ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 августа 2017 г. N 31-АПУ17-1сп
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Безуглого Н.П.,
судей Кочиной И.Г., Климова А.Н.,
с участием:
государственного обвинителя - прокурора Пирогова М.В.,
осужденного Арипова Н.А.,
защитника - адвоката Цапина В.И.,
при секретаре Пикаевой М.А.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Арипова Н.А. и адвоката Носикова О.А. на приговор Верховного Суда Чувашской Республики с участием коллегии присяжных заседателей от 25 мая 2017 года, которым:
Арипов Н.А., < ... > ,
судимый 18 октября 2016 года по п. "з" ч. 2 ст. 111 УК РФ к 4 годам лишения свободы,
осужден:
- по п. п. "а", "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 13 лет с ограничением свободы сроком на 1 год,
- по ч. 2 ст. 167 УК РФ к лишению свободы на 1 год 10 месяцев,
- на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, - к 14 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год,
- на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 18 октября 2016 года, - к 17 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год, с ограничениями и обязанностями, установленными приговором.
Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление осужденного Арипова Н.А. в режиме видеоконференц-связи, адвоката Цапина В.И., поддержавших доводы апелляционных жалоб, дополнительно заявивших о том, что суд не предоставил Арипову Н.А. возможности ознакомления с материалами уголовного дела перед подачей апелляционной жалобы, мнение государственного обвинителя-прокурора Пирогова М.В., просившего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия,
установила:
в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей Арипов Н.А. осужден за умышленное уничтожение путем поджога жилого дома и имущества, находящегося в доме, принадлежащего потерпевшей Ф. с причинением ей значительного ущерба, а также за убийство общеопасным способом И. С. и Е.
Преступления совершены 23 апреля 2015 года в г. < ... > < ... > Республики при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе и в дополнениях к ней осужденный Арипов Н.А. указывает, что приговор вынесен незаконным составом суда, поскольку в отношении присяжного заседателя А. в 2002 году было прекращено уголовное дело, что могло повлиять на объективность ее суждений.
По мнению Арипова, судебный процесс велся с обвинительным уклоном, поскольку удовлетворялись все ходатайства стороны обвинения и были оглашены все его показания, данные на предварительном следствии, в том числе и явка с повинной, которая не является доказательством, но при этом не были вызваны и допрошены свидетели, доказывающие его невиновность. По мнению осужденного, в судебном заседании потерпевшая С. дала ложные показания, в то время как ее показания, данные в ходе предварительного следствия, были оглашены лишь частично. Кроме того, указывает, что ему не дали полностью высказаться в стадии судебных прений и не предоставили возможности подготовиться к последнему слову. Считает, что данные обстоятельства повлияли на ответы присяжных заседателей, которые из-за неполноты предоставленной им информации не сумели правильно установить фактические обстоятельства дела.
Выражая несогласие с обвинительным вердиктом, Арипов настаивает, что не имел умысла на уничтожение имущества путем поджога и не знал о наличии людей в доме.
Наказание осужденный считает несправедливым вследствие чрезмерной суровости, полагает, что при его назначении председательствующий учел не все смягчающие обстоятельства.
На основании изложенного Арипов просит отменить вынесенный в отношении его приговор с передачей дела на новое рассмотрение и указывает на незаконность отмены в отношении его первоначального оправдательного приговора.
Об отмене приговора просит в апелляционной жалобе и адвокат Носиков О.А., полагая, что в ходе рассмотрения дела судом были допущены существенные нарушения уголовно-процессуальных норм.
Так, формулируя вопросы для присяжных заседателей, председательствующий предложил им определить лишь фактические действия Арипова, не задав вопрос о том, с какой целью он бросил зажженную тряпку в веранду жилого дома. При этом председательствующий незаконно отказал стороне защиты о внесении соответствующих изменений в данный вопрос и в постановке дополнительного вопроса о проявленной неосторожности со стороны осужденного при обращении с огнем, без умысла на лишение жизни потерпевших. В случае установления присяжными заседателями таких обстоятельств, Арипов мог быть признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 109 УК РФ.
Кроме того, автор жалобы указывает, что суд ограничил сторону защиты в представлении доказательств, необоснованно отказав в повторном вызове в судебное заседание свидетеля И. и в оглашении показаний свидетеля Л. не явившейся в заседание ввиду тяжкого заболевания. Учитывая, что сторона обвинения имела возможность в течение нескольких дней беспрепятственно представлять доказательства, адвокат считает, что, отказав стороне защите в удовлетворении вышеуказанных ходатайств, председательствующий поставил стороны в неравное положение.
Полагает, что в соответствии с ч. ч. 4 и 5 ст. 348 УПК РФ имелись основания для вынесения оправдательного приговора, несмотря на обвинительный вердикт.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, Судебная коллегия находит к следующему.
После вынесения приговора Арипов заявил ходатайство об ознакомлении с материалами дела, которое было судом удовлетворено. 19 июня осужденному дело было предоставлено для изучения, однако, он отказался от ознакомления с ним и попросил предоставить ему копию протокола судебного заседания (т. 8 л.д. 210, 220), копия которого вместе с копией напутственного слова была вручена ему в этот же день (т. 8 л.д. 211). Через несколько дней Арипов подал дополнение к апелляционной жалобе, ходатайств об ознакомлении с делом больше не заявлял, не просит об этом и в настоящее время. С учетом изложенного и принимая во внимание, что осужденный ранее неоднократно изучал материалы дела, Судебная коллегия считает, что он владел информацией, необходимой для подачи апелляционной жалобы, и достаточно подготовлен к апелляционному разбирательству.
Обвинительный приговор в отношении Арипова Н.А. постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, основанном на всестороннем и полном исследовании представленных сторонами доказательств.
Уголовное дело рассмотрено законным составом суда. Коллегия присяжных заседателей была сформирована с соблюдением требований ст. ст. 326 - 329 УПК РФ, в ее состав вошли только те лица, которые в соответствии с ФЗ "О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации" имели право осуществлять правосудие. К работе коллегия присяжных заседателей приступила после присяги.
Присяжный заседатель А. на стадии формирования коллегии сообщила о прекращении в отношении ее в 2002 году уголовного дела. При таких обстоятельствах стороны имели возможность заявить отвод, в случае, если сомневались в объективности ее мнения, однако ни один участник процесса не высказал своего недоверия данному кандидату (т. 8 л.д. 16 - 19). При таких обстоятельствах, учитывая, что у присяжного заседателя отсутствовали основания для предубеждения в отношении Арипова, Судебная коллегия находит несостоятельными доводы осужденного относительно незаконности участия А. в судебном процессе.
Судебное следствие проведено в соответствии со ст. 335 УПК РФ с учетом его особенностей в суде с участием присяжных заседателей. В рамках судебного следствия исследовались только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.
Вопреки утверждению стороны защиты, председательствующий обеспечил сторонам равные возможности для представления доказательств. Факт удовлетворения ходатайств стороны обвинения и отказа в удовлетворении некоторых ходатайств стороны защиты не свидетельствует о нарушении принципа равенства, поскольку во всех случаях председательствующим были приняты законные решения.
Так, председательствующим были разрешены и удовлетворены ходатайства стороны защиты о вызове в судебное заседание свидетелей Л. и И. (т. 8 л.д. 88 - 90) и приняты необходимые меры для исполнения данных решений, однако явку свидетелей обеспечить не удалось (т. 7 л.д. 199 - 203). Поскольку сторона защиты не представила подтверждения наличия у Л. тяжкого заболевания, препятствующего явке в суд, и данных о том, что свидетель И. в разумные сроки может быть представлен в суд для допроса, председательствующий правомерно отказал в оглашении показаний свидетеля Л. и в отложении судебного заседания, и поставил на обсуждение сторон вопрос об окончании судебного следствия, против чего участники процесса не возражали (т. 8 л.д. 110).
Учитывая вышеизложенное и принимая во внимание, что свидетели Л. и И. не являлись очевидцами произошедшего, Судебная коллегия не может согласиться с доводами осужденного о том, что отсутствие их показаний препятствовало правильному установлению присяжным заседателями фактических обстоятельств дела.
Согласно протоколу судебного заседания, показания потерпевшей С., данные в ходе предварительного следствия, были зачитаны адвокатом в части установленных им противоречий. Поскольку председательствующий не ограничивал сторону защиты в объеме оглашения показаний, Судебная коллегия не усматривает нарушения прав стороны защиты на представление доказательств.
Вопреки мнению осужденного его показания, данные в ходе предварительного следствия, получены с соблюдением требований Уголовно-процессуального кодекса и оглашены в судебном заседании в соответствии с положениями ст. 276 УПК РФ (т. 8 л.д. 106 - 107). При этом ни Арипов, ни его адвокат ходатайств о признании данных показаний недопустимыми не заявляли и против их оглашения не возражали.
Сам по себе факт оглашения явки с повинной не оказал влияния на формирование мнения присяжных заседателей, поскольку ее содержание соответствует оглашенным показаниям Арипова.
Прения сторон проведены в соответствии с положениями ст. 336 УПК РФ, для подготовки к которым сторонам было предоставлено несколько дней (т. 8 л.д. 110). Согласно протоколу судебного заседания, председательствующий не ограничивал во времени выступления, поэтому участники процесса имели возможность довести до сведения суда свое мнение относительно вопросов, подлежащих разрешению с участием присяжных заседателей.
Последнее слово подсудимому было предоставлено сразу после окончания судебных прений, что не противоречит положениям 293 и 337 УПК РФ. Арипов об отложении судебного заседания не ходатайствовал, что свидетельствовало о его готовности к выступлению.
Напутственное слово председательствующего соответствует предъявляемым к нему требованиям, является полным, содержит ссылки, как на доказательства стороны обвинения, так и на доказательства стороны защиты. Председательствующий раскрыл в нем правила оценки доказательств, сущность презумпции невиновности, положения о толковании неустраненных сомнений в пользу подсудимых и другие вопросы, подлежащие разъяснению в соответствии с требованиями ст. 340 УПК РФ.
От сторон возражений по содержанию напутственного слова не поступило, а присяжные заседатели пояснили, что дополнительные разъяснения им не требуются (т. 8 л.д. 129).
Не нашли своего подтверждения доводы адвоката Носикова О.А., изложенные в апелляционной жалобе, касающиеся недостатков вопросного листа, поскольку вопросы перед присяжными заседателями сформулированы согласно требованиям ст. 338, 339 УПК РФ, исходя из предъявленного обвинения, с учетом результатов судебного следствия.
Председательствующим не было удовлетворено ходатайство стороны защиты об изменении вопроса N 2 и о постановке дополнительного, однако данное решение председательствующего не противоречило положениям ч. 3 ст. 339 УПК РФ, поскольку второй вопрос был сформулирован председательствующим таким образом, что не предопределял ответы присяжных заседателей, а позволял им учесть позицию защиты, исключив из вопроса те обстоятельства, которые они сочли недоказанными, что присяжные заседатели и сделали в своих ответах (т. 8 л.д. 151 - 154). При этом порядок совещания присяжным заседателям в напутственном слове был подробно разъяснен, ходатайств, направленных на разъяснение содержания вопросов и правил оформления ответов, от них не поступило.
Нарушений порядка и сроков совещания присяжных заседателей при вынесении вердикта, тайны совещательной комнаты допущено не было.
Вопросный лист оформлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а вынесенный и оглашенный вердикт является ясным и непротиворечивым.
Таким образом, в ходе судопроизводства не допущено нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, повлекших за собой отмену или изменение приговора.
Доводы апелляционной жалобы осужденного о своей невиновности, о недостоверности показаний свидетелей, о неправильном установлении обстоятельств преступления не могут быть предметом настоящего обсуждения, поскольку относятся к оспариванию установленных вердиктом присяжных заседателей фактических обстоятельств дела, которые в соответствии со ст. 389.27 УПК РФ обжалованию не подлежат, не являются предметом настоящего судебного разбирательства и доводы относительно незаконности отмены первоначального оправдательного приговора.
Вердиктом присяжных заседателей установлено, что Арипов поджег тряпку и забросил ее в веранду жилого дома, зная, что там находится С. Его действия привели к пожару, в результате которого дом и имущество на сумму 140824 рубля 50 копеек были уничтожены огнем, а находящиеся в доме И., С. и Е. скончались от отравления угарным газом.
Исходя из фактических обстоятельств дела, установленных присяжными заседателями, председательствующий правильно сделал вывод о том, что действия Арипова носили умышленный характер. Несмотря на то, что осужденный не знал о нахождении в доме иных лиц, кроме С. его действия правильно квалифицированы по п. п. "а", "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство трех лиц, совершенное общеопасным способом, поскольку смерть всех потерпевших наступила от его действий, а он, в свою очередь, поджигая дом, осознавал, что избранный им способ убийства представляет опасность не только для С., но и для других лиц.
Правильно квалифицированы действия осужденного и по ч. 2 ст. 167 УК РФ как умышленное уничтожение чужого имущества с причинением значительного ущерба потерпевшей, совершенное путем поджога.
Оснований для иной квалификации действий осужденного не имеется.
Исходя из заключения судебно-психиатрической экспертизы и анализа поведения осужденного в период судопроизводства, председательствующий правильно пришел к выводу о том, что он является вменяемым и может нести уголовную ответственность за содеянное.
Назначенное осужденному наказание является справедливым и смягчению не подлежит, поскольку суд учел все влияющие на него обстоятельства: характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности Арипова, обстоятельства смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.
Оснований для применения к Арипову Н.А. ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания по п. п. "а", "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ у суда не имелось, поскольку уголовным законом не предусмотрено последовательное применение положений ч. 1 ст. 62 и ч. 1 ст. 65 УК РФ. В случае признания лица заслуживающим снисхождения применению подлежит лишь ч. 1 ст. 65 УК РФ, правила которой к осужденному за оба преступления применены правильно.
Суд не нашел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, не усматривает их и Судебная коллегия.
С учетом изложенного оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.
Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного Суда Чувашской Республики с участием коллегии присяжных заседателей от 25 мая 2017 года в отношении Арипова Н.А. оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Арипова Н.А. и адвоката Носикова О.А. - без удовлетворения.