ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 ноября 2017 г. N 44-АПУ18-18СП
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Кулябина В.М.
судей Борисова О.В. и Эрдыниева Э.Б.,
при секретаре Мартыновой Е.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Смирнова Е.Б., адвоката Бочкарева А.Л. в защиту интересов осужденного Смирнова Е.Б. и адвоката Фадина Д.В. в защиту интересов осужденного Черемисова А.С. на приговор Пермского краевого суда от 13 июля 2018 года с участием присяжных заседателей, по которому
Смирнов Евгений Борисович, < ... > осужден по п. п. "а", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 19 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением указанных в приговоре ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ;
Черемисов Александр Степанович, < ... > осужден по ч. 5 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 12 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год с установлением указанных в приговоре ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ.
Заслушав доклад судьи Кулябина В.М., выступления адвокатов Живова И.В. и Фадина Д.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, представителя потерпевшей В. - адвоката Максимовой С.В. и мнение прокурора Саночкиной Е.А., полагавших приговор оставить без изменения, а жалобы - без удовлетворения, Судебная коллегия
установила:
на основании вердикта присяжных заседателей Смирнов признан виновным в убийстве В. и С. из корыстных побуждений, а Черемисов - в пособничестве убийству С. из корыстных побуждений.
В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:
осужденный Смирнов Е.Б. и адвокат Бочкарев А.Л. в его защиту указывают, что сторона защиты была лишена возможности защищаться, председательствующим все ходатайства стороны защиты об исследовании доказательств отклонялись, в том числе об истребовании детализации телефонных переговоров свидетеля Б., о допросе свидетеля Е. Председательствующим было запрещено выяснять у свидетелей Б. и Ф. возможные мотивы оговора ими Смирнова. В прениях председательствующий более десяти раз необоснованно прерывал выступление защитника. Осужденный Смирнов в дополнениях указывает, что представленные присяжным заседателям доказательства не доказывают его вину, свидетель В. давал ложные показания. Просят приговор отменить в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона;
адвокат Фадин Д.В. в защиту осужденного Черемисова А.С. указывает, что председательствующий необоснованно отказал в постановке вопросов о наличии обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого или влекущих ответственность по менее строгому закону, проявлял необъективность к стороне защиты, не реагировал на нарушения закона в процессе выступления в прениях представителя потерпевшего и государственного обвинителя. В напутственном слове председательствующий, напоминая об исследованных доказательствах, указал, что свидетель В. ориентируется в своих показаниях по дате приезда Смирнова 01.10.2015 года, т.к. ему предъявлялась распечатка телефонных соединений Черемисова на эту дату. Но это соединение является входящим для Черемисова, что опровергает показания В. и свидетельствует о нарушении председательствующим принципов объективности и беспристрастности. Просит приговор отменить в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона;
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель и представитель потерпевшей В. адвокат Максимова С.В. просят приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.
Как следует из материалов дела, коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с требованиями ст. 328 УПК РФ.
Согласно протоколу судебного заседания судебное следствие проведено с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей.
В соответствии с правилами ст. 243 УПК РФ председательствующий судья руководил судебным заседанием и принимал все предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон, соблюдению участниками судебного процесса регламента судебного заседания и порядка в зале суда, тем самым создавал сторонам необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей, осуществления предоставленных прав, в том числе посредством соблюдения регламента судебного разбирательства.
В случае доведения участниками процесса до присяжных заседателей сведений, способных вызвать у них предубеждение в отношении подсудимых, председательствующий останавливал допрашиваемого, делал ему замечания, а присяжным заседателям давались соответствующие разъяснения, после чего судебное заседание продолжалось.
В связи с этим нельзя признать состоятельными ссылки в жалобе адвоката Бочкарева на нарушения уголовно-процессуального закона, которые, по мнению стороны защиты, повлияли на итоговое решение по делу.
В силу закона с участием присяжных заседателей не могут исследоваться сведения, не относящиеся к фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем выступления участников судопроизводства прерывались председательствующим судьей с обращением внимания на эти обстоятельства коллегии присяжных заседателей, как это предусмотрено УПК РФ.
При таких обстоятельствах принимаемые председательствующим судьей необходимые меры к тому, чтобы иные сведения, характеризующие подсудимых, а также способные вызвать предубеждение присяжных, не исследовались с участием присяжных заседателей не могут быть расценены как действия, нарушающие права сторон.
Доводы жалоб о необоснованном отказе в исследовании данных о личности потерпевших и свидетелей и в выяснении у свидетелей возможных мотивов для оговора Смирнова Е.Б. не основаны на законе, поскольку в соответствии с положениями ст. 335 УПК РФ в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями. К таким обстоятельствам, согласно ст. 334 УПК РФ относятся только вопросы, сформулированные в вопросном листе.
Вопреки доводам жалоб данных об оглашении государственным обвинителем сведений, которые бы могли вызвать предубеждение присяжных заседателей, не имеется.
Представленные сторонами обвинения и защиты доказательства перед их исследованием в присутствии присяжных заседателей проверялись на предмет их допустимости. В соответствии с требованиями ст. 291 УПК РФ суд предоставил сторонам обвинения и защиты равные возможности представления доказательств и возможности дополнения судебного следствия. Вопросы проверки допустимости доказательств разрешались судом по ходатайствам сторон в отсутствие присяжных заседателей, а по заявленным ходатайствам принимались в предусмотренной уголовно-процессуальным законом процедуре обоснованные судебные решения.
Так, вопреки доводам жалоб, председательствующим был удовлетворен целый ряд ходатайств адвокатов Бочкарева и Фадина, в том числе об оглашении показаний свидетелей Б., В., Ш., об исследовании других доказательств. Также было удовлетворено ходатайство о допросе свидетелей защиты С. и Б., поскольку сторона защиты обосновала его необходимостью для подтверждения алиби осужденного Смирнова (листы протокола 70, 80, 190, 212, 313, 315, 366, 364).
Вместе с тем председательствующий обоснованно отказал в вызове для допроса свидетеля Е., поскольку заявленное ходатайство не содержало доводов о том, что этот свидетель, допрошенный в ходе предварительного расследования, располагает сведениями о фактических обстоятельствах уголовного дела.
Ходатайство, заявленное адвокатом Бочкаревым в подготовительной части судебного заседания об истребовании детализации телефонных соединений свидетеля Б., не было удовлетворено в связи с тем, что оснований для этого не имелось, при этом стороне защиты председательствующий разъяснил, что окончательно вопрос о необходимости исследования данной информации может быть разрешен только после допроса Б. Однако после допроса Б. и до окончания судебного следствия такого вопроса стороной защиты поставлено не было. Как следует из протокола судебного заседания вопрос о возможности окончания судебного следствия обсуждался судом с участием сторон защиты и обвинения - дополнений к судебному следствию никто из участников процесса не имел.
Оспаривание осужденными и их адвокатами оценок доказательств, оценок достоверности показаний допрошенных в суде лиц, результатов проведенных следственных действий, равно как и оспаривание самой доказанности обвинения, притом, что в судебном заседании исследовались доказательства, которые были признаны допустимыми, и не было допущено нарушений уголовно-процессуального закона при представлении этих доказательств присяжным заседателям, правовых последствий иметь не может.
Все доказательства, в том числе и на которые имеются ссылки в жалобах, исследовались в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, установленных для суда с участием присяжных заседателей.
Предусмотренная законом процедура постановки перед присяжными заседателями вопросов судом была полностью соблюдена. Сторонам обвинения и защиты суд обеспечил равные права и возможности в постановке вопросов перед присяжными заседателями. Вопросы, поставленные судом перед присяжными заседателями в вопросном листе, юридических терминов и понятий не содержат и полностью соответствуют предъявленному подсудимым обвинению, а полученные ответы не являются противоречивыми.
Доводы жалоб о том, что сторона защиты была лишена возможности поставить вопросы о наличии по делу фактических обстоятельств, влекущих за собой ответственность за менее тяжкое преступление или исключающих ответственность за содеянное являются необоснованными. Так, согласно протоколу судебного заседания (л.п. 562) адвокат Фадин вносил предложение о разделении вопроса под N 8 на две части, мотивируя тем, что вопрос является очень емким, что противоречит требованиям закона о необходимости постановки только трех основных вопросов по каждому из деяний, по которым обвинялись осужденные, в связи с чем данное предложение обоснованно было оставлено без удовлетворения, а вопросный лист сформулирован в соответствии с требованиями ст. ст. 338 и 339 УПК РФ, с учетом предъявленного подсудимым обвинения, результатов судебного следствия и прений сторон. Вопросы поставлены в понятных присяжным заседателям формулировках так, как они предусмотрены пунктами 1, 2, 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, то есть в пределах полномочий присяжных заседателей.
Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ. Как видно из его текста, оно содержит лишь напоминание об исследованных в суде доказательствах как уличающих, так и оправдывающих подсудимых, не выражает при этом отношения председательствующего к этим доказательствам и не содержит никаких выводов об их достаточности. При этом председательствующим в напутственном слове, в соответствии с требованиями закона, были сделаны необходимые разъяснения принципов правосудия и правил оценки доказательств. С учетом изложенного следует признать, что поданное адвокатом Фадиным возражение о том, что в напутственном слове показания свидетеля Васбиева были приведены не полностью (л.п. 566), на требованиях закона не основано.
Решение суда вынесено на основании обвинительного вердикта коллегии присяжных заседателей, который в силу ч. 2 ст. 348 УПК РФ обязателен для председательствующего и влечет за собой постановление обвинительного приговора.
В соответствии со ст. 389.17 УПК РФ основанием для отмены приговора судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.
По настоящему делу судом таких нарушений, вопреки доводам жалоб, не допущено.
Согласно материалам дела на всех стадиях производства по делу осужденным разъяснялись особенности рассмотрения дела с участием присяжных заседателей и обеспечивалось их право на защиту.
Заявленное в ходатайствах право осужденных на судопроизводство с участием присяжных заседателей было реализовано с соблюдением законного порядка формирования коллегии присяжных заседателей.
Вердикт коллегии присяжных заседателей основан на доказательствах, непосредственно исследованных в судебном заседании и признанных судом соответствующими установленным УПК РФ критериям относимости и допустимости.
В силу ст. 17 УПК РФ присяжные заседатели оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности представленных материалов, руководствуясь при этом законом и совестью, при этом в силу действующего уголовно-процессуального законодательства присяжные заседатели не обязаны мотивировать свое решение, содержащееся в вердикте.
Исходя из положений уголовно-процессуального закона оспаривание фактических обстоятельств дела, установленных вердиктом присяжных, не допускается, в связи с чем доводы о недоказанности вины осужденных следует признать несостоятельными.
Таким образом, вопреки доводам жалоб Судебная коллегия находит, что нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих в соответствии со ст. 389.17 УПК РФ отмену приговора, в процессе расследования и в ходе судебного разбирательства по настоящему делу не допущено.
Действия осужденных квалифицированы в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей, и не выходят за рамки предъявленного им обвинения. Решение суда в этой части надлежащим образом мотивировано.
При определении наказания, назначенного в полном соответствии с требованиями статей 6, 60 УК РФ суд, наряду с характером и степенью общественной опасности, учел конкретные обстоятельства содеянного, данные о личности осужденных, роль каждого в совершении преступных действий, также влияние назначенного наказания на их исправление и достижение иных целей наказания, наличие смягчающих наказание обстоятельств, в том числе состояние здоровья осужденных и наличие у Смирнова малолетнего ребенка, а также признание Черемисова заслуживающим снисхождения.
Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Пермского краевого суда от 13 июля 2018 года с участием присяжных заседателей в отношении Смирнова Евгения Борисовича и Черемисова Александра Степановича оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.