ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 8 августа 2019 г. N 20-АПУ19-9сп
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего - Безуглого Н.П.
судей - Червоткина А.С., Сабурова Д.Э.
при секретаре - Димаковой Д.Н.
с участием государственного обвинителя - прокурора Абрамовой З.Л.,
защитника - адвоката Гусейновой Б.А.,
рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Билалова Ш.Б. на приговор Верховного Суда Республики Дагестан от 1 апреля 2019 года с участием коллегии присяжных заседателей, которым
Асхабов Шарапудин Османасхабович, < ... > , несудимый;
оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 и п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на основании вердикта коллегии присяжных заседателей за непричастностью к совершению преступлений.
Органом предварительного расследования Асхабов обвинялся в совершении разбоя и убийстве гражданина КНР Ф. группой лиц по предварительному сговору с А. при изложенных в обвинительном заключении обстоятельствах.
Вердиктом коллегии присяжных заседателей признана недоказанной причастность Асхабова к инкриминируемым преступлениям.
Заслушав доклад судьи Сабурова Д.Э., выступления адвоката Гусейновой Б.А. в защиту Асхабова Ш.О., мнение прокурора Абрамовой З.Л., поддержавшей доводы апелляционного представления, Судебная коллегия
установила:
в апелляционном представлении и дополнении к нему государственный обвинитель Билалов Ш.Б. полагает приговор подлежащим отмене ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Указывает, что стороной защиты, в том числе самим Асхабовым, как в ходе его допроса (протокол с/з л.д. 59, 67), так и на протяжении прений сторон (л.д. 108 - 111 протокола с/з) допускались высказывания о методах и качестве работы правоохранительных органов по расследованию и раскрытию преступлений, давалась критическая оценка, в том числе и о якобы примененных в отношении Асхабова пытках, о недопустимости исследованных доказательств.
В ходе судебного заседания об оказанном давлении и пытках заявлял и свидетель А. после оглашения его показаний (л.д. 50 протокола с/з).
В ходе таких высказываний свидетелем ему были сделаны неоднократные замечания, на которые тот не реагировал.
Однако в связи с такими высказываниями председательствующий к присяжным не обратился, не разъяснил, чтобы они не принимали их во внимание и не учитывали при принятии решения по делу.
Полагает, что, несмотря на высказываемые судом замечания, их частота, а также неразъяснение присяжным, чтобы они не принимали во внимание заявления А. о пытках, несомненно, повлияло, на решение присяжных заседателей и вызвало у них предубеждение относительно законности привлечения Асхабова к ответственности и его виновности в предъявленном обвинении.
Допущенные, по мнению автора представления, нарушения привели к вынесению незаконного вердикта и постановлению на основании него неправосудного приговора, который подлежит отмене.
В возражениях на апелляционное представление оправданный Асхабов Ш.О. просит приговор оставить без изменения.
Проверив материалы дела, доводы апелляционного представления и возражений, Судебная коллегия полагает приговор в отношении Асхабова законным и обоснованным.
Согласно ст. 389.27 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием коллегии присяжных заседателей, являются основания, предусмотренные пунктами 2 - 4 статьи 389.15 Кодекса: существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора.
Оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей в силу положения ч. 1 ст. 389.25 УПК РФ, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничил право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов.
Дело рассмотрено законным составом коллегии присяжных заседателей, которая была сформирована с соблюдением требований ст. 328 УПК РФ.
Замечаний по поводу процесса формирования коллегии присяжных заседателей и заявлений о ее роспуске ввиду тенденциозности состава коллегии не поступало (т. 7 л.д. 96 - 119).
Какие-либо данные, свидетельствующие о незаконном воздействии на присяжных заседателей заинтересованными в исходе дела лицами, в материалах дела отсутствуют.
Судебное следствие проведено с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, их полномочиями, установленными ст. 334 УПК РФ.
Действия председательствующего по ведению судебного следствия осуществлялись в рамках процессуальных полномочий, предоставленных ему ст. 335 УПК РФ.
В ходе судебного разбирательства исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства.
Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на вынесение вердикта коллегией присяжных заседателей и постановление судом законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.
Сторона обвинения не была ограничена в праве и возможности представления доказательств, участия в исследовании доказательств стороны защиты.
Присяжным заседателям были представлены все доказательства стороны обвинения, подлежащие исследованию в соответствии с их компетенцией. При этом, как следует из протокола судебного заседания, судом были предприняты все необходимые меры для обеспечения представления стороне обвинения своих доказательств.
Все заявленные сторонами ходатайства разрешены председательствующим по делу в установленном законом порядке и данные о необъективности председательствующего по делу, его предвзятости или заинтересованности в исходе дела отсутствуют. Он своевременно в необходимых случаях останавливал стороны, предупреждал их, отводил и снимал вопросы, не подлежащие выяснению с участием присяжных заседателей.
Вопреки доводам представления после заявления свидетелем А. о вынужденности своих признательных показаний в ходе предварительного расследования председательствующий остановил его и предупредил о недопустимости таких высказываний, одновременно обратившись к присяжным заседателям не принимать сказанное во внимание и не учитывать при вынесении вердикта.
При этом, такое заявление свидетеля было однократным, а не многократным, как указывается в представлении. Замечаний ему также было сделано не многократно, а единственный раз, после чего по окончании допроса свидетель с согласия сторон и с разрешения председательствующего оставил зал судебного заседания (т. 7 л.д. 136).
Аналогичным образом был остановлен и Асхабов, когда попытался довести до присяжных заседателей информацию об обстоятельствах своего допроса (т. 7 л.д. 145, 155, 158).
Не оставались без реагирования суда и допускаемые адвокатом Гусейновой Б.А. нарушения при выступлении в прениях.
В напутственном слове председательствующий вновь прямо указал, чтобы присяжные заседатели не принимали во внимание те или иные высказывания сторон, их поведение, высказанные замечания. Напомнил содержание исследованных доказательств сторон, обращая внимание на заключение эксперта об отсутствии у Асхабова каких-либо телесных повреждений.
Возражений в связи с содержанием напутственного слова по мотиву нарушения председательствующим по делу принципа объективности и беспристрастности государственный обвинитель не заявлял (т. 7 л.д. 200 - 201).
Характер допущенных стороной защиты Асхабова нарушений, на которые своевременно и должным образом реагировал председательствующий, не свидетельствует об умышленности оказания стороной защиты незаконного воздействия на коллегию присяжных заседателей.
В этой связи оснований полагать, что на присяжных было оказано незаконное воздействие, на которое ссылается сторона обвинения, что судебное разбирательство проведено с нарушением предусмотренных законом требований, не имеется.
Вопросный лист и вердикт коллегии присяжных заседателей соответствуют требованиям ст. ст. 339, 343 УПК РФ, а содержание напутственного слова председательствующего - требованиям части 3 ст. 340 УПК РФ.
Процедура вынесения присяжными заседателями вердикта соблюдена. Поставленные вопросы не требовали собственно юридической оценки при вынесении присяжными своего вердикта.
Приговор суда постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о недоказанности вины Асхабова.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции были приняты исчерпывающие меры по созданию необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, ограждению присяжных заседателей от какого-либо незаконного воздействия и обеспечению объективности и беспристрастности коллегии присяжных заседателей и вынесенного ими вердикта, а доводы, приведенные в апелляционном представлении и дополнении, не могут быть признаны заслуживающими внимания.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного Суда Республики Дагестан с участием коллегии присяжных заседателей от 1 апреля 2019 года в отношении Асхабова Шарапудина Османасхабовича оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Билалова Ш.Б. - без удовлетворения.