ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 ноября 2017 г. N 4-АПУ17-41
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Скрябина К.Е.,
судей Ботина А.Г. и Смирнова В.П.,
при ведении протокола секретарем Мамейчиком М.А.,
с участием переводчика с таджикского языка Х.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного Орипова Х.М. на приговор Московского областного суда от 7 августа 2017 г., по которому
Орипов Хисрав Мавлонкулович, < ... > ранее несудимый,
осужден: по ч. 3 ст. 30 и п. п. "а", "л" ч. 2 ст. 105 УК РФ на 13 лет лишения свободы; по п. п. "а", "л" ч. 2 ст. 105 УК РФ к пожизненному лишению свободы; по ст. 317 УК РФ на 13 лет лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно к пожизненному лишению свободы с отбыванием наказания с исправительной колонии особого режима.
Постановлено взыскать с Орипова Х.М. в пользу потерпевшего К. в счет компенсации морального вреда 4 000 000 рублей.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Ботина А.Г., выступление осужденного Орипова Х.М. и в его интересах адвоката Лунина Д.М., поддержавших апелляционную жалобу, а также выступление прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Химченковой М.М., полагавшей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
Орипов Х.М., испытывая религиозную ненависть к лицам немусульманских религий и конфессий, совершил покушение на убийство П. по этому же мотиву совершил убийство К. и Ж., а также совершил посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа Т. в целях воспрепятствования законной деятельности указанного лица по охране общественного порядка.
Преступления совершены 17 июня 2016 г. в г. < ... > Московской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
При рассмотрении дела судом первой инстанции осужденный виновным себя в совершении указанных преступлений признал частично.
В апелляционной жалобе осужденный Орипов Х.М., не конкретизируя свои доводы, утверждает, что дело в отношении его рассмотрено с обвинительным уклоном, выводы суда в приговоре не мотивированы и не основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, к тому же противоречат установленным судом обстоятельствам дела. Считает, что ему назначено чрезмерно суровое наказание, при этом, по его мнению, суд не учел признание им убийства двух лиц и раскаяние в этом, а также нахождение на его иждивении престарелых родителей и несовершеннолетнего ребенка. Просит приговор в отношении его отменить и дело направить на новое рассмотрение.
В письменных возражениях на доводы, приведенные в апелляционной жалобе осужденного, государственный обвинитель просит оставить их без удовлетворения, а приговор - без изменения.
Согласно ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются, в частности, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; неправильное применение уголовного закона, а также несправедливость приговора.
Проверив по апелляционной жалобе осужденного обоснованность и справедливость приговора, Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии таких оснований.
Так, к выводам о совершении осужденным Ориповым Х.М. по мотиву религиозной ненависти к лицам немусульманских религий и конфессий покушения на убийство двух и более лиц, по тому же мотиву убийства К. и Ж., а также посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа Т. в целях воспрепятствования законной деятельности указанного лица по охране общественного порядка, суд первой инстанции пришел на основании исследованных в судебном заседании всесторонне, полно и объективно доказательств, в частности:
показаний потерпевшего П. о том, что 17 июня 2016 г. возле водоема " < ... > " г. < ... > он встретился с К. и Ж. и они стали готовиться к рыбной ловле. Через несколько минут, услышав сзади шаги, он обернулся и увидел бородатого мужчину, на голове которого был капюшон. Неожиданно мужчина нанес ему неизвестным предметом два удара по голове, в связи с чем он, спасаясь от ударов, зашел в водоем. В этот момент он увидел, как мужчина подошел к Ж. и стал наносить ему удары ножом. Затем мужчина догнал пытавшегося уйти от водоема К. и между ними завязалась борьба. Он, П., в этот момент побежал к ближайшему дому, где с помощью жильцов вызвал сотрудников полиции и бригаду скорой медицинской помощи;
показаний потерпевшего Т. о том, что он, являясь оперуполномоченным отделения по борьбе с организованной преступностью отдела уголовного розыска МУ МВД России "Щелковское", 17 июня 2016 г., около 5 часов утра, после сообщения дежурной части прибыл на место происшествия, где увидел окровавленные трупы Ж. и К. Обстоятельства совершения преступления были установлены со слов очевидца П. В ходе опроса населения был установлен мужчина, который пояснил, что он проживает вместе с Ориповым Х.М., который пришел домой около 6 часов утра 17 июня 2016 г. с порезанной рукой и сообщил, что убил двух рыбаков на берегу водоема. После этого он совместно с другими сотрудниками полиции прибыл в квартиру, где кто-то из сотрудников крикнул: "Это полиция! Выходите!". Поскольку на их призыв никто не отозвался, они подошли к комнате в конце коридора, дверь которой внезапно открылась и оттуда выбежал мужчина азиатской внешности, который, размахивая ножом, резко направился в его сторону, выкрикивая "Аллах Акбар!", нанес в область груди один удар ножом, затем стал бросаться на других сотрудников полиции. С целью обезвредить сопротивляющегося Орипова Х.М. был применен травматический пистолет, а затем огнестрельное оружие, после чего осужденный был задержан.
Суд первой инстанции тщательно проверил эти показания потерпевших и пришел к правильному выводу о их достоверности и допустимости.
Как видно из материалов дела, показания П. и Т. последовательны, подробны, даны потерпевшими неоднократно, в том числе и на местах совершения преступлений. К тому же, показания П. полностью согласуются с протоколом предъявления ему осужденного для опознания.
Более того, показания потерпевшего П. полностью согласуются с другими приведенными в приговоре доказательствами, в том числе с:
показаниями потерпевших К. и К. (брата и супруги погибшего К.) о том, что последний вместе со своими приятелями П. и Ж. в ночь на 17 июня 2016 г. рыбачил на берегу водоема " < ... > " г. < ... > , а утром того же дня они от сотрудников полиции узнали об его убийстве;
аналогичными показаниями потерпевшей Ж. (матери погибшего Ж.);
показаниями свидетеля Г. данных в ходе предварительного расследования, о том, что утром 17 июня 2016 г. он видел как Орипов Х.М. вернулся домой в окровавленной одежде с порезанными руками, при этом, просматривая видео на своем мобильном телефоне, сказал, что подрался на улице;
показаниями свидетеля С. данных в ходе предварительного расследования, о том, что Орипов Х.М. проживал в соседней комнате, около 5 часов утра 17 июня 2016 г. Орипов Х.М. ушел на улицу, спустя час вернулся в окровавленной одежде и с порезанной рукой, сказал при этом, что его "двое довели и он убил этих людей" (т. 1, л.д. 133 - 135);
актом судебно-медицинской экспертизы в отношении П. от 15 марта 2017 г., согласно которому потерпевшему были причинены раны волосистой части головы, зажившие с образованием рубцов, которые влекут за собой кратковременное расстройство здоровья и по этому признаку расцениваются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью человека (т. 3, л.д. 283 - 286);
протоколом осмотра места происшествия на участке местности на берегу водоема " < ... > " г. Фрязино Московской области, согласно которому 17 июня 2016 г., в 6 часов 44 минуты, обнаружены трупы неизвестных мужчин с признаками насильственной смерти. С места происшествия изъяты ножи, ножны, скалка, фрагмент полотенца, ветровка, указанные предметы были осмотрены следователем и признаны по делу вещественными доказательствами (т. 1, л.д. 4 - 33);
актом судебной медико-криминалистической экспертизы от 7 февраля 2017 г., согласно которому причиненные Ж. и К. телесные повреждения в виде колото-резаных ранений могли быть причинены клинками ножей, изъятых с места происшествия (т. 3, л.д. 57 - 88);
актом судебно-биологической экспертизы от 10 августа 2016 г., согласно которому на двух ножах с места происшествия, на ветровке Орипова Х.М., изъятой с места происшествия, а также на двух тампонах со смывами с мобильного телефона, в большинстве пятен на спортивных брюках, трусах и носках, изъятых в квартире Орипова Х.М., на одежде Ж. и К. выявлены соответствующие антигены свойственные определенной группе крови, что не исключает происхождение этой крови как от потерпевших Ж. и К. так и от Орипова Х.М. (т. 2, л.д. 8 - 23);
дополнительным актом судебно-биологической экспертизы от 27 ноября 2016 г., согласно которому следы крови, обнаруженные на скалке, изъятой в квартире осужденного, произошли от последнего (т. 2, л.д. 125 - 160);
актами судебно-медицинских экспертиз, согласно которым смерть потерпевшего Ж. наступила на месте происшествия в результате колото-резаных ранений шеи, груди, с повреждением левой общей сонной артерии, правого легкого, осложнившегося обильной кровопотерей, с развитием малокровия внутренних органов, а смерть К., С. наступила на месте происшествия от массивной кровопотери, обусловленной кровоизлиянием из магистральных сосудов шеи, пересеченных по ходу колото-резаных ранений шеи.
Показания потерпевшего Т. также полностью согласуются с другими приведенными в приговоре доказательствами, в том числе с:
показаниями свидетеля Б. (сотрудника полиции), которые аналогичны по содержанию показаниям потерпевшего Т.
актом судебно-криминалистической экспертизы N 328 от 15 марта 2017 г., согласно которому установлено, что на бронежилете потерпевшего имеется сквозное повреждение от ножа (т. 3, л.д. 351).
протоколом осмотра мобильного телефона Орипова Х.М. от 17 июня 2016 г., согласно которому в нем обнаружено два видео-файла, которые были копированы на DVD-диск (т. 1, л.д. 121 - 122).
Объективные данные, свидетельствующие о недопустимости приведенных выше и в приговоре доказательств, отсутствуют.
Что касается установленных судом первой инстанции мотивов, побудивших осужденного совершить указанные выше преступления в отношении П., К. и Ж., а именно - религиозную ненависть к лицам немусульманских религий и конфессий, то они подтверждаются:
показаниями свидетеля Ш. данных в ходе предварительного расследования, о том, что проживавший некоторое время совместно с ней Орипов Х.М. относил себя к участникам запрещенного государства ИГИЛ, неоднократно говорил, что необходимо изучать правильный ислам, ненавидел не мусульман и считал, что их нужно уничтожать (т. 4, л.д. 15 - 16);
показаниями свидетеля К. данных в ходе предварительного расследования, о том, что Орипов Х.М. проживал в соседней комнате, был сторонником запрещенного государства ИГИЛ, смотрел видео, отображающее деятельность указанного государства;
протоколом осмотра содержащихся в телефоне осужденного видеофайлов, на которых имеется запись речи Орипова Х.М. на таджикском языке, переведенной на русский язык, следующего содержания: "..Я убил кафира (неверующего человека), обезглавил его, порезал горло. Даю присягу главе правоверных мусульман (халифу) Абу Бакр Аль Хусейни Аль Курейши Аль Багдади. Вот спит кафир. Братья, воюйте (делайте джихад) против кафиров..." и "...Уважаемые братья, я уже совершил акт. Три кафира убил. Одного я ударил по голове палкой, два раза я его ударил, он упал и убежал. Я подумал он сознание потерял, а оказывается он не потерял. Два еще там, между ними полтора метра разница. Возле речки. Рыбу там ловили. Один встал. Один с животом был, другой с ножом, первый, которого я показал, которому горло отрубил. Второй толстый хотел нападать на меня. Аллах дал мне силу (помощь, победу), я их не боялся, один сбежал. Другой сказал "брат, брат помоги". Один из страха сбежал. Толстого я ударил ножом, он упал на землю. Два-три раза ударил и он упал. Худой, которому я голову отрубил, взял нож в руки и поднялся. Я с ним боролся. Он старше меня. Кафир, он боялся, но мы дрались. Я его ударил. Он упал с горки и держал меня за руку. Я ударил его ножом и он упал..." (т. 2, л.д. 113 - 118).
При таких обстоятельствах нельзя согласиться с приведенными в апелляционной жалобе осужденного доводами о том, что дело в отношении него рассмотрено с обвинительным уклоном, выводы суда в приговоре не мотивированы и не основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах.
Таким образом, анализ приведенных в приговоре доказательств позволил суду правильно квалифицировать действия осужденного.
Согласно акту судебно-психиатрической комиссионной экспертизы от 17 марта 2017 г. Орипов Х.М. хроническим психическим расстройством, слабоумием, исключающим у него способность в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал. В период времени, относящемуся к инкриминируемым деяниям, у осужденного не отмечалось и признаков какого-либо временного болезненного психического расстройства или иного болезненного состояния психики, он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию Орипов Х.М. является вменяемым (т. 4, л.д. 23 - 25).
При назначении Орипову Х.М. наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенных осужденным преступлений, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Так, суд учел, что Орипов Х.М. совершил преступления впервые, на профилактических учетах в органах внутренних дел и специализированных учетах в медицинских учреждениях не состоял, по месту жительства характеризовался удовлетворительно, частично признал себя виновным в совершении инкриминируемых деяний. Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание осужденного, суд не усмотрел.
С учетом характера и общественной опасности совершенных преступлений суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что эти преступления представляют повышенную общественную опасность, а также об исключительной опасности осужденного для общества и о невозможности достижения целей наказания путем назначения ему лишения свободы на определенный срок.
Назначенное Орипову Х.М. наказание является справедливым, в связи с чем оснований для его смягчения, как об этом поставлен вопрос в апелляционной жалобе, не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20 и 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Московского областного суда от 7 августа 2017 г. в отношении Орипова Хисрава Мавлонкуловича оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.