ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 15 февраля 2018 г. N 205-АПУ18-1
Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Крупнова И.В.,
судей Дербилова О.А., Замашнюка А.Н.
при секретаре Фомине С.А., с участием военного прокурора отдела управления Главной военной прокуратуры Мацкевича Ю.И., осужденного Абдулалиева О.А. - путем использования систем видеоконференц-связи, защитника - адвоката Андреевой Ю.В. рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Абдулалиева О.А., а также защитника - адвоката Андреевой Ю.В. на приговор Северо-Кавказского окружного военного суда от 9 ноября 2017 г., согласно которому военнослужащий войсковой части 22220 сержант
Абдулалиев Омар Абдурафикович, < ... > несудимый,
осужден к лишению свободы за совершение преступлений, предусмотренных: п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, сроком на 14 лет; ч. 3 ст. 159 УК РФ (в ред. Федерального закона от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ), сроком на 3 года; ч. 2 ст. 159 УК РФ, сроком на 1 год, и на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний - к 16 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Судом разрешены вопросы о процессуальных издержках, а также о вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Дербилова О.А., выступления осужденного Абдулалиева О.А., защитника - адвоката Андреевой Ю.В. в обоснование и поддержку доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Мацкевича Ю.И., возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации
установила:
осужденный Абдулалиев признан виновным в убийстве, совершенном из корыстных побуждений, а также в двух мошенничествах, совершенных соответственно в крупном размере и с причинением значительного ущерба гражданину.
Преступления осужденным совершены в Республике Дагестан и в Волгограде при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе осужденный Абдулалиев называет приговор незаконным и в обоснование заявляет о фальсификации следователем показаний свидетеля А. которые были получены путем обмана и психологического давления на свидетеля, а также без участия переводчика. По мнению осужденного, показания указанного свидетеля, полученные незаконным путем, являются недопустимым доказательством и не могли быть положены в основу приговора.
Абдулалиев полагает, что приговор необоснованно построен, в том числе на показаниях свидетеля Ш., сфальсифицированных на следствии и опровергнутых свидетелем в ходе судебного разбирательства.
Удары ножом Ш. он нанес не из корыстных побуждений, а в ответ на его нецензурные оскорбления, высказанные в адрес матери осужденного. Конфликт же между ними произошел в связи с невыполнением Ш. принятого на себя за денежное вознаграждение в размере 750 000 рублей обязательства по устройству на военную службу М.
Осужденный заявляет, что обстоятельства нанесения им потерпевшему ударов ножом он не помнит из-за внезапно возникшего душевного волнения, однако цели причинять Ш. телесные повреждения он не имел и при этом какой-либо мотив в его действиях отсутствовал.
В заключение жалобы Абдулалиев просит приговор отменить, переквалифицировать его действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ, а также исключить из его обвинения ч. 2 и 3 ст. 159 УК РФ в связи с отсутствием корысти.
Адвокат Андреева в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором и заявляет, что судебное решение построено на противоречивых доказательствах, которыми не подтверждены предварительная подготовка Абдулалиева к убийству Ш., а также корыстные побуждения осужденного при совершении преступлений.
В обоснование доводов жалобы защитник обращает внимание на отказ свидетеля Ш. от своих показаний, данных им в ходе предварительного следствия, в отношении вопросов Абдулалиева к нему о последствиях совершения преступления, на неоперативное реагирование воинских должностных лиц после убийства Ш., а также утверждает о недоказанности наличия у осужденного до нападения на Ш. значительных денежных долгов, заявляет о неподтверждении показаний свидетелей Н. и Р. другими доказательствами о предоставлении ими Абдулалиеву денежных средств в долг, о противоречивости показаний свидетелей в отношении денежного долга Абдулалиева перед потерпевшим Ш.
По мнению адвоката, исследованными судом доказательствами не подтверждено совершение Абдулалиевым умышленного убийства из корыстных побуждений, поскольку нападение на Ш. произошло во время конфликта на бытовой почве, а поэтому действия осужденного подлежат переквалификации на ч. 4 ст. 111 УК РФ.
В связи с отсутствием в уголовном деле заявления потерпевшего, либо его доверенного лица о хищении Абдулалиевым чужого имущества, непризнанием М. потерпевшим по делу осужденный подлежит оправданию в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 и 3 ст. 159 УК РФ.
При назначении осужденному чрезмерно сурового наказания судом не учтены его положительные характеристики, наличие у него на иждивении троих малолетних детей, жены, а также нетрудоспособной матери, страдающей тяжелым заболеванием.
В возражениях на апелляционную жалобу защитника государственный обвинитель Чистопрудов В.А. просит оставить ее без удовлетворения, а приговор суда без изменения.
Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб осужденного и защитника, выслушав стороны, Судебная коллегия приходит к выводу, что Абдулалиев обоснованно осужден за вмененные ему в вину преступления.
Судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, в частности, места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступлений.
В судебном заседании полно и объективно исследовались показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, экспертные заключения, протоколы следственных действий и другие доказательства.
В приговоре дана надлежащая оценка всем непосредственно исследованным доказательствам, как в отдельности, так и в совокупности, указано, какие из них суд положил в его основу, а какие отверг, приведены убедительные аргументы и мотивы принятых решений по данным вопросам, с которыми Судебная коллегия полагает необходимым согласиться.
Приговор соответствует требованиям ст. 304, 307 - 309 УПК РФ.
Несмотря на заявления в жалобах, при вынесении приговора окружным военным судом существенных нарушений, свидетельствующих о его незаконности либо необоснованности, не допущено.
Фактические обстоятельства уголовного дела судом первой инстанции установлены правильно.
Выводы суда о виновности осужденного в совершении вмененных ему в вину преступлений подтверждены совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, получивших надлежащую оценку суда, в том числе:
показаниями свидетелей: М. данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что в период с 1 сентября 2012 г. по 18 марта 2013 г. он в целях устройства на военную службу сына передал через Ю. Абдулалиеву 550 000 руб. В 2015 году Абдулалиев ему сообщил, что для поступления М. на военную службу необходимо дополнительно передать 200 000 руб., на что он вновь согласился и по банковской операции перевел указанную денежную сумму для Абдулалиева на имя третьего лица, паспортные данные которого сообщил Абдулалиев. Однако вопрос о поступлении сына на военную службу Абдулалиев не решил и денежные средства не вернул. На его настоятельные требования сообщить, кому были переданы денежные средства в качестве вознаграждения, Абдулалиев уклонялся от ответа, при этом фамилию Ш. в качестве лица, которому якобы были переданы эти денежные средства, никогда не называл;
М. которому отец рассказал об обстоятельствах передачи им Абдулалиеву денежных средств в размерах соответственно 550 000 руб. и 200 000 руб. в целях организации его поступления на военную службу;
Ю. данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что он лично передал Абдулалиеву принадлежащие М. денежные средства в размере 550 000 руб. в качестве вознаграждения за организацию поступления М. на военную службу. Спустя несколько лет от М. ему стало известно, что Абдулалиев попросил у него еще 200 000 руб. для тех же целей;
П. о том, что 9 февраля 2015 г. в Волгограде по просьбе Абдулалиева в отделении "Сбербанка" он получил и передал последнему 200 000 руб., поступившие на его имя от М. Спустя некоторое время Абдулалиев ему сообщил, что указанные денежные средства потратил на личные нужды;
Г. о сообщении ему Ю. и Абдулалиевым о передаче М. Абдулалиеву 750 000 руб. для решения вопроса о поступлении на военную службу М.
М. о том, что она являлась очевидцем того, как Ш. неоднократно по телефону требовал от Абдулалиева вернуть денежный долг в размере 250 000 руб. Незадолго до смерти Ш. ей сообщил, что Абдулалиев обещал 19 ноября 2016 г. вернуть ему денежный долг. При этом она никогда не слышала, чтобы Абдулалиев требовал от Ш. какие-либо денежные средства, в том числе якобы ранее переданные последнему для организации поступления кого-либо на военную службу. От Ш. ей известно, что в один из дней начала ноября 2016 года Абдулалиев сообщил ему о наличии у него значительных долгов, в том числе о получении от знакомых из Дагестана для поступления кого-то на военную службу 750 000 руб., которые он потратил на личные нужды;
А. (супруги осужденного), данными в ходе предварительного следствия, что незадолго до 19 ноября 2016 г. Абдулалиев сообщил ей о своей нуждаемости в деньгах для погашения долгов, сославшись на неудовлетворительное моральное состояние, незнание что предпринять, и что какой-то человек ему надоел. Спустя некоторое время Абдулалиев сообщил, что он убил этого человека, тем самым решив свою проблему. В период с 2012 года по 18 марта 2013 г. в Дагестане Абдулалиев получил от М. 550 000 руб. для оказания помощи в поступлении М. на военную службу. Через несколько лет Абдулалиев ей рассказал, что впоследствии М. ему выслал еще 200 000 руб. на те же цели. После получения Абдулалиевым указанных денежных средств прошло длительное время, однако М. на военную службу так и не поступил, в связи с чем Ю. постоянно звонил по этому поводу, но Абдулалиев уклонялся от ответов на его звонки;
Р. о том, что накануне убийства Абдулалиевым Ш. он был очевидцем того, как последний по мобильному телефону требовал от некоего лица возвращения денежного долга, который сообщил о готовности вернуть долг в ближайшее время;
Ш., которому Абдулалиев с сентября 2016 года постоянно жаловался на наличие у него значительного количества долгов и отсутствие денежных средств на их погашение. В частности, Абдулалиев рассказал ему о получении денежной суммы для оказания помощи в поступлении своего знакомого на военную службу, однако указанный знакомый на военную службу не поступил, а деньги, которые были получены на указанные цели, Абдулалиев должен вернуть, но не знает, откуда взять нужную сумму денег для погашения долга. При этом Абдулалиев не говорил, чтобы Ш. или кто-то другой получал от него эти денежные средства для поступления кого-либо на военную службу. Примерно за неделю до убийства Ш. Абдулалиев интересовался у него о разнице в юридических последствиях между убийством из-за оскорбления и из корыстных побуждений;
С., которому Ш. рассказывал, что примерно в марте 2016 года одолжил Абдулалиеву денежные средства, а 17 ноября 2016 г. сообщил о намерении Абдулалиева вернуть указанный денежный долг;
Н. о том, что в обеденное время 19 ноября 2016 г. Абдулалиев сообщил ему по телефону об убийстве им Ш. С мая 2016 года Ш. неоднократно, демонстрируя расписку, обращался к нему с просьбой об оказании содействия в возвращении Абдулалиевым денежного долга в размере 250 000 руб. В ходе разговора Абдулалиев наличие денежного долга перед Ш. не отрицал и обещал в скором времени возвратить деньги. При этом Абдулалиев не сообщал ему о том, что передавал Ш. денежные средства для оказания содействия в поступлении кого-либо на военную службу. У Абдулалиева перед ним также имеется не погашенный до настоящего времени денежный долг;
А. и С. которым в 15-м часу 19 ноября 2016 г. Абдулалиев сообщил, что путем нанесения ударов ножом убил Ш., продемонстрировал им данный нож и указал на место, где лежал труп Ш.
Ч. о том, что в должностные обязанности Ш. разрешение вопросов о поступлении граждан на военную службу не входило, и он никогда не слышал, чтобы последний кому-либо способствовал в поступлении на военную службу в войсковую часть 22220;
Т., неоднократно видевшего, как Абдулалиев на деньги играл в азартные игры. При этом последний одалживал и у него денежные средства, которые так и не возвратил;
Р., которой Абдулалиев рассказывал, что играет в казино. По просьбе и для Абдулалиева она получала банковские кредиты, однако с начала 2016 года он перестал платить по этим кредитам, высказывая жалобы на требования других лиц о возврате долгов. 7 апреля 2016 г. Абдулалиев предпринял попытку суицида, порезав себе вены, как она считает, из-за денежных долгов;
показаниями потерпевшего Ш. о том, что погибший брат рассказывал ему об одалживании крупной денежной суммы сослуживцу, который к установленному сроку долг не вернул. 19 ноября 2016 г. Ш. был убит Абдулалиевым, который, как ему стало известно от М., и являлся тем военнослужащим, не возвратившим Ш. денежный долг;
протоколом осмотра документов (предметов) от 12 мая 2017 г., согласно которому в период с 5 декабря 2015 г. по 19 ноября 2016 г. Ш. и Абдулалиев общались по телефону, имели многочисленные текстовые сообщения, в которых Ш. требовал от Абдулалиева возврата долга. При этом последний не предъявлял Ш. ответные требования о возврате долга, выполнения каких-либо обязательств, в том числе связанных с поступлением кого-либо на военную службу;
расписками и заключениями экспертов-почерковедов о том, что Абдулалиев обязался до 6 марта 2016 г., а затем до 10 августа 2016 г. вернуть Ш. долг в размере 250 000 руб.;
протоколом осмотра места происшествия от 19 ноября 2016 г. об обнаружении на территории учебного корпуса войсковой части 22220 трупа Ш. а также ножа, на лезвии которого имелись пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь;
протоколом проверки показаний на месте от 19 ноября 2016 г. о демонстрации Абдулалиевым обстоятельств совершения им убийства Ш.;
заключениями судебно-медицинских экспертов от 19 декабря 2016 г. N 6 и от 14 марта 2017 г. N 12, согласно которым причиной смерти Ш. явились множественные колото-резаные ранения, сопровождавшиеся острой массивной кровопотерей;
заключением судебно-биологической экспертизы от 15 декабря 2016 г. N 10 об обнаружении на предметах форменной одежды Абдулалиева крови человека, которая могла произойти от Ш., а также иными доказательствами.
Эти доказательства полно и подробно изложены в приговоре. Они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и с другими материалами дела по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга и совпадают в деталях, в связи с чем, как не вызывающие сомнений в своей допустимости и достоверности, были правильно положены судом в основу приговора. Их совокупность была достаточной для признания вины осужденного Абдулалиева.
Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии возможных неприязненных, конфликтных отношений, либо иных обстоятельств, могущих явиться причиной для оговора Абдулалиева указанными свидетелями и потерпевшим, судом не установлено, в материалах дела не содержится и в апелляционных жалобах не приведено.
Стороне защиты была предоставлена возможность допросить потерпевшего, свидетелей, в том числе А. и Ш., а также довести до сведения суда свою позицию относительно доказательственного значения исследованных показаний. Потерпевший и свидетели сообщили источники своей осведомленности, их допросы произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а показания, положенные судом в основу приговора, непротиворечивы, согласуются между собой и подтверждаются совокупностью иных доказательств, в связи с чем обоснованно признаны судом достоверными и допустимыми доказательствами по уголовному делу.
Заявления Абдулалиева о фальсификации следователем показаний свидетелей А. и Ш., получении их путем обмана и психологического давления на свидетелей, материалами дела не подтверждаются, а поэтому обоснованными не являются.
Как усматривается из дела и, в частности, протоколов допросов (очной ставки) А. (т. 3 л.д. 102 - 110, 242 - 244, т. 9 л.д. 96 - 100, 189 - 193), Ш. (т. 4, л.д. 71 - 78, т. 13 л.д. 183 - 190, 191 - 193), они допрошены следователем в качестве свидетелей с соблюдением положений, предусмотренных ст. 189, 190 УПК РФ, с разъяснением им положений ст. 51 Конституции Российской Федерации, прав и обязанностей, определенных ч. 6 ст. 56 УПК РФ, с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, а Ш. и за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ. Свидетели предупреждались, что при согласии дать показания эти их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае их последующего отказа от этих показаний. По окончании допросов свидетели А. и Ш. лично прочитали соответствующие протоколы и удостоверили своими подписями правильность их оформления. Законных оснований для обеспечения свидетеля А. услугами переводчика не имелось.
Протоколы допросов свидетелей М. Ш. и Ю. оглашены в суде на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ (по ходатайству государственного обвинителя в связи с существенными противоречиями между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде), а А. - в порядке ч. 4 ст. 281 УПК РФ, поскольку данный свидетель, присутствующий в судебном заседании, отказался от дачи показаний. При этом стороне защиты была предоставлена возможность допросить указанных свидетелей, а также довести до сведения суда свою позицию относительно доказательственного значения исследованных показаний.
Несмотря на возражения защитника, показания свидетелей Н. и Р. о предоставлении ими Абдулалиеву денежных средств в долг на законном основании положены в основу приговора, поскольку они являются относимыми, допустимыми доказательствами и полностью согласуются с совокупностью иных исследованных судом доказательств, свидетельствующих о значительных неисполненных долговых обязательствах осужденного перед разными лицами.
Наличие денежного долга у Абдулалиева перед погибшим Ш. подтверждено согласующимися между собой и правильно оцененными судом показаниями свидетелей М., Р., С., Н., потерпевшего Ш. расписками и заключениями экспертов-почерковедов.
Незначительные противоречия в показаниях допрошенных свидетелей, на что обращается внимание в жалобе адвоката, устранены при судебном разбирательстве и на правильность выводов суда о доказанности вины Абдулалиева в содеянном не влияют.
Доводы жалоб об отсутствии у осужденного корыстного умысла при получении им от М. 550 000 и 200 000 рублей являются несостоятельными, поскольку показания П. М. и А. свидетельствуют о том, что Абдулалиев, получив указанные денежные средства, кому-либо, в том числе Ш., их не передавал, а потратил на свои личные нужды.
При этом показания указанных свидетелей согласуются со сведениями, полученными в результате исследования информации о телефонных соединениях между Ш. и Абдулалиевым, согласно которым последний не требовал от Ш. возврата каких-либо денежных средств либо выполнения обязательств по устройству М. на военную службу.
С учетом того, что М. путем передачи Абдулалиеву денежных средств пытался незаконным путем устроить своего сына на военную службу, непризнание М. потерпевшим по уголовному делу и отсутствие его заявления о привлечении Абдулалиева к уголовной ответственности не свидетельствуют об отсутствии в действиях осужденного составов преступлений, предусмотренных ч. 2 и 3 ст. 159 УК РФ, а также о нарушении положений уголовно-процессуального закона при возбуждении уголовного дела в отношении Абдулалиева о совершении им мошенничества.
Вопреки утверждениям в жалобах, вывод суда о совершении Абдулалиевым умышленного убийства Ш. из корыстных побуждений является правильным и основанным на непосредственно исследованных доказательствах.
В частности, об умышленном и заранее спланированном характере действий осужденного при совершении убийства Ш. свидетельствуют его высказывания свидетелю Ш. о наличии у него денежных долгов, выяснение у последнего перед убийством Ш. разницы в юридических последствиях между убийством в связи с оскорблением и из корыстных побуждений.
При осуществлении указанной оценки судом верно учтены место и орудие совершения преступления, количество и локализация нанесенных Ш. ударов в жизненно важные органы, характер взаимоотношений между осужденным и Ш., постоянно требовавшим от Абдулалиева возврата денежного долга, долговые обязательства осужденного перед Ш. и М. от которых он желал избавиться, а также сообщение Абдулалиева своей супруге о том, что после убийства Ш. он решил свои материальные проблемы.
Судом проверено психическое состояние здоровья осужденного. С учетом выводов стационарной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы, фактических обстоятельств дела, данных о личности Абдулалиева и его поведения в судебном заседании, обоснованно признано, что преступления он совершил, будучи вменяемым, не находясь при нападении на Ш. в состоянии аффекта (в том числе физиологического), а также ином эмоциональном состоянии, которое оказало бы существенное влияние на его сознание и деятельность.
На основании изложенного Судебная коллегия приходит к выводу, что преступные действия осужденного, связанные с убийством из корыстных побуждений, а также двумя мошенничествами, совершенными соответственно в крупном размере и с причинением значительного ущерба гражданину, квалифицированы окружным военным судом правильно, свои выводы суд надлежащим образом мотивировал в приговоре, не согласиться с ними у Судебной коллегии оснований не имеется.
Оценивая доводы осужденного и его защитника о несправедливости приговора вследствие его суровости, а также о том, что судом не учтены обстоятельства, смягчающие наказание осужденного и характеризующие его данные, Судебная коллегия исходит из следующего.
В соответствии с ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.
Вопреки утверждениям авторов жалоб, суд при назначении наказания учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности Абдулалиева, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
При разрешении вопроса о мере наказания суд обоснованно признал в качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного Абдулалиева, наличие у него малолетних детей, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, воспитывался в многодетной семье, характеризуется положительно, престарелый возраст и болезненное состояние здоровья его матери, а в отношении преступления, предусмотренного п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - его явку с повинной.
Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, судом не установлено. Не усматривает таких обстоятельств и Судебная коллегия.
Оснований для признания приговора несправедливым вследствие чрезмерной суровости не имеется.
Вопросы о судьбе вещественных доказательств, а также о процессуальных издержках судом разрешены в соответствии с требованиями закона.
Нарушений норм уголовно-процессуального и уголовного законов, которые повлекли бы отмену или изменение приговора, в ходе предварительного расследования и при судебном разбирательстве в суде первой инстанции не допущено.
Руководствуясь ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации
определила:
приговор Северо-Кавказского окружного военного суда от 9 ноября 2017 г. в отношении Абдулалиева Омара Абдурафиковича оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного Абдулалиева О.А., а также защитника - адвоката Андреевой Ю.В. - без удовлетворения.
Председательствующий
И.В.КРУПНОВ
Судьи
О.А.ДЕРБИЛОВ
А.Н.ЗАМАШНЮК