ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 марта 2017 г. N 72-АПУ17-6
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Зыкина В.Я.
судей Шамова А.В. и Ведерниковой О.Н.
при секретаре Щукиной Ю.В.
с участием представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации - прокурора Модестовой А.А., осужденного Агафонова В.А. и его защитника - адвоката Подмаревой Е.В., осужденного Рубчикова Е.О. и его защитника - адвоката Герасимова Д.В. рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Агафонова В.А. и Рубчикова Е.О., а также адвоката Дьячкова А.М. в защиту осужденного Рубчикова Е.О. на приговор Забайкальского краевого суда от 16 декабря 2016 года, которым
Агафонов В.А., < ... > судимый:
- 18.07.2011 Тунгокоченским районным судом Забайкальского края по ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, условно с испытательным сроком 5 лет, постановлением Тунгокоченского районного суда от 16.01.2013 условное осуждение отменено с направлением Агафонова для отбывания наказания в колонию-поселение;
- 26.07.2016 Тунгокоченским районным судом Забайкальского края по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров к 3 годам лишения свободы;
осужден по пункту "ж" части 2 статьи 105 УК РФ к лишению свободы на срок 14 лет с ограничением свободы на 1 год.
На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, назначенное наказание частично сложено с наказанием, назначенным по приговору Тунгокоченского районного суда Забайкальского края от 26 июля 2016 года и окончательно Агафонову В.А. назначено наказание в виде лишения свободы на срок 16 лет лишения, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год.
В соответствии со ст. 53 УК РФ на Агафонова В.А. возложены обязанности в течение года после отбытия наказания не изменять место жительства, где он будет проживать после отбывания наказания, и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия уголовно-исполнительной инспекции; два раза в месяц являться для регистрации в уголовно-исполнительную инспекцию, осуществляющую надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы;
Рубчиков Е.О. < ... > несудимый,
осужден по пункту "ж" части 2 статьи 105 УК РФ к лишению свободы на срок 13 лет, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год.
В соответствии со ст. 53 УК РФ на Рубчикова Е.О. возложены обязанности в течение года после отбытия наказания не изменять место жительства, где он будет проживать после отбывания наказания, и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия уголовно-исполнительной инспекции; два раза в месяц являться для регистрации в уголовно-исполнительную инспекцию, осуществляющую надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.
Постановлено: гражданский иск о компенсации морального вреда удовлетворить полностью, взыскать в пользу потерпевшей П. 1 миллион рублей с осужденных в долевом порядке:
600 тысяч рублей с осужденного Агафонова В.А.;
400 тысяч рублей с осужденного Рубчикова Е.О.
Процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвокатов в ходе судебного рассмотрения дела, взысканы в федеральный бюджет по 15 тысяч 270 рублей с каждого осужденного: Агафонова В.А. и Рубчикова Е.О.
В приговоре разрешены вопросы о мере пресечения осужденных Агафонова и Рубчикова, и о судьбе вещественных доказательств по делу.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зыкина В.Я., а также объяснения по доводам апелляционных жалоб осужденного Агафонова В.А. и его защитника - адвоката Подмаревой Е.В., осужденного Рубчикова Е.О. и его защитника - адвоката Герасимова Д.В., выступление прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Модестовой А.А., Судебная коллегия
установила:
Агафонов В.А. и Рубчиков Е.О. осуждены за убийство К. < ... > года рождения, совершенное группой лиц.
Как установлено судом, во время совместного распития спиртных напитков между находящимися в состоянии алкогольного опьянения Рубчиковым Е.О. и Агафоновым В.А. - с одной стороны и К. - с другой, возникла ссора, причиной которой явилось сообщение К. о намерении прекратить совместную с Рубчиковым и Агафоновым незаконную добычу золота и продать оборудование для его добычи. В ходе ссоры с К. у Рубчикова внезапно возник умысел на совершение его убийства, реализуя который он умышленно нанес К. множественные (не менее двух) удары кулаком в лицо и не менее одного удара ногой, обутой в обувь, по голове.
Агафонов также, испытывая к К. личную неприязнь в связи с сообщением К. о своем намерении прекратить совместную с ними незаконную добычу золота и продать оборудование для добычи золота, решил присоединиться к преступным действиям Рубчикова и совместно с ним убить К. Реализуя задуманное, Агафонов, действуя совместно и согласованно с Рубчиковым, с целью убийства, вооружился ножом и умышленно нанес К. не менее 1 удара по телу.
К., попытавшемуся выбежать из комнаты, Рубчиков, действующий совместно и согласованно с Агафоновым, реализуя единый с ним умысел на убийство потерпевшего, из личной неприязни, умышленно, с силой нанес множественные, не менее двух удары, кулаком в лицо, в результате которых сбил его с ног, и ногой, обутой в обувь, нанес не менее двух ударов по телу, затем, преодолевая его сопротивление, продолжал удерживать К. своим телом и руками на полу комнаты, лишая возможности скрыться, а Агафонов, действуя совместно и согласованно с Рубчиковым, и реализуя единый умысел на убийство К. из личной неприязни, нанес потерпевшему ножом множественные удары в голову, шею, туловище и конечности.
Своими совместными и согласованными действиями Рубчиков и Агафонов причинили К. множественные колото-резаные ранения, а также другие телесные повреждения, перечисленные в приговоре.
Как установлено судом, смерть К. наступила на месте происшествия от обильной (массивной) кровопотери, развившейся от совокупности причиненных ему множественных колото-резаных ранений шеи, туловища, обеих верхних и левой нижней конечностей.
После совершения убийства, Агафонов и Рубчиков, с целью сокрытия преступления, сбросили труп К. в вертикальный ствол законсервированной (нерабочей) шахты N < ... > ООО " < ... > ", расположенной в п. < ... > < ... > района < ... > края.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Дьячков А.М. высказывает несогласие с постановленным в отношении осужденного Рубчикова Е.О. приговором, считая его незаконным и необоснованным. Как утверждает защитник, виновность Рубчикова в убийстве К. не подтверждена доказательствами; суд не принял во внимание показания Рубчикова и Агафонова, отрицавших причастность Рубчикова к умышленному причинении смерти К. и пояснявших, что данное преступление (убийство) было совершено Агафоновым самостоятельно, после того как К. стал выгонять его из шахты. Суд также не принял во внимание показания Агафонова о том, что его заявление о явке с повинной, в котором он сообщал о причастности Рубчикова к убийству К., было сделано в отсутствие защитника-адвоката. Как указывает адвокат Дьячков, у Рубчикова не было каких-либо оснований для лишения жизни потерпевшего К., отношения с которым у него были хорошими, а возникший во время распития спиртных напитков конфликт был сразу же исчерпан после того, как К. высказал свои доводы о продаже оборудования для добычи золота. Защитник в жалобе обращает внимание на показания Рубчикова о том, что несовершеннолетний свидетель Е. его оговаривает в связи с тем, что на него (свидетеля) было оказано психическое воздействие со стороны органов предварительного расследования; кроме того, данный свидетель в силу имеющихся у него определенных психических отклонений дал суду неверные показания. В результате защитник просит приговор в отношении осужденного Рубчикова отменить и вынести оправдательный апелляционный приговор.
Осужденный Рубчиков Е.О. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней утверждает, что не принимал участия в убийстве К., а лишь нанес ему побои и помог Агафонову спрятать труп потерпевшего. Осужденный приводит доводы, аналогичные доводам жалобы его защитника - адвоката Дьячкова. Кроме того Рубчиков указывает, что суд не принял во внимание показания Агафонова о том, что он оговорил его (Рубчикова) в убийстве К. в результате применения к нему следователем незаконных методов ведения следствия, а также суд оставил без внимания результаты очной ставки, проведенной между ним (Рубчиковым) и Агафоновым в период предварительного следствия, где Агафонов отказался от своих ранее данных показаний; показания судебно-медицинского эксперта о времени наступления смерти К., как утверждает Рубчиков, подтверждают его показания о непричастности к убийству потерпевшего. Как заявляет осужденный, суд не принял во внимания показания свидетеля Е. данные в судебном заседании, о том, что он (Рубчиков) не помогал Агафонову совершать убийство К.; государственный обвинитель в судебном заседании оказывал незаконное воздействие на свидетеля Е., задавая ему наводящие вопросы; осужденный указывает, что Е. на предварительном следствии оговорил его в причастности к убийству, поскольку он страдает слабоумием и сильным дефектом речи, поэтому не исключено, что он мог неправильно изложить свои показания следователю, либо на него могло быть оказано давление со стороны следователя с целью получения необходимых следствию показаний против него (Рубчикова). Полагает, что свидетель Е. оговорил его, поскольку сам мог оказаться под подозрением в убийстве К. Осужденный заявляет, что следователем безосновательно отклонены его ходатайства о проведении в отношении Е. психофизиологической экспертизы с использованием "полиграфа" для проверки достоверности его показаний. В обоснование своих доводов о непричастности к убийству потерпевшего осужденный Рубчиков ссылается на показания допрошенных в судебном заседании лиц и заявляет, что доказательств его виновности в совершении данного преступления в деле не имеется, в том числе не имеется и следов крови потерпевшего на его (Рубчикова) одежде; суд не принял во внимание показания свидетелей защиты П. и П. а также обстоятельства, которые могли повлиять на назначение ему наказания: наличие дочери, места жительства и работы; высказывает несогласие с решением суда о взыскании с него денежной компенсации морального вреда в пользу потерпевшей. В дополнении к жалобе осужденный утверждает, что суд нарушил требования закона, поскольку копия протокола судебного заседания ему была вручена спустя полмесяца после вынесения приговора. Полагает, что это было сделано судом умышленно, чтобы внести в протокол соответствующие правки после того, как суд ознакомился с содержанием поданной им (Рубчиковым) апелляционной жалобы. Высказывает несогласие с протоколом судебного заседания, утверждая, что в нем искажены показания допрошенных в суде лиц. В итоге, в апелляционной жалобе осужденный Рубчиков просит приговор изменить и переквалифицировать его действия на нормы уголовного закона, предусматривающие ответственность за менее тяжкое преступление - причинение побоев, а также за сокрытие совершенного Агафоновым убийства потерпевшего.
Осужденным Агафоновым В.А. подана апелляционная жалоба, в которой он высказывает несогласие с приговором, считая его несправедливым; просит изменить приговор, переквалифицировать его действия с п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 105 УК РФ. Осужденный Агафонов утверждает, что убийство К. совершил самостоятельно и без участия Рубчикова; на предварительном следствии он оговорил Рубчикова под влиянием сотрудников полиции и следователя, которые зачитали ему показания свидетеля Е. показания им были даны в отсутствие защитника-адвоката; полагает, что суд не принял во внимание его показания, показания Рубчикова, показания эксперта, а также показания свидетелей П. и П.
Государственным обвинителем - прокурором прокуратуры Забайкальского края Зозулиным А.В. поданы письменные возражения на апелляционные жалобы осужденных Рубчикова Е.О., Агафонова В.А. и защитника-адвоката Дьячкова А.М., доводы которых прокурор считает необоснованными и просит приговор оставить без изменения.
В судебном заседании осужденный Агафонов В.А. и его защитник - адвокат Подмарева Е.В., поддержав апелляционную жалобу, просили об изменении приговора, переквалификации действий Агафонова с п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 105 УК РФ и о назначении менее строгого наказания.
Осужденный Рубчиков Е.О. поддержал свою апелляционную жалобу. Его защитник - адвокат Герасимов Д.В. высказал согласованную с осужденным просьбу об отмене приговора и об оправдании Рубчикова по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Представитель Генеральной прокуратуры Российской Федерации прокурор Модестова А.А. возражала против доводов апелляционных жалоб и просила приговор в отношении Агафонова В.А. и Рубчикова Е.О. оставить без изменения, а жалобы - без удовлетворения.
Проверив уголовное дело, Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб осужденных Рубчикова, Агафонова и защитника - адвоката Дьячкова.
Вывод суда о виновности Рубчикова и Агафонова в убийстве К. основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, оценка которым дана в приговоре.
В приговоре суд обоснованно учел показания Агафонова, данные в качестве подозреваемого от 9 мая 2016 года, в которых он рассказывал об обстоятельствах совместного совершения с Рубчиковым убийства К. При этом он пояснял, что во время возникшего с К. конфликта нанес ему удар ножом в плечо, после того, как Рубчиков нанес К. удары кулаком по лицу. Он также пояснял, что когда потерпевший попытался убежать, то Рубчиков схватил его и нанес руками несколько ударов по голове К. Когда потерпевший упал на пол, то Рубчиков нанес ему еще несколько ударов ногами по телу, а затем, удерживая К. за ноги, предложил ему (Агафонову) убить потерпевшего. Отреагировав на его предложение, он (Агафонов) подошел к лежащему на животе К. и с целью его убийства нанес один удар ножом в левый бок. От его удара К. перестал двигаться и обмяк. Поняв, что К. умер, поскольку не подавал признаков жизни, он (Агафонов), испугавшись, предложил Рубчикову скинуть труп потерпевшего в ствол шахты. Рубчиков согласился с его предложением. Вытащив труп К. из комнаты, они вдвоем на вагонетке откатили труп к стволу шахты, в которую сбросили его.
Аналогичные показания Агафонов давал 09.05.2016 при проверке его показаний на месте, в обстановке, схожей с местом преступления. При этом он уточнил, что после того как Рубчиков нанес К. удары и удерживал его на полу, то сказал ему (Агафонову): "Давай убьем его". После этих слов Рубчикова, он (Агафонов) подошел к К. с ножом и нанес ему в левый бок один удар, от которого последний умер.
Показания Агафонова о совместном с Рубчиковым убийстве К. обоснованно признаны судом достоверными, поскольку они согласуются с другими исследованными в суде доказательствами, в том числе: показаниями свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями экспертиз, показаниями эксперта.
Из показаний несовершеннолетнего свидетеля Е. следует, что он был очевидцем совершения данного преступления - убийства К. и видел, как после возникшей в комнате отдыха ссоры Рубчиков нанес К. несколько ударов кулаком по лицу, а затем "пнул" его ногой по голове. После нанесения Рубчиковым ударов К., Агафонов спрыгнул с "нар", подбежал к К. и ударил его ножом в руку. Он (Е.) при свете фонаря также видел как Рубчиков, сидел на ногах лежавшего на полу и пытавшегося сопротивляться К., придавливая его спину, и что-то кричал Агафонову, в смысле: "режь его или дорежь". После этого Агафонов подбежал к лежавшему на животе К. и нанес ему несколько ударов ножом в область поясницы, левого бока и в область подмышек, а Рубчиков в это время продолжал удерживать К. Остальные удары ножом Агафонов нанес К. в темноте. Проверив у К. пульс, Агафонов сказал, что он мертв и предложил Рубчикову сбросить труп потерпевшего в ствол шахты, что они вдвоем и сделали. При выходе из шахты Агафонов и Рубчиков пригрозили ему, что сбросят в шахту, если он проговорится об убийстве К., и велели ему уезжать в деревню. Спустя некоторое время, сестра - Я. и ее муж Я. увезли его домой в деревню. Когда на телефон матери (Е.) для него (Е.) поступило СМС-сообщение, он рассказал матери, что К. убили в шахте Рубчиков и Агафонов.
Данные показания свидетеля Е. подтверждаются показаниями свидетелей Е., Я. Я. - содержание которых изложено в приговоре.
Показания Агафонова, данные им в период предварительного следствия и признанные судом достоверными доказательствами, а также показания указанных свидетелей согласуются с другими приведенными в приговоре доказательствами, в том числе: протоколом осмотра трупа потерпевшего с обнаруженными на трупе множественными колото-резаными ранениями, повреждениями в области головы и других частей тела; заключениями судебно-медицинских экспертов о характере, локализации и механизме образования обнаруженных на трупе К. телесных повреждений и о причинах смерти потерпевшего.
Доводы жалобы осужденного Рубчикова о том, что на его одежде не обнаружено следов преступления - неосновательны.
Как следует из протоколов обыска, в жилище Рубчикова была обнаружена и изъята телогрейка, а в жилище Агафонова обнаружены и изъяты сапоги.
Согласно заключению судебно-биологической экспертизы, в пятне, расположенном на внутреннем кармане телогрейки Рубчикова, а также на резиновом сапоге, изъятом в жилище Агафонова, обнаружены следы крови человека.
Поскольку Рубчиков, участвуя в убийстве К., не наносил удары потерпевшему ножом, а придавливал руками его ноги, тем самым удерживая его и не позволяя оказать сопротивление Агафонову, наносившему в этот момент ему ножевые ранения, то, как правильно указано в приговоре, по этой причине на телогрейке Рубчикова не было обнаружено достаточное количество крови, позволяющее определить ее групповую принадлежность к конкретному человеку.
Изменению Агафоновым своих показаний, ранее данных на предварительном следствии в качестве подозреваемого, обвиняемого и в ходе очной ставки с Рубчиковым, а также в судебном заседании, в приговоре суда дана надлежащая оценка. При этом суд выяснил и указал в приговоре причины, в силу которых Агафонов изменил свои первоначальные показания.
С учетом исследованных в судебном заседании доказательств, представленных сторонами, суд обоснованно признал достоверными показания Агафонова о совершении убийства К. совместно с Рубчиковым, а также пришел к обоснованному выводу о нанесении Агафоновым К. ножом 24 ранений, от которых наступила его смерть, отвергнув при этом показания Агафонова о нанесении потерпевшему лишь одного смертельного ножевого ранения.
Доводы апелляционных жалоб о том, что первоначальные показания на предварительном следствии Агафоновым были даны в отсутствие адвоката - неосновательны и опровергаются материалами уголовного дела, из которых следует, что адвокат-защитник Агафонова был допущен к участию в деле с момента задержания Агафонова и написания им явки с повинной. Участие защитника в ходе допросов Агафонова подтверждено имеющимся в деле ордером адвоката (т. 1 л.д. 64), а также протоколами допросов Агафонова в качестве подозреваемого, обвиняемого и проверки его показаний на месте (т. 1 л.д. 71 - 75, 89 - 97, 117 - 121, т. 2 л.д. 54 - 56, 133 - 136).
Как следует из материалов дела, после задержания Агафонова и до его допроса в качестве подозреваемого ему были разъяснены все права, в том числе право не свидетельствовать против самого себя, а также разъяснены положения закона о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний (т. 1 л.д. 61 - 62, 65 - 67).
Заявление о явке с повинной, как видно из содержащейся на нем подписи адвоката, также было подано Агафоновым в присутствии защитника - адвоката Тунгокоченского филиала коллегии адвокатов Забайкальского края Петельской Ю.А., назначенной следователем по ходатайству Агафонова (т. 1 л.д. 60, 62, 63).
Доводы стороны защиты об оговоре Агафоновым и несовершеннолетним свидетелем Е. подсудимого Рубчикова, а также о недостоверности их показаний, аналогичные доводам, содержащимся в апелляционных жалобах осужденных Агафонова, Рубчикова и защитника Дьячкова, были проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты в приговоре. Оснований для оговора подсудимого Рубчикова указанными лицами судом первой инстанции не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается.
Судом также выяснен вопрос о способности свидетеля Е. давать достоверные показания по делу. При этом судом было учтено заключение амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, согласно которому экспертами установлено, что Е. хроническим психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики в юридически значимый период не страдал, не страдает таковыми и в настоящее время. У Е. выявлены признаки легкой умственной отсталости без указаний на нарушения поведения. Вместе с тем, интеллектуальное недоразвитие у Е. не столь значительно, не сопровождается психотической симптоматикой, а потому не лишило его способности правильно воспринимать события, он может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значения для дела, и давать о них правильные показания. Повышенная склонность к внушаемости, ведомости и фантазированию ему не свойственна.
Оснований сомневаться в обоснованности данного заключения экспертов у суда не было.
Адекватное разумное поведение Е. в судебном заседании убедило суд, что интеллектуальное недоразвитие у Е. не столь значительно, не лишило его способности правильно воспринимать события и давать о них правильные показания.
Исследованные в судебном заседании показания Е. данные им в судебном заседании и при допросах на предварительном следствии, при проверке показаний на месте, на очных ставках с Агафоновым и Рубчиковым, в совокупности с другими доказательствами позволили суду прийти к выводу, что они в целом не противоречивы и отражают все обстоятельства совершенного преступления. Несмотря на свой несовершеннолетний возраст, состояние здоровья и угрозы со стороны подсудимых, Е., рассказывая об обстоятельствах убийства К., смог в деталях описать роль каждого из них, орудие преступления - нож, место сокрытия трупа. Поэтому суд обоснованно признал его показания достоверными.
Содержащееся в жалобе осужденного Рубчикова утверждение о том, государственный обвинитель в судебном заседании оказывал незаконное воздействие на свидетеля Е., задавая ему наводящие вопросы, не основано на протоколе судебного заседания, из которого таких обстоятельств не усматривается. Из протокола судебного заседания видно, что допрос свидетеля Е. проведен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и какого-либо незаконного воздействия на него со стороны государственного обвинителя оказано не было.
Доводы апелляционных жалоб осужденных о применении к ним и свидетелю Е. работниками полиции и следователем незаконных методов ведения следствия, о фальсификации доказательств также являются несостоятельными, поскольку они ничем не подтверждены и опровергаются доказательствами виновности осужденных Агафонова, Рубчикова в совершении преступления, полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.
Показания судебно-медицинского эксперта о времени наступления смерти К., вопреки мнению осужденного Рубчикова, не подтверждают его (Рубчикова) показания о непричастности к убийству потерпевшего.
В судебном заседании судебно-медицинский эксперт Л. подтвердил заключение комиссии экспертов об обнаружении на трупе К. 24 колото-резаных ранений, причиненных прижизненно, и уточнил, что смерть К. наступила на месте происшествия от обильной (массивной) кровопотери, развившейся от совокупности причиненных ему множественных колото-резаных ранений шеи, туловища, обеих верхних и левой нижней конечностей.
Данные показания эксперта подтверждают выводы суда, изложенные в приговоре.
Судом установлено, что Рубчиков принимал непосредственное участие в лишении жизни потерпевшего К.: удерживал его на полу, в то время как Агафонов наносил ему множественные ножевые удары. Кроме того, как установлено судом, Рубчиков с целью лишения жизни потерпевшего К., действуя совместно с Агафоновым, также нанес удары руками и ногами по голове и телу потерпевшего.
По смыслу закона убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем не обязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них.
Доводы стороны защиты об отсутствии у Рубчикова каких-либо мотивов для лишения жизни потерпевшего К., не могут быть признаны обоснованными, поскольку, как правильно установлено судом первой инстанции, мотивом убийства К. явилась личная неприязнь к нему со стороны подсудимых, возникшая в ходе конфликта по поводу высказанного К. намерения продать оборудование, которое использовалось ими для незаконной добычи золота.
Судом первой инстанции в приговоре также правильно отмечено, что совокупность исследованных доказательств, способ убийства, выбор орудия преступления, механизм образования и локализация телесных повреждений, целенаправленный характер действий подсудимых, свидетельствуют о наличии у каждого из них умысла на лишение жизни потерпевшего.
Не могут быть признаны обоснованными доводы жалобы Рубчикова о неполноте предварительного следствия, а также о том, что следователь не удовлетворил все его ходатайства, заявленные в период следствия.
Оценка доказательств, а также разрешение вопроса о достаточности или недостаточности доказательств на предварительном следствии отнесены к компетенции следователя (ст. 17, 87, ч. 1 ст. 88 УПК РФ).
Согласно ч. 1 ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен в пределах компетенции, предусмотренной УПК РФ, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу.
При этом следователь вправе самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК РФ требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа (п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ).
Рубчиков и его защитник имели возможность, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании оспаривать действия следователя, а также заявлять ходатайства о признании доказательств недопустимыми, представлять суду свои доказательства.
Таким образом, право на защиту Рубчикова, вопреки его утверждению, на предварительном следствии и в суде нарушено не было.
Приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в нем приведены доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности Рубчикова и Агафонова, а также мотивы, по которым суд отверг доказательства и доводы, приводимые стороной защиты.
Показаниям свидетелей, в том числе и тех, о которых упоминается в апелляционных жалобах осужденных и защитника, судом в приговоре дана надлежащая оценка, не согласиться с которой нет оснований.
Действия осужденных Агафонова и Рубчикова судом юридически квалифицированы правильно.
При назначении Агафонову и Рубчикову наказания судом были учтены характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, имеющиеся в деле сведения о личности каждого из них, характеризующие их данные.
Судом также были учтены все обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание подсудимых.
Доводы жалобы Рубчикова о том, что судом не учтено наличие у него малолетнего ребенка - неосновательны, поскольку, как следует из приговора, наличие ребенка у Рубчикова судом было учтено в качестве обстоятельства, смягчающего его наказание.
Оснований для смягчения назначенного Агафонову и Рубчикову наказания Судебная коллегия не усматривает.
Поскольку, как установлено судом, потерпевшей П. действиями Агафонова и Рубчикова был причинен моральный вред, то в соответствии со ст. 151 ГК РФ судом принято правильное решение о выплате ей осужденными денежной компенсации морального вреда в сумме 1000000 рублей.
При этом судом были учтены характер причиненных потерпевшей П. нравственных страданий, связанных с совершенным Агафоновым и Рубчиковым убийством близкого ей человека - К., с которым она проживала вместе и вела с ним общее хозяйство, а также степень вины каждого из подсудимых, их материальное положение.
Установленный судом размер компенсации морального вреда является соразмерным и справедливым.
Доводы жалобы осужденного Рубчикова о несвоевременности вручения ему копии протокола судебного заседания не свидетельствуют о нарушении его права на защиту.
Как следует из материалов уголовного дела, после вынесения приговора суд первой инстанции по ходатайству Рубчикова предоставил ему возможность ознакомиться со всеми материалами уголовного дела, в том числе и с протоколом судебного заседания. У Рубчикова было достаточно времени для того, чтобы подать мотивированную апелляционную жалобу и подготовиться к выступлению в суде апелляционной инстанции.
Доводы осужденного Рубчикова о том, что его несвоевременное ознакомление с протоколом судебного заседания сделано судом умышленно, чтобы внести в протокол соответствующие правки после поступления от него апелляционной жалобы, являются его предположением, ничем не подтвержденным.
Из протокола судебного заседания видно, что он соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Доводы жалобы Рубчикова об искажении в протоколе показаний допрошенных в судебном заседании лиц - неосновательны.
Осужденным Рубчиковым после ознакомления с протоколом судебного заседания не было подано замечаний на него в порядке, предусмотренном ст. 260 УПК РФ.
Таким образом, вопреки утверждению Рубчикова, его права судом нарушены не были.
Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Забайкальского краевого суда от 16 декабря 2016 года в отношении Агафонова В.А. и Рубчикова Е.О. оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.