ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 5 сентября 2017 г. N 69-АПУ17-7
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Эрдыниева Э.Б.,
судей Шмотиковой С.А., Борисова О.В.
при секретаре Воронине М.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Новьюхова С.Н., его защитника - адвоката Варгасова Д.П. на приговор суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 2 июня 2017 года, по которому
Новьюхов С.Н., < ... > , судимый 15 июня 2005 года судом Ханты-Мансийского автономного округа - Югры за совершение преступления, предусмотренного п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, к 11 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, освобожденный по отбытии срока наказания 12 мая 2015 года,
осужден по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде 15 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на срок 2 года, с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ.
Срок отбывания наказания Новьюхову С.Н. исчислен со 2 июня 2017 года, зачтено в него время содержания осужденного под стражей с 7 ноября 2016 года по 1 июня 2017 года.
Взысканы с осужденного Новьюхова С.Н. процессуальные издержки в размере 32 400 рублей.
Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Борисова О.В., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание приговора, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, выступление осужденного Новьюхова С.Н., его защитника - адвоката Романова С.В., поддержавших доводы жалоб, а также прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Коловайтеса О.Э., полагавшего, что приговор следует оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
Новьюхов С.Н. признан виновным в убийстве малолетнего Н., 14 сентября 2016 года рождения.
Преступление совершено 7 ноября 2016 года в г. < ... > при обстоятельствах, подробно указанных в приговоре.
В судебном заседании осужденный Новьюхов С.Н. вину в содеянном признал частично.
В апелляционной жалобе, поданной в интересах Новьюхова С.Н., адвокат Варгасов Д.П. просит приговор суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 2 июня 2017 года в отношении Новьюхова С.Н. изменить, переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 109 УК РФ и назначить наказание с учетом смягчающих и отягчающих обстоятельств в соответствии с санкцией данной статьи. В обоснование указывает, что виновность Новьюхова С.Н. в содеянном не подтверждается собранными по делу доказательствами, судом необоснованно отвергнуты показания Новьюхова С.Н., данные в судебном заседании, а также показания свидетеля Н., которые, по мнению автора жалобы, подтверждают то обстоятельство, что смерть Н. наступила от неосторожных действий осужденного.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Новьюхов С.Н. просит приговор суда ХМАО - Югры от 2 июня 2017 года в отношении его изменить, переквалифицировать содеянное им с п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 109 УК РФ. В обоснование указывает, что в связи с тем, что его сыну еще не исполнилось двух месяцев, скелет ребенка не был полностью сформирован, при нанесении ударов кулаком по голове на ней бы остались четкие следы и ребенок умер сразу. Из его первоначальных показаний, которые суд положил в основу приговора, следует, что после его ударов ребенок был жив. Кроме того, для квалификации содеянного им по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо, чтобы смерть наступила через короткий промежуток времени, в связи с чем в его действиях усматривается состав преступления, предусмотренный ч. 4 ст. 111 УК РФ. Подробно пересказывая свою версию произошедшего, считает, что суд необоснованно отказал в его ходатайстве о приложении к материалам уголовного дела его письменных показаний от 7 и 8 ноября 2016 года, в которых он описывал обстоятельства дела как они происходили в действительности, а именно, что телесные повреждения сыну были причинены им по неосторожности. Отмечает, что первоначальные показания, в которых он признавал вину в убийстве своего сына, были даны им в связи с тем, что реальную версию событий сотрудники полиции не хотели слушать. Обращает внимание на проведенные по делу экспертизы, которые, по его мнению, свидетельствуют о его невиновности.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Рыжов С.А. просит оставить приговор суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 2 июня 2017 года в отношении Новьюхова С.Н. без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Варгасова Д.Н., осужденного Новьюхова С.Н. - без удовлетворения.
Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Виновность Новьюхова С.Н. в совершении преступления, за которое он осужден, вопреки доводам апелляционных жалоб подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.
Будучи допрошенным в ходе предварительного расследования Новьюхов С.Н., показания которого в связи с наличием существенных противоречий были оглашены в ходе судебного заседания, исследованы и обоснованно положены в основу обвинительного приговора, показал, что 7 ноября 2016 года он, находясь в ярости из-за того, что его сын плакал, а он не мог его успокоить, желая прекратить крик и плач младенца, дважды ударил кулаком сына по голове - в область затылка и между лбом и темечком. При этом он сознавал, что перед ним маленький ребенок, тело которого уязвимо, и его действия могут повлечь тяжкие последствия, однако остановиться не мог (том 3, листы 84 - 88, 125 - 129, 177 - 179).
Данные показания Новьюхов С.Н. полностью подтвердил в ходе проверки их на месте (том 3, листы 90 - 95), показав механизм причинения повреждений своему малолетнему сыну, объяснив мотивы совершенного деяния. В частности, он признал, что сознавал опасность примененного им насилия для жизни малолетнего ребенка.
Суд обоснованно положил в основу первоначальные показания Новьюхова С.Н. об обстоятельствах нанесения им ударов малолетнему Н., поскольку указанные показания дополняют друг друга и согласуются между собой, а также подтверждаются протоколом осмотра места происшествия, выводами экспертов о характере, локализации и механизме образования телесных повреждений, имевших место на трупе потерпевшего.
Согласуются указанные первоначальные показания Новьюхова С.Н. и с другими доказательствами, добытыми по делу.
Так, потерпевшая Н. в судебном заседании показала, что вечером 6 ноября 2016 года они с мужем - Новьюховым С.Н. употребляли спиртное. 7 ноября она проснулась от шума воды, в ванной увидела мужа, который пытался остановить прорыв трубы. На диване в комнате, где спал подсудимый, лежал их маленький сын К., который был раздет и молчал, его тело было прохладным. Заподозрив неладное, она спросила мужа, что случилось. Он сказал, что вымыл сына и не вытер его. Через какое-то время, вернувшись в комнату, она увидела, что муж делает сыну искусственное дыхание. На вопрос в чем дело, Новьюхов не отвечал и к мальчику не подпускал. Когда он отвлекся, она подошла к сыну, поняла, что мальчик мертв, испугалась и вызвала скорую помощь. Ни в присутствии врачей, ни потом муж не сказал, что произошло. После отъезда скорой помощи, зафиксировавшей смерть сына, приехали сотрудники полиции, произвели осмотр, забрали ее и мужа в отделение. Там он сознался, что ударил сына по голове. Также пояснила, что ребенок нормально развивался и был здоров. Сначала она оставляла его с отцом, но потом поняла, что Новьюхов С.Н. не справляется с ним - однажды, вернувшись из больницы, она увидела на лице мальчика кровоподтек, муж сознался, что неаккуратно брал ребенка рукой.
Свидетели Т. и С., фельдшеры скорой помощи, в судебном заседании показали, что 7 ноября 2016 года в одной из комнат квартиры они застали малолетнего мальчика, лежавшего под покрывалом на диване, и его родителей. Ребенок был мертв, причем, судя по трупным пятнам и окоченению, не менее часа. Из-за пятен и окоченения телесные повреждения визуально не были заметны, а родители ничего внятного о случившемся объяснить не могли. Кто-то из них сказал, что утром ребенок перестал дышать и умер, а они растерялись и не сразу вызвали скорую помощь. Вместо этого, по словам родителей, отец мальчика предпринимал попытки провести реанимационные мероприятия, но безрезультатно.
Виновность осужденного Новьюхова С.Н. подтверждается также следующими исследованными в ходе судебного заседания доказательствами.
Согласно протоколу осмотра места происшествия (том 1, листы 52 - 62) на диване в комнате квартиры < ... > по адресу: г. < ... > обнаружен труп ребенка с выраженным окоченением, с ссадинами на лбу и на носу.
Из заключения судебно-медицинского эксперта (том 1, листы 206 - 220) усматривается, что на трупе малолетнего Н. обнаружены причиненные от действия твердых тупых предметов закрытая черепно-мозговая травма и закрытая травма грудной клетки, которые как в совокупности, так и по отдельности, повлекли тяжкий вред здоровью ребенка по признаку опасности для жизни. Смерть малолетнего Н. наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы с последующим отеком головного мозга и его сдавливанием кровью.
Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы (том 2, листы 81 - 85) на трупе Н. обнаружена повлекшая смерть закрытая черепно-мозговая травма в виде кровоизлияния под твердую мозговую оболочку, диффузных кровоизлияний под мягкую мозговую оболочку, кровоизлияния в мягкие ткани затылочной и лобной части головы, кровоизлияний в ствол мозга, проводящую систему и на дне четвертого желудочка, кровоподтека и ссадины на лице. Данная травма образовалась от не менее двух ударных, ударно-скользящих воздействий тупого твердого предмета в лобную и затылочную область в течение от нескольких десятков минут до одних суток до наступления смерти.
Допрошенная в судебном заседании эксперт М. пояснила, что причиной смерти явилась упомянутая в заключении закрытая черепно-мозговая травма. Помимо нее в результате гистологического исследования у ребенка обнаружены признаки другой закрытой черепно-мозговой травмы, возникшей не позднее четырех суток до наступления смерти. С учетом установленных экспертизой точек приложения силы смертельная травма - результат не менее двух ударов твердыми предметами в лобную и затылочную части головы. От простого падения ребенка и удара об пол или иную твердую поверхность образование такой травмы невозможно. У малолетнего кровоподтеки локализованы только на голове, из чего ясно, что удары были нанесены только в голову. При этом, исходя из характера кровоподтеков и других возникших последствий, удары были резкими и нанесены с достаточной силой.
Проверку и оценку доказательств, собранных по делу, суд произвел в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ и в соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ привел в приговоре убедительные мотивы, по которым он признал достоверными одни показания Новьюхова С.Н. и отверг другие (т. 5, л.д. 59).
Судом вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного Новьюхова С.Н. не нарушены требования статьи 15 УПК РФ, предусматривающей, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон, а суд не является органом уголовного преследования и не выступает на стороне обвинения или защиты, но создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных прав и обязанностей.
Как видно из протокола судебного заседания, дело было рассмотрено судом беспристрастно, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Председательствующий по делу судья создал стороне защиты и обвинения равные условия и возможности для исполнения ими своих процессуальных прав и обязанностей. Все ходатайства, заявленные участниками процесса, председательствующим ставились на обсуждение сторон, и по результатам их рассмотрения судьей были вынесены законные постановления.
Доводы осужденного о том, что он оговорил себя, давая вышеуказанные показания, являлись предметом проверки суда первой инстанции. Как установлено в ходе судебного следствия, первоначальные признательные показания осужденного были даны им добровольно, в полном соответствии с уголовно-процессуальным законом, в условиях, исключающих какое-либо неправомерное воздействие. При допросах Новьюхова С.Н. ему разъяснялись соответствующие положения уголовно-процессуального закона, право не свидетельствовать против себя, а также то, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу. Допросы Новьюхова С.Н., проверка показаний на месте проводились в присутствии адвоката. Каких-либо замечаний по ходу и содержанию допросов ни осужденный, ни его защитник не подавали. В ходе проверки показаний на месте, видеозапись которой исследована в судебном заседании, подсудимый наглядно воспроизвел события инкриминируемого ему деяния, сообщив такие детали, которые не могли быть навязаны ему посторонними лицами.
Кроме того, в заключении комиссионной судебно-психиатрической экспертизы (том 2, листы 49 - 53) отмечено, что в ходе исследования Новьюхов С.Н. давал пояснения об обстоятельствах совершенного деяния, схожие с его показаниями, данными при первоначальных допросах. При этом фон настроения испытуемого был ровным, общение свободным.
Нарушений требований уголовно-процессуального закона, в том числе применение к осужденному недозволенных методов ведения следствия при получении указанных доказательств, судом не установлено.
По смыслу закона по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии) надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство.
Исследовав материалы уголовного дела, суд обоснованно пришел к выводу, что утром 7 ноября 2016 года Новьюхов С.Н., не справившись с пеленанием сына, разозлился на него и ударил малолетнего два раза кулаком по голове, причинив опасную для жизни закрытую черепно-мозговую травму, повлекшую смерть ребенка. Данное деяние осужденного, выразившееся в применении насилия, имело целенаправленный характер. Оказавшись в бытовой ситуации, Новьюхов нанес двухмесячному ребенку два удара кулаком по голове - жизненно важному органу, не защищенному в силу возраста пострадавшего. Исследованными в ходе судебного следствия доказательствами установлено, что данные удары обладали достаточной силой и представляли реальную опасность для жизни ребенка, что неопровержимо подтверждается наступившими последствиями в виде смерти. По собственному признанию Новьюхова С.Н. он осознавал опасность своих действий для жизни сына, уязвимость последнего перед ним.
Для квалификации преступления как убийства необходимо наличие причинной связи между действием лица и наступившим преступным результатом. При этом необязательно, чтобы смерть потерпевшего наступила сразу же после совершения соответствующего действия. Квалификация содеянного как убийства возможна и тогда, когда смерть потерпевшего наступает спустя определенный промежуток времени после совершения посягательства. Кроме того, материалами дела установлено, что Н. умер через несколько минут после причинения ему травмы 7 ноября 2016 года. В связи с изложенным, доводы апелляционной жалобы осужденного Новьюхова С.Н. в этой части, являются безосновательными.
Вопреки доводам апелляционной жалобы стороны защиты, суд обоснованно критически отнесся к показаниям свидетеля Н., поскольку она не являлась очевидцем произошедших событий, обстоятельства случившегося стали известны ей со слов потерпевшей Н.
Доводы апелляционной жалобы осужденного Новьюхова С.Н. о том, что телесные повреждения у малолетнего Н. явились следствием его падения в таз с водой и возможного последующего удара о твердую поверхность, были проверены судом первой инстанции, который пришел к обоснованному выводу о том, что они являются недостоверными, поскольку опровергаются первоначальными признательными показаниями Новьюхова С.Н. в ходе предварительного следствия, заключениями проведенных по делу экспертиз и показаниями допрошенного в ходе судебного следствия эксперта, а также другими объективными сведениями по делу. Кроме того, как правильно отмечено в приговоре, необъяснимым является поведение осужденного, который, отказавшись от квалифицированной и своевременной медицинской помощи, не сообщил о травме ребенка ни жене, ни врачам скорой помощи, ни сотрудникам полиции, прибывшим на место происшествия. Действия Новьюхова С.Н. с учетом названных обстоятельств имеют смысл только в случае его намерения скрыть истинные преступные причины смерти ребенка.
Исходя из фактических обстоятельств, установленных судом, действия Новьюхова С.Н. по п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицированы правильно. У Судебной коллегии не имеется оснований считать данную квалификацию ошибочной.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не имеется.
В то же время Судебная коллегия приходит к выводу, что вынесенный приговор подлежит изменению.
В обоснование своего решения о виновности Новьюхова С.Н. в совершенном преступлении суд сослался на показания сотрудника полиции Л., показавшего в судебном заседании, что в ходе беседы в отделе полиции 7 ноября 2016 года Новьюхов рассказал, что утром этого же дня он проснулся от плача ребенка и понес его в ванную, чтобы обмыть. Ребенок стал кричать раздетый, а запеленать его у подсудимого не получалось. Тогда, разозлившись, Новьюхов дважды ударил малолетнего сына кулаком по голове, и тот притих.
Между тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2004 г. N 44-О, недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденных им в суде, путем допроса в качестве свидетеля дознавателя или следователя, производивших дознание или предварительное следствие.
Суд не вправе допрашивать дознавателя и следователя, равно как и сотрудника, осуществляющего оперативное сопровождение дела, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, восстанавливать содержание этих показаний вопреки закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ правилу, согласно которому показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные им в суде, относятся к недопустимым доказательствам. Тем самым закон исключает возможность любого, прямого или опосредованного, использования содержащихся в них сведений.
В связи с изложенным, показания свидетеля Л. относительно сведений, которые ему стали известны из беседы с Новьюховым С.Н. в отсутствие его защитника, не могут быть использованы в качестве доказательства виновности Новьюхова С.Н. и подлежат исключению из числа доказательств по делу.
Вместе с тем, по мнению Судебной коллегии, исключение из числа доказательств показаний указанного лица не влияет на правильность выводов суда о виновности Новьюхова С.Н., поскольку имеется совокупность иных доказательств, которые соответствуют требованиям ст. ст. 87, 88 УПК РФ и оценены в приговоре с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.
При назначении наказания суд, исходя из требований ст. 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание осужденного.
Так, к обстоятельствам, смягчающим наказание Новьюхова С.Н., приговором суда отнесено: активное способствование раскрытию и расследованию преступления в ходе предварительного расследования, к отягчающим обстоятельствам - рецидив преступлений.
Также суд обоснованно пришел к выводу о том, что, исходя из характера и степени общественной опасности содеянного осужденным, оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ не имеется.
Таким образом, Судебная коллегия считает, что назначенное осужденному Новьюхову С.Н. наказание является законным и справедливым, оснований к снижению наказания не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 2 июня 2017 года в отношении Новьюхова С.Н. изменить:
- исключить из числа доказательств показания свидетеля Л. в части воспроизведения сведений, сообщенных ему Новьюховым С.Н. при задержании.
В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного Новьюхова С.Н. и адвоката Варгасова Д.П. - без удовлетворения.