ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 ноября 2017 г. N 4-АПУ17-44СП
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего судьи Абрамова С.Н.,
судей Пейсиковой Е.В. и Смирнова В.П.
при ведении протокола секретарем Мамейчиком М.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной Поповой Н.Ф. и адвокатов Барановского К.В. и Штабровского М.А., а также потерпевшей К. на приговор Московского областного суда от 27 июня 2017 г., постановленный с участием коллегии присяжных заседателей, по которому
Графов Игорь Федорович, < ... > несудимый,
осужден к лишению свободы: по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет с ограничением свободы на 1 год; по п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ на 4 года с ограничением свободы на 6 месяцев; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно на 15 лет в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 2 месяца с установленными ограничениями: не покидать жилище в период с 22 часов до 06 часов, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования по месту жительства или пребывания, не менять место жительства или пребывания, избранного после освобождения от основного наказания и места работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и обязанностью являться в этот орган 2 раза в месяц для регистрации;
Попова Наталия Федоровна, < ... > несудимая,
осуждена к лишению свободы: по п. 4 ст. 159 УК РФ на 5 лет, на основании п. "в" ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ освобождена от назначенного наказания в связи с истечением срока давности;
по ч. 3 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет с ограничением свободы на 1 год; по ч. 4 ст. 33, п. "г" ч. 2 ст. 161 УК РФ на 4 года с ограничением свободы на 6 месяцев; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно на 15 лет в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на 1 год 2 месяца с установленными ограничениями: не покидать жилище в период с 22 часов до 06 часов, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования по месту жительства или пребывания, не менять место жительства или пребывания, избранного после освобождения от основного наказания и места работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и обязанностью являться в этот орган 2 раза в месяц для регистрации;
взыскано с Графова И.Ф. и Поповой Н.Ф. в пользу потерпевшей К. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением 82 740 рублей в солидарном порядке и в счет компенсации морального вреда по 1 000 000 рублей с каждого.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Абрамова С.Н., изложившего доводы апелляционных жалоб, возражений на жалобы, обстоятельства дела, выступления осужденных Графова И.Ф. и Поповой Н.Ф. посредством видеоконференц-связи, адвокатов Сакмарова П.В., Барановского К.В. и Штабровского М.А., поддержавших доводы, приведенные в апелляционных жалобах своих и осужденной, потерпевшей К. и ее представителя - адвоката Мещерякова Н.М., просивших о назначении осужденным наказания в виде пожизненного лишения свободы, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Химченковой М.М., об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия
установила:
на основании вердикта коллегии присяжных заседателей осуждены: Графов - за грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, и убийство, совершенное по найму;
Попова - за мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, подстрекательство к грабежу, совершенному с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, путем уговора и другим способом, организацию убийства человека из корыстных побуждений.
Преступления ими совершены во время и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционных жалобах (с дополнениями):
осужденная Попова Н.Ф. просит приговор отменить ввиду нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона. По ее мнению напутственное слово председательствующего носит обвинительный уклон, в нем существенно искажены обстоятельства дела, поэтому оно не соответствует принципу беспристрастности и объективности. Так, судья в напутственном слове ссылался на обстоятельства, которые не исследовались в судебном заседании; не указал все доказательства, исследованные в судебном заседании стороной защиты; игнорировал допущенные стороной обвинения искажения доказательств, а также инициированные потерпевшей и представителем потерпевшей публикации клеветнических измышлений в отношении нее в средствах массовой информации; не разъяснил присяжным заседателям положений статей уголовного кодекса, по которым она осуждена; приводя показания свидетелей обвинения, не раскрыл чем эти показания ее изобличают; излагая доказательства, искажал их с обвинительным уклоном; необоснованно приводил показания осужденного Графова, данные на предварительном следствии, от которых тот впоследствии отказался и подтвердил свой отказ в судебном заседании. Считает, что вопросный лист составлен с нарушениями закона, поскольку сторонам не был роздан вопросный лист в окончательном варианте, а сразу был передан присяжным заседателям; не поставлены вопросы по фактическим обстоятельствам, исключающим ее ответственность в том варианте, как ей предъявлено обвинение; во втором, шестом и тринадцатом вопросах изложены бездоказательные обстоятельства, переписанные с обвинительного заключения, в том числе о совершении мошенничества с неустановленными лицами, о месте "заказа" на убийство и мотива убийства, в связи с чем присяжные заседатели не могли ответить на них объективно;
адвокат Барановский К.В. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона. По его мнению, нарушения закона, допущенные в ходе предварительного следствия и неустранение их в ходе предварительного слушания, являются основаниями для отмены приговора. К таковым он относит неудовлетворенное ходатайство стороны защиты об устранении нарушений уголовно-процессуального закона нарушающих право на защиту Поповой, в котором обращалось внимание на: неприобщение к материалам дела указаний следователям; необоснованный допуск к делу в качестве потерпевшей К., нерассмотрение в установленном законом порядке заявлений об отводе следователей и руководителей следственных органов; невключение в обвинительное заключение доказательств стороны защиты. Считает, что суд необоснованно отказал в оглашении показаний погибшей К. об отсутствии претензий к Поповой и необоснованно отказал в допросе перед присяжными заседателями следователя Н., адвоката Самариной об обстоятельствах дела, предшествовавших убийству К. Полагает, что организованные потерпевшей стороной публикации в средствах массовой информации о причастности осужденной Поповой к данным преступлениям оказали влияние на присяжных заседателей и не позволили им вынести справедливый вердикт, поэтому коллегию следовало распустить как тенденциозную. Указывает на обвинительный уклон судебного разбирательства, выразившийся в удовлетворении всех ходатайств стороны обвинения и ограничении стороны защиты по представлению доказательств, неправильном разрешении ходатайств о признании доказательств недопустимыми. Считает необоснованным отказ в удовлетворении отводов заявленных стороной защиты государственному обвинителю и председательствующему судье. Утверждает об оказанном воздействии на присяжных заседателей со стороны государственного обвинителя, которая в их присутствии неоднократно допускала негативные высказывания в отношении осужденной Поповой и адвокатов, выясняла у свидетелей подробности связанные с исчезновением К. - мужа осужденной и отца потерпевшей, не являющиеся обстоятельствами подлежащими выяснению в данном деле. В нарушение ст. 334 и 336 УПК РФ, потерпевшая К. и свидетель К. неоднократно допускали перед присяжными заседателями высказывания о причастности Поповой к другим преступлениям. Полагает, что систематичность таких нарушений со стороны обвинения, даже после замечаний председательствующего, оказало воздействие на присяжных заседателей. Обращает внимание на то, что перед присяжными заседателями исследовались процессуальные документы, в частности копии материалов из уголовного дела, возбужденного по факту исчезновения К., и другие материалы, которые в присутствии присяжных заседателей не могли быть исследованы. Считает, что судья необоснованно не включил в вопросный лист вопрос, предложенный стороной защиты, о наличии обстоятельств, исключающих ответственность осужденной за содеянное или влекущих ответственность за менее тяжкое преступление, в частности о поводе к убийству К. Графовым. Указывает, что напутственное слово не соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ, поскольку в нем не отражены допущенные стороной обвинения нарушения закона. Кроме того, указывает на неправильное применение уголовного закона. По его мнению, действия Поповой необоснованно квалифицированы как мошенничество, поскольку имущество у собственника не было изъято. Излишне квалифицированы действия Поповой как грабеж, поскольку как следует из вердикта, осужденная склоняла Графова к убийству, а не к завладению имуществом, поэтому объективная сторона разбоя является составной частью объективной стороны убийства, но не самостоятельным преступлением. Также необоснованно расценены действия Поповой как склонение к убийству из корыстных побуждений, так как, по версии обвинения, склоняя Графова к убийству, Попова желала прекращения уголовного дела расследуемого в отношении нее о мошенничестве. Назначенное Поповой наказание считает несправедливым, не учитывающим все положительные данные о ее личности. Возражает против удовлетворенного иска. Просит приговор отменить, а дело направить на новое судебное разбирательство. Также считает незаконными, подлежащими отмене постановления о назначении судебного заседания по итогам предварительного слушания, об отказе в удовлетворении отвода прокурору, присяжным и председательствующему, об отклонении замечаний на протокол судебного разбирательства;
адвокат Штабровский М.А. считает, что приговор должен быть отменен. Приводит доводы, аналогичные доводам, изложенным в жалобе адвоката Барановского К.В. о необоснованном отказе в удовлетворении отводов присяжным, государственному обвинителю и председательствующему судье, обвинительном уклоне судебного разбирательства, ограничении стороны защиты в представлении доказательств;
потерпевшая К., не оспаривая законность и обоснованность вердикта, считает приговор несправедливым ввиду чрезмерно мягкого назначенного наказания осужденным Графову и Поповой, учитывая повышенную общественную опасность совершенных ими преступлений, просит о назначении им наказания в виде пожизненного лишения свободы.
В возражениях на апелляционные жалобы защитников Барановского К.В. и Штабровского М.А. государственный обвинитель Долгиева М.М. указывает на несостоятельность изложенных в них доводов и просит оставить их без удовлетворения, а приговор без изменения.
Проверив по апелляционным жалобам законность, обоснованность и справедливость приговора, Судебная коллегия находит, что обвинительный приговор в отношении Графова и Поповой постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, основанном на всестороннем и полном исследовании представленных сторонами доказательств.
В соответствии со ст. 389.15 и 389.27 УПК РФ судебное решение, вынесенное с участием коллегии присяжных, может быть отменено или изменено ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и несправедливости приговора.
Таких нарушений, которые бы повлекли за собой отмену или изменение приговора в отношении Графова и Поповой при рассмотрении дела не допущено.
Коллегия присяжных заседателей была сформирована с соблюдением требований ст. 326 - 329 УПК РФ, в состав коллегии вошли только те лица, которые в соответствии с ФЗ "О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации" имели право осуществлять правосудие.
Как следует из протокола судебного заседания, сторона обвинения и сторона защиты в полной мере реализовали свои права, предусмотренные ст. 328 УПК РФ. При этом заявлений о тенденциозности сформированной коллегии присяжных заседателей от сторон не поступило.
Судебное разбирательство по делу проведено полно и всесторонне, с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, с соблюдением принципа состязательности сторон.
Вопреки доводам стороны защиты, права сторон по представлению и исследованию доказательств судьей не нарушались, а заявленные ими ходатайства, в том числе о признании доказательств недопустимыми, разрешались в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона с приведением мотивов принятого решения.
При этом суд привел убедительные мотивы отказа в оглашении признанных недопустимыми показаний погибшей К. и отказа в допросе следователя Н. и адвоката Самариной об обстоятельствах дела, предшествовавших убийству К., не согласиться с которыми оснований не имеется.
В присутствии присяжных заседателей исследовались только те вопросы, которые входят в их компетенцию, недопустимые доказательства перед присяжными не исследовались.
Председательствующий судья своевременно и обоснованно снимал отдельные вопросы, не относящиеся к выяснению обстоятельств дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, и давал присяжным соответствующие разъяснения. При этом, председательствующий в равной степени реагировал на ненадлежащие высказывания, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, пресекая всякую возможность оказания какого-либо воздействия на коллегию присяжных заседателей, а в напутственном слове еще раз обратился к присяжным заседателям не принимать во внимание такие высказывания.
Исследование в судебном заседании в присутствии присяжных заседателей отдельных материалов дела, касающихся вопросов исчезновения К. и оформления поддельного завещания от его имени, являющихся предметом другого судебного дела, не противоречит уголовно-процессуальному закону, поскольку эти обстоятельства напрямую связаны с предъявленным осужденным обвинением, в части мотива совершенных ими преступлений.
Вопреки доводам, приведенным в апелляционных жалобах, каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности или неполноте судебного следствия, не имеется.
Удовлетворение судом большего количества ходатайств стороны обвинения в сравнении с меньшим количеством удовлетворенных ходатайств стороны защиты не свидетельствует об обвинительном уклоне судебного разбирательства и ограничении стороны защиты в представлении доказательств.
Судебная коллегия находит несостоятельными и доводы, приведенные в апелляционных жалобах, об оказанном воздействии на присяжных заседателей со стороны потерпевшей через средства массовой информации, и в связи с этим, неспособности коллегии присяжных заседателей вынести справедливый вердикт.
Как следует из протокола судебного заседания, в начале каждого судебного заседания, на вопрос председательствующего присяжные отвечали о том, что они не утратили своей объективности при рассмотрении данного дела, и на них не оказывалось какого-либо воздействия. После обсуждения вопроса о возможном воздействии на присяжных заседателей появившихся в средствах массовой информации публикаций о причастности Поповой к инкриминированным ей деяниям, присяжные заседатели также ответили, что их объективность сохранена, что коллегия обладает только теми сведениями, которые были исследованы в судебном заседании. Каких-либо других данных свидетельствующих о воздействии на объективность присяжных заседателей из материалов дела не усматривается.
Вопросный лист сформулирован в соответствии со ст. 338 УПК РФ, а поставленные перед присяжными заседателями вопросы соответствуют требованиям ст. 339 УПК РФ и предъявленному Поповой обвинению, поддержанному государственным обвинителем в судебном заседании.
Вопросы поставлены в понятных для коллегии присяжных заседателей формулировках, не требующих от них юридической оценки.
Сторонам, с учетом объема рассматриваемого дела, было предоставлено достаточно времени для обсуждения вопросов, предложенных председательствующим судьей. Сторона защиты воспользовалась правом, предусмотренным ч. 2 ст. 338 УПК РФ, высказала замечания по содержанию и формулировке вопросов и внесла свои предложения о правильной, по их мнению, постановке вопросов. Эти предложения были обсуждены.
Председательствующий судья, в пределах своих полномочий, в соответствии с ч. 4 ст. 338 УПК РФ в совещательной комнате окончательно сформулировал вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями и внес их в вопросный лист.
При этом, уголовно-процессуальный закон не предусматривает обязанность суда окончательно сформулированный вопросный лист вручать сторонам, как об этом указывает в своей жалобе осужденная Попова, считая это нарушением закона, влекущим отмену приговора.
Напутственное слово председательствующего произнесено в соответствии с положениями ст. 340 УПК РФ, с соблюдением принципа беспристрастности и объективности, с правильным разъяснением принципа презумпции невиновности и правил оценки доказательств. В нем председательствующий: привел содержание обвинения; сообщил содержание уголовного закона, предусматривающего ответственность за совершение деяний, в которых обвинялась Попова; напомнил об исследованных в суде доказательствах, как стороны обвинения, так и стороны защиты, не выражая при этом своего отношения к этим доказательствам и не делая выводов из них; изложил позиции государственного обвинителя и защиты.
При этом, адвокат Барановский и осужденная Попова в присутствии присяжных заседателей высказали свои дополнения в части приведения доказательств, представленных стороной защиты. Возражений в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности у сторон не имелось. Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, в этой части, Судебная коллегия находит несостоятельными.
Вердикт коллегии присяжных заседателей основан на доказательствах, представленных сторонами и исследованных непосредственно в суде присяжных, с соблюдением принципа состязательности.
Полученные ответы на поставленные перед присяжными заседателями вопросы, в том числе и ответы на вопросы N 2, 6 и 13, на которые обращает внимание в своей жалобе осужденная Попова, понятны и каких-либо неясностей и противоречий не содержат.
Приговор постановлен на основании обвинительного вердикта и за рамки предъявленного осужденной Поповой обвинения не выходит. Каких-либо противоречий между предъявленным ей обвинением, вердиктом коллегии присяжных заседателей и приговором не имеется.
Вопреки доводам стороны защиты, суд дал правильную юридическую оценку действиям осужденной Поповой исходя из установленных вердиктом фактических обстоятельств дела и действий, совершенных осужденной Поповой, признанных присяжными заседателями доказанными. Выводы суда в этой части мотивированы, а доводы адвоката Барановского о неправильной квалификации действий Поповой несостоятельны.
Как следует из приговора, при назначении наказания осужденным Графову и Поповой, в соответствии с положениями ст. 6 и 60 УК РФ, суд учитывал характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, роль и участие каждого из них в данных преступлениях, данные об их личности, явку с повинной Графова в качестве обстоятельства, смягчающего ему наказание и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств у обоих осужденных.
Согласно вердикту коллегии присяжных заседателей Графов и Попова признаны не заслуживающими снисхождения.
Назначенное осужденным Графову и Поповой наказание Судебная коллегия признает обоснованным и справедливым, а доводы потерпевшей К. о чрезмерно мягком назначенном наказании, несостоятельными.
Другие доводы, приведенные в апелляционных жалобах о нарушениях уголовно-процессуального закона, допущенных в стадии предварительного следствия, препятствовавших, по мнению стороны защиты, рассмотрению дела по существу, судом рассмотрены и обоснованно отвергнуты, а дело правильно назначено и рассмотрено судом первой инстанции. Оснований для возвращения дела прокурору у суда не имелось.
Ходатайства стороны защиты об отводе председательствующего судьи и государственного обвинителя разрешены в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона и обоснованно отклонены как несостоятельные.
Что касается доводов, приведенных в жалобах, о недоказанности вины осужденной Поповой, несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, то по этим основаниям не может быть обжалован и отменен приговор суда присяжных в апелляционном порядке.
Из материалов дела следует, что осужденная Попова в установленном законом порядке была ознакомлена с особенностями рассмотрения дела с участием коллегии присяжных заседателей, а также юридическими последствиями удовлетворения такого ходатайства, включая особенности обжалования и рассмотрения жалоб на приговор суда присяжных.
Решение суда по иску К., внучки погибшей, о взыскании компенсации морального вреда принято в соответствии с положениями ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ. Размер компенсации определен с учетом степени нравственных страданий потерпевшей, вины осужденных, требований разумности и справедливости, и судом мотивирован.
Вопреки доводам, приведенным в апелляционных жалобах, протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. В нем правильно зафиксирован ход судебного процесса, указаны заявления, возражения, ходатайства, вопросы участвующих в уголовном деле лиц, достаточно подробно записаны их показания, содержание выступлений, отражены принятые судом процессуальные решения и иные значимые для дела обстоятельства.
Замечания сторон на протокол судебного заседания рассмотрены в соответствии с положениями ст. 260 УПК РФ. По результатам рассмотрения принято решение, законность и обоснованность которого сомнений не вызывает.
Вопреки доводам осужденной Поповой, ей было предоставлено достаточно времени для ознакомления с материалами уголовного дела для подготовки ее участия в суде апелляционной инстанции, а решение судьи об ограничении ее во времени ознакомления с материалами дела Судебная коллегия находит обоснованным.
Таким образом, оснований, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, для удовлетворения апелляционных жалоб осужденной Поповой, адвокатов Барановского и Штабровского, а также потерпевшей К. не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20 и 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Московского областного суда от 27 июня 2017 г. в отношении Графова Игоря Федоровича и Поповой Наталии Федоровны оставить без изменения, а апелляционные жалобы ее, адвокатов Барановского К.В. и Штабровского М.А., потерпевшей К. - без удовлетворения.