ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 13 марта 2018 г. N 50-АПУ18-3
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Кулябина В.М.,
судей Ситникова Ю.В., Борисова О.В.
при секретаре Тимоненковой А.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного Леоновича С.Е. - адвоката Горбунова А.В., апелляционному представлению государственного обвинителя Савруна К.Н. на приговор Омского областного суда от 17 января 2018 года, по которому
Леонович Сергей Геннадьевич, < ... > несудимый, осужден:
по ч. 4 ст. 222 УК РФ к 240 часам обязательных работ;
по ст. 317 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 7 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно назначено 7 лет 10 дней лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. В приговоре указаны установленные Леоновичу С.Г. в соответствии с положениями статьи 53 УК РФ ограничения и обязанности.
В приговоре также разрешены вопросы, касающиеся меры пресечения в отношении осужденного, вещественных доказательств по делу.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Борисова О.В., изложившего содержание приговора, существо апелляционных жалоб и дополнений к ним, возражения на них, выступление осужденного Леоновича С.Г. в режиме видеоконференц-связи, его защитника - адвоката Романова С.В., а также мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Синицыной У.М., полагавшей, что приговор подлежит изменению, Судебная коллегия
установила:
Леонович С.Г. осужден за незаконный сбыт гражданского огнестрельного гладкоствольного оружия, а также за совершение посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования его законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.
Преступления совершены 16 октября 2016 года в вечернее время в урочище " < ... > ", расположенном недалеко от с. Чапаево Колосовского района Омской области, 30 июля 2017 года в вечернее время в с. Чапаево Колосовского района Омской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе, поданной в интересах осужденного Леоновича С.Г., адвокат Горбунов А.В. просит приговор Омского областного суда от 17 января 2018 года в части осуждения Леоновича С.Г. по ст. 317 УК РФ отменить, вынести оправдательный приговор. В обоснование указывает, что у Леоновича не было мотива на убийство потерпевшего Ч. которого он знал длительное время и находился с ним в дружеских отношениях, в связи с чем не воспринимал его как сотрудника полиции. Полагает, что судом не учтено заключение проведенной по делу судебной психолого-психиатрической экспертизы, согласно которой у Леоновича С.Г. диагностирована легкая умственная отсталость, что способствовало своеобразному восприятию им произошедшего события. Излагает свою версию произошедших событий и высказывает мнение, что выводы суда о виновности Леоновича С.Г. по ст. 317 УК РФ не подтверждены доказательствами, исследованными в ходе судебного заседания. Обращает внимание на заключение проведенной по делу баллистической экспертизы оружия, согласно которой патроны, находившиеся в стволах ружья, не являются боеприпасами. Высказывает мнение, что показания свидетеля Н. о том, что она слышала "щелчки курков ружья", не соответствуют действительности.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Саврун К.Н. просит приговор Омского областного суда от 17 января 2018 года в отношении Леоновича С.Г. изменить ввиду существенного нарушения уголовного закона и неправильного применения уголовно-процессуального закона, повлекших назначение осужденному несправедливого наказания, в том числе ввиду его чрезмерной мягкости. В обоснование указывает, что суд первой инстанции, назначив Леоновичу С.Г. наказание по ст. 317 УК РФ и ч. 4 ст. 222 УК РФ и определяя наказание по их совокупности, не указал вид и размер дополнительного наказания в виде ограничения свободы.
В возражениях на апелляционную жалобу защитника Горбунова А.В., поданную в интересах осужденного Леоновича С.Г., государственный обвинитель Саврун К.Н. просит оставить ее без удовлетворения, а приговор Омского областного суда от 17 января 2018 года по доводам жалобы - без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Виновность Леоновича С.Г. в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 222 УК РФ, подтверждена доказательствами, исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре, стороной защиты не оспаривается.
Судом дана надлежащая оценка имеющимся по делу доказательствам, в том числе показаниям, данным осужденным Леоновичем С.Г. в совокупности с показаниями свидетелей В. Н., детализации телефонных соединений абонентского номера, который использовал Леонович С.Г. (т. 4, л.д. 235 - 242), заключению баллистической экспертизы N 243 ружья модели "ТОЗ-БМ" 16 калибра, 1967 г.в., заводской номер < ... > , производства Тульского оружейного завода (т. 4 л.д. 85 - 87), другим доказательствам, исследованным в судебном заседании и получившим оценку в приговоре.
В приговоре суда сделан обоснованный вывод о виновности Леоновича С.Г., его действия по ч. 4 ст. 222 УК РФ - как незаконный сбыт гражданского огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, квалифицированы правильно. Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы поставить под сомнение законность и обоснованность приговора в этой части, по делу допущено не было.
Кроме того, виновность Леоновича С.Г. в совершении посягательства на жизнь сотрудника полиции подтверждена доказательствами, исследованными в судебном заседании.
Будучи допрошенным в ходе предварительного расследования, Леонович С.Г. вину в предъявленном обвинении признал полностью и показал, что после происшедшего с Л. конфликта он вернулся домой, где с чердака сарая достал охотничье ружье и патронташ с патронами, который надел на пояс. Ружье было заряжено, о чем ему было известно, так как ранее он из него стрелял, оставив в патронниках стволов два неиспользованных патрона. К нему подошел участковый уполномоченный Ч., одетый в форменное обмундирование и сказал, чтобы он отдал ружье. Далее происходившие события он помнит частично. Не помнит, чтобы направлял оружие в сторону потерпевшего и спускал курки, но вместе с тем не исключает того, что пытался в него выстрелить (т. 1 л.д. 65 - 69, 105 - 109).
Данные показания обоснованно признаны судом допустимыми доказательствами, полученными в соответствии с действующим законодательством, поскольку из протоколов допросов усматривается, что подсудимому разъяснялись его процессуальные права, в том числе право на защиту и право не свидетельствовать против самого себя, он был обеспечен защитником и допрашивался в его присутствии, что исключало возможность оказания на него какого-либо давления, а также внесение в процессуальные документы сведений, не соответствующих действительности. Кроме того, имеющиеся в протоколах допросов подписи Леоновича С.Г. и его защитника подтверждают правильность изложенных показаний и отсутствие замечаний.
Допрошенный в ходе судебного заседания потерпевший Ч. старший участковый уполномоченный полиции, пояснил, что 30 июля 2017 года, получив по телефону сообщение о конфликте, произошедшем между Л. и ее братом - Леоновичем С.Г., поехал на проверку указанного сообщения. В момент выезда был одет в форменное обмундирование, сообщил о произошедшем в дежурную часть. Приехав к Л. узнал, что после произошедшего конфликта Леонович С.Г. куда-то убежал, пообещав, что вернется и всех убьет. В этой связи он поехал к дому, где проживал Леонович С.Г. Там он увидел последнего, вооруженного ружьем, на его поясе был одет патронташ. Как только он подошел, то Леонович С.Г. сразу же направил ему в голову ружье, высказывая угрозу убийством, потом стал убегать, а когда ему не удалось убежать, с расстояния 2,5 - 3 метра попытался осуществить два выстрела ему в грудь, что он понял по характерному звуку спускового крючка, однако выстрелов не произошло, так как ружье дало осечки.
Допрошенная в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 45 - 48, т. 3 л.д. 49 - 55) и в судебном заседании свидетель Н. показала, что 30 июля 2017 года видела, как участковый уполномоченный Ч. находившийся в форменном обмундировании, искал Леоновича С.Г., чтобы опросить по поводу семейного скандала. Когда они встретили осужденного, последний держал в руках охотничье ружье, на его поясе был надет патронташ. Ч. попросил убрать ружье, однако Леонович, наоборот, наставил его на потерпевшего, после чего побежал через огороды. Ч. стал его преследовать, она также побежала за ними. Впоследствии она видела, как Леонович, стоя на расстоянии 2 метров от Ч. направляет на него ружье. Она крикнула, чтобы Леонович прекратил свои действия. В этот момент подсудимый, продолжая направлять ружье на потерпевшего, поочередно нажал на курки, что она поняла по раздавшимся щелчкам, но выстрелов не последовало. Далее Ч. схватил ружье за ствол, у них с Леоновичем завязалась борьба. В ходе нее подсудимый нанес Ч. удар стволом по лицу.
Приведенные в приговоре фактические обстоятельства совершения указанных преступлений подтверждены показаниями свидетелей Н. в ходе предварительного расследования, А. в судебном заседании, детализацией телефонных соединений абонентских номеров, принадлежащих Л. Ч. Н. А., заключением баллистической экспертизы N 1616 об исследовании двуствольного гладкоствольного охотничьего ружья модели "Иж-58" 16 калибра и охотничьих патронов (т. 1, л.д. 183 - 192), актом медицинского освидетельствования Леоновича С.Г., в ходе которого у последнего установлено состояние опьянения (т. 2, л.д. 147 - 149), заключением судебно-медицинской экспертизы о наличии у Ч. телесных повреждений (т. 1, л.д. 89 - 90) и другими доказательствами, изложенными в приговоре.
Из исследованных в судебном заседании доказательств усматривается, что на момент совершения преступления Ч. состоял в должности старшего участкового уполномоченного полиции и обслуживал Чапаевское сельское поселение (т. 1, л.д. 227 - 237), непосредственно во время совершения в отношении него преступления был одет в форменное обмундирование сотрудника полиции и находился при исполнении своих служебных обязанностей по охране общественного порядка, при получении сообщения о происшествии от Л. Ч. действовал в соответствии с Федеральным законом "О полиции" (т. 3, л.д. 87 - 91).
Довод апелляционной жалобы о том, что у осужденного не было мотива на убийство потерпевшего Ч. которого он знал длительное время, в связи с чем не воспринимал его как сотрудника полиции, опровергается исследованными в ходе судебного заседания материалами уголовного дела, из которых усматривается, что Леонович С.Г. в ходе предварительного расследования пояснял, что слышал, как сестра звонила участковому, в связи с чем понимал, для чего приехал Ч. находившийся в форменном обмундировании, и что он действует как сотрудник полиции, проводящий проверку по поступившему сообщению. Таким образом, все последующие действия осужденного, который вооружился ружьем с патронами, направлял его на потерпевшего, а в последующем попытался произвести выстрелы в него, суд обоснованно признал совершенными в целях нежелания Леоновича С.Г. быть задержанным и доставленным в отдел полиции для проведения проверки, то есть воспрепятствования осуществляемой потерпевшим законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, исключив иной (не связанный с осуществлением служебной деятельности) мотив совершенных действий.
Утверждение апелляционной жалобы защитника о том, что Леонович С.Г. не мог произвести выстрел, поскольку ружье было заряжено самодельными патронами, которые не относятся к боеприпасам, являются несостоятельными.
Допрошенный в ходе судебного заседания в качестве эксперта Ш. показал, что представленные на исследования патроны, находившиеся в стволах ружья, имели следы самодельного переснаряжения, а заряды - следы накола, в связи с чем произвести контрольный отстрел не представилось возможным. Вместе с тем в исследуемых патронах все элементы, характерные для боевых припасов, имелись, последовательность их размещения была соблюдена, что позволяет отнести их к категории патронов для гладкоствольного ружья 16 калибра. Кроме того, эксперт пояснил, что если при неоднократных попытках произвести выстрел с одного и того же патрона происходит осечка, то возможность последующего осуществления выстрела этим патроном сохраняется (т. 5, л.д. 209 - 210).
Довод апелляционной жалобы о том, что потерпевший Ч. и свидетель Н. щелчки курков могли принять за звук, напоминающий бряцанье карабина плечевого ремня, являлся предметом проверки суда первой инстанции, который пришел к обоснованному выводу о том, что он не соответствует действительности.
Как последовательно пояснял потерпевший Ч. он является охотником, звук спускового крючка с каким-либо иным спутать не мог. Кроме того, из его показаний усматривается, что когда у осужденного не получилось произвести выстрелы, он сразу же стал переламывать ружье, чтобы перезарядить. Ч. также пояснил, что, когда ему удалось отобрать у Леоновича С.Г. ружье, в стволе находились два патрона с наколотыми капсюлями.
Указанные обстоятельства подтвердила в своих показаниях в ходе предварительного расследования и судебного заседания свидетель Н. являвшаяся непосредственным очевидцем произошедших событий.
Обстоятельств, свидетельствующих о возможности оговора Леоновича С.Г. потерпевшим Ч. и свидетелем Н. наличии у них заинтересованности в исходе дела, вопреки доводам стороны защиты, не установлено.
Таким образом все доказательства по настоящему уголовному делу были получены в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом, их совокупность являлась достаточной для вынесения обвинительного приговора.
По смыслу закона посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования законной деятельности по охране общественного порядка должно квалифицироваться по ст. 317 УК РФ независимо от того, была ли причинена смерть потерпевшему либо она не наступила в силу причин, не зависящих от воли виновного. Преступление считается оконченным в момент посягательства на жизнь. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом.
О наличии у Леоновича С.Г. прямого умысла на лишение жизни потерпевшего свидетельствует то обстоятельство, что в качестве орудия преступления он использовал ружье, снаряженное двумя патронами, которые, по его мнению, являлись пригодными для стрельбы, поскольку ранее аналогичными патронами он стрелял. При таких обстоятельствах не вызывает сомнений, что если бы выстрелы произошли, то это привело бы к смерти потерпевшего Ч. Таким образом суд пришел к обоснованному выводу о том, что Леонович С.Г. желал наступления указанных последствий, но не смог довести преступление по не зависящим от него обстоятельствам ввиду того, что ружье дало осечки. Кроме того, совершение посягательства на Ч. с очевидностью для осужденного Леоновича С.Г. было сопряжено с воспрепятствованием его законной деятельности по охране общественного порядка.
Судом дана надлежащая оценка всем имеющимся в данной части обвинения Леоновича С.Г. доказательствам, сделан обоснованный вывод о его виновности и его действия по ст. 317 УК РФ - как посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования законной деятельности указанного лица по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности - судом квалифицированы верно.
Вопреки доводам жалобы Леонович С.Г. является вменяемым и может нести уголовную ответственность. Согласно выводам судебно-психиатрической экспертизы Леонович С.Г. хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого деяния, не страдал. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.
У суда не имелось оснований сомневаться в объективности экспертного заключения, поскольку, как правильно указано в приговоре, выводы экспертов являются аргументированными, обоснованными и понятными, экспертиза проведена компетентными лицами в соответствии с научными методиками. В связи с изложенным, доводы апелляционной жалобы в этой части являются несостоятельными.
Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе производства по данному уголовному делу, которые могли бы послужить причиной для признания приговора незаконным и необоснованным, не допущено.
Оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Наказание осужденному Леоновичу С.Г. в виде реального лишения свободы с ограничением свободы назначено справедливое, в соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденного, всех обстоятельств дела, в том числе смягчающих наказание, что позволило суду применить правила ст. 64 УК РФ, назначив наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ст. 317 УК РФ.
С учетом изложенного, доводы апелляционного представления о чрезмерной мягкости назначенного осужденному наказания Судебная коллегия признает необоснованными.
Вместе с тем заслуживают внимания доводы апелляционного представления о нарушении судом требований уголовного закона при назначении Леоновичу С.Г. наказания по ст. 317 УК РФ.
В силу ст. 6 УК РФ справедливость назначенного осужденному наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
Мера наказания в соответствии со ст. 60 УК РФ определена судом с учетом характера и степени общественной опасности совершенного осужденным преступления, данных о личности виновного и обстоятельств, отягчающих и смягчающих наказание.
По смыслу закона, если подсудимый признается виновным в совершении нескольких преступлений, то в соответствии со ст. 69 УК РФ и п. 4 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части приговора надлежит указывать вид и размер назначенных основного и дополнительного наказаний отдельно за каждое преступление и окончательное наказание по совокупности преступлений.
В нарушение указанных требований суд первой инстанции, назначив Леоновичу С.Г. наказание по ст. 317 УК РФ в виде 7 лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год, по ч. 4 ст. 222 УК РФ - 240 часов обязательных работ, определяя наказание по совокупности преступлений, не указал вид и размер дополнительного наказания в виде ограничения свободы.
Таким образом, приговор в отношении осужденного вынесен с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, что вызывает необходимость изменения приговора.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Омского областного суда от 17 января 2018 года в отношении Леоновича Сергея Геннадьевича изменить.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 222, ст. 317 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний назначить Леоновичу С.Г. 7 (семь) лет 10 дней лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год.
После отбывания основного наказания установить следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22 часов до 7 часов следующих суток, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять постоянного места жительства без согласия специализированного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. Возложить на осужденного обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.
В остальном этот же приговор в отношении Леоновича Сергея Геннадьевича оставить без изменения, а апелляционную жалобу и апелляционное представление - без удовлетворения.