ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 августа 2017 г. N 67-АПУ17-17
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего судьи Иванова Г.П.
судей Ермолаевой Т.А., Боровикова В.П.
при секретаре Ивановой А.А.
рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Медведева М.В., адвоката Козловой Е.В. на приговор Новосибирского областного суда от 31 мая 2017 года, по которому
Медведев М.В., < ... > , несудимый,
осужден к наказанию в виде лишения свободы:
- по ч. 1 ст. 222 УК РФ на срок 2 года 6 месяцев со штрафом в размере 30 000 рублей;
- по ч. 2 ст. 167 УК РФ на срок 3 года;
- по п. "а" ч. 1 ст. 213 УК РФ на срок 3 года 6 месяцев;
- по ст. 317 УК РФ на срок 14 лет с ограничением свободы на срок 1 год.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено лишение свободы на срок 15 лет со штрафом в размере 30 000 рублей в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 1 год.
На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены Медведеву М.В. ограничения и возложена обязанность, указанные в приговоре.
Заслушав доклад судьи Ермолаевой Т.А., выступления осужденного Медведева и адвоката Бондаренко В.Х., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление прокурора Кузнецова С.В., возражавшего против доводов апелляционных жалоб и полагавшего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
согласно приговору суда Медведев признан виновным в том, что незаконно хранил огнестрельное оружие и его основные части, а также умышленно уничтожил и повредил путем поджога имущество К., причинив ей значительный ущерб, после чего совершил хулиганство с применением оружия и посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа с целью воспрепятствования его законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.
Преступления совершены 23 августа 2016 года в < ... > районе г. < ... > при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В судебном заседании Медведев вину в совершении преступлений не признал.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Медведев просит об отмене приговора, как постановленного с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Он указывает, что в ходе предварительного следствия не был проведен следственный эксперимент по факту посягательства на жизнь сотрудника полиции, что повлекло неправильную квалификацию его действий. Считает, что суд безосновательно отказал в удовлетворении ходатайства о вызове в суд ряда свидетелей и запросе детализации телефонных соединений в подтверждение его версии о том, что огнестрельное оружие он собирался сдать.
Адвокат Козлова Е.В. просит об отмене приговора ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, также указывает на то, что суд отказался проверить доводы Медведева о желании сдать огнестрельное оружие и необоснованно отказал в запросе в отделе кадров УВД г. < ... > . Считает, что вина Медведева в умышленном поджоге не подтверждена, т.к. не опровергнуты доводы Медведева о том, что возгорание произошло случайно, вследствие закуренной им сигареты. Не доказано, что он разливал легковоспламеняющуюся жидкость в квартире К. Обращается внимание на противоречия в выводах экспертов относительно наличия следов такой жидкости. Считает необоснованным осуждение Медведева за посягательство на жизнь сотрудника полиции, указывая на отсутствие такого умысла у Медведева.
Государственным обвинителем принесены возражения на апелляционные жалобы осужденного и адвоката.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения.
Вывод суда о виновности Медведева в содеянном соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на доказательствах, исследованных в судебном заседании, изложенных и надлежаще оцененных в приговоре.
Доводы жалоб о недоказанности виновности Медведева в умышленном уничтожении имущества путем поджога неубедительны и опровергаются протоколом осмотра квартиры К., согласно которому на полу обнаружена четко выраженная зона повреждений деревянного пола в виде обугливания, вблизи которой обнаружен матрас с поролоном, угол которого выгорел в непосредственной близости к указанной зоне. В пределах этой зоны каждым из должностных лиц, участвующих в осмотре, был изъят пожарный мусор в полиэтиленовые пакеты, которые затем были представлены экспертам.
Ссылки в жалобах на то, что эксперт К. при исследовании не обнаружил следов легковоспламеняющейся жидкости, не ставят под сомнение выводы суда о виновности Медведева.
Действительно, эксперт К. пришел к выводу об отсутствии на мусоре следов нефтепродуктов и горюче-смазочных материалов, в том числе легковоспламеняющихся нефтепродуктов (бензина, керосина, дизтоплива).
Однако, по заключению эксперта ФГБУ "Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы " < ... > " М., на грунте и пожарном мусоре, изъятых с места происшествия, предоставленных дознавателем ОНД и ПР по г. < ... > И. обнаружены следы легковоспламеняющихся жидкостей, к которым относятся бензины, нефрасы, растворители на основе бензиновой фракции нефти и т.д.
Судом тщательно исследованы и оценены имеющиеся в выводах экспертов противоречия.
Свидетель Д. - следователь показал об обстоятельствах осмотра места происшествия - квартиры К. и о порядке изъятия им и дознавателем Федеральной пожарной службы И. пожарного мусора. При этом он показал, что с правилами отбора пожарного мусора для исследования он не знаком и действовал без их учета.
В судебном заседании эксперт К. показал, что нефтепродукты, относящиеся к легковоспламеняющимся жидкостям, с течением времени могут испаряться либо выгорать без следа при высоком термическом воздействии. При этом на выводы эксперта о наличии либо отсутствии в исследуемом объекте (пожарном мусоре) следов легковоспламеняющихся, горючих жидкостей влияет: материал исследуемого объекта, упаковка, исключающая возможность испарения искомого вещества, субъект отбора материала, в частности, сотрудник противопожарной службы обладает специальными познаниями о правилах отбора объекта для исследования с мест пожаров.
Эксперт М. также подтвердила необходимость соблюдения указанных экспертом К. правил отбора объектов для исследования и указала, что на грунте, других сыпучих объектах, являющихся сорбентами и нейтрализаторами огня, в отличие от бетона и дерева, хорошо сохраняются следы легковоспламеняющихся жидкостей. Именно такой материал был представлен ей на исследование дознавателем противопожарной службы.
Таким образом, как установлено судом, объекты для экспертного исследования были изъяты с места происшествия в рамках одной установленной зоны наиболее высокого термического воздействия, то есть из очага пожара, но разными должностными лицами и без учета следователем правил отбора из мест пожара объектов для исследования, что и привело экспертов к различным выводам по результатам исследования представленных им объектов, в связи с чем суд пришел к обоснованному выводу о том, что заключения экспертов не являются противоречивыми.
Причиной пожара послужило воспламенение горючих материалов от источника открытого огня с применением интенсификаторов горения - легковоспламеняющихся, горючих жидкостей. Оснований для иных версий о причине пожара эксперт не усмотрел.
Показания свидетелей-пожарных о возможной причине возгорания в результате неосторожного курения носят предположительный характер и в целом согласуются с указанным заключением эксперта и протоколами осмотров, исключающими возгорание в результате неисправности электрооборудования или неосторожного обращения с огнем.
Заключение эксперта, показания потерпевшей К. и свидетелей о расположении в квартире очага пожара, локализации и характере повреждения имущества в результате возгорания, свидетельствуют об умышленном поджоге вещей, находящихся в квартире потерпевшей и, в совокупности с установленными в результате осмотра данными и показаниями свидетелей об отсутствии в зоне очага пожара как следов аварийного режима работы электрооборудования, так и самого электрооборудования, а также отсутствием свидетельств о курении Медведевым в квартире непосредственно перед пожаром, опровергают доводы апелляционных жалоб Медведева и адвоката, о возгорании квартиры вследствие курения осужденным сигареты. С мотивированными суждениями суда в этой части, изложенными в приговоре, нет оснований не согласиться.
Из показаний потерпевшей К. свидетелей Ф. С., Л., О. следует, что после пожара имущество К. восстановлению не подлежало, в квартире произведен частичный ремонт.
Вывод о значительности ущерба для потерпевшей К. сделан судом с учетом ее имущественного положения, объема уничтоженного и поврежденного имущества и его стоимости. При этом оценка уничтоженного и приведенного в негодность огнем имущества, вопреки утверждению осужденного Медведева, произведена с учетом его износа.
Протокол осмотра места происшествия, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, составлен в соответствии с требованиями ст. 170 УПК РФ.
Производство выстрелов Медведевым в общественном месте - подъезде дома и из окон квартиры, что по существу не оспаривается в апелляционных жалобах, правильно расценено судом как грубое нарушение общественного порядка и правил поведения с проявлением явного неуважения к обществу. Действиям Медведева в этой части также дана правильная юридическая оценка.
Доводы апелляционных жалоб и утверждение осужденного Медведева в судебном заседании апелляционной инстанции об отсутствии умысла на причинение смерти сотруднику полиции и невозможности произвести выстрел при установленных судом обстоятельствах аналогичны позиции стороны защиты в судебном заседании.
Судом бесспорно установлено, что деятельность сотрудника полиции Б. осуществлялась им на законных основаниях, и его полномочия подтверждены выпиской из приказа о назначении Б. на должность полицейского (водителя), его должностной инструкции полицейского, копией наряда на службу, копией наряда по сигналам "тревога" сотрудников полиции В. и Б. за период несения ими службы в указанные сутки, согласно которому в 20 часов 15 минут от сотрудников ППС поступил сигнал о помощи, поскольку по ул. < ... > стреляют из ружья.
Из показаний потерпевшего Б. следует, что Медведев, выйдя на лестничную площадку и увидев его за дверью квартиры, сразу навел ружье на него в область солнечного сплетения. Как пояснял потерпевший, по глазам Медведева было видно, что он находится в каком-то опьянении и намерен выстрелить в него. Понимая, что при выстреле в упор может наступить его смерть, он рукой отвел стволы ружья от своей груди в сторону и вниз, и одновременно с этим Медведев произвел выстрел, который пришелся ему в ноги. После чего, удерживая стволы обреза рукой, он спустил Медведева по лестнице на площадку между первым и вторым этажом, и только после этого они вдвоем упали, и Медведев сразу был задержан.
Согласно выводам баллистической экспертизы, невозможно производство выстрела из изъятого у Медведева обреза ружья без нажатия на спусковой крючок (в том числе при падении ружья на пол), что опровергает доводы о неосторожном производстве выстрела.
Выводы эксперта о механизме образования повреждений на форменных брюках Б. и заключения молекулярных экспертиз о принадлежности крови, обнаруженной на стене подъезда слева от входной двери в квартиру < ... > Б., подтверждают показания потерпевшего об обстоятельствах производства выстрела Медведевым.
Доводы о том, что различные физические данные осужденного и потерпевшего, исключают возможность наведения оружия в область груди потерпевшего и производства выстрела противоречат последовательным показаниям потерпевшего Б., признанным судом достоверными и показаниям свидетелей С., В., Щ. о том, что выстрел в подъезде предшествовал задержанию Медведева.
Из показаний потерпевшего Б., свидетелей С., В., Н., К., Щ., Ф., О., Р., С., Л., С. следует, что Медведев знал о прибытии сотрудников полиции, которые вели переговоры с ним с целью прекратить его действия, а он высказывал оскорбления в адрес полицейских. Перед тем, как выйти из квартиры, он высказывал в адрес сотрудников полиции угрозы убийством в случае попытки его задержания.
Эти события происходили в светлое время суток, все сотрудники полиции, в том числе, Б. находились в форменном обмундировании с отличительными знаками и нашивками "полиция", а поэтому, производя с близкого расстояния выстрел в сотрудника полиции, Медведев, как правильно указал суд, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде его смерти и желал их наступления, то есть действовал с прямым умыслом.
Однако, смерть Б. не наступила по независящим от Медведева обстоятельствам, так как потерпевший оказал активное сопротивление и руками опустил стволы обреза ружья вниз одновременно с выстрелом, который пришелся в область ног Б., причинив ему телесные повреждения в виде ран правого и левого бедра, левой голени, с которыми потерпевший был доставлен в медицинское учреждение, где ему своевременно была оказана медицинская помощь.
Действия Медведева, который с близкого расстояния произвел выстрел из ружья в сотрудника полиции Б., являющегося и представителем власти, осуществляющим в соответствии со своими полномочиями деятельность по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, с целью воспрепятствовать этой законной деятельности путем причинения Б. смерти, суд правильно квалифицировал по ст. 317 УК РФ.
Доводы осужденного о непроведении следственного эксперимента не могут являться основанием к отмене приговора и свидетельствовать о неполноте предварительного следствия, поскольку следователь как самостоятельное процессуальное лицо сам направляет ход расследования. Проведение следственного эксперимента в силу ст. 181 УПК РФ является правом, а не обязанностью следователя. Совокупность же собранных по делу доказательств опровергает доводы осужденного о том, что он не мог произвести выстрел при установленных судом обстоятельствах.
Доводы Медведева о временном расстройстве психики, несостоятельны.
Психическое состояние Медведева в момент и после совершения противоправных деяний, исследовалось экспертами. Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы Медведев в период, относящийся к инкриминируемым деяниям, каких-либо болезненных расстройств психической деятельности, в том числе временных, которые лишали бы его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не обнаруживал. Смешанное расстройство личности и поведения, обнаруженные у него и подробно описанные экспертами, не нарушало в момент совершения противоправных деяний и в настоящее время его способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.
Оснований сомневаться в выводах экспертов не имеется. С учетом этих данных суд обоснованно признал Медведева вменяемым.
За незаконное приобретение огнестрельного оружия Медведев не осужден, а поэтому отклонение судом ходатайства об истребовании анкетных данных сотрудников полиции и распечаток его телефонных переговоров не ставят под сомнение законность и обоснованность приговора.
За незаконное хранение огнестрельного оружия Медведев осужден обоснованно и действия его по ч. 1 ст. 222 УК РФ квалифицированы правильно.
При назначении наказания требования ст. ст. 60, 61 - 63 УК РФ судом выполнены. Суд правильно признал обстоятельством, отягчающим наказание, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, мотивировав свои выводы.
Назначение наказания является прерогативой суда, а поэтому отсутствие ссылки на данное отягчающее обстоятельство в обвинительном заключении, о чем указывает осужденный в апелляционной жалобе, не свидетельствует о нарушении судом положений ст. 252 УПК РФ.
Оснований для вывода о том, что назначенное наказание является чрезмерно суровым не имеется, поскольку судом учтены все обстоятельства, имеющие значение для определения вида и размера наказания.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.
В силу изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Новосибирского областного суда от 31 мая 2017 года в отношении Медведева М.В. оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.