ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 23 апреля 2019 г. N 127-АПУ19-2
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Червоткина А.С.,
судей Кочиной И.Г., Сабурова Д.Э.,
с участием:
государственного обвинителя - прокурора Филимоновой С.Р.,
потерпевшей Б.
представителя потерпевших адвоката Чернова В.В.,
осужденных Басалаева Е.Ю. и Прокопенко Д.П.,
защитников - адвокатов Анпилоговой Р.Н. и Шинелевой Т.Н.,
при секретаре Димаковой Д.Н.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевших Б., Б., Б. и их представителя адвоката Чернова В.В., апелляционному представлению государственного обвинителя Логвиненко А.Н. на приговор Верховного Суда Республики Крым от 7 декабря 2018 года, которым
Басалаев Евгений Юрьевич, < ... > несудимый,
осужден по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре,
Прокопенко Дмитрий Павлович, < ... > несудимый,
осужден
по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год,
по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году лишения свободы,
на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, - к 9 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год, с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре.
В равных долях с каждого осужденного в пользу потерпевших Б., Б. Б. в возмещение морального вреда взыскан 1 200 000 рублей, по 400 000 рублей в пользу каждого.
Принято решение в отношении вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступления потерпевшей Б. и ее представителя адвоката Чернова В.В., просивших об увеличении компенсации морального вреда и усилении уголовного наказания, прокурора Филимоновой С.Р., поддержавшей апелляционное представление и частично апелляционные жалобы, возражения осужденных, Басалаева Е.Ю. и Прокопенко Д.П., адвокатов Анпилоговой Р.Н. и Шинелевой Т.Н. против доводов апелляционных жалоб и апелляционного представления, Судебная коллегия
установила:
Басалаев Е.Ю. и Прокопенко Д.П. осуждены за убийство, совершенное группой лиц, Прокопенко Д.П., кроме того, за грабеж.
Преступления совершены в с. Журавлевка Симферопольского района Республики Крым при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
Потерпевшие Б. Б., Б. и их представитель адвокат Чернов В.В. в апелляционных жалобах выражают несогласие с приговором, полагая, что осужденным назначено чрезмерно мягкое наказание.
По их мнению, выводы суда о том, что осужденные частично признали вину в совершении преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку Басалаев и Прокопенко признали себя виновными не по предъявленному обвинению, а в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Таким образом, неправильно установив факт частичного признания вины, суд необоснованно признал данное обстоятельство в качестве смягчающего наказание. Считают, что суд необоснованно признал смягчающим обстоятельством и активное способствование осужденными раскрытию и расследованию преступлений, поскольку они не предоставили органу расследования информации, имеющей значение для дела. В отношении обоих осужденных суд неправомерно учел наличие иждивенцев, поскольку данное обстоятельство не подтверждается материалами дела.
Считают, что суд необоснованно исключил из объема предъявленного осужденным обвинения квалифицирующий признак убийства с особой жестокостью, поскольку наличие у убитого множества повреждений жизненно важных органов, нанесение их в течение длительного промежутка времени, применение для достижения результата строительной пены и съемка происходящего на фотокамеру мобильного телефона свидетельствуют о наличии у Басалаева и Прокопенко умысла на убийство Б. с особой жестокостью.
Считают, что суд необоснованно не отнес к числу недопустимых доказательств явки с повинной Басалаева и Прокопенко, признав их смягчающим наказание обстоятельством, поскольку они не являлись добровольными, а были написаны после задержания под тяжестью улик, когда органы следствия располагали сведениями о преступлении, что следует из времени составления протокола осмотра места происшествия, получения объяснений от Прокопенко и допроса Басалаева. Более того, считают, что Прокопенко в явке излагает неправдивую информацию о том, что труп Б. был обнаружен утром 7 октября 2017 года, в то время как согласно фотографий, сделанных на мобильный телефон Басалаева, о смерти своей жертвы осужденным было известно гораздо раньше.
Полагают, что суд необоснованно не признал обстоятельствами, отягчающими наказание осужденных, совершение преступлений в состоянии алкогольного опьянения, с мучениями для потерпевшего, наступление тяжких последствий для потерпевших в виде причинения неизгладимого морального вреда.
По мнению потерпевших, суд должен был учесть при назначении наказания и факт фотографирования осужденными своей жертвы, непринятие мер к заглаживанию вины и возмещению вреда, привлечение их ранее к уголовной ответственности, то, что Прокопенко был не трудоустроен, а также, что в отличие от осужденных потерпевший к ответственности не привлекался, проходил службу в органах внутренних дел.
Авторы жалобы указывают на то, что размер компенсации морального вреда, взысканной в пользу потерпевших, является заниженным по сравнению с теми нравственными страданиями, которые они испытали в связи со смертью Б. Полагают, что при определении размера компенсации суд не учел в полной мере характер данных страданий и обстоятельства преступления.
Указывают на нарушение прав потерпевшей Б. тем, что она не была признана потерпевшей в период расследования преступления, а после наделения ее таким статусом в суде, уголовное дело не было возвращено прокурору. Обе потерпевшие и адвокат Чернов указывают на то, что им не была предоставлена возможность ознакомиться с материалами уголовного дела, в том числе с телефоном, на который осужденный фотографировали жертву.
На основании изложенного Б. совместно с представителем просит приговор отменить и уголовное дело направить на новое рассмотрение, Б., Б. и их представитель - назначить осужденным более строгое наказание и удовлетворить их иски в полном объеме.
Государственный обвинитель Логвиненко А.Н. в апелляционном представлении, не оспаривая правильность установления судом фактических обстоятельств дела, считает приговор несправедливым и подлежащим изменению ввиду чрезмерной мягкости назначенного осужденным наказания.
Полагает, что при назначении наказания суд не учел в должной мере тяжесть и конкретные обстоятельства преступления, в частности, способ его совершения, заключающийся в том, что осужденные длительно и жестоко, более 3 часов, избивали потерпевшего руками, ногами и различными предметами, нанеся не менее 27 ударов, а затем заполнили полость его рта монтажной пеной.
Суд не учел показания коменданта общежития К., которая характеризовала Прокопенко и Басалаева как лиц употребляющих спиртные напитки, в состоянии опьянения конфликтующих между собой, а потерпевшего Б. - как человека спокойного, неконфликтного, пояснила, что в состоянии алкогольного опьянения она его не видела. Считает, что при наличии таких показаний свидетеля К., показаний свидетелей Ч. и Л. вызывающем поведении осужденных во время проживания в общежитии и злоупотреблении ими спиртными напитками, суд необоснованно не учел данное обстоятельство при назначении наказания.
На основании изложенного просит усилить наказание каждому из осужденных до 13 лет лишения свободы.
Осужденные Басалаев Е.Ю. и Прокопенко Д.П., адвокаты Фенько Е.В. и Емельянов С.А. в их интересах возражают против изменения или отмены приговора.
При этом адвокат Фенько считает, что назначенное Басалаеву наказание в полной мере соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного им преступления, а также данным о его личности, который был трудоустроен, характеризуется положительно, имеет мать, страдающую рядом заболеваний, вину в нанесении телесных повреждений Б. признал, явился с повинной, давал последовательные изобличающие его и Прокопенко показания, чем активно способствовал раскрытию и расследованию преступления. Полагает, что суд обоснованно снизил размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу потерпевших поскольку никто из них с ним совместно с убитым не проживал, на иждивении у него не находился, общее хозяйство с ним не вел.
Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и в апелляционном представлении, возражения на них, проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, Судебная коллегия приходит к следующему.
Выводы суда о виновности Басалаева Е.Ю. и Прокопенко Д.П. в совершении преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются исследованными судом доказательствами, приведенными в приговоре, в том числе показаниями осужденных, данными как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, в которых они не отрицали факт избиения Б. и причинения ему телесных повреждений, образующих сочетанную тупую травму груди и живота, от которой наступила смерть потерпевшего, однако утверждали, что не имели умысла на его убийство. Данные доводы осужденных суд обоснованно отверг, как не нашедшие своего подтверждения, а действия каждого квалифицировал по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Давая юридическую оценку действиям осужденных, суд обоснованно учел большое количество ударов, нанесенных каждым из них в область жизненно важных органов потерпевшего, а именно, в грудь, живот, значительную силу ударов, результатом которых явились переломанные ребра, разрывы печени, селезенки и легких. Об умысле на убийство свидетельствует, как правильно, указано судом, и поведение осужденных. Так, из исследованных показаний Прокопенко в качестве подозреваемого следует, что они пинали потерпевшего до тех пор, пока тот не перестал двигаться. Когда потерпевший попытался выползти из комнаты, то есть спастись, Басалаев, увидев это, нанес ему пластиковым и масляным обогревателями несколько ударов по туловищу и голове, после чего Б. уже не смог передвигаться, но еще стонал. Тогда Басалаев заполнил полость рта потерпевшего монтажной пеной. Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы смерть Б. наступила от тупой сочетанной травмы живота и груди в течение 30-60 минут после ее причинения.
Таким образом, установленные судом фактические обстоятельства дела подтверждают правильность выводов относительно квалификации действий осужденных в отношении потерпевшего Б. как убийство, совершенное группой лиц.
Из обвинительного заключения следует, что каждый из осужденных обвинялся в убийстве с особой жестокостью, которая связывалась с введением монтажной пены в рот потерпевшего с целью ограничить доступ воздуха в дыхательные пути. Вместе с тем, из заключений судебно-медицинских экспертиз следует, что дыхательный просвет монтажной пеной был не закрыт. Следовательно, если Б. находился в сознании, его дыханию пена не препятствовала. Учитывая изложенное, а также то, что осужденным не вменялось проявление особой жестокости при совершении иных действий против потерпевшего, суд обоснованно исключил из предъявленного обвинения квалифицирующий признак особой жестокости убийства, предусмотренный п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ, как не нашедший своего подтверждения.
Квалификация действий Прокопенко Д.П. по ч. 1 ст. 161 УК РФ является правильной и сторонами не оспаривается.
Вопреки доводам жалоб в ходе судопроизводства нарушения прав потерпевшей стороны допущено не было.
Согласно ч. 8 ст. 42 УПК РФ по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего, переходят к одному из его близких родственников.
Следуя данным положениям закона Б., дочь погибшего, обоснованно была признана потерпевшей в ходе предварительного следствия. Б. и ее представитель адвокат Чернов В.В. были своевременно уведомлены об окончании расследования дела и им предоставлена возможность для ознакомления с его материалами. При этом Б. от ознакомления с делом отказалась, а адвокат Чернов В.В. дело изучил, осматривать вещественные доказательства отказался (т. 5 л.д. 95 - 97). У суда не было необходимости признавать потерпевшими по делу Б. и Б. При этом они не были бы лишены возможности реализовать свои права в качестве гражданских истцов после вынесения приговора в порядке гражданского судопроизводства. Тем не менее, в ходе судебного следствия суд допустил их к участию в деле в качестве потерпевших и гражданских истцов, ознакомив с материалами дела и протоколом судебного заседания. Дополнительно с материалами дела ознакомился и адвокат Чернов В.В. (т. 6 л.д. 69 - 71, т. 7 л.д. 27 - 35). При таких обстоятельствах нет оснований полагать, что право потерпевших и их представителя на ознакомление с материалами дела и на участие в судопроизводстве было нарушено.
Не свидетельствует о нарушении прав и непредоставление для просмотра адвокату Чернову В.В. диска с файлами, приобщенного к протоколу осмотра телефона, выданного Басалаевым, поскольку все файлы с фотографиями избитого Б. имеющиеся на диске, распечатаны на бумажный носитель и приобщены к этому же протоколу (т. 1 л.д. 70 - 77). Как следует из материалов дела с протоколом осмотра телефона и приложением к нему в виде фотографий адвокат неоднократно знакомился.
Суд в полной мере исследовав данные о личности Прокопенко Д.П. и Басалаева Е.Ю., о состоянии их здоровья, оценив поведение в период судопроизводства, заключения психолого-психиатрических экспертиз, сделал правильный вывод о том, что каждый из них является вменяемым и должен нести ответственность за содеянное.
Судебная коллегия не может согласиться с доводами жалоб о том, что суд при вынесении приговора не учел данные о личности потерпевшего, поскольку они были исследованы и приняты судом во внимание.
В качестве данных о личности осужденных судом правильно установлено отсутствие у них судимостей, поскольку они погашены. Согласно ч. 6 ст. 86 УК РФ погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом, связанные с судимостью. Следовательно, факт отбывания каждым из них уголовного наказания также не подлежит учету при вынесении приговора.
Вопреки доводам жалобы суд правильно установил, что оба осужденных до задержания были трудоустроены (т. 5 л.д. 59 - 69), положительно характеризовались по месту жительства, а Прокопенко и по месту работы (т. 3 л.д. 215, т. 4 л.д. 155, 170, 171, т. 6 л.д. 214), наличие у осужденных хронических заболеваний (т. 4 л.д. 169, т. 2 л.д. 212, т. 7 л.д. 21), наличие на иждивении у Прокопенко Д.П. малолетних детей, супруги осуществляющей уход за его малолетними детьми (т. 4 л.д. 155, 172 - 177), а также престарелой матери, наличие на иждивении у Басалаева Е.Ю. престарелой матери имеющей хроническое заболевание (т. 7 л.д. 6 - 9). Суд признал данные обстоятельства в качестве смягчающих наказание осужденных, что не противоречит положениям ч. 2 ст. 61 УК РФ.
Судом также правильно установлены и обоснованно признаны обстоятельствами, смягчающими наказание, признание осужденным Прокопенко вины в совершении хищения, частичное признание обоими осужденными вины в совершении убийства и раскаяние в содеянном, активное способствование обоими раскрытию и расследованию убийства Б. и хищения у него имущества.
Несогласие осужденных с квалификацией их действий как убийства не влияет на судебную оценку их поведения после совершения преступления и отношения их к содеянному как обстоятельств, смягчающих наказание, поскольку и Басалаев, и Прокопенко давали подробные показания о содеянном, в том числе и о действиях соисполнителя, подтвердили их в ходе очной ставки, продемонстрировали при проверке показаний на месте, при этом сообщенная осужденными информация о конкретных обстоятельствах преступлений являлась важной для их раскрытия и расследования.
Оснований для признания отягчающими наказание таких обстоятельств как совершение убийства с мучениями для жертвы, наступление тяжких последствий для родственников убитого не имеется, поскольку они судом не установлены. И напротив, судом установлено, что осужденные фотографировали свою жертву, причинили и не возместили потерпевшим моральный вред, однако в силу ст. 63 УК РФ данные обстоятельства не относятся к разряду отягчающих наказание.
Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.
Согласно ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ являются недопустимыми и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 УПК РФ, среди которых перечислены обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.
Судом, обстоятельствами, смягчающими наказание каждого из осужденных признаны их явки с повинной.
Согласно ст. 142 УПК РФ явка с повинной - это добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении.
В соответствии с ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ лицам, участвующим в производстве процессуальных действий при проверке сообщения о преступлении, разъясняются их права и обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом, и обеспечивается возможность осуществления этих прав в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы, в том числе права не свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен пунктом 4 статьи 5 настоящего Кодекса, пользоваться услугами адвоката, а также приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа в порядке, установленном главой 16 настоящего Кодекса.
Следовательно, допустимость явки с повинной предполагает, что она должна быть дана добровольно, после разъяснения лицу положений, предусмотренные ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ и содержать информацию о преступлении.
Поскольку явки с повинной Басалаева и Прокопенко (т. 1 л.д. 119, 124) не положены в основу приговора в качестве доказательств, оснований для проверки соблюдения положений ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ при их написании не имеется.
Для признания явки в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, имеют значение иные критерии ее допустимости - это добровольность и информативность, которые и оспариваются потерпевшими и их представителем.
Из содержания явок с повинной Басалаева и Прокопенко следует, что они содержат информацию о преступлении и лицах его совершивших.
Чтобы сделать вывод об обстоятельствах написания явок необходимо обратиться к показаниям Басалаева и Прокопенко в качестве подозреваемых (т. 3 л.д. 103 - 108, т. 4 л.д. 12 - 15), согласно которым утром 7 октября они, убедившись в смерти Б., поехали за советом к своему работодателю Б. в г. Симферополь, после чего Басалаев возвратился в Журавлевку и сразу явился в полицию, где сообщил об обстоятельствах нанесения потерпевшему телесных повреждений и хищения у него денежных средств, а Прокопенко отказался обратиться в правоохранительные органы и остался в г. Симферополе, а затем решил скрыться и уехал в г. Ялту, где и был задержан по подозрению в совершении преступлений.
Свидетель Б. подтвердил факт обращения к нему Басалаева и Прокопенко утром 7 октября 2017 года. Пояснил, что он порекомендовал им обратиться в полицию, на что Басалаев согласился и вместе с ним поехал в с. Журавлевку, где пришел в полицию и рассказал о случившемся, а Прокопенко с ними не поехал (т. 2 л.д. 39 - 40).
Из изложенного следует, что в отношении явки с повинной Басалаева судом принято правильное решение, поскольку вышеуказанными доказательствами подтверждается, что она дана добровольно.
Вместе с тем, Прокопенко написал явку с повинной после задержания по подозрению в совершении преступления, когда правоохранительные органы, в том числе и на основании сообщения Басалаева, располагали сведениями о преступлениях, их исполнителях и обстоятельствах совершения.
Следовательно, у суда не имелось оснований для признания явки с повинной Прокопенко добровольной и содержащей информацию, имеющую оперативное значение.
При таких обстоятельствах явку с повинной Прокопенко следует исключить из числа обстоятельств, смягчающих его наказание.
Суд правильно установил факт совершения Басалаевым и Прокопенко преступлений в состоянии алкогольного опьянения, однако не усмотрел взаимосвязи такого состояния осужденных с их преступным поведением, полагая, что доказательств тому стороной обвинения не представлено.
Судебная коллегия находит данный вывод суда не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, поскольку он сделан без учета показаний осужденных и свидетелей, которые были предметом исследования.
Так, из показаний Басалаева и Прокопенко в качестве подозреваемых (т. 3 л.д. 103 - 108, т. 4 л.д. 12 - 15) следует, что 6 октября 2017 года они с 11 часов на протяжении всего дня распивали пиво, вино и водку. Конфликт с потерпевшим Б., его избиение и убийство произошло в ходе распития спиртного из-за незначительного повода. В ответ осужденные избили его до смерти, заполнили рот монтажной пеной и сняли происходящее на фотокамеру.
Из характеристик осужденных по месту жительства и по месту работы (до приезда их с. Журавлевку) следует, что спиртным они не злоупотребляли и в трезвом виде агрессии не проявляли.
Вместе с тем, за время проживания в Журавлевке участковый уполномоченный характеризует обоих осужденных как склонных к злоупотреблению спиртными напитками.
Свидетели Ч., К. К. и Л. (л. 22, 32, 40, 43 протокола, т. 2 л.д. 52 - 55) пояснили, что осужденные, проживая в общежитии, каждый выходной или вечерами употребляли алкоголь, при этом вели себя шумно, конфликтовали как между собой, так и с другими жильцами, Прокопенко проявлял вспыльчивость характера, однажды применил насилие к напарнику Л.
Вышеприведенные доказательства свидетельствуют о том, что агрессивность поведения и неадекватность реакций присуща осужденным, когда они находятся в состоянии алкогольного опьянения.
Принимая во внимание незначительность повода для совершения преступлений со стороны потерпевшего Б. и ответную явно неадекватную реакцию на него осужденных Судебная коллегия приходит к выводу, что их поведение было обусловлено, в том числе, и нахождением в состоянии алкогольного опьянения.
При таких обстоятельствах на основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ совершение преступлений Басалаевым и Прокопенко в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, следует признать обстоятельством, отягчающим их наказание.
В связи с исключением явки с повинной Прокопенко из числа обстоятельств, смягчающих его наказание, и признанием обстоятельством, отягчающим наказание обоих осужденных, совершения ими преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, назначенное осужденным основное наказание за совершенные преступления подлежит усилению. Оснований для усиления дополнительного наказания не усматривается.
При решении вопроса о наказании Судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, характер, степень и значение фактического участия каждого из осужденных в совершении убийства, установленные судом данные о личности осужденных и обстоятельства, смягчающие наказание, каждого из них за исключением явки с повинной Прокопенко, отягчающее обстоятельство, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.
В связи с установлением обстоятельства, отягчающего наказание осужденных, оснований для применения ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 161 УК РФ, не имеется.
Неприменение в отношении осужденных положений ч. 6 ст. 15 и ст. 64 УК РФ судом мотивировано, оснований не согласиться с приведенными мотивами не имеется.
Заслуживают внимания и доводы потерпевших о несоразмерности компенсации морального вреда, взысканного в их пользу, характеру нравственных страданий, причиненных смертью Б.
Принимая решение по гражданскому иску, суд снизил размер компенсации морального вреда, взысканной в пользу каждого из потерпевших до 400 000 рублей.
Вместе с тем, с учетом характера нравственных страданий каждого из потерпевших, обусловленных потерей родного человека и обстоятельствами его гибели, учитывая сложившиеся на практике критерии разумности и справедливости, Судебная коллегия считает возможным увеличить размер компенсации морального вреда, взысканной в пользу потерпевших.
Таким образом, апелляционное представление, апелляционные жалобы потерпевших и их представителя подлежат частичному удовлетворению, а приговор - изменению ввиду допущенных судом нарушений, предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного Суда Республики Крым от 7 декабря 2018 года в отношении Басалаева Евгения Юрьевича и Прокопенко Дмитрия Павловича изменить:
исключить явку с повинной Прокопенко Д.П. из числа обстоятельств, смягчающих его наказание;
признать обстоятельством, отягчающим наказание Басалаева Е.Ю. и Прокопенко Д.П., совершение ими преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя;
усилить наказание, назначенное Басалаеву Е.Ю. по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ до 11 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год, с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре;
усилить наказание, назначенное Прокопенко Д.П. по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ до 11 лет 6 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, по ч. 1 ст. 161 УК РФ - до 1 года 2 месяцев лишения свободы,
на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить Прокопенко Д.П. 12 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год, с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре;
увеличить размер компенсации морального вреда, взысканной в равных долях с осужденных в пользу потерпевших Б. Б. Б. до 500 000 рублей в пользу каждого.
В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Логвиненко А.Н., апелляционные жалобы потерпевших Б. Б. Б. и их представителя адвоката Чернова В.В., - без удовлетворения.