ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 июля 2019 г. N 78-АПУ19-19СП
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего судьи Смирнова В.П.,
судей Земскова Е.Ю. и Сабурова Д.Э.
с участием осужденного Кокоева М.Т. (в режиме видеоконференц-связи), оправданного Габараева А.А., адвокатов Лунина Д.М., Поддубного С.В. и прокурора Луканиной Я.Н.
при ведении протокола секретарем Мамейчиком М.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Павлычевой Ю.А. на приговор Санкт-Петербургского городского суда от 28 февраля 2019 г., по которому
ГАБАРАЕВ Алан Александрович, < ... > ,
оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33 и п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления, с признанием за ним права на реабилитацию,
КОКОЕВ Мендик Тамазиевич, < ... > ,
осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы,
по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 2 годам лишения свободы,
а по совокупности преступлений, определяемой по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний - к 8 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено исчислять начало срока наказания Кокоева М.Т. с 28 февраля 2019 г., с зачетом в срок наказания времени нахождения его под стражей с 16 марта 2015 г. по 27 февраля 2019 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Смирнова В.П. о содержании приговора, существе апелляционного представления и дополнений к нему, выслушав мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Луканиной Я.Н., поддержавшей апелляционное представление, выступления оправданного Габараева А.А., осужденного Кокоева М.Т., адвоката Лунина Д.М. в защиту Габараева А.А., адвоката Поддубного С.В. в защиту Кокоева М.Т., полагавших апелляционное представление не подлежащим удовлетворению, Судебная коллегия
установила:
органами предварительного следствия Габараев А.А. обвинялся в организации умышленного убийства Г., а Кокоев М.Т. - в умышленном убийстве Г., совершенного в Санкт-Петербурге 22 декабря 2014 г. из корыстных побуждений и по найму. Кроме того Кокоеву М.Т. было предъявлено обвинение в незаконном приобретении, передаче, хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов.
На основании вердикта коллегии присяжных заседателей Кокоев М.Т. осужден за умышленное убийство Г., совершенное без отягчающих обстоятельств, и за незаконное приобретение, передачу, хранение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов; Габараев А.А. по предъявленному ему обвинению оправдан.
В апелляционном представлении государственного обвинителя Павлычевой Ю.А. и дополнениях к нему поставлен вопрос об отмене приговора в отношении Габараева А.А. и Кокоева М.Т. с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в ином составе суда, в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, выразившимися в следующем:
- вступительное заявление защитника Габараева А.А. - адвоката Федюшкина И.А., преследовало цель создать предубеждение у присяжных заседателей относительно наличия мотива у подсудимого и объективности следствия;
- на протяжении всего судебного следствия стороной защиты в присутствии присяжных заседателей неоднократно ставилась под сомнение допустимость предъявляемых им доказательств;
подсудимый Габараев А.А., свидетель со стороны защиты К. и потерпевшая Г. в ходе судебного следствия с места комментировали ответы свидетелей и ход судебного следствия. Кроме того, свидетели защиты и потерпевшая Г. неоднократно сообщали о месте работы своих родственников и родственников Кокоева М.Т., оказывая воздействие на присяжных;
несмотря на разъяснения председательствующего о недопустимости обсуждения в присутствии присяжных заседателей вопросов, касающихся коррупции, сторона защиты неоднократно поднимала эту тему. Кроме того свидетель К. и подсудимый Габараев А.А. сообщали факты, не имеющие отношения к данному уголовному делу;
- участники судебного разбирательства со стороны защиты доводили до сведения присяжных заседателей сведения о наличии доказательств, не исследованных в судебном заседании;
- выступая в судебных прениях, потерпевшая Г. ставила под сомнение объективность предварительного следствия и оспаривала допустимость исследованных доказательств, а адвокат Федюшкин И.А. довел до сведения присяжных заседателей данные о личности Габараева А.А.;
- за время всего судебного разбирательства потерпевшая Г., подсудимый Габараев А.А., адвокат Федюшкин И.А., свидетели защиты 36 раз останавливались председательствующим в связи с нарушением требований закона, касающихся особенностей рассмотрения уголовных дел с участием присяжных заседателей. В прениях сторон потерпевшая Г. останавливалась председательствующим 9 раз, а адвокат Федюшкин И.А. - 12 раз в связи с недопустимыми высказываниями и нарушениями закона.
Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и дополнений к нему, Судебная коллегия не нашла оснований для их удовлетворения по следующим мотивам.
Согласно ст. 389.25 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов (ч. 1); оправдательный приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, подлежит отмене, если при неясном и противоречивом вердикте председательствующий не указал присяжным заседателям на неясность и противоречивость вердикта и не предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист (ч. 2).
По настоящему уголовному делу перечисленные выше нарушения уголовно-процессуального закона допущены не были, тем более что доводы об ограничении права прокурора на представление доказательств, а также о противоречивости и неясности вердикта, апелляционное представление не содержит.
Что касается других юридически значимых обстоятельств рассмотрения судом настоящего дела и доводов апелляционного представления, то они выглядят следующим образом.
Настоящее уголовное дело рассмотрено судом с участием коллегии присяжных заседателей, законность избрания которой в целом и каждого присяжного заседателя в отдельности в апелляционном представлении не оспаривается, а как видно из протокола судебного заседания, формирование коллегии присяжных заседателей было проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в результате чего участники судебного разбирательства со стороны обвинения и со стороны защиты в полной мере реализовали свои права, предусмотренные ст. 328 УПК РФ (л.д. 78 - 108 т. 17).
В силу ч. 1 ст. 330 УПК РФ до приведения присяжных заседателей к присяге стороны вправе заявить, что вследствие особенностей рассматриваемого уголовного дела образованная коллегия присяжных заседателей в целом может оказаться неспособной вынести объективный вердикт и требовать ее роспуска. Данным правом никто из участников судебного разбирательства со стороны обвинения и со стороны защиты по настоящему уголовному делу не воспользовался (л.д. 108 т. 17).
Судебная коллегия не может согласиться с доводом апелляционного представления о том, что вступительное заявление адвоката Федюшкина И.А., преследовало цель создать предубеждение у присяжных заседателей относительно наличия у Габараева А.А. мотива совершения преступления, поскольку фраза: "Моего подзащитного обвиняют в заказном убийстве, что он, якобы зная, что его тетя оставила завещание несколько лет назад, решил завладеть ее имуществом и деньгами в сумме 2 000 000 рублей, нанял Кокоева с целью лишить ее жизни за те же 2 000 000 рублей", не содержит существенного расхождения с обвинением, предъявленным Габараеву А.А. и Кокоеву М.Т., - совершение преступления из корыстных побуждений и по найму, и по указанной выше сумме основывается на доказательствах, добытых органами предварительного следствия, в частности, на первоначальных показаниях Кокоева М.Т., которые были исследованы в ходе судебного следствия с участием присяжных заседателей. Кроме того, обращает на себя внимание мнение автора апелляционного представления, заявлявшего в судебных прениях буквально следующее: "Для установления их виновности совершенно не важно какую сумму обещал заплатить и заплатил Габараев, хоть 5 копеек... Сначала договорились за 1 300 000, потом сошлись на 2 000 000... Важен сам факт, что была договоренность убить за деньги..." (л.д. 173 т. 18).
Фразы, произнесенные адвокатом Федюшкиным И.А. и приведенные в апелляционном представлении: "Прокурором была оглашена позиция обвинения, она на протяжении всего следствия не менялась..."; "Я прошу вас внимательно анализировать представленные доказательства, поскольку дело расследовалось длительное время и тут даже для профессионалов тяжело", никак нельзя отнести к информации, содержащей негативную оценку предварительного следствия по настоящему уголовному делу.
Анализ протокола судебного заседания показывает, что с участием присяжных заседателей были исследованы все доказательства, на которых основывалось обвинение, а именно, были тщательно исследованы чистосердечные признания Кокоева М.Т. и Габараева А.А., а также их показания, данные в ходе предварительного следствия, показания потерпевшей Г. (племянницы Г. и сестры Габараева А.А.), показания свидетеля Б., Г., П., Т., композиционный портрет и протокол опознания Б. Кокоева М.Т., протокол осмотра места происшествия, заключения баллистических и медико-криминалистических экспертиз, заключение судебно-медицинской экспертизы о локализации и механизме образования телесных повреждений, обнаруженных на трупе Г., сведения о телефонных соединениях Габараева А.А. и Кокоева М.Т., а также другие сведения, добытые в ходе предварительного следствия.
Все ходатайства были разрешены председательствующим после их тщательного обсуждения со сторонами. Законные и обоснованные ходатайства председательствующий удовлетворил, отказ в удовлетворении других ходатайств - мотивировал.
В ходе судебного разбирательства председательствующий принимал меры к тому, чтобы до присяжных заседателей не была доведена недопустимая информация, а если такая информация все же до них доводилась, то в соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2005 г. N 23 "О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей" (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 мая 2018 г. N 11), он давал присяжным заседателям соответствующие разъяснения на этот счет, которые впоследствии напомнил в напутственном слове.
Так, после того как Габараев А.А. на вопрос своего защитника ответил, что он не подтверждает оглашенные государственным обвинителем показания, данные на допросе 17 марта 2015 г., поскольку они были "подписаны им вынужденно, в ночное время", председательствующий сразу же попросил присяжных заседателей удалиться из зала судебного заседания, после чего принял решение об удалении Габараева А.А. из зала судебного заседания до окончания судебных прений, а затем разъяснил возвратившимся в зал судебного заседания присяжным заседателям, что все доказательства, которые были представлены им, отвечают требованиям уголовно-процессуального закона и были получены без каких-либо нарушений. Допустимость доказательств была тщательно проверена судом в отсутствие присяжных заседателей, поэтому любые высказывания подсудимого Габараева А.А. и стороны защиты, прозвучавшие в судебном заседании, подвергающие сомнению представленные доказательства, являются голословными. В связи с чем председательствующий просил присяжных заседателей не учитывать данные высказывания при вынесении вердикта. Кроме того, председательствующий сообщил присяжным заседателям, что допрос Габараева А.А., действительно, производился в ночное время, но с согласия подсудимого, что не запрещено уголовно-процессуальным законом (л.д. 88 т. 18).
В напутственном слове председательствующий вновь разъяснил присяжным заседателям, что они не должны принимать во внимание и учитывать при вынесении вердикта:
- факт нахождения подсудимого Кокоева М.Т. под стражей (в отличие от подсудимого Габараева А.А.), а также факт удаления подсудимых из зала судебного заседания за допущенные процессуальные нарушения;
- сведения, касающиеся иной противоправной деятельности Габараева А.А. и Кокоева М.Т., не относящиеся к предъявленному им обвинению;
- комментарии, сделанные во время судебного заседания свидетелями, потерпевшей и подсудимыми, ссылки прокурора на личный опыт и упоминания адвокатов об обстоятельствах осуществления ими защиты Кокоева М.Т.;
- сведения, сообщенные в ходе прений адвокатом Федюшкиным И.А., о наличии иных доказательств по делу, которые якобы не были представлены;
- высказывания адвоката Федюшкина И.А. и подсудимого Габараева А.А. о предварительном следствии и государственном обвинителе, а также упоминания о наличии коррупционных связей в правоохранительных органах и органах власти;
- данные о личности подсудимых Габараева А.А. и Кокоева М.Т. (л.д. 245 - 250 т. 18).
Принимал председательствующий и другие меры реагирования к нарушителям судебного разбирательства, вплоть до их удаления из зала судебного заседания.
Несмотря на это, всем участникам судебного разбирательства по настоящему уголовному делу со стороны обвинения и со стороны защиты председательствующий предоставил возможность выступить перед присяжными заседателями в прениях, с репликами, а подсудимым еще и с последним словом.
Выступление государственного обвинителя Павлычевой Ю.А. в судебных прениях содержит подробный анализ доказательств, исследованных в судебном заседании, и развернутое обоснование своей позиции по делу, согласно которой виновность Габараева А.А. и Кокоева М.Т. доказана "со всей очевидностью" (л.д. 156 - 180 т. 18). Достаточно продолжительное время выступала государственный обвинитель Павлычева Ю.А. перед присяжными заседателями и с репликами после выступлений подсудимых и их защитников (л.д. 208 - 211 т. 18). При этом государственный обвинитель Павлычева Ю.А., в частности, обращала внимание присяжных заседателей на то, что "все доказательства, в том числе и протоколы допросов подсудимых на следствии, чистосердечные признания, которые... оглашались, получены с соблюдением Закона, ни одно из них председательствующий не разрешил бы... продемонстрировать или огласить, если бы имелись хоть малейшие нарушения прав подсудимых" (л.д. 172 т. 18).
Таким образом, председательствующим были предприняты исчерпывающие меры для принятия присяжными заседателями объективного и беспристрастного вердикта, в соответствии с данной ими клятвой, текст которой закреплен в ч. 1 ст. 332 УПК РФ.
Число снятых председательствующим вопросов, заданных участниками судебного разбирательства со стороны защиты, и число сделанных им замечаний, по мнению Судебной коллегии, само по себе не может служить показателем противоправного воздействия на присяжных заседателей. Тем более что председательствующий снимал вопросы и делал замечания по ходу всего процесса не только участникам судебного разбирательства со стороны защиты, но и участникам судебного разбирательства со стороны обвинения, в том числе государственному обвинителю (л.д. 2, 165, 166, 170, 175 т. 18).
Доводы апелляционного представления о том, что подсудимый Габараев А.А., свидетель К., потерпевшая Г., адвокат Федюшкин И.А. с места комментировали ответы свидетелей и ход судебного следствия, обсуждали вопросы, касающиеся коррупции, сообщали факты, не имеющие отношения к данному уголовному делу, делали заявления о наличии доказательств, не исследованных в судебном заседании, доводили до сведения присяжных заседателей сведения о личности Габараева А.А., не могут повлиять на оценку законности вынесенного по делу приговора, поскольку в представлении не указано, каким именно образом перечисленные выше действия некоторых участников судебного разбирательства повлияли на ответы присяжных заседателей, вынесших в отношении Кокоева М.Т. обвинительный, а в отношении Габараева А.А. - оправдательный вердикт.
Не указано в апелляционном представлении и о том, как следует реагировать председательствующему в случае совершения указанных выше действий некоторыми участниками судебного разбирательства при повторном рассмотрении дела судом по существу, помимо того как это было сделано в ходе состоявшегося рассмотрения дела и постановления обжалуемого приговора.
Кроме того, Судебная коллегия считает необходимым отметить, что по своему процессуальному статусу Г. являлась участником судебного разбирательства со стороны обвинения. Однако, видя, что на протяжении длительного времени данный участник выполняет не свойственную ему процессуальную функцию, государственным обвинением не были приняты меры к его замене другим лицом.
Вопросный лист по настоящему уголовному делу сформулирован председательствующим в соответствии со ст. 338 УПК РФ. Вопросы, подлежавшие разрешению присяжными заседателями, соответствуют требованиям ст. 339 УПК РФ. Они составлены с учетом обвинения, предъявленного органами предварительного следствия и поддержанного государственным обвинителем, результатов судебного следствия, прений сторон, после обсуждения их со сторонами, в ясных и понятных выражениях (л.д. 14 - 20 т. 19).
Напутственное слово, произнесенное председательствующим перед присяжными заседателями, соответствует требованиям ч. ч. 2 - 4 ст. 340 УПК РФ (л.д. 218 - 250 т. 18, л.д. 1 - 5 т. 19).
В силу ч. 6 ст. 340 УПК РФ стороны вправе заявить в судебном заседании возражения в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности. Возражения в порядке ч. 6 ст. 340 УПК РФ никто из участников судебного разбирательства по делу не заявил (л.д. 5 т. 19).
Приговор постановлен на основании вердикта и за его рамки не выходит.
Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Санкт-Петербургского городского суда от 28 февраля 2019 г. в отношении ГАБАРАЕВА Алана Александровича и КОКОЕВА Мендика Тамазиевича оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Павлычевой Ю.А. - без удовлетворения.