ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 мая 2017 г. N 45-АПУ17-7
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Таратуты И.В.,
судей Климова А.Н. и Хомицкой Т.П.
при секретаре Поляковой А.С.,
с участием прокурора Абрамовой З.Л.,
осужденного Коршунова К.А. и его защитника - адвоката Соколовой Е.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Коршунова К.А. и адвоката Соколовой Е.В. на приговор Свердловского областного суда от 6 февраля 2017 года, которым
Коршунов К.А., < ... > несудимый;
осужден:
- по п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
- по ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "в", "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;
- по ч. 1 ст. 115 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием из заработка 10% в доход государства;
- по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 3 годам лишения свободы.
На основании ч. ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний окончательно назначено Коршунову 17 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением соответствующих ограничений и возложением обязанностей, указанных в приговоре.
Срок отбывания наказания Коршунову исчислен с 6 февраля 2017 года, зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период с 17 августа 2015 года по 5 февраля 2017 года.
По делу решена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Таратуты И.В., выслушав осужденного Коршунова К.А. и адвоката Соколову Е.В., просивших об отмене приговора, прокурора Абрамову З.Л., полагавшую необходимым приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
Коршунов признан виновным в убийстве А., совершенном общеопасным способом; в покушении на убийство малолетнего А. совершенном общеопасным способом, в отношении двух лиц; в умышленном уничтожении и повреждении имущества, принадлежащего У. Т. А. и М., совершенном путем поджога, с причинением значительного ущерба потерпевшим, а также в умышленном причинении легкого вреда здоровью Т.
Преступления совершены 16 августа 2015 года в г. < ... > < ... > области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
Адвокат Соколова Е.В. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней, высказанных в суде апелляционной инстанции, просит приговор отменить, считая его необоснованным, а дело возвратить прокурору. Полагает, что суд неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, поэтому выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Настаивает на том, что суд при наличии противоречий в показаниях потерпевшей Т. и Т. в том числе по поводу высказанных Коршуновым угроз, не дал этому обстоятельству надлежащей оценки; не оценил должным образом показания свидетеля Т.; что обвинение Коршунова в убийстве А. и в покушении на убийство А. основано на предположениях и догадках; что показания Коршунова свидетельствуют о наличии в его действиях умысла лишь на повреждение имущества, принадлежавшего А. и об отсутствии у него умысла на убийство потерпевших; что показания Коршунова в части того, что он не знал о существовании у А. ребенка, подтверждаются показаниями У. и М. и не были опровергнуты судом. Обращает внимание на то, что потерпевшими У. и М. не были представлены суду первичные документы либо заключения экспертов, которые позволяли бы объективно установить размер ущерба, причиненного преступлением; что ООО " < ... > " было необоснованно признано потерпевшим по делу, а собственники долевого имущества многоквартирного дома и администрация города, наоборот, не были признаны таковыми. Полагает, что обвинительное заключение и приговор не содержат в себе существо обвинения, поскольку не был и определены место, мотивы и цели совершения Коршуновым преступлений, не определен размер ущерба, причиненного в результате пожара долевым собственникам многоквартирного дома; что показания специалиста С. и составленные им сметы, свидетельствующие о размере ущерба, не соответствуют требованиям ст. ст. 58, 73 УПК РФ, составлены без учета износа дома и поэтому не могли быть положены в основу приговора; что суд необоснованно отказал стороне защиты в проведении строительной оценочной экспертизы и не признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства явку с повинной Коршунова, в которой тот сообщил о совершенном им поджоге; что выводы суда о том, что Коршунов облил горючей жидкостью дверь, дверной проем и пол рядом с комнатой, после чего поджег их, противоречит выводу пожарно-технической экспертизы, согласно которому очаг пожара расположен на коврике у входной двери в комнату; что выводы судебно-медицинской экспертизы, проведенной по трупу А. согласно которым на ее лице нет повреждений, противоречат показаниям потерпевшей Т. пояснившей, что Коршунов ударял А. по лицу. В заключение жалобы считает, что в действиях Коршунова отсутствует состав преступлений, предусмотренных п. "е" ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "в", "е" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 115 УК РФ, поскольку он не мог в отношении потерпевшей А. одновременно совершить и покушение на ее убийство и ее убийство, при этом повреждения Т. были причинены им по неосторожности.
Осужденный Коршунов К.А. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней просит приговор отменить ввиду неправильной квалификации его действий, а также ввиду того, что в его действиях отсутствуют составы преступлений, предусмотренных п. "е" ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "в", "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Ссылаясь на показания потерпевшей Т. данные в суде, и на показания свидетеля Т., настаивает на том, что не угрожал всех сжечь; что не знал о том, что в тот момент в комнате N < ... > кто-то находится, тем более ребенок; что никому не желал смерти; что данные обстоятельства подтверждаются как его показаниями, так и показаниями Т., которые, в свою очередь, опровергают показания Т. Утверждает, что на следующий день после пожара он сам явился в полицию и написал явку с повинной, однако данная явка с повинной исчезла из материалов дела; что протокол первого допроса он подписал, не читая, поскольку плохо себя чувствовал, что записанные в данном протоколе показания на самом деле не верны; что показания свидетелей Т., М. К. и К. изложены и оценены судом неправильно; что в момент пожара потерпевшая А. была пьяна, что в поисках сына сама забежала в горящее здание, хотя в тот момент ее сын уже находился на улице. В заключение жалобы находит назначенное ему наказание слишком суровым и просит снизить его.
В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и его защитника государственный обвинитель Данилова Е.Л. находит приговор законным и обоснованным, просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, а приговор без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит выводы суда о доказанности вины Коршунова в убийстве А., совершенном общеопасным способом; в покушении на убийство малолетнего А., совершенном общеопасным способом, в отношении двух лиц; в умышленном уничтожении и повреждении имущества, принадлежащего У., Т., А. и М. совершенном путем поджога, с причинением значительного ущерба потерпевшим, а также в умышленном причинении легкого вреда здоровью Т. - правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и подробно изложенных в приговоре.
При этом суд правильно сослался в приговоре, как на доказательства виновности Коршунова в совершении вышеуказанных преступлений, на его показания, данные им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого 18 августа 2015 года, согласно которым он знал, что у А. и Т. имеются маленькие дети; что, желая отомстить двум мужчинам, которые вышли из комнаты А. и избили его, он облил бензином входную дверь комнаты, где проживала А. и поджег ее; что, поджигая дверь, он знал, что в комнате находятся А. и двое мужчин, о том, находится ли там ребенок А. - ему не было известно; что в момент поджога он надеялся на то, что мужчины и А. почувствовав пламя, выйдут из комнаты; что затем, испугавшись пожара, он убежал. При проверке показаний на месте, проведенной 14 апреля 2016 года, Коршунов продемонстрировал, как именно он поджег дверь комнаты, где проживала А.
Данные показания Коршунова об обстоятельствах совершения им преступлений были получены в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, подробны, последовательны, подтверждаются совокупностью других исследованных в судебном заседании доказательств, соответствуют им, поэтому суд обоснованно, за исключением того, что осужденный не знал о нахождении в комнате А. людей, в том числе ее малолетнего сына, и что надеялся на то, что находившиеся в комнате люди при пожаре покинут ее, признал эти показания достоверными и допустимыми доказательствами и положил в основу приговора.
Доводы осужденного Коршунова о том, что при первоначальном допросе следователь исказил его показания, были тщательным образом проверены судом и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку осужденный допрашивался в присутствии адвоката и каких-либо замечаний по поводу написанного ни от него самого, ни от его защитника не поступило.
Виновность Коршунова в совершении инкриминируемых ему преступлений, помимо приведенных выше его показаний, признанных судом достоверными, подтверждается также:
- показаниями потерпевшей Т. о том, что 16 августа 2015 года между ее сестрой А. и Коршуновым произошла ссора, в ходе которой за сестру заступился незнакомый ей мужчина, после чего ударил Коршунова; что через некоторое время Коршунов решил продолжить выяснение отношений и стал ломиться в комнату А. на что она (Т.) попросила его успокоиться, поскольку в комнате сестры находится ребенок; что после этого Коршунов сказал, что "выкурит" А. из комнаты, при этом из принесенной им канистры на ковер, находившийся перед входной дверью в комнату, вылил бензин и поджег его; что в результате возникшего пожара она (Т.) вместе с ребенком выпрыгнула из окна и получила ожог и телесные повреждения, а ее сестра А. получила ожоги и скончалась в больнице; что малолетний сын сестры также получил тяжелые повреждения, но сумел выжить;
- показаниями свидетеля Т., данными в ходе предварительного расследования, в том числе и на очной ставке с Коршуновым, о том что, услышав шум и нецензурную брань, он на инвалидной коляске выехал в коридор и увидел, как Коршунов вылил на пол коридора у двери А. жидкость, похожую на бензин, после чего со словами: "Я вас сожгу" кинул зажигалку, но жидкость не загорелась; что после этого Коршунов сказал: "Вам повезло" и ушел; что в это время А. и Т. вышли из своих комнат, но не успели ничего сказать, поскольку вернулся Коршунов, и они обе ушли обратно в свои комнаты; что, вернувшись, Коршунов вылил весь бензин и поджег его;
- показаниями свидетеля К., данными в ходе предварительного расследования, о том, что когда к ней пришел Коршунов, то сообщил, что совершил поджог в общежитии, и что сосед-инвалид Л. видел его;
- показаниями свидетеля И., данными в ходе предварительного расследования, о том, что когда в ходе конфликта Коршунов ударил соседку М., он (И.) в ответ ударил Коршунова по голове два раза;
- показаниями свидетеля К. о том, что он выезжал на тушение пожара, что при пожаре сильно пострадали А. и ее сын;
- показаниями свидетелей К. и М. о том, что в ходе пожара А. бегала и искала своего сына;
- показаниями потерпевших У. М. и Т. о том, что в результате пожара им, а также погибшей А., был причинен имущественный ущерб, который в силу их имущественного положения является для них значительным;
- показаниями представителя потерпевшего ООО " < ... > " Б. о том, что в результате пожара пришел в негодность второй этаж общежития, что на восстановительный ремонт дома их организацией было потрачено 407 813 рублей;
- протоколами осмотров места происшествия, согласно которым был осмотрен трехэтажный многоквартирный жилой дом; в коридоре второго этажа имелось полное закопчение продуктами горения стен, пола, потолка, дверей комнат, обрушение штукатурки, деформация металлических дверей, которые возникли от воздействия высокой температуры; очаговые признаки возгорания наблюдались на полу у комнаты N < ... > ;
- заключениями судебно-медицинских экспертиз, согласно которым у Т. имеется повреждение в виде ожога, которое расценивается как причинившие легкий вред здоровью; смерть А. наступила 29 августа 2015 года в результате термических ожогов головы, шеи, туловища и конечностей, которые причинили тяжкий вред здоровью, могли образоваться при высокотемпературном воздействии, в том числе открытого огня; у А. выявлены термический ожог (пламенем) лица, грудной клетки, верхних конечностей, ожоговая болезнь, термоингаляционная травма, постожоговая энцефалопатия, которые оцениваются по признаку опасности для жизни в момент причинения как тяжкий вред здоровью человека;
- актом о пожаре и заключением пожарно-технической экспертизы, согласно которым пожар был обнаружен на втором этаже дома, очаг пожара расположен на коврике у входной двери в комнату N < ... > ; технической причиной пожара послужило тепловое воздействие источника открытого огня (пламени спички, зажигалки) на сгораемые материалы в районе очага пожара в присутствии ускорителя процесса горения;
- локальными сметами, согласно которым стоимость ремонта в комнате N < ... > составляет 122 750 рублей, стоимость ремонта мест общего пользования в коридоре второго этажа, включая стоимость электротехнических работ, составляет 407 813 рублей.
Суд также правильно признал указанные доказательства достоверными и допустимыми и положил их в основу приговора, поскольку они были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам случившегося и дополняют друг друга; при этом каких-либо существенных противоречий между данными доказательствами, в том числе в показаниях потерпевшей Т. и свидетеля Т. о чем указывается в апелляционных жалобах, Судебная коллегия не усматривает.
Некоторые расхождения, имеющиеся в показаниях потерпевшей Т. и указанных выше свидетелей, касающиеся поведения К. и дословности высказанных им фраз в момент совершения преступлений, Судебная коллегия находит несущественными, связанными с субъективным восприятием происходивших неординарных для них событий, которые не могут повлиять на выводы о виновности Коршунова.
Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе осужденного и его защитника, органами следствия при производстве предварительного расследования, а также судом при рассмотрении дела в судебном заседании, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было, дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.
Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, были установлены судом и отражены в приговоре.
В ходе судебного разбирательства судом было обеспечено равенство прав сторон, созданы необходимые условия для всестороннего и полного рассмотрения дела, стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств. По всем заявленным ходатайствам, в том числе о проведении строительной оценочной экспертизы, судом приняты обоснованные решения, которые надлежащим образом мотивированы. Показания потерпевших и свидетелей изложены в приговоре в соответствии с содержанием протокола судебного заседания, а также протоколами их допросов, проведенных в ходе предварительного расследования.
Исследованные по делу доказательства оценены судом в соответствии с положениями статьи 88 УПК РФ, при этом суд мотивировал, почему он берет во внимание одни доказательства и отвергает другие, в том числе показания осужденного Коршунова, данные им в ходе предварительного расследования и в суде о том, что он не знал, что в комнате А. кто-то есть, и что он, поджигая бензин, не желал никому смерти. Не согласиться с данной судом оценкой доказательств у Судебной коллегии нет оснований.
Каких-либо противоречий между выводами суда, заключением пожарно-технической экспертизы, заключением судебно-медицинской экспертизы, проведенной по трупу А. и показаниями потерпевшей Т., Судебная коллегия не усматривает.
Вывод суда о том, что осужденный сначала облил горючей жидкостью дверь, дверной проем и пол рядом с комнатой N 24, после чего поджег ее, является правильным, и не опровергается, а, наоборот, подтверждается как заключением пожарно-технической экспертизы, согласно которому очаг пожара был на коврике, расположенном возле входной двери в комнату N 24, так и показаниями самого осужденного, признанными судом достоверными, согласно которым он поджег дверь указанной комнаты.
Необнаружение судебно-медицинским экспертом на лице трупа А. телесных повреждений также не противоречит показаниям потерпевшей Т. в части того, что Коршунов нанес потерпевшей А. несколько ударов в область головы, поскольку, как видно из описательной части заключения эксперта, труп исследовался 31 августа 2015 года (то есть спустя 14 дней после случившегося), на лице и шее трупа имеются множественные прерывисто-пятнистые, местами сливающиеся дефекты кожи в виде коричневато-черных подсохших участков с чередованием влажных красновато-синюшных с западающим дном с неровными волнистыми краями с наложением вещества буроватого цвета (ожоговые поверхности), что, по мнению Судебной коллегии, объективно могло затруднить обнаружение экспертом других, менее заметных, телесных повреждений, имеющихся на трупе. Кроме того, Коршунову не предъявлялось обвинение в том, что перед совершением поджога он ударил А. и причинил ей какие-либо телесные повреждения.
Вопреки доводам адвоката Соколовой Е.В., в приговоре суд не ссылался как на доказательство вины осужденного, на показания специалиста С.; при этом размер ущерба, причиненного потерпевшим в результате действий осужденного, судом установлен на основании как показаний самих потерпевших, так и смет, составленных специалистом, сомневаться в достоверности которых у суда не было оснований.
Доводы стороны защиты о том, что ООО " < ... > " было необоснованно признано потерпевшим по делу, Судебная коллегия не находит убедительными, поскольку, как видно из материалов уголовного дела и показаний представителя потерпевшего Б. с ООО было заключено соглашение на обслуживание жилого дома, подвергшегося впоследствии пожару; в результате совершения Коршуновым указанного выше поджога данный дом был поврежден, и ООО в силу своих обязанностей было вынуждено произвести восстановительный ремонт дома за свой счет, в связи с чем понесло убытки от преступных действий осужденного.
Действия Коршунова квалифицированы судом правильно, свое решение суд подробно и надлежащим образом мотивировал, оснований для переквалификации действий осужденного, в том числе по основаниям, указанным в апелляционной жалобе адвокатом Соколовой Е.В. и Коршуновым об отсутствии в его действиях составов преступлений, предусмотренных п. "е" ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "в", "е" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 115 УК РФ, и о якобы двойной квалификации действий осужденного, Судебная коллегия не усматривает.
То обстоятельство, что потерпевшая А. во время пожара не выбежала из дома в безопасное место, а стала искать в горящем здании своего малолетнего сына, который к тому времени уже находился на улице, не влияет на квалификацию действий Коршунова и не освобождает его от уголовной ответственности за содеянное.
Учитывая заключение стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, суд обоснованно пришел к выводу о том, что Коршунов является вменяемым и должен нести уголовную ответственность за содеянное.
Наказание Коршунову назначено в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений, данных о личности осужденного, обстоятельств, смягчающих наказание, обстоятельства, состояния его здоровья, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Суд правильно учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание Коршунова, признание им вины, активное способствование в раскрытии преступлений и наличие у него малолетнего ребенка.
Вопреки доводам жалобы осужденного Коршунова, в материалах дела нет его явки с повинной, которую можно было бы признать обстоятельством, смягчающим наказание; а кроме того, совершение Коршуновым преступлений в присутствии потерпевшей Т. и свидетеля Т. которые сразу же после случившегося сообщили о Коршунове сотрудникам полиции, лишило осужденного возможности первым в правоохранительные органы о совершенных им нераскрытых преступлениях.
Назначенное Коршунову наказание является соразмерным содеянному и справедливым, Судебная коллегия не находит оснований для его смягчения.
На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13 - 389.14, 389.20, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Свердловского областного суда от 6 февраля 2017 года в отношении Коршунова К.А. оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Коршунова К.А. и адвоката Соколовой Е.В. - без удовлетворения.