ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 11 октября 2018 г. N 21-АПУ18-2
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Лаврова Н.Г.,
судей Кондратова П.Е. и Романовой Т.А.
при секретаре Мамейчике М.А.,
с участием прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Киселевой М.А., защитника Загаштокова З.Х. - адвоката Борокова Х.-А.Б.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя З. - его сестры А. на постановление Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 30 июля 2018 г., по которому уголовное дело в отношении
З. < ... > несудимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 208, ч. 3 ст. 222, ст. 317 УК РФ,
прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с его смертью.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кондратова П.Е. о содержании постановления о прекращении уголовного дела, существе апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав выступления представителя З. - А. и его защитника - адвоката Борокова Х.-А.Б., поддержавших доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выслушав мнение представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации Киселевой М.А., настаивавшей на оставлении постановления о прекращении уголовного дела без изменения, а апелляционной жалобы без удовлетворения, Судебная коллегия
установила:
органами предварительного следствия З. обвиняется в том, что в период времени от 18 часов 45 минут 31 декабря 2011 г. до 21 часа 30 минут 29 марта 2012 г. вошел в состав действовавшего на территории Кабардино-Балкарской Республики незаконного вооруженного формирования "Объединенный Вилайат Кабарды, Балкарии и Карачая", являющегося структурным подразделением международной террористической организации "Имарат Кавказ" (деятельность указанных организаций запрещена на территории России) и участвовал в нем; в указанный период времени, действуя в составе организованной группы, получил от другого лица, входящего в состав незаконного вооруженного формирования, уголовные дела в отношении которого прекращены в связи с его смертью, в целях обеспечения преступной деятельности пистолет "ТТ", серии < ... > < ... > г. выпуска, снаряженный 8 патронами, а также запасной магазин к указанному пистолету с 7 патронами и осуществлял их незаконное ношение; во время обеспечения проведения 29 марта 2012 г. конспиративной встречи участников незаконного вооруженного формирования совершил посягательство на жизнь сотрудников правоохранительного органа С. Ш. К. в целях воспрепятствования их законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.
В ходе перестрелки, возникшей при задержании З. во время проведения 29 марта 2012 г. на территории МКОУ " < ... > " конспиративной встречи участников незаконного вооруженного формирования, ответным огнем, открытым сотрудниками полиции из табельного оружия, З. был убит.
Поскольку в ходе предварительного расследования близкий родственник З. - его сестра А., признанная по данному уголовному делу представителем умершего обвиняемого, заявила о своем несогласии с прекращением в отношении него уголовного дела по нереабилитирующему основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, а органами предварительного следствия не было установлено оснований для реабилитации З. уголовное дело по завершению его расследования было передано с обвинительным заключением для рассмотрения по существу в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики.
В ходе судебного разбирательства по данному уголовному делу А. подтвердила свое несогласие с прекращением уголовного дела в отношении З. по не реабилитирующему его основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, настаивая на признании его невиновным.
По результатам рассмотрения указанного уголовного дела 3 августа 2016 г. Верховным Судом Кабардино-Балкарской Республики в отношении З. вынесено постановление, которым представленные органами, осуществляющими уголовное преследование, доказательства признаны подтверждающими причастность З. к совершению инкриминируемых ему действий, при этом уголовное дело в отношении него было прекращено в связи с его смертью.
В апелляционной жалобе в защиту интересов З. его представитель А., утверждая о незаконности, необоснованности и немотивированности постановления о прекращении уголовного дела, отмечает, что это решение было односторонним, основанным лишь на показаниях свидетелей со стороны обвинения при игнорировании показаний свидетелей стороны защиты. Оспаривает допустимость и достоверность показаний свидетеля Г., который впервые был допрошен через 5 лет после возбуждения уголовного дела, уже после заявления стороной защиты о своем несогласии с прекращением уголовного дела по не реабилитирующему З. основанию. Высказывает сомнения в том, что названный свидетель, выступающий под псевдонимом, мог через 7 лет после единственной встречи с З. вспомнить его приметы, опознать его и передать содержание короткого разговора между ними. Оспаривает достоверность записи в протоколе осмотра места происшествия об обнаружении на территории школы трупа неустановленного мужчины, в правой руке которого находился металлический предмет, похожий на пистолет, тогда как на фототаблице пистолет находился не в руке трупа, а лежал рядом на земле. Отмечает, что пистолет выглядит абсолютно чистым, начищенным, несмотря на то, что лежит на земле. Обращает внимание на показания свидетеля Т., работавшего охранником в школе N < ... > в г. Нальчике, наблюдавшего за местом происшествия через окно школы и не видевшего возле убитого пистолета. Указывает на то, что суд не учел показания одноклассников З. Х. и Х. которые характеризуют З. исключительно с положительной стороны. Указывает на такие недостатки доказывания по делу, как то, что из дела пропали все личные вещи З., за исключением его травматического пистолета, и что информация о соединениях с телефона погибшего была запрошена только в августе 2017 г., через 5 лет после происшествия. Полагает бездоказательным утверждение суда о том, что З. еще до событий 29 марта 2012 г. занимался перевозкой находящегося в розыске участника незаконного вооруженного формирования З. Заявляет о том, что З. не был замечен ни в чем предосудительном, не привлекался к уголовной ответственности, отслужил военную службу, был женат, воспитывал троих малолетних детей, ни в каких бандформированиях не состоял. Просит постановление Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) в отношении З. отменить, постановить в отношении него оправдательный приговор ввиду его непричастности к совершению преступлений.
В возражениях на апелляционную жалобу государственные обвинители Лаврешин Ю.И. и Богатырева З.А. просят оставить ее без удовлетворения, а постановление Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в отношении З. без изменения.
Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, письменных возражениях на жалобу, а также в выступлениях участников судопроизводства в заседании суда апелляционной инстанции, Судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.
Поскольку в данном случае близкий родственник обвиняемого З. - его сестра А., не соглашаясь с выдвинутыми в отношении ее брата обвинениями, настаивает на его полной реабилитации, производство по уголовному делу в соответствии с законом было продолжено в общем порядке.
В таком же порядке, по смыслу положений п. 4 ч. 1 ст. 24 и ст. 389.21 УПК РФ, с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированных в постановлении от 14 июля 2011 г. N 16-П, уголовное дело подлежит дальнейшему рассмотрению в случае, если близкими родственниками умершего обвиняемого, в отношении которого вынесено постановление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию, подана апелляционная жалоба, в которой выражается несогласие с этим решением и ставится вопрос о признании его незаконным и необоснованным, а уголовное дело подлежащим пересмотру в целях реабилитации умершего лица.
Однако из содержания апелляционной жалобы, выступлений в судебном заседании участников судопроизводства со стороны защиты, а также из материалов уголовного дела достаточных оснований для пересмотра вынесенного в отношении З. постановления о прекращении уголовного дела не усматривается.
В ходе судебного заседания совершение З. действий, подпадающих под признаки преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 208, ч. 3 ст. 222, ст. 317 УК РФ, подтверждается показаниями свидетелей - сотрудников оперативных подразделений МВД по Кабардино-Балкарской Республике П. К., С., Ш. сообщивших о том, что вечером 29 марта 2012 г. они, проводя спецоперацию по задержанию находящегося в розыске в связи с совершением ряда преступлений З. увидели подъехавшую к территории школы N < ... > в г. Нальчике автомашину "Ауди" серебристого цвета, из которой вышли двое мужчин, направившиеся в сторону школы. Когда сотрудник полиции П., узнав в одном из мужчин З. попытался задержать его, тот открыл стрельбу из имевшегося у него пистолета системы Стечкина, после чего ответными выстрелами сотрудников полиции был уничтожен. Заметив, что второй мужчина пытается скрыться, С., а также находившиеся здесь же сотрудники СОБРа, одетые в форменную одежду, стали преследовать его, крича: "Стой, полиция", однако в ответ мужчина произвел несколько выстрелов из пистолета системы Токарева, после чего в отношении него был открыт ответный огонь, и он был убит;
- показаниями свидетелей Х. и Х. сообщивших, что им было известно о том, что житель их села З. присоединился к участникам незаконного вооруженного формирования, участвовал в убийстве сотрудников правоохранительных органов и был объявлен в розыск. З. был знаком с З., который, по их мнению, не мог участвовать в преступлениях и характеризуется положительно.
- заключениями экспертов-баллистов N 918 от 9 апреля 2012 г. и N 1195 от 4 мая 2012 г., с учетом справки по данным экспертно-криминалистического учета, из которых следует, что пистолет "ТТ", обнаруженный на месте происшествия возле тела З. является тем оружием, из которого 31 декабря 2011 г. были произведены выстрелы в начальника отделения СОБРа Ш. приведшие к смерти последнего, а обнаруженный возле тела З. переделанный кустарным способом пистолет "АПС-М" является пригодным к стрельбе огнестрельным оружием, из которого были произведены выстрелы в местах посягательств на жизнь федерального судьи Б., зам. начальника ЦПЭ КМ МВД по Кабардино-Балкарской Республике Б. оперуполномоченного А.;
- протоколом осмотра места происшествия - территории школы N < ... > в г. Нальчике, в ходе которого был обнаружен труп З. а также находившиеся возле него кожаный ремень с подсумками для запасных магазинов огнестрельного оружия, двумя запасными магазинами, снаряженными 40 патронами калибра 9 мм, пистолет со снятым предохранителем и взведенным курком, с находящимся в нем магазином с 18 патронами и 1 патроном в стволе пистолета, предмет, похожий на гранату, два предмета - "хаттабки", 3 предмета, похожих на запалы;
- заключениями судебных химических экспертиз N 928 от 12 апреля 2012 г. и N 3178 от 8 декабря 2017 г., установивших наличие следов продуктов выстрела - сурьмы и дифениламина на марлевых тампонах со смывами с рук З. на его волосах и ногтях, что подтверждает производство им выстрелов из пистолета;
- заключением эксперта N 167 от 31 мая 2012 г. о результатах исследования предметов одежды З. в том числе об установлении совпадения локализации повреждений на них с локализацией огнестрельных ранений на теле З.;
- показаниями свидетеля Г. пояснившего, что он приобретал у З. автопокрышки для своего автомобиля, за которые не смог своевременно расплатиться, в связи с чем они договорились встретиться, и во время этой встречи в январе 2012 г. в автомашине, на которой приехал З. находился еще один человек, представившийся А. и сказавший, с угрозой, что нехорошо обманывать братьев, имея в виду "братьев по вере"; впоследствии Г. по фотографии опознал парня по имени А. в З.;
- протоколами предъявления Г. лиц (Х. и З.) для опознания по фотографии;
- показаниями свидетеля Т. работавшего охранником в школе N 27 г. Нальчике, который сообщил, что поздно вечером в один из дней марта 2012 г. он услышал возле школы выстрелы, а когда вышел, увидел множество вооруженных людей в камуфлированной форме СОБРа и лежащие на земле два тела мужчин, рядом с тем, который лежал ближе к входу в школу, лежал пистолет; второго лежащего мужчину он наблюдал через окно школы, заметив его ярко рыжие волосы, оружия же у него не видел;
- вещественным доказательством - принадлежавшим З. автомобилем "АудиА-6", обнаруженным на месте происшествия возле школы N < ... > ;
- информационным письмом Центра по борьбе с экстремизмом МВД России по Кабардино-Балкарской Республике о том, что, по имеющимся оперативным данным, З., не являясь приверженцем религиозного экстремизма, разделял взгляды участников незаконных вооруженных формирований, поддерживал связи с членом незаконного вооруженного формирования З. помогая ему в скрытном перемещении по территории Республики и в снабжении продуктами питания;
- показаниями свидетелей Н. Ш., А., Ж. участвовавших в проведении осмотра места происшествия.
Оснований считать указанные доказательства собранными и оцененными тенденциозно, без учета доказательств, представленных стороной защиты и свидетельствующих о невиновности З. не имеется.
В частности, не усматривается причин для поставления под сомнение показаний свидетеля Г., поскольку каких-либо данных, указывающих на заинтересованность этого свидетеля в исходе уголовного дела и наличие у него оснований для оговора З., получено не было. Тот факт, что Г. был привлечен к участию в деле только после заявления А. о несогласии с прекращением уголовного дела по нереабилитирующему основанию обусловлен тем, что до этого момента, в силу п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - с учетом согласия отца З. - З. с прекращением уголовного преследования, судопроизводство по делу не могло осуществляться в полном объеме, а никак не стремлением правоохранительных органов, как утверждает А. опровергнуть доводы стороны защиты с помощью фальсификации доказательств. Этим же объясняется и то, что запрос о предоставлении информации о соединениях по телефону З. был направлен следователем только в 2017 г.
Высказанные стороной защиты сомнения относительно способности Г. через 6 лет после кратковременной встречи вспомнить лицо случайного собеседника и содержание их краткого общения носят характер предположения и сами по себе не дают оснований предполагать заведомую ложность показаний этого свидетеля.
Затронутый в апелляционной жалобе А. вопрос о том, почему в письменном тексте протокола осмотра места происшествия указано, что пистолет "ТТ" находился в руке убитого З., а на фототаблице видно, что пистолет лежит на земле рядом с рукой убитого, подробно исследовался судом в ходе судебного разбирательства. Как следует из показаний свидетелей Н. А. до начала осмотра места происшествия специалисты-взрывотехники провели проверку территории на предмет наличия взрывных устройств; в процессе их работы, как и в ходе самого осмотра трупы могли слегка сдвигаться, от чего пистолет из руки мог выпасть. Само по себе это обстоятельство не ставит под сомнение подтвержденный другими доказательствами факт того, что во время задержания З. у него был пистолет, из которого он отстреливался, пытаясь избежать задержания.
Судом также дана мотивированная оценка показаниям свидетеля Т., утверждавшего, что, наблюдая за происходящим во дворе школы из окна, он не видел рядом с находившимся с тыльной стороны здания школы трупом человека с рыжими волосами пистолет. Как справедливо подчеркнул суд в приговоре, с учетом того, что задержание З. и З. производилось 29 марта 2012 года в темное время суток, участок местности, на котором лежал труп З., не освещался и обзор места происшествия из окна школы был затруднен из-за позы трупа и его расположения в траве, свидетель объективно был ограничен в возможности увидеть такую деталь, как пистолет.
Вопреки доводам стороны защиты утрата предметов одежды З., которые находились на нем во время задержания и причинения ему смерти, не является поводом для признания вынесенного судом постановления о прекращении уголовного дела незаконным и необоснованным. Данные предметы были изъяты при проведении осмотра трупа З. и приобщены к материалам уголовного дела. Проведенные впоследствии, в соответствии с установленным уголовно-процессуальным законом порядком, их исследования, в том числе экспертами - медиками и криминалистами, сомнений с точки зрения их законности и обоснованности не вызвали и сторонами не оспаривались. На принадлежавших З. куртке, футболке и майке обнаружены входные и выходные огнестрельные повреждения, совпадающие по своей локализации с огнестрельными ранениями на теле З. При наличии таких доказательств, признанных судом допустимыми, тот факт, что сами вещественные доказательства оказались утраченными, не дает оснований считать принятое по делу решение необоснованным.
С учетом установленных судом фактических обстоятельств не имеется оснований сомневаться в причастности З. к совершению инкриминируемых ему преступлений, а также в правильности и соответствии уголовному закону квалификации совершенных им действий по ч. 2 ст. 208, ч. 3 ст. 222 и ст. 317 УК РФ.
При таких условиях Судебная коллегия не находит предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований к отмене или изменению в апелляционном порядке вынесенного в отношении З. постановления о прекращении уголовного дела.
Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
постановление Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 30 июля 2018 г. в отношении З. оставить без изменения, а апелляционную жалобу его представителя А. без удовлетворения.