ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 декабря 2017 г. N 49-АПУ17-15
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Таратуты И.В.,
судей Кочиной И.Г., Истоминой Г.Н.,
с участием:
государственного обвинителя - прокурора Телешевой-Курицкой Н.А.,
осужденного Демидова О.С.,
защитника - адвоката Хисматуллина С.Р.,
при секретаре Горностаевой Е.Е.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Демидова О.С., адвокатов Хисматуллина С.Р. и Музафаровой И.А. на приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 5 октября 2017 года, которым:
Демидов Олег Сергеевич, < ... > несудимый,
осужден
- по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы на 16 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление осужденного Демидова О.С. в режиме видеоконференц-связи и адвоката Хисматуллина С.Р., поддержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, просивших об отмене приговора, мнение государственного обвинителя - прокурора Телешевой-Курицкой Н.А., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, Судебная коллегия,
установила:
Демидов О.С. осужден за незаконное производство наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон) в особо крупном размере, в группе и по предварительному сговору с Владимировым К.П., в отношении которого 11 сентября 2017 года постановлен обвинительный приговор.
Преступление совершено в г. Уфе Республики Башкортостан при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе и в дополнении к ней адвокат Хисматуллин С.Р. указывает, что Демидов осужден за незаконное производство наркотических средств в период с 28 ноября по 4 декабря 2016 года. При этом в приговоре описано изготовление лишь одной партии наркотика массой 1734, 032 грамма, в то время как под производством следует понимать умышленные действия, направленные на их серийное получение. Считает, что при отсутствии данных о производстве Демидовым наркотических средств в период до 28 ноября 2016 года, признак серийности в его действиях отсутствует. Не свидетельствуют об этом, по мнению автора жалобы, и положенные в основу приговора показания Владимирова, поскольку он является потребителем наркотических средств. Кроме того, в деле отсутствуют доказательства того, что обнаруженные в помещении материалы и сырье являются годными и достаточными для изготовления наркотического средства.
При отсутствии данных о производстве Демидовым наркотических средств, его действия подлежали квалификации как покушение на сбыт наркотических средств в особо крупном размере, а показания Демидова, в которых он признавал факт изготовления наркотического средства и раскрывал свои контакты с лицом под именем "К." следовало признать в качестве явки с повинной обстоятельством, смягчающим его наказание.
Полагает, что при назначении наказания в качестве смягчающих обстоятельств нужно было учесть активное способствование Демидова раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников, положительные характеристики с места жительства, работы, военной службы, наличие у него постоянной работы, семьи, двоих малолетних детей, состояния здоровья его родных, тяжелое материальное положение семьи, отсутствие судимостей и сведений о том, что он не состоит на наркологическом или психиатрическом учете. В подтверждение доводов адвокат приложил к апелляционной жалобе ксерокопии листов медицинской карты Д. 2009 года рождения, и Д. 2010 года рождения. Считает, что у суда имелись основания для признания смягчающих обстоятельств в их совокупности исключительными и назначения наказания с применением положений ст. 64 УК РФ.
С учетом изложенного и наличия в материалах дела документа, не переведенного на русский язык (т. 3 л.д. 95) просит отменить приговор с направлением дела на новое судебное разбирательство.
Адвокат Музафарова И.А. в апелляционной жалобе полагает, что предъявленное Демидову обвинение не получило подтверждения, поскольку в ходе судебного заседания не были исследованы доказательства, свидетельствующие о том, что Демидов ранее распространял наркотические средства, о предварительном сговоре его с Владимировым на производство наркотических средств в особо крупном размере, не установлены способ закупки прекурсоров и их оплаты, роль Демидова в производстве мефедрона, уровень его познаний в этом, не установлено предназначены ли для производства наркотических средств изъятые предметы.
Полагает, что протокол обследования помещения является недопустимым доказательством, поскольку специалист при обследовании не присутствовал, фотосъемка и видеозапись не производились, не указано точное место обнаружения коробки с наркотическим средством (т. 1 л.д. 54), изъятие жидких веществ произведено путем переливания их в емкости, привезенные с собой сотрудниками ФСБ, при условии, что данные емкости не осматривались. Данный факт не позволяет достоверно убедиться, что перелитые вещества не были привнесены в обследуемое помещение извне или изменены.
Изъятые вещества постановлением следователя были направлены эксперту для производства экспертизы в стеклянных сосудах, в то время как согласно заключению эксперта они находились в пластиковых бутылках (т. 2 л.д. 178). Из заключения эксперта не следует в результате, каких действий произведено или получено порошкообразное вещество, хранившиеся в коробке из-под телефона, принадлежащего Владимирову, идентично ли оно веществу, полученному экспертом.
С учетом изложенного, автор жалобы ставит под сомнение размер наркотического средства, инкриминированного подзащитному, поскольку в сухом виде из помещения было изъято лишь 302,91 грамма наркотического средства - мефедрон (4-метилметкатинон), что является крупным размером, а остальное вещество было представлено на экспертизу в жидком виде, при изъятии которого допущены нарушения.
Судом установлено, что Демидовым была организована лаборатория по производству наркотических веществ, однако суду не было представлено на обозрение фотографий оборудования, укрепленной вытяжки, видоизмененной двери, в то время как показаний понятых и свидетелей для установления данного факта считает недостаточными. Показания свидетеля М. в этой части считает недостоверными, поскольку из них нельзя сделать вывод, о каком конкретном лице она ведет речь.
Полагает, что нельзя учитывать показания Демидова, данные им в ходе предварительного следствия, поскольку они являются недопустимыми и не подтверждаются другими доказательствами, кроме показаний Владимирова, которые считает недостоверными, поскольку он осужден по правилам ст. 317.7 УПК РФ по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к 9 годам лишения свободы. Однако, несмотря на возражение защиты, судом были оглашены показания Демидова от 5 и 6 декабря 2016 года и протокол задержания. Поскольку показания Демидова в качестве подозреваемого и обвиняемого идентичны, полагает, что 6 декабря следователь его не допрашивал, а скопировал текст допроса из предыдущего протокола, что является недопустимым.
20.09.2017 у Демидова без участия специалиста был изъят ноутбук, который в дальнейшем осмотрен специалистом без понятых, что считает нарушениями положений УПК РФ. Поскольку суду не представлено заключение компьютерно-технологической экспертизы изъятого ноутбука, не разрешенным остается вопрос, была ли связана противоправная деятельность Демидова с сетью Интернет, и какая информация, имеющая отношение к обстоятельствам дела, содержится на нем.
На основании вышеизложенного просит прекратить уголовное преследование в отношении Демидова по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, переквалифицировать его действия по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ и с учетом наличия у него двоих детей и положительных характеристик смягчить назначенное ему наказание.
Осужденный Демидов О.С. в апелляционной жалобе указывает, что не совершал преступления, за которое его осудили. Утверждает, что Владимиров и друзья-наркоманы оговорили его, чтобы Владимиров смог получить меньший срок наказания.
Наказание считает чрезмерно суровым, назначенным без учета наличия у него двоих детей, неработающей супруги и ипотечного кредита.
Государственный обвинитель Султанова Э.Р. возражает против удовлетворения апелляционных жалоб.
Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, возражения на жалобы, проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, Судебная коллегия считает приговор законным, обоснованным и справедливым.
Несмотря на отрицание Демидовым участия в производстве наркотических средств, выводы суда о его виновности в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются исследованными в суде доказательствами, в том числе и его же показаниями, данными в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого (т. 1 л.д. 132 - 137, 143 - 148, 149 - 153), показаниями Владимирова, осужденного за то же преступление приговором от 11 сентября 2017 года, а также результатами обследования помещения и другими приведенными в приговоре доказательствами.
Из оглашенных показаний Демидова следует, что с сентября 2016 года он по заказу лица под именем "К." изготавливал наркотическое средство мефедрон. Готовый наркотик передавал заказчику через тайники, а от него получал оплату по безналичному расчету. По его просьбе Владимиров несколько раз получал в транспортной компании прекурсоры и обналичивал поступившие от заказчика денежные средства. В октябре 2016 года Владимиров согласился вместе с ним производить наркотики. В обязанности Владимирова входило получение посылок с прекурсорами и изготовление мефедрона, а он решал вопросы поставок реагентов, сбыта готового наркотического средства и его оплаты. В начале ноября они арендовали подвальное помещение, куда перевезли оборудование и реактивы, необходимые для производства наркотиков. 28 ноября им поступила очередная партия прекурсоров, из которой Владимиров произвел мефедрон, впоследствии изъятый при обследовании помещения.
Доводы адвоката о недопустимости показаний Демидова в качестве обвиняемого от 6 декабря 2016 года (т. 1 л.д. 143 - 148) опровергаются материалами дела, согласно которым его допрос проведен с участием адвоката, который, как и сам обвиняемый, подтвердили правильность изложения показаний Демидова в протоколе допроса.
Вышеизложенные показания Демидова суд объективно оценил как достоверные и положил в основу приговора, поскольку они согласуются с другими доказательствами, в том числе с показаниями Владимирова, подтвердившего факты обналичивания летом 2016 года для Демидова денежных средств в сумме 80000 и 45000 рублей, получения и доставки ему посылок с прекурсорами. Также Владимиров показал, что осенью 2016 года стал заниматься производством наркотиков совместно с Демидовым, вначале на ул. Богородской, затем - в подвале дома на ул. Котовского, а в ноябре - в арендованном для этой цели подвальном помещении на проспекте Октября в г. Уфе. Они перевезли туда оборудование и химикаты, необходимые для получения наркотиков, усилили вытяжку и изолировали дверь, смежную с магазином, чтобы туда не поступал едкий запах. 28 ноября 2016 года получили очередную партию прекурсоров, из которых он произвел мефедрон, а Демидов занимался его развешиванием и фасовкой. 2 декабря Демидов перечислил ему деньги за изготовление наркотика, а 3 декабря самостоятельно смешал прекурсоры и велел ему изготовить очередную партию наркотического средства, что он и сделал. Однако Демидову не понравился цвет произведенного наркотика, в связи с чем он потребовал промыть его ацетоном, после чего их задержали.
Изучив взаимоотношения осужденных, суд не установил оснований для оговора Владимировым Демидова. При этом факт заключения с Владимировым досудебного соглашения сам по себе не свидетельствует о том, что он оговаривал своего соучастника, напротив, ему разъяснялись последствия дачи заведомо ложных показаний или отказа от них. Владимиров выполнил взятое на себя обязательство, дав полные и правдивые показания относительно своих преступных действий и действий соучастников. При этом показания Владимирова на протяжении всего предварительного и судебного следствия были последовательными независимо от соглашения о сотрудничестве, которое было заключено с ним спустя полгода после задержания.
О достоверности показаний Владимирова свидетельствует и их согласованность с другими доказательствами.
Так, Владимирова Т., подтвердила факт обналичивания своим супругом денежных средств для Демидова и факт их совместной работы.
Свидетель А. показал, что устанавливал вытяжку в помещении, в котором впоследствии видел колбы, насос, весы, посуду и порошок, Демидова и Владимирова, которые находились в белых костюмах и масках, при этом Владимиров пояснил, что они изготовляют наркотики.
Свидетель М. видела, как в ноябре 2016 года К. на автомобиле " < ... > " (которая согласно данным ГИБДД принадлежит Демидову) подвозил коробки к арендуемому ими подвальному помещению, смежному с ее магазином. Кроме того, показала, что в ее магазин поступал едкий запах ацетона, в связи с чем К. с товарищем заклеили смежные двери.
Поскольку Кириллом зовут Владимирова, а он и Демидов подтвердили обстоятельства, о которых рассказала свидетель М. то, вопреки доводам адвоката, нет оснований сомневаться в том, что речь в показаниях свидетеля идет об осужденных Демидове и Владимирове.
В ходе обследования помещения, арендуемого Демидовым и Владимировым, в нем обнаружены и изъяты жидкость, находившаяся в канистрах, бутылках, ведре и колбах, коробка с порошком, электронные весы вакуумный насос, колбы, поднос, тарелки, фильтры, половник, воронка, защитные маски, перчатки и упаковочные пакеты (т. 1, л.д. 47 - 55). При этом жидкость из некоторых емкостей была перелита в полимерные бутылки, в которых изъята с места осмотра.
Несмотря на доводы адвоката Музафаровой, нет оснований полагать, что в этих полимерных бутылках имелось привнесенное сотрудниками ФСБ наркотическое средство, поскольку тара осматривалась понятыми, а также Демидовым и Владимировым, участвовавшими при обследовании помещения, в результате чего было установлено, что полимерные бутылки были пустыми, что зафиксировано в протоколе обследования.
Все изъятые предметы, жидкости и порошок были представлены специалисту, а затем экспертам. Из сопоставления протокола обследования помещения, заключений специалиста и экспертов, в которых подробно описаны изъятые и поступившие на исследование предметы и жидкости, способ их упаковки, следует, что подмены исследуемого материала ни на какой стадии не допущено.
Согласно заключениям основной и дополнительной химической экспертиз представленные на исследование порошкообразное и жидкообразные вещества являются наркотическим средством - мефедрон (4-метилметкатинон), общая масса сухого остатка которого составляет 1734,032 грамма.
Остатки такого же наркотического средства обнаружены на представленных на исследовании пакетах, оборудовании и емкостях, а в канистрах обнаружены метиламин, уксусная кислота с концентрацией 98%, ацетон концентрацией 99%, которые включены в список прекурсоров наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых запрещен.
Из изложенного, с учетом показаний свидетелей, а также Владимирова и Демидова, суд сделал правильный вывод о том, что обнаруженные в лаборатории оборудование, химические вещества и прекурсоры использовались для производства мефедрона, из которых уже несколько раз изготавливали наркотическое средство большими партиями по инструкциям, которые находились в файлах на диске ноутбука "Леново", изъятого по месту жительства Демидова. Суд не усмотрел нарушения требований уголовно-процессуального кодекса при его изъятии, осмотре, не усматривает их и Судебная коллегия (т. 2 л.д. 208 - 218). За период с 28 ноября по 4 декабря 2016 года было произведено 1734, 032 грамма мефедрона.
При этом суд правильно установил, что умысел Демидова был направлен на серийное получение данного наркотического средства из химических веществ, поскольку он снял в аренду для этой цели подвальное помещение сроком почти на год, которое вместе с Владимировым изолировал, оборудовал усиленной вытяжкой и приобрел необходимые для изготовления мефедрона оборудование, химические вещества и прекурсоры, наладил каналы их поставок и сбыта готового наркотического средства.
Оценив доказательства в их совокупности, принимая во внимание обстоятельства, характер и последствия преступлений, суд правильно пришел к выводу, что они являются достаточными для принятия решения по делу, поскольку позволили всесторонне, полно и объективно установить обстоятельства преступления, виновность Демидова в его совершении и опровергнуть его версию о непричастности к содеянному.
В соответствии с установленными обстоятельствами действия Демидова правильно квалифицированы по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ как незаконное производство наркотического средства группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.
С учетом заключения судебно-психиатрической экспертизы, данных о личности Демидова, его поведения в период судопроизводства, суд правильно пришел к выводу о том, что он является вменяемым и может нести уголовную ответственность за содеянное.
Наказание Демидову является справедливым и смягчению не подлежит, поскольку при назначении суд учел все влияющие на него обстоятельства, в том числе и указанные в апелляционных жалобах: характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, смягчающие наказание обстоятельства, такие как наличие малолетних детей, признание вины в ходе предварительного следствия, положительные характеристики, наличие хронических заболеваний, а также влияние назначенного наказания на исправление Демидова и условия жизни его семьи.
Суд не установил иных обстоятельств, которые бы смягчали наказание осужденного, в том числе и активного способствования Демидовым раскрытию и расследованию преступления, не счел возможным признать смягчающим обстоятельством показания Демидова о заказчике преступления под вымышленным именем "К.", поскольку неконкретизированная информация не способствовала его изобличению.
Суд не отнес к разряду смягчающих обстоятельств наличие у Демидова постоянной работы, семьи, состояние здоровья ее членов, отсутствие психических и наркологических заболеваний, однако правомерно принял их во внимание в качестве данных о личности осужденного и его семье.
С учетом вышеизложенного суд не усмотрел оснований для применения к Демидову положений ст. 64 УК РФ, не усматривает их и Судебная коллегия.
В апелляционной жалобе адвоката Хисматуллина правильно указано, что в томе N 3 на л.д. 95 имеется документ, а именно, копия свидетельства о рождении ребенка осужденного Владимирова, не переведенная на русский язык, на котором ведется судопроизводство. Вместе с тем, отсутствие перевода не отразилось на правах Демидова, поскольку данный документ не относится к предъявленному ему обвинению.
На основании вышеизложенного оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.
Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного Суда Республики Башкортостан от 5 октября 2017 года в отношении Демидова Олега Сергеевича оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Демидова О.С., адвокатов Хисматуллина С.Р. и Музафаровой И.А. - без удовлетворения.