ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 3 августа 2017 г. N 34-АПУ17-4СП
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего - Червоткина А.С.,
судей - Таратуты И.В., Сабурова Д.Э.,
при секретаре - Горностаевой Е.Е.,
с участием государственного обвинителя - прокурора Гуровой В.Ю.,
защитника - адвоката Шевченко Е.М., Заполицына А.В.,
осужденного Гагарина И.П.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Гагарина И.П. и его защитника адвоката Заполицына А.В. на приговор Мурманского областного суда от 17 мая 2017 года с участием присяжных заседателей, которым
Гагарин И.П., < ... > , несудимый;
осужден по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 18 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением перечисленных в приговоре ограничений и обязанностей.
Разрешены гражданские иски. Взыскана компенсация морального вреда в пользу О. 500.000 рублей.
Решена судьба вещественных доказательств и вопрос о процессуальных издержках, взыскано с Гагарина И.П. в доход государства 58.060 рублей в счет возмещения расходов по оплате услуг адвокатов.
По приговору суда на основании вердикта коллегии присяжных заседателей Гагарин признан виновным и осужден за умышленное убийство 1 января 2016 года двух лиц - О. и С. в селе < ... > < ... > района < ... > области при изложенных в приговоре обстоятельствах.
Заслушав доклад судьи Сабурова Д.Э., выступления в режиме видеоконференц-связи осужденного Гагарина И.П., его защитников адвокатов Заполицына А.В. и Шевченко Е.М., поддержавших доводы апелляционных жалоб, возражения прокурора Гуровой В.Ю., полагавшей необходимым жалобы оставить без удовлетворения, Судебная коллегия
установила:
в апелляционной жалобе осужденный Гагарин выражает несогласие с приговором вследствие непричастности к убийству потерпевших, недоказанности своей вины.
Считает, что предварительное расследование проведено поверхностно и неполно, не проверены все версии, причастность к убийству других лиц, органы предварительного расследования воспользовались ситуацией, чтобы возложить ответственность на него.
Полагает, что расследование по делу проведено с нарушениями УПК РФ, его отводы конкретным следователям не разрешались, а следователь С. фальсифицировал протоколы допросов свидетелей, не проверил причастность некоего Р. как возможного убийцу, другие сообщенные им версии.
Отмечает, что показания всех свидетелей по делу являются косвенными, противоречивыми как в части описания отдельных фактов, так в датах и времени. В качестве примера приводит показания свидетеля Ф., которая якобы последняя видела О. в период с 15 до 15 ч. 30 мин, тогда как в это время потерпевшие уже были мертвы.
Настаивает на том, что кровь О. на его куртке появилась вследствие манипуляций оперативных сотрудников. Аналогичным образом объясняет происхождение крови на своих брюках. В подтверждение этого просит обратить внимание, что на куртке кровь только О., а на брюках - только С., причем в незначительных количествах, а на месте преступления все было залито кровью.
Считает нарушенным право на защиту, поскольку председательствующий по делу неоднократно прерывал и останавливал его защитников, препятствовал довести до сведения присяжных необходимую информацию.
По его мнению, председательствующий по делу судья занял обвинительную позицию, шел на поводу стороны обвинения.
Заменившего основного заседателя запасным считает заранее подготовленным стороной обвинения.
Также обращает внимание, что по ходу процесса от присяжных не последовало ни одного вопроса, в связи с чем, считает, что итог по делу был заранее предрешен. Об этом свидетельствует и панибратское отношение судьи с государственным обвинителем после судебного слушания.
Высказывает несогласие с представленной участковым уполномоченным характеристикой, поскольку его ни разу не видел, с ним не общался, вследствие чего считает, что тот не мог предоставить объективную информацию.
Просит приговор отменить и объективно разобраться в деле, так как преступления не совершал.
Адвокат Заполицын А.В. в защиту интересов осужденного Гагарина считает приговор незаконным и необоснованным.
Как и осужденный полагает проведенное расследование по делу неполным и необъективным, что, по его мнению, повлекло вынесение незаконного приговора.
Приводя свои суждения, делает вывод о совершении убийства двумя лицами.
Полагает необоснованным отклонение органом расследования ходатайств Гагарина об отработке различных лиц на причастность к совершенному двойному убийству.
Считает нарушением своих как защитника и Гагарина прав ограничение по времени на ознакомление с материалами дела по окончании расследования. В связи с этим оспаривает постановление Кандалакшского районного суда от 24 февраля 2017 года об установлении срока ознакомления с делом, а также постановление Мурманского областного суда от 17 марта 2017 года об отказе в принятии апелляционной жалобы на вышеуказанное постановление районного суда.
Также считает необоснованным отказ суда в удовлетворении на предварительном слушании ходатайства стороны защиты о возвращении дела прокурору вследствие допущенных органом предварительного расследования нарушений УПК РФ.
Обращает внимание, что приговором суда время совершения убийства установлено как период с 12 ч. до 16 ч. 01 мин. 1 января 2016 года. Вместе с тем, свидетели Е. и Ш. еще видели О. живым в период с 13 до 14 ч. Звонок Гагарина в пожарную охрану об обнаружении трупов был в 14 ч. 42 мин. Делает вывод о неустановлении времени совершения преступления.
Прослушивание аудиозаписи телефонных переговоров Гагарина и сотрудников пожарной охраны в открытом судебном заседании расценивает как нарушение требований ч. 4 ст. 271 УПК РФ. Аналогичное нарушение, по его мнению, допущено и при прослушивании звонка свидетеля Косачевой в полицию.
Вопрос старшины присяжных к судье расценивает как сомнение в правдивости предъявленного Гагарину обвинения, а данные судьей разъяснения - оценивает как изменение ранее предъявленного обвинения, что является грубым нарушением УПК РФ.
Считает, что суд должен был применить ч. 5 ст. 348 УПК РФ вследствие недоказанности участия Гагарина в инкриминируемом деянии.
Просит об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение.
В дополнениях адвокат указывает на недопустимость протокола обыска в жилище у Гагарина.
Ссылаясь на нормы УПК РФ, обращает внимание на отсутствие понятых при данном следственном действии, отсутствие оснований, делает вывод о допущенных нарушениях, о недопустимости данного протокола и недопустимости как доказательств изъятых вещей - трико и камуфлированной куртки. Вследствие этого считает, что необоснованный отказ суда в ходатайстве стороны защиты о признании протокола недопустимым доказательством, позволил стороне обвинения продемонстрировать присяжным заседателям вещи Гагарина со следами крови потерпевших, что вызвало у присяжных предубеждение в виновности Гагарина и повлияло на вынесенный обвинительный вердикт, и что нарушило право на защиту и справедливое судебное разбирательство.
Высказывает ту же просьбу об отмене приговора.
В отзыве на жалобу осужденного адвокат Заполицын А.В. высказывает поддержку всем приведенным Гагариным доводам.
Потерпевший О. в возражениях на жалобу осужденного, государственный обвинитель Бирюлева С.Н. - на жалобы осужденного и адвоката, полагая приговор законным и обоснованным, просят оставить его без изменения.
В дополнениях Гагарин фактически высказывает свое отношение к возражениям потерпевшего О. настаивает на своей невиновности, полагает, что возражения написаны под диктовку государственного обвинителя.
Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы адвоката, дополнений осужденного, возражений, Судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.
Согласно ст. 389.27 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием коллегии присяжных заседателей, являются основания, предусмотренные пунктами 2 - 4 статьи 389.15 Кодекса: существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора.
Исходя из данной нормы уголовно-процессуального закона, судебные решения, вынесенные с участием присяжных заседателей, не могут быть обжалованы сторонами в апелляционном порядке и не подлежат проверке судом апелляционной инстанции по мотивам несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.
В этой связи доводы осужденного и его защитника об оспаривании фактических обстоятельств дела, установленных вердиктом присяжных заседателей, недоказанности вины, о непричастности к содеянному, о неполноте расследования, не могут быть Судебной коллегией приняты во внимание и рассмотрены.
Дело рассмотрено законным составом коллегии присяжных заседателей, которая была сформирована с соблюдением требований ст. 328 УПК РФ. Замечаний по поводу процесса формирования коллегии присяжных заседателей, заявлений о ее роспуске ввиду тенденциозности состава от сторон не поступало (т. 11 л.д. 24).
Замена одного из основных присяжных заседателей на запасного присяжного заседателя произведена в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 329 УПК РФ (т. 11 л.д. 126). Каких-либо возражений от стороны защиты не поступало. При этом данных о заинтересованности вступившего в основной состав присяжного заседателя в деле не содержится, как отсутствуют и какие-либо сведения о непроцессуальных общениях председательствующего по делу с кем-либо из участников процесса.
Также не имеется и данных, свидетельствующих о незаконном воздействии на присяжных заседателей заинтересованными в исходе дела лицами.
Судебное разбирательство по делу проведено в предусмотренной уголовно-процессуальным законом процедуре с учетом особенностей, установленных главой 42 УПК РФ.
Действия председательствующего по ведению судебного следствия осуществлялись в рамках процессуальных полномочий, предоставленных ему ст. 335 УПК РФ, а доводы о необъективности и проявлении председательствующим обвинительного уклона не основаны на материалах дела.
Вопреки доводам жалобы осужденного председательствующий по делу обоснованно и в соответствии с требованиями УПК РФ, в том числе предусмотренными ч. ч. 7 и 8 ст. 335, ч. 2 ст. 336 УПК РФ, отклонял задаваемые свидетелям вопросы, носящие повторный характер, направленные на выяснение обстоятельств, не имеющих отношение к рассматриваемому делу, останавливал участников процесса, когда они касались обстоятельств, не подлежащих выяснению с участием присяжных заседателей, а также сведений, способных вызвать предубеждение присяжных заседателей в отношении подсудимого.
Такие действия не могут расцениваться как ущемление прав сторон и нарушение права на защиту в силу прямых предписаний закона. При этом председательствующим по делу, как следует из протокола судебного заседания, указанные действия осуществлялись не только в отношении стороны защиты, но и стороны обвинения.
В ходе судебного разбирательства исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами.
Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на вынесение вердикта коллегией присяжных заседателей и постановление судом законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.
При этом обоснованный и мотивированный отказ председательствующего в удовлетворении тех или иных ходатайств участников процесса не может рассматриваться как нарушение их процессуальных прав.
Вопреки доводам адвоката в жилище Гагарина проводился не обыск, процедура которого регламентирована требованиями ст. 182 УПК РФ, предусматривающими участие не менее двух понятых, а осмотр, порядок проведения которого не предусматривает обязательное участие понятых.
Как следует из материалов дела, осмотр проводился на основании соответствующего постановления следователя (т. 1 л.д. 192 - 193), в случаях, не терпящих отлагательства, с согласия самого Гагарина, участвовавшего при производстве осмотра (т. 1 л.д. 194), с последующим уведомлением в порядке ч. 5 ст. 165 УПК РФ прокурора и суд (т. 1 л.д. 221), который признал законным производство данного следственного действия (т. 1 л.д. 224).
Кроме того, обстоятельства проведения осмотра в жилище Гагарина и изъятия его одежды проверялись судом при рассмотрении дела и разрешении ходатайства стороны защиты о признании соответствующего протокола и результатов осмотра недопустимыми доказательствами. По результатам рассмотрения вынесено постановление об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты (т. 10 л.д. 122 - 123). Мотивировав и обосновав свое решение, суд правильно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания протокола осмотра в жилища Гагарина и изъятых предметов одежды недопустимым доказательством. В связи с этим у суда не имелось оснований отказать стороне обвинения в осмотре с участием присяжных заседателей вещественных доказательств - изъятой одежды Гагарина.
Звонки Гагарина в пожарную охрану, а К. - в полицию, не носят личный характер, являются официальными сообщениями о совершенном преступлении, в связи с чем, оглашение их содержания без согласия участников разговоров и в открытом судебном заседании не является нарушением требований ч. 4 ст. 241 УПК РФ.
Таким образом, с участием присяжных заседателей исследовались лишь допустимые доказательства.
Из содержания выступлений сторон, следует, что прения проведены в соответствии с требованиями ст. 336 УПК РФ, в пределах предъявленного Гагарину обвинения и вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями. В этой связи у председательствующего по делу отсутствовали основания для прерывания речей сторон и дачи соответствующих разъяснений. Лишь в случаях, когда стороны, в том числе и защиты, ссылались на обстоятельства или не имеющие отношение к делу, либо не подлежащие доведению до сведения присяжных заседателей, председательствующий по делу останавливал участников и обращался к присяжным заседателям с соответствующими разъяснениями.
Изложение сторонами своей позиции при отсутствии оснований для реагирования председательствующим по делу не может расцениваться как формирование у присяжных заседателей негативного отношения.
Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей соответствуют требованиям ст. ст. 339, 343 УПК РФ, а содержание напутственного слова председательствующего - требованиям части 3 ст. 340 УПК РФ.
Процедура вынесения присяжными заседателями вердикта, и обсуждения судом последствий вердикта, не нарушена. На все поставленные перед присяжными заседателями вопросы ими были даны ясные и непротиворечивые ответы. При этом поставленные вопросы не требовали собственно юридической оценки при вынесении присяжными своего вердикта.
Обращение старшины коллегии присяжных заседателей за дополнительными разъяснениями по поставленным вопросам и данные председательствующим по делу разъяснения не противоречат положениям ст. 344 УПК РФ. При этом заданный вопрос обсуждался с участием сторон, и сторона защиты заявила о правильности поставленных вопросов (т. 11 л.д. 149).
Приговор суда постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности Гагарина в указанном преступлении, основанным на всестороннем и полном исследовании материалов дела. Его содержание соответствует требованиям ст. 351 УПК РФ, согласно которым в обвинительном приговоре, постановленном на основании вердикта присяжных заседателей, оценка доказательствам не приводится, их исследование не производится.
Вопреки доводам жалобы адвоката, время совершения преступления судом установлено на основе вердикта коллегии присяжных заседателей.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции были приняты исчерпывающие меры по созданию необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, ограждению присяжных заседателей от какого-либо незаконного воздействия и обеспечению объективности и беспристрастности коллегии присяжных заседателей и вынесенного ими вердикта, а доводы, приведенные в апелляционных жалобах, не могут быть признаны обоснованными.
Ссылки адвоката на нарушения права на защиту вследствие неознакомления с материалами дела по окончании его расследования несостоятельны.
Данный довод был предметом проверки суда первой инстанции в ходе проведения предварительного слушания 22 марта 2017 года (т. 10 л.д. 38 - 40) и получил свою оценку в постановлении о назначении судебного заседания по итогам предварительного слушания (т. 10 л.д. 41 - 43). Выводы суда мотивированы и являются правильными.
При этом защитнику Гагарина адвокату Заполицыну А.В. до начала разбирательства дела по существу судом была предоставлена возможность дополнительного ознакомления с материалами дела (т. 10 л.д. 44), которой он воспользовался путем фотографирования необходимых материалов. Такое право предоставлялось и Гагарину (т. 10 л.д. 46), от реализации которого он отказался.
В подготовительной части судебного заседания заявлений о необходимости отложения разбирательства по этим основаниям от стороны защиты не последовало.
При таких обстоятельствах право на защиту не нарушено.
Предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения дела прокурору не имелось, в связи с чем, суд обоснованно в ходе предварительного слушания отказал стороне защиты в таком ходатайстве, мотивировав свое решение (т. 10 л.д. 41 - 43).
Из материалов дела также следует, что отводов кому-либо из лиц, проводивших расследование по делу, Гагарин не заявлял.
Действия Гагарина с учетом вердикта коллегии присяжных заседателей правильно квалифицированы по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ, то есть умышленное убийство двух лиц.
Психическое состояние осужденного судом изучено полно и объективно.
С учетом выводов экспертов, иных влияющих на разрешение данного вопроса обстоятельств, данных о личности, суд обоснованно признал Гагарина вменяемым.
Наказание назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности, обстоятельств, влияющих на наказание. Вердиктом коллегии присяжных заседателей Гагарин признан не заслуживающим снисхождения.
При изучении данных о личности, суд принимал во внимание не только характеристику на осужденного, содержание которой он оспаривает, но и сведения, сообщенные его матерью, братом и сестрой.
Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, оснований для изменения категории преступлений, суд не усмотрел. Не находит таких оснований и Судебная коллегия.
Решение по гражданскому иску потерпевшего О. о компенсации морального вреда, его размере, судом мотивировано со ссылками на нормы закона, является обоснованным и каких-либо противоречий не содержит. Присужденная к взысканию сумма в счет компенсации морального вреда соответствует требованиям разумности и справедливости, с учетом имущественного положения осужденного.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Мурманского областного суда с участием присяжных заседателей от 17 мая 2017 года в отношении Гагарина И.П. оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Гагарина И.П. и адвоката Заполицына А.В. - без удовлетворения.