ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 2 февраля 2017 г. N 86-АПУ17-1сп
Судебная коллегия по уголовным долам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Безуглого Н.П.
судей Истоминой Г.Н. и Кочиной И.Г.
при секретаре Поляковой А.С.
с участием старшего прокурора апелляционного управления Генеральной прокуратуры РФ Кривоноговой Е.А.; защитника осужденного - адвоката Царевой Н.В.
рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Воронина С.А. и его защитника адвоката Царевой Н.В. на приговор Владимирского областного суда с участием присяжных заседателей от 13 октября 2016 года, которым
Воронин С.А. < ... > , несудимый,
осужден по п. п. "а", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 18 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.
Постановлением судьи от 21 октября 2016 года отбывание наказания назначено Воронину С.А. в исправительной колонии строгого режима.
Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., изложившей содержание обжалуемого приговора, доводы апелляционных жалоб, выступления осужденного Воронина С.А., его защитника - адвоката Царевой Н.В., поддержавших доводы жалоб, прокурор а Кривоноговой Е.А., полагавшей апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, а приговор - без изменения, Судебная коллегия
установила:
Воронин С.А. осужден за убийство двух лиц С. на почве личных неприязненных отношений и Б. с целью скрыть другое преступление.
Преступление совершено им 15 мая 2015 года в д. < ... > < ... > района < ... > области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Царева Н.В. указывает на существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные в ходе судебного разбирательства.
Полагает, что свидетель обвинения Ш. не имеющий документов, удостоверяющих его личность, не мог быть допрошен в ходе судебного заседания с участием присяжных заседателей в силу того, что его показания являются недопустимым доказательством. Ходатайство стороны защиты о признании показаний данного свидетеля недопустимым доказательством необоснованно отклонено.
Кроме того в нарушение требований ч. 8 ст. 335 УПК РФ до коллегии присяжных заседателей были доведены сведения о прежних судимостях Воронина, что не могло не вызвать предубеждение присяжных заседателей. Председательствующий хотя и разъяснил присяжным заседателям, что они не должны принимать во внимание данный факт, однако присяжные не узнали, что Воронин был судим за преступления небольшой тяжести, и судимости давно погашены.
Обращает также внимание на противоречия в вердикте коллегии присяжных заседателей, выразившиеся в том, что на вопрос N 2 о доказанности деяний, вмененных Воронину, пять присяжных заседателей проголосовали "против", а за ответы на вопросы о виновности Воронина и о том, что он не заслуживает снисхождения, все присяжные проголосовали единодушно. Считает, что эти противоречия должны были быть устранены путем возвращения присяжных заседателей в совещательную комнату.
В связи с допущенными судом нарушениями закона просит приговор отменить, передать дело на новое судебное разбирательство с участием присяжных заседателей.
Об этом же ставит вопрос в своей апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Воронин С.А.
По доводам жалобы в ходе судебного разбирательства были допущенные существенные нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие отмену приговора.
Обращает внимание на то, что в ходе допроса в качестве свидетеля оперуполномоченного С. прозвучала не имеющая отношения к установлению фактических обстоятельств информация о его задержании по месту жительства и привлечении к административной ответственности, а в напутственном слове председательствующий сам озвучил факт его (Воронина) задержания сотрудниками ДПС. При просмотре видеозаписи его допроса в качестве подозреваемого прозвучала информация о его предыдущей судимости, при этом председательствующий в своих разъяснениях присяжным заседателям не довел до их сведения, что эта судимость за преступление небольшой тяжести погашена. Считает, что разглашение этих сведений о его личности оказало незаконное воздействие на присяжных заседателей.
Кроме того председательствующий незаконно отклонил вопрос присяжного заседателя к свидетелю Ш. о том, почему он, остановив попутную машину, не сообщил водителю о совершенном преступлении, не спросил телефон, чтобы сообщить в полицию. Этот вопрос, по его мнению, вызван показаниями свидетеля и относится к установлению фактических обстоятельств.
Полагает, что председательствующий в нарушение принципа состязательности сторон, прервал его выступление в прениях сторон, не дав ему возможности довести до сведения присяжных заседателей свою позицию по исследованным доказательствам: явке с повинной, протоколу проверки показаний на месте о том, что, если бы эти доказательства были зафиксированы на видеокамеру, то они бы были признаны недопустимыми.
Незаконным является и демонстрация видеозаписи его показаний, приобщенной к протоколу допроса в качестве подозреваемого, поскольку содержание видеозаписи не соответствует содержанию протокола.
В напутственном слове председательствующий неполно разъяснил присяжным заседателям правила оценки доказательств, не довел до их сведения положения ст. 75 УПК РФ о недопустимых доказательствах, не раскрыл содержание принципа презумпции невиновности, неправильно привел показания свидетеля Ш. о ноже, не привел заключение эксперта по двум ножам, которое подтверждает его непричастность к преступлению, напомнил заключения экспертов, которые носят вероятностный характер, в силу чего являются недопустимыми доказательствами, в нарушение принципа объективности и беспристрастности высказал свое мнение по занятой им (Ворониным) позиции в судебном заседании, рассказав им о способах защиты подсудимых в суде, что вызвало предубеждение присяжных заседателей в отношении него. В то же время председательствующий не остановил выступление в прениях государственного обвинителя, который, не имея доказательств, выбрал недостойную тактику воздействия на присяжных заседателей путем искажения показаний свидетелей, заключений экспертов, своими предположениями выдавал желаемое за действительное, и не разъяснил присяжным заседателям, как им воспринимать услышанное, не объяснил присяжным заседателям, какие обстоятельства принимаются во внимание при вынесении вердикта о том, заслуживает ли подсудимый снисхождения. Полагает, что содержание напутственного слова лишено объективности и беспристрастности.
Обращает также внимание на противоречивость вердикта коллегии присяжных заседателей, приводя в обоснование этого довода те же обстоятельства, что и в жалобе адвоката.
Назначенное ему наказание считает несправедливым. Суд учел лишь его отрицательные качества и не учел данные о его личности, его полувековой трудовой стаж на стройках. Назначенное ему наказание с учетом его возраста лишает его надежды на освобождение.
В возражении на апелляционные жалобы государственный обвинитель Байбикова Д.В. просит оставить приговор без изменения.
Проверив материалы дела, обсуди и доводы апелляционных жалоб, Судебная коллегия находит, что обвинительный приговор в отношении Воронина постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности осужденного в лишении жизни двух лиц, основанным на всестороннем и полном исследовании материалов дела.
Данных о том, что в суде присяжных исследовались недопустимые доказательства или были ошибочно исключены из разбирательства дела допустимые доказательства, или отказано сторонам в исследовании доказательств, либо допущены иные нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие отмену приговора, из материалов дела не усматривается.
Доводы жалобы о том, что свидетель Ш., не мог быть допрошен в ходе судебного заседания с участием присяжных заседателей в силу того, что не имеет документов, удостоверяющих его личность, а потому его показания являются недопустимым доказательством, не основаны на материалах дела.
Как следует из протокола судебного заседания, свидетель Ш. был допрошен в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения как очевидец совершенного Ворониным преступления. При этом ни подсудимый, ни его защитник не возражали против допроса указанного свидетеля, кроме того Воронин не оспаривал в судебном заседании факт знакомства с данным лицом и его присутствие в доме потерпевших. Во время допроса в судебном заседании осужденный Воронин также называл указанного свидетеля по фамилии Ш.
Заявленное стороной защиты ходатайство о признании показаний свидетеля Ш. данных им в судебном заседании и на предварительном следствии в ходе его допросов, проверке его показаний на месте преступления и на очной ставке недопустимыми доказательствами рассмотрено судом и обоснованно оставлено без удовлетворения. При этом суд правильно сослался на то, что личность свидетеля была установлена в ходе предварительного расследования и в судебном заседании с его слов. Названные им о себе сведения соответствуют информации из единой базы данных " < ... > ", и справке формы N 1 с фотографией, выданной Посольством Республики < ... > РФ.
Допрошен был свидетель Ш. на предварительном следствии и в судебном заседании с соблюдением требований ст. ст. 187 - 190, 278 УПК РФ.
Заданный присяжным заседателем вопрос к свидетелю Ш. о том, почему он не обратился за помощью к водителю попутной машины, с учетом показаний свидетеля о том, что он, покинув дом потерпевших, не выходил на дорогу, правильно отклонен председательствующим, поскольку содержит ссылку на обстоятельства, о которых свидетель не давал показаний.
Принимая во внимание эти обстоятельства, суд не имел оснований для признания показаний свидетеля Ш. недопустимыми доказательствами, а потому правильно допросил и исследовал его показания с участием присяжных заседателей.
Вопреки доводам жалобы содержание видеозаписи, приобщенной к протоколу допроса Воронина в качестве подозреваемого от 21 мая 2015 года полностью соответствует содержанию письменного текста указанного протокола, в связи с чем суд обоснованно удовлетворил ходатайство стороны обвинения, против которого не возражала стороны защиты о просмотре в судебном заседании видеозаписи данного допроса.
То обстоятельство, что в ходе оглашения текста данного протокола допроса Воронина, государственным обвинителем не были оглашены сведения о судимости Воронина, не свидетельствует о наличии расхождений в тексте протокола и видеозаписи.
Не нарушены судом и требования ст. 335 УПК РФ, регулирующей особенности судебного следствия с участием присяжных заседателей.
В то время, когда в ходе просмотра видеозаписи показаний Воронина в качестве подозреваемого, он сообщил о привлечении его ранее к уголовной ответственности, когда в ходе допроса в качестве свидетеля оперуполномоченного С. прозвучала информация о привлечении Воронина к административной ответственности, председательствующий разъяснил присяжным заседателям, что они не должны принимать во внимание указанную информацию и повторно такие разъяснения были даны им в напутственном слове.
При таких данных доводы жалоб о том, что указанная информация могла вызвать предубеждение присяжных заседателей в отношении осужденного и повлиять на содержание ответов присяжных заседателей, носят характер предположения.
Из протокола судебного заседания следует, что председательствующий, сохраняя объективность и беспристрастность, не выступал ни на стороне обвинения, ни на стороне защиты, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Нарушений принципа состязательности в судебном заседании не допущено. Необоснованных отказов осужденному и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, не имелось.
Прения сторон проведены в соответствии с требованиями ст. 336 УПК РФ. Сторонам была предоставлена возможность высказать свою позицию по исследованным доказательствам, дать им оценку с точки зрения их достоверности.
Государственные обвинители, выступая в прениях, привели анализ доказательств, которые были исследованы в судебном заседании с участием присяжных заседателей как допустимые, не касаясь вопросов их получения, не ставя под сомнение их допустимость. Содержание доказательств вопреки доводам жалобы осужденного доведено до присяжных заседателей правильно. Данные о незаконном воздействии государственных обвинителей на присяжных заседателей не усматривается из их выступлений.
Вопросы о законности получения доказательств, об их допустимости не подлежат обсуждению с участием присяжных заседателей, а потому председательствующий в связи с доведением до присяжных заседателей информации процессуального характера, способной поставить под сомнение допустимость исследованных доказательств и вызвать предубеждение присяжных заседателей, правильно остановил Воронина, который заявил, что явка с повинной написана им в сломленном состоянии, когда он был доставлен в отдел полиции и находился "застенках".
С учетом этих данных доводы жалобы осужденного о том, что суд лишил его возможности довести до присяжных заседателей информацию об обстоятельствах получения его явки с повинной, а также показаний при проверке их на месте происшествия нельзя признать законными и обоснованными.
Вопросный лист сформулирован с учетом результатов судебного следствия и прений сторон.
По преступному деянию в вопросном листе сформулировано три основных вопроса.
Вопреки доводам жалобы вердикт присяжных заседателей является ясным и не содержит противоречий.
Обстоятельства, на которые ссылаются в жалобах осужденный и его защитник, а именно ответы на второй вопрос о доказанности совершения им деяния дан путем голосования, а ответы на вопросы о его виновности и о том, что он не заслуживает снисхождения, даны единодушно, не могут рассматриваться как противоречие.
Председательствующий не вправе был возвратить присяжных заседателей в совещательную комнату и предложить им достичь единодушия по второму вопросу либо провести голосование по третьему и четвертому вопросу.
Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст. 240 УПК РФ.
Возражений по поводу нарушения председательствующим принципа объективности и беспристрастности при произнесении напутственного слова от сторон не поступило (т. 6 л.д. 117).
В напутственном слове председательствующий напомнил присяжным заседателям обстоятельства предъявленного Воронину обвинения, правильно изложил краткое содержание исследованных в суде доказательств, в том числе и показаний свидетеля Ш., заключения экспертов, которые являются допустимыми доказательствами, правила оценки доказательств, в том числе суть принципа презумпции невиновности, о толковании неустранимых сомнений в пользу подсудимого, разъяснил порядок совещания, подготовки ответов на поставленные вопросы, в том числе и на вопрос о том, заслуживает ли подсудимый снисхождения, правовые последствия положительного ответа на этот вопрос.
По поводу занимаемой подсудимым позиции в ходе судебного разбирательства, изменения показаний, отказа сообщить какие-либо факты, председательствующий разъяснил присяжным заседателям, что эти факты не могут быть истолкованы как доказательства виновности.
При этом самостоятельную оценку доказательств, свое отношение к ним председательствующий не высказывал в напутственном слове.
Поскольку вопрос о допустимости доказательств не обсуждается в присутствии присяжных заседателей, председательствующий не вправе был разъяснять присяжным заседателям положения ст. 75 УПК РФ о недопустимых доказательствах.
Не может рассматриваться нарушением принципа беспристрастности и то обстоятельство, что председательствующий не напомнил присяжным заседателям содержание заключения эксперта по результатам дактилоскопического исследования двух ножей, согласно которому обнаруженные на ножах следы папиллярных линий непригодны для идентификации личности. Данное заключение не содержит информации, свидетельствующей о непричастности осужденного к совершению преступления, а потому Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалобы осужденного о неполноте напутственного слова, которая могла повлиять на содержание ответов присяжных заседателей на поставленные вопросы.
Действия осужденного суд правильно квалифицировал по п. п. "а", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Наказание назначено осужденному соразмерно содеянному, с учетом данных о его личности, всех обстоятельств дела, а также влияния назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.
Смягчающее обстоятельство, каковым признана явка с повинной, а также положительные данные о личности осужденного в полной мере учтены судом при назначении ему наказания.
Оснований для признания назначенного осужденному наказания несправедливым и для его снижения, не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
Приговор Владимирского областного суда с участием присяжных заседателей от 13 октября 2016 года в отношении Воронина С.А. оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного Воронина С.А. и его защитника адвоката Царевой Н.В. - без удовлетворения.