ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 ноября 2018 г. N 45-АПУ18-28
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Червоткина А.С.
судей Хомицкой Т.П. и Таратуты И.В.
при секретаре Горностаевой Е.Е.
рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденных Туркина С.Ю., Бахтиярова Р.Р., адвокатов Девятых С.А. и Шмидт Е.А. в защиту интересов осужденных на приговор Свердловского областного суда от 6 августа 2018 года, которым
Туркин Сергей Юрьевич, < ... > не судимый,
осужден к лишению свободы по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам с ограничением свободы на 2 года, с установлением ограничений и возложением обязанностей, перечисленных в приговоре, с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
Бахтияров Равиль Раисович, < ... > не судимый,
осужден к лишению свободы по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам с ограничением свободы на 2 года, с установлением ограничений и возложением обязанностей, перечисленных в приговоре, с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
Срок наказания исчислен Туркину и Бахтиярову с 6 августа 2018 года, с зачетом времени содержания под стражей.
Постановлено о взыскании с Туркина и Бахтиярова в пользу З. компенсации морального вреда в размере 1 миллиона рублей с каждого. Также взыскано с Туркина и Бахтиярова солидарно в пользу З. в счет возмещения имущественного вреда 66 300 рублей 30 копеек.
По делу решена судьба вещественных доказательств.
Туркин С.Ю. и Бахтияров Р.Р. признаны виновными и осуждены за убийство Б. группой лиц. Преступление совершено в ночь на 7 февраля 2017 года в г. Краснотурьинске Свердловской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
Заслушав доклад судьи Хомицкой Т.П., объяснения осужденных Бахтиярова Р.Р. и Туркина С.Ю. в режиме видеоконференц-связи, выступление адвокатов Баранова А.А. и Девятых С.А. в защиту интересов осужденных, поддержавших доводы жалоб, мнение государственного обвинителя Генеральной прокуратуры РФ Прониной Е.Н., полагавшей приговор в отношении Туркина С.Ю. изменить, Судебная коллегия
установила:
в апелляционных жалобах осужденный Бахтияров Р.Р. и адвокат Шмидт Е.А. в его защиту выражают несогласие с приговором ввиду его несправедливости, неправильного применения уголовного закона, считают, что суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, поскольку показания, являющиеся правдивыми, согласующимися с показаниями Туркина и свидетелей, Бахтияров дал в судебном заседании, пояснив, что Туркин не оказывал ему помощи в совершении преступления. В ходе предварительного следствия Бахтияров оговорил Туркина, однако суд критически отнесся к его показаниям об оговоре Туркина, не указал при наличии противоречивых доказательств, почему принял одни и отверг другие, в результате чего незаконно осудил его за преступление, совершенное группой лиц.
Свидетели, показания которых суд положил в основу приговора, не были очевидцами преступления. В соответствии с показаниями свидетеля М. Туркин прошел в комнату, в которой находилась потерпевшая, только после того, как Бахтияров сообщил об ее убийстве. Он же, Туркин, обратился к соседям с просьбой вызвать скорую помощь и полицию, никто не видел крови на Туркине, который не принимал мер к сокрытию следов преступления и к тому, чтобы скрыться с места преступления.
В целом, доводы осужденного Бахтиярова сводятся к непричастности Туркина к убийству Б.
С учетом изложенного, просят о переквалификации действий Бахтиярова на ч. 1 ст. 105 УК РФ. Ссылаясь на смягчающие наказание обстоятельства, адвокат и осужденный просят об изменении приговора со снижением наказания.
В апелляционных жалобах и дополнениях к ним осужденный Туркин С.Ю. и адвокат Девятых С.А. в защиту его интересов считают приговор не соответствующим фактическим обстоятельствам дела. Перечисляя и анализируя приведенные в приговоре доказательства, приводя выдержки из Конституции и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, адвокат полагает, что содержащиеся в приговоре выводы не подтверждаются доказательствами и основаны на совокупности предполагаемых, а не фактических обстоятельств.
Адвокат обращает внимание, что выводами экспертов исключена возможность причинения повреждений Б. Туркиным, поскольку на Туркине нет телесных повреждений, не обнаружено его крови на ножах и молотках, как и крови потерпевшей на его одежде. Утверждает, что у Туркина не было мотива на убийство Б., поскольку никаких ссор с ней у него не было, в ссоре между Бахтияровым и потерпевшей Туркин не участвовал.
Считает, что показания осужденных, данные в ходе предварительного следствия, в которых они признавали вину в совершении преступления, и, от которых они отказались в судебном заседании, суд вправе был положить в основу приговора только в случае их подтверждения другими объективными доказательствами, которые в данном деле отсутствуют. Судом не дано должной оценки показаниям осужденных о допросах с использованием незаконных методов расследования по делу. Обращает внимание на смягчающие наказание обстоятельства, в том числе, наличие на иждивении малолетнего ребенка, 2016 года рождения, состояние здоровья осужденного.
С учетом изложенного, автор жалобы просит об отмене приговора и оправдании Туркина по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ за неустановлением события преступления и непричастностью Туркина к совершению преступления.
Осужденный Туркин С.Ю., ссылаясь на те же доводы, выражает свое несогласие с выводами суда относительно его виновности в совершении убийства, поскольку они подтверждаются лишь показаниями Бахтиярова, данными в ходе предварительного следствия, от которых он отказался в судебном заседании, пояснив, что оговорил его, и его показаниями, в которых он также себя оговорил в ходе предварительного следствия. По его мнению, иных доказательств, которые бы подтверждали их с Бахтияровым показания, и его причастность к преступлению, не имеется. Обращает внимание на отсутствие по заключениям экспертов каких-либо своих биологических следов причастности к убийству.
Считает, что в ходе предварительного и судебного следствия были нарушены требования процессуального закона, поскольку следователем при написании им явки с повинной не был привлечен его отец в качестве законного представителя и в этой связи суд необоснованно признал явку с повинной допустимым доказательством. Обращает внимание, что при производстве психиатрической экспертизы пояснял врачебной комиссии о вынужденном характере своих показаний следователю. Судом не исследованы и не оценены доказательства стороны защиты, в том числе заключение проведенной в отношении него в 2011 году судебной психиатрической экспертизы, по результатам которой он был признан невменяемым. При этом, также обращает внимание, что врачом-докладчиком по проведенным экспертизам в 2011 году и по настоящему уголовному делу в 2017 году был один и тот же врач - Ж. Указывает, что в приговоре не разграничены действия его и Бахтиярова по отношению к погибшей, а также не указано от чьих действий наступила смерть. Также настаивает, что не оказывал давления на Бахтиярова с целью изменения последним показаний в его пользу. Не учтены все смягчающие обстоятельства, в том числе наличие у него заболевания гепатита "C", наличие малолетнего ребенка.
В связи с изложенным просит об отмене приговора и оправдании его за непричастностью к совершению преступления.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Щибрик М.Г. и потерпевшая З. просят апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, приговор - без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденных Туркина и Бахтиярова в содеянном правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах.
В судебном заседании Бахтияров вину признал, но заявил о самостоятельном убийстве жены на почве неприязненных отношений, и непричастности к преступлению Туркина.
В то же время, из показаний Бахтиярова, данных на стадии предварительного следствия при допросах в качестве подозреваемого, в которых он подробно и последовательно пояснял о случившемся, подтвердил при неоднократных допросах в качестве обвиняемого, в том числе при проверке на месте и на очной ставке с Туркиным, следует, что в ходе ссоры с женой он нанес ей удары руками по лицу, затем 2 удара молотком по голове, но жена продолжала ругаться и тогда он взял нож, прошел в комнату, где нанес ей не менее 4 ударов в грудь ножом. Зашедший также в комнату Туркин другим ножом нанес еще живой Б. не менее 10-15 ударов.
О совершенном ими убийстве потерпевшей в ходе предварительного следствия пояснял и Туркин, указывая, что в процессе совместного распития спиртных напитков Б. стала ругаться на супруга, конфликт между ними проходил в зале, через некоторое время Бахтияров сообщил о возможном убийстве жены. Он зашел в зал, проверил ее пульс и, желая прекратить ее крики и ругань, нанес еще живой Б. своим складным ножом удары, количество и локализацию которых не помнит.
Выслушав осужденных и исследовав показания Туркина и Бахтиярова на стадии предварительного следствия, проверив результаты следственных действий, суд, с учетом анализа совокупности доказательств, обоснованно пришел к выводу об их виновности.
Вопреки утверждениям стороны защиты, первоначальные показания Бахтиярова и Туркина, данные ими на стадии предварительного расследования, судом обоснованно признаны достоверными и допустимыми, так как они фактически явились первоисточником информации об обстоятельствах убийства, неизвестных на тот период сотрудникам правоохранительных органов, последовательны, подтверждаются последующими неоднократными показаниями, данными ими на протяжении всего предварительного следствия, согласуются между собой, даны в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в присутствии защитников, и подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу.
Принимая во внимание соответствие показаний Бахтиярова на стадии предварительного следствия иным доказательствам по делу, отсутствие у него причин к оговору Туркина, суд правильно указал на их достоверность в части пояснений о роли Туркина в содеянном. Не установлено судом и каких-либо обстоятельств, указывающих на наличие неприязненных отношений между осужденными на момент совершения преступления, напротив, судом верно указано, что отношения между осужденными носили дружеский характер, действовали они с прямым умыслом на убийство потерпевшей из личных неприязненных отношений, которые сформировались на бытовой почве в ходе совместного распития спиртных напитков, и Бахтияров сначала руками, а затем молотком и ножом с целью лишения ее жизни нанес ей несколько ударов, к его действиям с той же целью присоединился Туркин, который понимал, что потерпевшая жива и довел совместный умысел на убийство до конца, нанес Б. множественные удары ножом в жизненно важные органы.
Каких-либо сомнений в отсутствии оговора осужденными судом также не установлено, поскольку содержание их показаний свидетельствует о самостоятельности изложения информации о событии в свободной форме, без какого-либо внешнего воздействия.
В способности Бахтиярова и Туркина свободного изложения собственной версии произошедшего имела возможность убедиться и Судебная коллегия в заседании суда апелляционной инстанции.
Доводы стороны защиты о вынужденном характере первоначальных показаний осужденных, данных ими в ходе предварительного следствия, были предметом проверки как на стадии предварительного следствия, по результатам которой было принято процессуальное решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников, осуществлявших оперативное сопровождение по уголовному делу, так и в судебном заседании, и обоснованно отвергнуты судом, как не нашедшие подтверждения.
Причастность к содеянному Туркина и Бахтиярова установлена и иными доказательствами по делу.
Так, выводы судебно-медицинского эксперта о количестве, локализации и механизму образования ранений полностью согласуются с приведенными выше показаниями осужденного Бахтиярова, согласно которым он нанес потерпевшей несколько ударов руками по лицу, затем 2 удара молотком по голове и 4 удара ножом в область груди, а затем Туркин нанес ей не менее 10-15 ударов другим ножом, а также показаниями Туркина, согласно которым он нанес Б. удары ножом, сколько и куда именно, не помнит, но ее лицо было в крови.
Вопреки утверждениям стороны защиты, Судебная коллегия отмечает, что анализируя показания Туркина в ходе досудебного производства в совокупности с показаниями Бахтиярова об орудиях совершения преступления, судом обоснованно установлено, что в момент совершения преступления в руках у Бахтиярова находились молоток, а затем нож с голубой пластиковой рукояткой, а у Туркина - складной нож, что дополнительно подтверждено и выводами судебно-медицинской экспертизы о том, что повреждения на трупе Б. могли быть причинены несколькими колюще-режущими предметами; выводами молекулярно-генетической экспертизы о принадлежности следов крови и ДНК на 2 молотках, клинках складного ножа и ножа с голубой пластиковой рукояткой Бахтиярову, в том числе и в смеси с биологическими следами погибшей на ноже с голубой пластиковой рукояткой, а также выводами медико-криминалистической экспертизы о том, что обе исследовавшиеся колото-резаные раны с передней поверхности грудной клетки и брюшной стенки могли быть причинены клинком ножа с голубой пластиковой рукояткой.
Доводы стороны защиты Туркина о его непричастности к убийству Б., судом обоснованно отвергнуты, с чем, с учетом представленных доказательств, соглашается и Судебная коллегия.
То обстоятельство, что при экспертных исследованиях складного ножа на нем не обнаружено ДНК Туркина и Б., верно, с учетом установленных обстоятельств дела, оценено судом, как не исключающие факта использования этого ножа Туркиным при причинении смерти потерпевшей. Как следует из показаний осужденных, указанный нож принадлежит Туркину и использовался им, в том числе в день убийства. Согласно показаниям Бахтиярова и Туркина, данным ими в ходе предварительного следствия, показаниям свидетеля М., протоколу осмотра места происшествия, после совершения преступления ими принимались меры к замыванию следов крови.
Утверждения стороны защиты о том, что у Туркина практически не была испачкана кровью одежда, что было бы невозможно в случае нанесения им телесных повреждений потерпевшей, судом правильно отвергнуты. Мотивируя свои выводы, суд обоснованно сослался на показания осужденных, данные ими в ходе предварительного следствия, что в момент нанесения Туркиным ударов ножом потерпевшая лежала на диване; результаты экспертных исследований о наличии на коленях брюк Туркина крови, которая могла произойти от потерпевшей и локализация которой правильно оценена судом, как опровергающая довод Туркина о случайном попадании крови на его одежду при прощупывании пульса потерпевшей; а также на показания свидетелей Г., что сообщить о совершенном убийстве Туркин пришел к ним с голым торсом.
Вопреки утверждениям стороны защиты Туркина, установленные судом обстоятельства совершения преступления не предполагают наличия на Туркине телесных повреждений, его крови на ножах и молотках, поскольку потерпевшая ему сопротивления не оказывала.
Позицию стороны защиты Туркина о том, что у него не было мотива на убийство Б. суд обоснованно оценил критически, поскольку она противоречит первоначальным показаниям осужденных, которые признавали, что у них сформировались неприязненные отношения с Б. на бытовой почве, поскольку она кричала и ругала их, а также показаниям потерпевшей З. и свидетелей В., М. о том, что Бахтияров и ранее в состоянии алкогольного опьянения избивал жену, а Туркин его в этом поддерживал.
Таким образом, суд дал оценку доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, в их совокупности, при этом указал основания, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденных и их адвокатов, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения по указанным основаниям.
Изложенные доказательства и другие, перечисленные в приговоре, судом обоснованно признаны достаточными для формирования вывода о виновности осужденных в совершении преступления.
Не соглашаясь с доводами стороны защиты, суд верно указал в приговоре о том, что характер действий осужденных свидетельствовал о наличии прямого умысла на лишение жизни Б., оба выполнили объективную сторону преступления, выступая соисполнителями. Поводом к причинению смерти потерпевшей явилась личная неприязнь.
Доводы апелляционной жалобы осужденного Туркина о неполноте представленных суду и исследованных судом доказательств не могут быть приняты с учетом того, что сторона защиты не была ограничена судом в возможности представления доказательств.
Экспертизы по делу, в том числе комплексная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении Туркина, проведены высококвалифицированными специалистами, выводы экспертов мотивированы, их заключения надлежащим образом оформлены. В заключениях изложена юридически значимая ситуация, в которой оказались оба осужденных, в том числе, и отношение Туркина к содеянному, в чем имела возможность убедиться и Судебная коллегия, исследовав заключение комиссии экспертов в заседании суда апелляционной инстанции (т. 2 л.д. 98 - 104). Кроме того, вопреки утверждениям Туркина, комиссией экспертов были исследованы и предыдущие данные о принудительном лечении Туркина в психиатрическом стационаре в 2011 году и все связанные с этим медицинские документы. Участие врача-эксперта Ж. в комиссии в 2011 году не препятствовало его участию в комиссии по исследованию психического состояния Туркина в 2017 году. Оснований сомневаться в компетентности экспертов и объективности их выводов у суда не имелось.
В этой связи, вопреки доводам осужденного Туркина, оснований для привлечения его отца в качестве законного представителя по делу не имелось, поскольку осужденный признан вменяемым.
С учетом изложенного, суд обоснованно пришел к выводу о виновности Туркина и Бахтиярова, и их действия правильно квалифицировал в соответствии с нормами уголовного закона.
При назначении наказания судом учтены обстоятельства совершенного Туркиным и Бахтияровым преступления, степень общественной опасности содеянного, в результате которого погибла Б., характеризующие данные о личности виновных, наличие отягчающего и смягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на их исправление, а также и на условия жизни их семей. При этом, признание обстоятельством, отягчающим наказание каждого осужденного, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, надлежаще мотивировано судом.
Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью и поведением осужденных Бахтиярова и Туркина во время и после совершения преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ.
Вместе с тем, Судебная коллегия усматривает основания для изменения приговора в отношении Туркина в части назначенного наказания, поскольку доводы жалобы осужденного о том, что суд при назначении наказания не учел все смягчающие обстоятельства, заслуживают внимания.
Так, установив наличие у Туркина малолетнего ребенка, 2006 года рождения (т. 8 л.д. 75) и указав во вводной и описательно-мотивировочной части приговора это обстоятельство, которое в соответствии с положениями п. "г" ч. 1 ст. 61 УК РФ признается смягчающим наказание, суд не учел его в качестве такового при назначении наказания.
С учетом изложенного, Судебная коллегия полагает необходимым признать в отношении Туркина в качестве смягчающего наказание обстоятельства - наличие на иждивении малолетнего ребенка 3 февраля 2006 года рождения. Учитывая данное смягчающее наказание обстоятельство, а также и иные обстоятельства, установленные судом при назначении наказания, Судебная коллегия приходит к выводу о смягчении наказания в отношении Туркина, как основного, так и дополнительного.
Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими, в том числе и указанных в жалобах стороны защиты Бахтиярова и Туркина, не установлено.
Гражданский иск разрешен судом обоснованно, с учетом нравственных страданий потерпевшей З. по делу, степени вины осужденных, их материального положения.
Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст. ст. 389.13 - 389.14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Свердловского областного суда от 6 августа 2018 года в отношении Туркина Сергея Юрьевича изменить:
смягчить назначенное наказание по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ до 14 лет 10 месяцев лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год 10 месяцев.
На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту прибытия после освобождения из мест лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы и являться в указанный орган для регистрации два раза в месяц.
В остальном приговор в отношении Туркина С.Ю. и Бахтиярова Равиля Раисовича оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных Бахтиярова Р.Р. и Туркина С.Ю., адвокатов Девятых С.А. и Шмидт Е.А. - без удовлетворения.