлов и Самофалов осуждены за разбой с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия организованной группой.
Самофалов С.А. осужден за кражу с незаконным проникновением в жилище и с причинением значительного ущерба.
Самофалов осужден за разбой с оружием и применением насилия, опасного для жизни и здоровья, организованной группой.
Самофалов осужден за кражу группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба гражданину.
Самофалов осужден за разбой, совершенный с применением оружия, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с незаконным проникновением в жилище организованной группой.
Самофалов осужден за разбой с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия.
Самофалов и Орлов осуждены за разбой с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия с незаконным проникновением в помещение организованной группой.
Самофалов и Орлов осуждены за разбой с незаконным проникновением в жилище с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия организованной группой.
Самофалов и Орлов осуждены за разбой с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище организованной группой.
Самофалов и Орлов осуждены за разбой с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой.
Самофалов и Орлов осуждены за разбой с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия с применением оружия с незаконным проникновением в жилище организованной группой.
Самофалов и Орлов осуждены за грабеж организованной группой.
Самофалов и Орлов осуждены за разбой с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и с угрозой применения такого насилия с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, организованной группой.
Самофалов и Орлов осуждены за разбой с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище организованной группой.
Самофалов и Орлов осуждены за разбой с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия организованной группой.
Самофалов осужден за незаконные перевозку, ношение и хранение оружия и боеприпасов организованной группой.
Орлов осужден за незаконные приобретение, хранение, перевозку и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов.
Давыдов осужден за незаконное ношение огнестрельного оружия.
Преступления были совершены с 26 апреля 2011 года по 20 июня 2015 года в < ... > крае при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:
Защитник Миллер Д.И. в интересах осужденного Давыдова Н.М. указывает, что суд не включил в вопросный лист вопросы, предложенные защитниками.
Выводы суда основаны на показаниях Давыдова и Тупилкина, от которых они в суде отказались. Судом и обвинением формировалось у присяжных заседателей мнение о том, что Давыдов изменил показания с целью уйти от ответственности.
Председательствующий прерывал защитника Беликова при допросе им Давыдова и удалил защитника, нарушив право на защиту Давыдова. Кроме того, Давыдов был лишен и права на последнее слово, также будучи удаленным.
Присяжным заседателям демонстрировалась видеозапись показаний Давыдова о преступлении, которое ему не вменялось.
Суд не удовлетворил ни одно ходатайство стороны защиты, в том числе об исследовании ряда доказательств, которые ставили под сомнение версию следствия. Заявляя об этом доводе, защитник анализирует доказанность фактических обстоятельств дела, утверждает о противоречивости доказательств. Приводит доказательства, анализирует их, приходит к выводу о недоказанности вины Давыдова.
Вопреки закону, присяжные заседатели внесли исправления в вопросный лист, при оглашении вердикта судья сам читал ответы присяжных заседателей. Вопросы о нападении на автозаправку, поставленные в отношении Тупилкина и Давыдова, взаимно исключают друг друга.
Просит приговор отменить, Давыдова оправдать за отсутствием состава преступления.
Защитник Голод И.Б. в интересах осужденного Давыдова Н.М. просит приговор суда первой инстанции отменить и вынести оправдательный приговор, ссылаясь на то, что все заявленные защитой ходатайства, в том числе об исследовании доказательств, были отклонены судом. Необоснованно не было учтено, что у Давыдова на иждивении трое малолетних детей, приговор является чрезмерно суровым.
Осужденный Давыдов Н.М. дополняет жалобы своих защитников доводом о незаконном составе суда, поскольку список кандидатов в присяжные заседатели были составлен в алфавитном порядке. Кроме того, в список были добавлены два кандидата П. и К., которых не было в первоначальном списке.
Утверждает об удалении судом его защитника Беликова Д.В. без вынесения постановления, при этом ходатайство его защитника Миллера Д.И. об отложении слушания дела было оставлено без разрешения, а защитник Голод И.Б. был назначен ему с нарушением требований закона.
Во время произнесения последнего слова он был остановлен и удален из зала без вынесения решения, что лишило его возможности высказаться о нарушении его права на защиту.
Все его ходатайства об исследовании материалов дела, признании доказательств недопустимыми были отклонены. Судья неоднократно отказывал Тупилкину в подаче ходатайства о том, что Тупилкин оговорил его.
Утверждает о том, что составленное следователем обвинительное заключение не соответствует материалам дела. Судья не останавливал государственного обвинителя, когда тот искажал факты в прениях.
Утверждает о необоснованности версии следствия, о недопустимости добытых на следствии показаний, о противоречивости доказательств, о последовательности своих показаний в суде. Указывая на противоречия в материалах дела, в том числе касающиеся даты совершения преступления, просит разъяснить их в порядке исполнения приговора.
Просит направить дело на новое судебное разбирательство, изменив ему меру пресечения, а также вынести оправдательный приговор.
Осужденный Самофалов С.А. просит об отмене приговора краевого суда и о вынесении оправдательного приговора.
Утверждает, что судья необоснованно прерывал его выступления, но допускал оглашение государственным обвинителем обстоятельств, которые не отражены в обвинительном заключении. Присяжным заседателям были продемонстрированы видеозаписи, где он и Давыдов под давлением следствия сообщали о намерении совершить преступление, которое ему не вменялось.
Обвинение построено на показаниях, которые он дал на следствии из-за избиения со стороны сотрудников полиции, что не было объективно проверено прокуратурой.
Были допущены нарушения уголовно-процессуального закона: ряд заседаний проведены без подсудимых, не были опрошены потерпевшие о мере наказания, не вынесено решение о вещественном доказательстве - автомашине Лада-Гранта, принадлежащей Л. потерпевший К. опознал его в зале суда, хотя на следствии показал, что не сможет опознать нападавшего.
Ходатайства стороны защиты, в том числе об оглашении показаний свидетеля И. отклонялись по надуманным предлогам, все ходатайства обвинения удовлетворены, 26 октября 2016 года суд не вызвал свидетелей стороны защиты. Свидетели допрашивались в судебном заседании в присутствии других свидетелей, государственный обвинитель демонстрировала дружеские отношения с присяжными заседателями, в прениях искажала доказательства, перед допросом до начала судебного заседания указывала потерпевшим на него.
Протокол судебного заседания составлен с нарушением ст. 259 УПК РФ, не отражено, что его последнее слово было прервано судом.
Обращает внимание на противоречия в доказательствах, оспаривает фактические обстоятельства дела, повторяет доводы других апелляционных жалоб о нарушениях при формировании коллегии присяжных заседателей.
Осужденный Орлов В.В. просит об отмене приговора, о возвращении уголовного дела прокурору и об оправдании его по предъявленному обвинению.
Свою просьбу мотивирует тем, что обвинительное заключение не основано на достоверных доказательствах, ему не была предоставлена возможность выступить перед присяжными заседателями со вступительным словом после прокурора, протокол судебного заседания частями не дописан, все ходатайства стороны защиты отклонены, в том числе о признании доказательств недопустимыми, о допуске в качестве защитника Гоноболевой.
Все ходатайства обвинения удовлетворены, поэтому суд прошел с обвинительным уклоном, потерпевшие не опрошены о мере наказания, ему не была дана возможность полноценно выступить с последним словом.
Формулировка вопросного листа противоречит доказательствам, при оглашении вердикта судья сам читал ответы присяжных заседателей.
Указывает на то, что выводы экспертиз не доказывают его причастность к преступлениям, на противоречия в доказательствах, на то, что гособвинитель в прениях, а председательствующий в напутственном слове искажали содержание доказательств.
Также повторяет доводы апелляционной жалобы Давыдова Н.М. о незаконности состава суда.
Просит учесть, что все подсудимые ранее не судимы, являлись предпринимателями, сам он помогал детскому дому. Указывает на то, что в приговоре нет судебного номера, а в резолютивной части отсутствует одна статья 162 ч. 4 УК РФ в отношении А.
Государственный обвинитель Некоз С.М. возражает на апелляционные жалобы осужденных и защитников, просит оставить их без удовлетворения.
Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционных жалоб, Судебная коллегия находит, что приговор был постановлен по данному делу в соответствии с требованиями закона.
Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями закона, регулирующими особенности судопроизводства с участием присяжных заседателей.
Доводы апелляционных жалоб стороны защиты об оценке достоверности доказательств, об их противоречивости, об иных обстоятельствах дела, необоснованности приговора, недоказанности вины осужденных, не являются основанием для отмены приговора суда, постановленного в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, поскольку этот вопрос относится к исключительной компетенции присяжных заседателей и не может быть предметом проверки в суде апелляционной инстанции.
В соответствии со ст. ст. 347, 348 УПК РФ правильность вердикта не подлежит оспариванию сторонами, а несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, не является основанием для отмены приговора суда, вынесенного с участием присяжных заседателей (ст. 389.27 УПК РФ).
Коллегия присяжных заседателей была сформирована в соответствии с требованиями ст. 328 УПК РФ.
Сам по себе факт составления списка явившихся в судебное заседание кандидатов в присяжные заседатели в алфавитном порядке не свидетельствует о том, что отбор кандидатов был произведен не путем случайной выборки.
Как видно из протокола судебного заседания, секретарь судебного заседания доложил в присутствии сторон о явке кандидатов в присяжные заседатели, указав их в той последовательности, в которой они были внесены в список, кроме того, сам список был в соответствии со ст. 327 ч. 4 УПК РФ роздан сторонам (т. 30 л.д. 134 - 135). При этом сторонами никаких возражений или ходатайств в связи с содержанием списка кандидатов заявлено не было.
Сторонам была предоставлена возможность задать кандидатам в присяжные заседатели вопросы, заявить мотивированные и немотивированные отводы. По окончании формирования состава коллегии заявлений о тенденциозности состава коллегии не поступило (т. 30 л.д. 150). Таким образом, нарушений закона при формировании коллегии присяжных заседателей допущено не было.
Доводы осужденных о том, что в список кандидатов в присяжные заседатели были незаконно добавлены П. и К. которых не было в первоначальном списке, опровергаются протоколом судебного заседания с внесенными в него постановлением председательствующего от 28 марта 2017 года (т. 33 л.д. 15 - 151) изменениями, согласно которым для формирования коллегии явились кандидаты П. N 7 и К. N 9.
Достоверность внесенных в протокол судебного заседания сведений сомнений не вызывает, поскольку участие указанных кандидатов в присяжные заседатели в формировании коллегии подтверждается списками, розданными сторонам (т. 28 л.д. 158 - 161, 162 - 165) и подписанными, в том числе, осужденными.
Эти же обстоятельства подтверждаются списком оставшихся кандидатов в присяжные заседатели, составленном в соответствии с частью 17 ст. 328 УПК РФ (т. 28 л.д. 166 - 167), и протоколом судебного заседания, в который были занесены по указанию председательствующего первые 28 кандидатов в присяжные заседатели (т. 30 л.д. 149 - 150). Из этих документов также видно, что К. вошла в состав коллегии присяжных заседателей, а П. стала запасным присяжным заседателем.
После оглашения председательствующим результатов отбора и перечня оставшихся присяжных заседателей от сторон также не поступило возражений или замечаний относительно включения в этот перечень К. и П.
Таким образом, председательствующий, рассмотрев замечания на протокол судебного заседания, поданные государственным обвинителем, обоснованно внес в протокол изменения, отражающие действительно имевшие место обстоятельства формирования коллегии присяжных заседателей.
Ходатайство о допуске в качестве защитника Гоноболевой Р.П. разрешено судом в соответствии с законом. Установив, что Гоноболева Р.П. не имеет ни юридического, ни иного высшего образования, а также какого-либо опыта, позволяющего ей выполнять определенные законом обязанности защитника, суд обоснованно оставил указанное ходатайство без удовлетворения как не отвечающее требованиям части 1 ст. 49 УПК РФ.
Вопреки доводам осужденного Самофалова С.А. судебные заседания 21 и 22 сентября 2016 года не проводились, а были отложены, при этом, как указано в протоколе судебного заседания, подсудимые были доставлены конвоем в зал судебного заседания (протокол л. 221 - 222). Судебное заседание 9 октября 2016 года по данному делу не проводилось.
Право подсудимого Давыдова Н.М. на защиту не было нарушено удалением его защитника Беликова Д.В. из зала судебного заседания. Как видно из протокола судебного заседания, защитник Беликов неоднократно нарушал порядок в судебном заседании, вступая с председательствующим в пререкания, обращаясь к суду неуважительно, сидя, и не подчинялся распоряжениям председательствующего, в том числе незаконно воздействуя на присяжных заседателей, доводя до них информацию, которая, в силу особенностей их компетенции, не подлежала оглашению в их присутствии и могла, таким образом, вызвать предубеждение против стороны обвинения.
В судебном заседании 5 октября 2016 года защитник Беликов Д.В. вновь обратился к присяжным заседателям с вопросом о доверии к правоохранительным органам, пререкался с председательствующим, в связи с чем председательствующим было принято решение об удалении защитника, занесенное в протокол судебного заседания (л. 289).
Поскольку второй защитник Давыдова Н.М. по соглашению (т. 28 л.д. 46) - адвокат Миллер Д.И., в этом судебном заседании отсутствовал, председательствующим был объявлен перерыв до 6 октября 2016 года.
6 октября 2016 года защитник Миллер Д.И. вновь не явился в судебное заседание, просил слушание дела отложить более чем на 5 суток. В связи с этим и при отсутствии сведений о приглашении подсудимым другого защитника судом были приняты меры по назначению защитника, которым явился адвокат Голод И.Б.
5 и 6 октября 2016 года, откладывая дело, председательствующий разъяснял подсудимому Давыдову Н.М. положения закона о его праве заключить соглашение с другим защитником и о назначении защитника судом в случае, если его защитник не явится в судебное заседание.
В судебное заседание 11 октября 2016 года защитник Миллер Д.И. не явился, явившийся защитник Голод И.Б. заявил, что ознакомился с делом и готов к участию в судебном заседании, которое было продолжено. В дальнейшем в деле участвовал и защитник Давыдова Н.М. по соглашению Миллер Д.И.
При таких обстоятельствах нет оснований для утверждения о том, что защитник Голод И.Б. был назначен подсудимому с нарушением требований закона и что право на защиту подсудимого было нарушено.
Доводы осужденного Давыдова Н.М. о том, что ходатайство его защитника Миллера Д.И. об отложении слушания дела до 18 октября 2016 года осталось без рассмотрения суда, являются несостоятельными.
Как видно из самого ходатайства защитника (т. 29 л.д. 12 - 14), к моменту его подачи судом уже было принято решение о проведении судебных заседаний 6, 11, 12, 13 октября 2016 года. Таким образом, с учетом планирования рассмотрения дела, в том числе явки присяжных заседателей, потерпевших, свидетелей и исследования других доказательств, суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства защитника.
Кроме того, признавая это решение обоснованным, Судебная коллегия учитывает, что в ходатайстве адвокат просил об отложении слушания дела в связи с выездом в другой регион для оказания квалифицированной юридической помощи, то есть для выполнения другого поручения. Данное основание противоречит положению Кодекса профессиональной этики адвоката (п. 5 части 1 ст. 9), согласно которому адвокат не вправе принимать поручения на оказание юридической помощи в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии выполнить. Соблюдение требований Кодекса является для адвоката обязательным в силу положений пункта 4 части 1 ст. 7 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".
Доводы осужденного Орлова В.В. о лишении его возможности выступить перед присяжными заседателями со вступительным словом после прокурора противоречат требованиям закона. Согласно ч. ч. 1 и 3 ст. 335 УПК РФ, со вступительным заявлением выступает защитник, высказывая согласованную с подсудимым позицию. Как видно из протокола судебного заседания, защитник Орлова В.В. адвокат Александрова О.В. в начале судебного следствия выступила со вступительным заявлением, подсудимый Орлов В.В. мнение своего защитника поддержал (т. 30 л.д. 156). Таким образом, нарушений закона допущено не было.
В ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только допустимые доказательства.
Все свидетели были допрошены в судебном заседании с соблюдением требований ст. 278 УПК РФ. Допустимость их показаний сомнений не вызывает, ходатайств об обратном со стороны защиты заявлено суду не было. Протокол судебного заседания не содержит каких-либо данных о том, что не допрошенные свидетели находились в зале судебного заседания во время допросов других свидетелей. Замечаний от сторон по этому поводу в протокол не заносилось.
Также нет оснований ставить под сомнение допустимость показаний свидетелей, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных судом. Сторона защиты имела возможность оспорить допустимость этих показаний, однако таких ходатайств заявлено не было.
Вопреки доводам осужденного Самофалова С.А., в судебном заседании не проводилось его опознание потерпевшим К.
Как видно из протокола судебного заседания, потерпевший К. в ходе допроса на вопрос государственного обвинителя показал на Самофалова С.А. как на лицо, совершившее на него нападение. Перед этим потерпевший описал нападавшего и пояснил, что смог бы узнать его (протокол судебного заседания л. 100). Утверждения осужденного о том, что в ходе следствия потерпевший К. давал иные показания, не могут быть приняты во внимание, поскольку показания, данные К. в ходе следствия, в судебном заседании не исследовались, об их оглашении стороны не ходатайствовали. В то же время, Самофалов С.А. в судебном заседании не был лишен возможности оспорить показания, данные потерпевшим в суде.
При исследовании пояснений Давыдова на стадии предварительного расследования о попытке совершения общественно опасного деяния в отношении кафе " < ... > ", председательствующий, выслушав мнение сторон, обоснованно согласился со стороной защиты и обратился к присяжным заседателям с разъяснением о том, что они не должны руководствоваться услышанным, поскольку данный эпизод не вменяется подсудимым и данные обстоятельства не относятся к материалам дела (протокол судебного заседания л. 287).
Доводы апелляционных жалоб о необъективности суда являются несостоятельными и опровергаются протоколом судебного заседания. Из протокола следует, что все заявленные сторонами ходатайства разрешались судом с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон, на основании требований закона, в том числе особенностей рассмотрения дел с участием коллегии присяжных заседателей.
Ряд ходатайств стороны защиты был удовлетворен, в том числе о назначении почерковедческой экспертизы по ходатайству Тупилкина Т.П., об исключении из числа доказательств сведений, изложенных Давыдовым Н.М. о подготовке нападения на кафе " < ... > ", по ходатайству защитника Беликова Д.В., другие (т. 29 л.д. 2 - 3, 5).
В то же время не все ходатайства государственного обвинителя удовлетворялись, в том числе об оглашении показаний лиц, не явившихся в судебное заседание.
Как видно из принятых председательствующим решений, разрешая ходатайства, суд руководствовался требованиями закона и оценивал обоснованность заявляемых сторонами требований независимо от того, какая из сторон заявила ходатайство.
При отказе в удовлетворении ходатайств судом принимались обоснованные и мотивированные постановления, в том числе по ходатайству Самофалова С.А. об оглашении в судебном заседании показаний свидетеля И. в связи с отсутствием в них противоречий (т. 31 л.д. 216 - 218), по ходатайству защитника Александровой О.В. о недопустимости протокола обыска в жилище Орлова В.В. (т. 29 л.д. 72).
Вопрос о приобщении к делу ходатайства Тупилкина Е.И. об оговоре им Давыдова Н.М. разрешен председательствующим в соответствии с законом, поскольку заявление Тупилкина Е.И. ходатайством не являлось. Тупилкин Е.И. в судебном заседании не был лишен возможности заявить суду о своем отношении к ранее данным им показаниям, а Давыдов Н.М. - задать Тупилкину Е.И. вопросы о содержании указанных показаний и обстоятельствах, при которых они были даны.
Доводы осужденного Самофалова С.А. о том, что в судебном заседании 26 октября 2016 года суд не вызвал его свидетелей, опровергаются материалами дела. Как видно из протокола судебного заседания, в указанный день Самофаловым С.А. было заявлено ходатайство о вызове свидетелей Ц. и Г. (т. 31 л.д. 191), которое судом было удовлетворено (т. 31 л.д. 192). В следующем судебном заседании секретарем судебного заседания было доложено, что указанные свидетели были вызваны, однако не явились, сообщив по телефону причины неявки (т. 31 л.д. 210). В дальнейшем никаких ходатайств, касающихся указанных лиц, стороной защиты не заявлялось, дополнений к судебному следствию не было (т. 31 л.д. 218). Таким образом, суд не ограничивал право стороны защиты на вызов свидетелей.
Также в соответствии с законом было разрешено ходатайство стороны защиты о повторном допросе в суде Ковалевой О.А. Отказывая в удовлетворении этого ходатайства (т. 29 л.д. 69 - 70), суд обоснованно сослался на то, что потерпевшая К. уже была допрошена в судебном заседании с участием подсудимого Давыдова Н.М. и его защитника Миллера Д.И., которые не были лишены возможности задать ей все интересующие их вопросы. Кроме того, суд учел, что повторный допрос К. необходим, по мнению защиты, для решения вопроса об исключении из числа доказательств протокола ее допроса на следствии, который в присутствии присяжных заседателей не оглашался и вопрос об оглашении которого стороной обвинения не ставился. Таким образом, отказ в вызове К. не мог ограничить право стороны защиты на представление доказательств коллегии присяжных заседателей и каким-либо образом повлиять на их вердикт.
Доводы осужденных о недопустимости показаний, данных ими в ходе предварительного расследования дела, тщательно проверялись судом первой инстанции. Эти показания были оглашены в присутствии присяжных заседателей при отсутствии возражений стороны защиты. В дальнейшем суд рассмотрел ходатайства о признании этих показаний недопустимыми. Решения суда об отклонении ходатайств мотивированы и основаны на законе, оснований ставить их под сомнение не имеется.
Нарушений требований ст. ст. 336 и 337 УПК РФ при проведении прений сторон и выступлений подсудимых с последним словом судом не допущено.
Председательствующий в соответствии со своими полномочиями останавливал выступавших лишь когда они касались обстоятельств, установление которых не входит в компетенцию присяжных заседателей.
Оценка достоверности доказательств является прерогативой коллегии присяжных заседателей, поэтому высказывания как государственного обвинителя, так и представителей защиты в прениях по этому вопросу не могут быть признаны нарушением закона. В связи с этим доводы апелляционных жалоб о недопустимых высказываниях государственного обвинителя, касающихся изложения и оценки доказательств не могут быть признаны основанием, влекущим отмену приговора, принимая также во внимание разъяснение председательствующего о том, что выступления сторон в прениях не являются доказательствами и, следовательно, не могут служить основанием для вынесения того или иного вердикта. Кроме того, сторона защиты не была лишена возможности возражать на доводы государственного обвинителя, высказанные в прениях.
Выступление Давыдова Н.М. с последним словом обоснованно было остановлено председательствующим, поскольку он высказывался о данных, характеризующих его личность, а затем - об имевших по его мнению место нарушениях уголовно-процессуального закона. Поскольку ранее Давыдову неоднократно объявлялись замечания в связи с аналогичными нарушениями закона, он предупреждался о том, что может быть удален из зала, однако вновь продолжил доносить до сведения присяжных заседателей недопустимую информацию, в соответствии со ст. 258 УПК РФ он был удален из зала судебного заседания.
Подсудимые Орлов В.В. и Самофалов С.А. с последним словом перед присяжными заседателями выступили, их выступление не прерывалось (т. 32 л.д. 60).
Протоколом судебного заседания опровергаются доводы апелляционных жалоб о внепроцессуальном общении государственного обвинителя с присяжными заседателями.
Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ, в нем не содержится оценок доказательствам и выводов из них. Кроме того, председательствующий разъяснил присяжным заседателям, что напутственное слово не является доказательством по делу, которое может быть положено в основу ответов вердикта.
В соответствии со ст. 338 УПК РФ председательствующий обсудил со сторонами формулировки вопросов, которые должны были быть поставлены перед присяжными заседателями, выслушал замечания и предложения представителей сторон, сформулировал вопросы в соответствии с требованиями ст. 339 УПК РФ.
Доводы апелляционных жалоб о том, что вопросный лист не соответствовал исследованным в судебном заседании доказательствам, не основаны на законе. В соответствии со ст. 338 ч. 1 УПК РФ, вопросы формулируются судьей на основании предъявленного обвинения с учетом результатов судебного следствия и прений сторон, что и имело место по данному делу.
Доводы защитника Миллера Д.И. о том, что формулировки вопросов N 2 и 5 противоречат друг другу, являются необоснованными. В них сформулированы вопросы об участии, соответственно, Тупилкина и Давыдова в совершении деяния, описанного в вопросе N 1. Из ответов присяжных заседателей видно, что Давыдов был признан виновным в том, что по предварительной договоренности с другим лицом совершил в помещении АЗС разбой в отношении потерпевших с применением обреза ружья.
Доводы стороны защиты о том, что присяжными заседателями были внесены исправления в вопросный лист, являются несостоятельными. Протокол судебного заседания свидетельствует о том, что после оглашения председательствующим вопросного листа и передачи его старшине коллегии, у присяжных заседателей не возникло вопросов и неясностей, связанных с вопросным листом, а также каких-либо иных замечаний к его содержанию. То обстоятельство, что присяжные заседатели, отвечая на поставленные перед ними вопросы в совещательной комнате, признали ряд обстоятельств не доказанными и исключили их из вердикта, входит в компетенцию коллегии присяжных заседателей и не свидетельствует о нарушении закона.
Доводы апелляционных жалоб о нарушении порядка провозглашения вердикта не могут являться основанием для отмены приговора суда, поскольку не свидетельствуют о том, что вердикт не соответствовал требованиям закона. Кроме того, из протокола судебного заседания видно, что перед провозглашением вердикт был передан председательствующим старшине коллегии присяжных заседателей для провозглашения. Таким образом, нарушений норм части 3 ст. 345 УПК РФ из материалов уголовного дела не усматривается.
Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным и непротиворечивым.
Квалификация действий осужденных соответствует фактическим обстоятельствам, установленным вердиктом.
Доводы апелляционных жалоб о том, что судом формировалось определенное мнение присяжных заседателей об оценке показаний Давыдова в суде, опровергается протоколом судебного заседания. Мнение же государственного обвинителя по этому поводу доказательством не является, что было разъяснено присяжным заседателям, и не может быть признано нарушением закона, поскольку стороны вправе представить присяжным заседателям свою оценку достоверности доказательств, в том числе показаний допрошенных в судебном заседании лиц.
Содержащиеся в апелляционной жалобе осужденного Давыдова Н.М. ссылки на необходимость разъяснения ему допущенных по делу противоречий в порядке, предусмотренном для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, являются необоснованными, поскольку указанный порядок предусмотрен лишь для вопросов, которые в соответствии с законом могут быть разрешены после вступления приговора в законную силу.
Именно в таком порядке может быть рассмотрен по ходатайству заинтересованных лиц вопрос об определении судьбы вещественного доказательства в том случае, если этот вопрос не был разрешен приговором.
Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Право на подачу замечаний на протокол разъяснены сторонам, поданные замечания рассмотрены председательствующим в соответствии со ст. 260 УПК РФ.
Наличие в тексте приговора его номера не предусмотрено уголовно-процессуальным законом, а отсутствие в резолютивной части приговора в отношении Орлова В.В. указания на признание его виновным в разбое в отношении потерпевшего А. не может быть устранено судом апелляционной инстанции в силу положений части 1 ст. 389.24 УПК РФ.
Ходатайство стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору рассмотрено судом при проведении предварительного слушания и отклонено обоснованно (т. 28 л.д. 62 - 65), поскольку обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела по существу, не имелось. Не были указаны такие обстоятельства и в ходатайстве защитника (т. 28 л.д. 32).
Суд назначил осужденным наказание в соответствии с требованиями главы 10 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений.
При назначении наказания Давыдову Н.М. суд, вопреки доводам защитника Голод И.Б., учел, что на его иждивении находятся малолетние дети, признав это обстоятельство смягчающим.
В отношении Орлова В.В. суд указал при определении меры наказания, что ранее он являлся предпринимателем, ранее не судим и оказывал благотворительную помощь детскому дому.
Справедливость назначенного осужденным наказания сомнений у Судебной коллегии не вызывает, оснований для его смягчения не усматривается.
Доводы апелляционных жалоб о том, что потерпевшие не были опрошены о мере наказания, не могут свидетельствовать о нарушении закона, поскольку при назначении наказания суд не связан предложениями сторон, высказанными по этому вопросу, а руководствуется обстоятельствами, указанными в ст. 60 УК РФ. В то же время стороны сами не лишены возможности высказать суду свое мнение о законном и справедливом, по их мнению, наказании.
Давыдов Н.М. осужден по ст. 222 ч. 1 УК РФ за незаконное ношение 26 апреля 2011 года огнестрельного оружия (обреза охотничьего ружья). Данное преступление в соответствии со ст. 15 ч. 3 УК РФ является преступлением средней тяжести. Срок давности привлечения к уголовной ответственности за указанное преступление истекает через шесть лет после его совершения (ст. 78 ч. 1 п. "б" УК РФ), то есть 26 апреля 2017 года. Таким образом, после вынесения приговора на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции указанный срок давности истек, что является основанием для освобождения Давыдова Н.М. от наказания, назначенного за совершение этого преступления.
Оснований для пересмотра в части осуждения Тупилкина Е.И. в порядке, предусмотренном частью 2 ст. 389.19 УПК РФ, Судебная коллегия не находит. Препятствий для обжалования им приговора в апелляционном порядке не имелось.
Вопрос об ознакомлении осужденных с материалами уголовного дела после вынесения приговора разрешен судом первой инстанции в соответствии с требованиями закона. Как видно из уголовного дела, осужденные были ознакомлены с его материалами по окончании предварительного следствия в марте 2016 года. Все доказательства, которые стороны представили суду, были исследованы с непосредственным участием осужденных в ходе разбирательства дела судом первой инстанции в июле - ноябре 2016 года. Копии приговора, протокола судебного заседания, ряда других процессуальных документов были вручены осужденным. После постановления приговора, по просьбам осужденных им была предоставлена возможность ознакомиться с материалами уголовного дела в течение трех дней, а после просьбы о дополнительном ознакомлении - в течение еще двух дней. Апелляционные жалобы осужденных Самофалова С.А, и Орлова В.В. на постановления суда об установлении срока ознакомления с материалами уголовного дела рассмотрены судом апелляционной инстанции и оставлены без удовлетворения (т. 33 л.д. 157 - 163).
При таких обстоятельствах, учитывая особенности обжалования приговора, поставленного с участием коллегии присяжных заседателей, Судебная коллегия не находит оснований ставить под сомнение вступившие в законную силу судебные решения об установлении срока ознакомления осужденных с материалами дела и приходит к выводу о том, что право осужденных на такое ознакомление было соблюдено.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
Приговор Краснодарского краевого суда с участием присяжных заседателей от 13 декабря 2016 года в отношении Давыдова Н.М. изменить, освободив его от наказания, назначенного по ст. 222 ч. 1 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования на основании ст. 24 ч. 1 п. 3 УПК РФ.
В остальной части этот же приговор в отношении Давыдова Н.М. об осуждении его по ст. 162 ч. 3 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год с установлением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, дважды в месяц для регистрации, и установлением ограничений: не изменять места жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, без согласия указанного специализированного государственного органа, действующих в пределах того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, а также в отношении Самофалова С.А. и Орлова В.В. оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.