ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 21 декабря 2017 г. N 33-АПУ17-25
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Таратуты И.В.,
судей Кочиной И.Г. и Климова А.Н.
при секретаре Горностаевой Е.Е.,
с участием прокурора Телешевой-Курицкой М.А.,
осужденного Куликова Ю.А.,
его защитника - адвоката Шевченко Е.М.,
рассмотрела в судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Мошко М.А. на приговор Ленинградского областного суда от 6 сентября 2017 года, по которому
Куликов Юрий Александрович, < ... > несудимый,
осужден:
- по п. п. "а", "в", "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 19 годам лишения свободы;
- по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний назначено 23 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Мера пресечения в отношении Куликова оставлена без изменения - в виде заключения под стражу.
Срок отбывания наказания Куликову исчислен с 6 сентября 2017 года, зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период с 21 января 2016 года по 5 сентября 2017 года.
Постановлено взыскать с Куликова:
- в пользу Ленинградского областного комитета по управлению имуществом в возмещение материального ущерба 5 573 377 рублей 80 копеек;
- в пользу потерпевшей У. в возмещение компенсации морального вреда 500 000 рублей, в возмещение материального ущерба 109 400 рублей;
- в пользу потерпевшей М. 417 860 рублей 77 копеек.
Производство по иску М. прекращено.
По делу решена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Таратуты И.В., выслушав осужденного Куликова Ю.А. и его защитника - адвоката Шевченко Е.М., просивших об отмене приговора, прокурора Телешеву-Курицкую Н.А., полагавшую необходимым приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
Куликов признан виновным в убийстве восьми лиц - П., К., П., М., Т., П., Т. и З., в том числе малолетнего лица, заведомо для виновного находящегося: в беспомощном состоянии, совершенном общеопасным способом; а также в умышленном уничтожении чужого имущества, совершенном путем поджога, повлекшем по неосторожности иные тяжкие последствия.
Преступления совершены 19 января 2016 года в п. < ... > < ... > района Ленинградской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Мошко М.А. находит приговор подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, а также ввиду неправильного применения судом уголовного закона. Полагает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; содержат существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о виновности осужденного; что судом были нарушены правила проверки и оценки доказательств, а также принцип презумпции невиновности. Цитируя показания Куликова, данные им в судебном заседании, настаивает на том, что осужденный не совершал инкриминируемых ему преступлений. Ссылаясь на протокол осмотра места происшествия, согласно которому на месте пожара была обнаружена пластмассовая канистра с запахом горючей жидкости; на заключение пожарно-технической экспертизы, согласно которому очаговая зона пожара располагалась на уровне второго этажа, ближе к основному северо-западному входу, что наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило тепловое воздействие стороннего источника зажигания (источника открытого огня), занесенного извне в очаговую зону пожара, что внутри пластмассовой канистры обнаружены следы легковоспламеняющейся или горючей жидкости; а также на показания Куликова, данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого, согласно которым он, совершив поджог дома, выкинул канистру в пламя, - делает вывод, что изъятая с места происшествия канистра не имеет отношения к пожару и не может служить доказательством по делу. Ссылаясь на заключение эксперта-химика, согласно которому на одежде, изъятой у Куликова, обнаружены следовые количества светлых нефтепродуктов, полагает, что данные нефтепродукты могли попасть на одежду осужденного при иных обстоятельствах, а не в день пожара. Ссылаясь на заключение судебно-медицинской экспертизы, проведенной в отношении П., согласно которому в области шеи потерпевшей было обнаружено колото-резаное ранение, а также на показания Куликова, данные им в ходе предварительного расследования, согласно которым он ударил ножом П. в область шеи, - отмечает, что данное обстоятельство не инкриминировалось Куликову, и настаивает на том, что Куликов оговорил себя в совершении обоих преступлений. Приводя показания свидетеля Д., согласно которым они вместе с Куликовым пытались забежать в горящий дом, чтобы спасти людей; показания свидетелей Ч. и У., согласно которым в их квартиру забежал сожитель П. и сообщил о пожаре; показания Куликова, данные в ходе предварительного расследования, согласно которым он пытался спасти ребенка, - считает, что вывод суда о том, что при развитии пожара Куликов покинул его зону и, не предпринимая мер к извещению об опасности находившихся в доме лиц, с места преступления скрылся, - не соответствует действительности. Не исключает, что к случившемуся пожару причастно другое лицо - свидетель Д., который оговорил Куликова; полагает, что его виновность Куликова не доказана. В заключение жалобы просит Куликова по инкриминируемым ему статьям уголовного кодекса оправдать, в удовлетворении исковых требований потерпевших - отказать.
В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Сосулина Л.А. находит приговор законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на них, Судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения приговора.
Выводы суда о доказанности вины Куликова в убийстве восьми лиц - П., К., П., М., Т., П., Т., и З., в том числе малолетнего лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, совершенном общеопасным способом; а также в умышленном уничтожении чужого имущества, совершенном путем поджога, повлекшем по неосторожности иные тяжкие последствия, - являются правильными и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, в том числе на:
- показаниях Куликова, данных им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также при их проверке на месте, о том, что 19 января 2016 года он находился дома и выпивал вместе со своей сожительницей В.П., ее матерью и своим знакомым Д.; что вечером у него с В. произошел конфликт, в ходе которого он ударил ее два раза кулаком по лицу, в результате чего В. упала и перестала подавать признаки жизни; что в это время на него накинулась мать В. и попыталась ударить, но он оттолкнул ее, от чего та упала на пол, а он вышел на улицу; что на улице он обнаружил пластиковую канистру, в которой находилась жидкость с бензиновой жидкостью, после чего забрал канистру, поднялся на второй этаж, разлил жидкость на лестничной площадке и поджег ее, бросив туда же канистру, после чего зашел в квартиру; что через некоторое время, когда начался пожар, он вместе с Д. через окно покинул квартиру; что дом он поджег, поскольку думал, что убил В. и хотел скрыть следы убийства, при этом понимал, что в квартире также находится малолетний ребенок, а в доме проживают другие люди;
- показаниях свидетеля Д. о том, что 19 января 2016 года он вместе с Куликовым, В.П. и ее матерью распивал спиртное; что вечером Куликов и В. ушли в другую комнату, где стали выяснять между собой отношения, после чего в той комнате что-то упало и после этого все затихло; что когда Куликов вернулся из той комнаты, то был возбужден, нервничал и почти сразу же вышел на улицу; что когда Куликов вернулся с улицы, то сказал, что пахнет дымом, хотя он (Д.) этого не ощущал, а спустя некоторое время в доме начался пожар; что он (Д.) сказал Куликову спасать ребенка; что сначала Куликов скрылся в квартире П., но потом вернулся и сказал, что в квартире никого нет;
- показаниях свидетеля К. о том, что ранее он сожительствовал с В.П., усыновил ее сына; что днем 19 января 2016 года он приходил домой к П. и принес ей продукты питания; что в тот момент П. вместе с матерью, Куликовым и Д. распивала спиртные напитки;
показаниях потерпевших И., И., М., З., М., Г., Г., А., Ч., М. и У. о том, что в результате пожара им был причинен значительный материальный ущерб, а также у некоторых из них погибли близкие родственники;
- показаниях свидетеля Ш. о том, что в сгоревшем доме, который был деревянным, было 10 квартир; дом находился в оперативном управлении Государственного казенного учреждения здравоохранения Ленинградской области " < ... > " больница " < ... > "; что в результате пожара дом был уничтожен, чем был причинен ущерб субъекту Российской Федерации - Ленинградской области;
- показаниях свидетеля В. о том, что 19 января 2016 года, около 17 часов, она увидела огонь в доме, сообщила об увиденном П. и попросила ее вызвать пожарных; что она видела, как из квартиры, где проживала В.П. вылезли двое мужчин и на ее вопросы ответили, что в квартире остались В., ее мама и ребенок; что она просила этих мужчин спасти ребенка, однако они не отреагировали и ушли от дома;
- аналогичных показаниях свидетеля П.;
- показаниях свидетеля В. о том, что во время пожара сожитель П. - К. - попытался залезть, в квартиру к П., однако Куликов остановил его, сказав, что в квартире никого нет;
- показаниях свидетеля С. о том, что во время пожара находившийся рядом с ней Куликов на ее вопросы о судьбе П. и ее ребенке ответил, что последние ушли к цыганам;
- показаниях свидетеля А. о том, что еще до пожара на улице возле сгоревшего дома периодически валялись канистры;
- акте о пожаре, согласно которому 19 января 2016 года, в 17 часов 44 минуты поступило сообщение о пожаре по адресу: Ленинградская область, Гатчинский район, пос. < ... > ул. < ... > ;
- протоколах осмотра места происшествия, согласно которым при осмотре места пожара были обнаружены семь сильно обгоревших трупов, два фрагмента останков человека и пластмассовая канистра с запахом горючей жидкости;
- заключениях судебно-медицинских экспертиз, согласно которым причиной смерти П., П., К., М. и Т. явилось острое отравление окисью углерода в пламени пожара; причина смерти П., Т. и З. не установлена из-за выраженного обгорания мягких тканей; при исследовании трупа П. также было обнаружено колото-резаное ранение в передней области шеи, проникающее в просвет гортани и пищевода;
- заключении пожарно-технической экспертизы, согласно которому очаговая зона пожара располагалась на уровне второго этажа в центральной части строения, ближе к основному северо-западному входу; что наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило тепловое воздействие стороннего источника зажигания (источника открытого огня), занесенного извне в очаговую зону пожара; что внутри изъятой с места происшествия канистры установлено наличие паров веществ, представляющих собой легковоспламеняющиеся или горючие жидкости; что возгорание указанного дома могло произойти в срок и при обстоятельствах, указанных Куликовым;
- протоколе выемки одежды Куликова и заключении химической экспертизы, согласно которому на изъятых у брюках, спортивной куртке, жилете и спортивных брюках, принадлежащих Куликову, обнаружены следовые количества светлых нефтепродуктов, которые относятся к горючим жидкостям;
- копии технического паспорта на сгоревший жилой дом, согласно которому количество лестниц в нем - 1, количество квартир - 10, наружные и внутренние капитальные стены - бревенчатые, перегородки и полы - дощатые;
- копиях договоров купли-продажи квартир, справке о кадастровой стоимости объектов недвижимости.
Данные доказательства обоснованно признаны судом допустимыми, а показания осужденного в части того, что именно он причинил телесные повреждения потерпевшим П.А. и П., после чего поджег дом, и показания вышеуказанных свидетелей и потерпевших - достоверными, поскольку они были получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются друг с другом и подтверждаются совокупностью других исследованных по делу доказательств, приведенных в приговоре.
Доводы Куликова о том, что в ходе предварительного расследования он оговорил себя, были тщательным образом проверены судом и обоснованно отвергнуты, поскольку оспариваемые показания Куликов давал неоднократно, в присутствии адвоката, добровольно, не высказывая при этом каких-либо жалоб или заявлений об оказанном на него давлении со стороны сотрудников правоохранительных органов или неправильном отражении в протоколе его слов. Кроме этого, показания Куликова, признанные судом достоверными, подтверждаются совокупностью других, исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных выше.
Доводы стороны защиты о том, что на следствии Куликов оговорил себя, в том числе и в том, что ударил ножом потерпевшую П., что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы; что даже суд не принял это обстоятельство во внимание, - Судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку органом предварительного расследования данное обстоятельство не было инкриминировано К. и, в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, суд первой инстанции был лишен возможности признать Куликова виновным в данном деянии.
Оснований для оговора Куликова свидетелем Д. суд также обоснованно не усмотрел, поскольку показания свидетеля Д. всегда были последовательны, подробны и логичны, каких-либо неприязненных отношений между осужденным и свидетелем не было, при этом Куликов не назвал какую-либо вескую и убедительную причину, послужившую основанием для его оговора.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.
Судебное следствие было проведено полно и всесторонне; в ходе судебного разбирательства стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств, всем исследованным доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка, при этом суд указал, почему принимает во внимание одни из них и отвергает другие, в том числе показания осужденного о том, что не поджигал дом, и что не хотел никого убивать.
Доводы адвоката Мошко о том, что изъятая на месте происшествия канистра не имеет отношения к данному делу и не может рассматриваться как вещественное доказательство, поскольку даже из первоначальных показаний Куликова следует, что он, использовав горючую жидкость, выкинул канистру в огонь, - Судебная коллегия не может признать обоснованными, поскольку, как видно из показаний свидетеля А., возле сгоревшего дома периодически валялись какие-то канистры, что, по мнению Судебной коллегии, подтверждает показания Куликова, признанные судом достоверными, в части того, что канистру с горючей жидкостью он нашел на улице возле дома. Исходя из изложенного, изъятая на месте происшествия канистра с остатками горючей жидкостью была правильно признана следователем вещественным доказательством по данному делу.
Нарушений принципа состязательности и равноправия сторон судом допущено не было.
Приговор постановлен в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 307 УПК РФ, с указанием мотива, места, времени и способа совершения Куликовым преступных деяний.
Доводы стороны защиты о том, что у Куликова не было умысла на причинение смерти потерпевшим, были тщательным образом проверены судом и обоснованно отвергнуты. При этом суд, обосновывая свои выводы, правильно указал, что для Куликова, совершившего поджог лестничной площадки второго этажа деревянного, многоквартирного дома, было очевидно, что в комнате находятся в бессознательном состоянии П. и П., а также малолетний ребенок, и что они лишены возможности самостоятельно принять меры к спасению своих жизней; что избранный Куликовым способ убийства потерпевших - поджог дома, представлял опасность для жизни не только указанных выше потерпевших, но и других людей, проживавших в данном доме, которые в своем большинстве являются лицами пожилого возраста, проживают, в том числе, и на втором этаже дома, в результате чего они были лишены возможности покинуть дом в ходе пожара, при том, что смерть всех потерпевших наступила на месте происшествия.
Доводы адвоката Мошко о том, что обнаруженные на одежде Куликова следы горючей жидкости могли попасть на нее не в момент поджога дома, а при других обстоятельствах, не могут быть приняты Судебной коллегией во внимание, поскольку являются голословными и ничем не обоснованы; при этом Судебная коллегия отмечает, что, как было установлено в судебном заседании, на момент совершения преступлений Куликов нигде не работал, в том числе и с техникой, работающей на жидком топливе, о появлении на его одежде горючей жидкости при других обстоятельствах суду ничего не пояснил.
Не могут быть приняты во внимание и доводы стороны защиты о том, что после возникновения пожара Куликов предпринимал меры к спасению потерпевших, поскольку данные доводы опровергаются показаниями свидетелей Д., В., П., В., и С., указанными выше.
С учетом установленных судом фактических обстоятельств совершения преступлений, действия Куликова квалифицированы правильно.
Согласно заключению комплексной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы, Куликов каким-либо хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики в период инкриминируемых ему деяний не страдал и не страдает в настоящее время, обнаруживает умственную отсталость легкой степени, не достигающую уровня, который бы лишал Куликова способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении к нему принудительных мер медицинского характера Куликов не нуждается.
Данная экспертиза была назначена и проведена в соответствии с требованиями ст. 195 - 196 УПК РФ, выводы экспертов являются ясными и понятными, надлежащим образом мотивированы, оценены судом в совокупности с другими исследованными доказательствами. Заключение экспертов полностью отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному закону "О государственной экспертной деятельности в РФ" от 31 мая 2001 года, сомневаться в правильности сделанных ими выводов, а также каких-либо оснований для назначения повторной или дополнительной экспертизы в отношении Куликова, у Судебной коллегии нет оснований.
С учетом указанного заключения, а также поведения осужденного в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, суд обоснованно пришел к выводу о вменяемости Куликова, который подлежит уголовной ответственности и наказанию.
Наказание Куликову назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений, данных о личности осужденного, состояния его здоровья, обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
При изложенных обстоятельствах Судебная коллегия не находит оснований для признания назначенного Куликову наказания несправедливым вследствие его излишней суровости и для его смягчения.
Гражданские иски потерпевших рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и Гражданского кодекса РФ, решения суда надлежащим образом мотивированы. При вынесении решения судом были учтены размер причиненного ущерба, конкретные обстоятельства дела, причинение потерпевшим нравственных страданий, вызванных совершением преступлений, соблюдены требования разумности, справедливости и соразмерности при определении размера компенсации морального вреда. Оснований для отмены или изменения приговора в этой части Судебная коллегия также не усматривает.
Руководствуясь ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Ленинградского областного суда от 6 сентября 2017 года в отношении Куликова Юрия Александровича оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Мошко М.А. - без удовлетворения.