ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 6 августа 2019 г. N 48-АПУ19-23
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего судьи Ситникова Ю.В.,
судей Земскова Е.Ю. и Шмотиковой С.А.
при участии осужденных Чупахина А.М. и Черникова В.В., защитников - адвокатов Воскобоева И.В. и Артеменко Л.Н., прокурора Тереховой С.П., секретаря судебного заседания Сарвилиной Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Чупахина А.М. и адвоката Воскобоева И.В. в его защиту на приговор Челябинского областного суда от 29 апреля 2019 года, по которому
Чупахин Андрей Михайлович, < ... > , несудимый,
осужден по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 14 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год 6 месяцев в виде обязанности и ограничений из числа предусмотренных ст. 53 УК РФ.
Этот же приговор в отношении осужденного Черникова В.В. не обжалован.
Заслушав доклад судьи Ситникова Ю.В., выступление осужденных Чупахина А.М., Черникова В.В., защитников Воскобоева И.В., Артеменко Л.Н., прокурора Тереховой С.П., Судебная коллегия
установила:
согласно приговору Чупахин А.М. и Черников В.В. признаны виновными и осуждены за убийство К. группой лиц. Преступление совершено 5 июля 2018 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Воскобоев И.В. считает, что назначенное Чупахину А.М. наказание является чрезмерно суровым и несправедливым, поскольку судом не были в полной мере учтены смягчающие наказание обстоятельства, а также мнение потерпевшей К., которая просила строго не наказывать осужденного. Просит приговор отменить и направить уголовное дело для производства предварительного расследования.
В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный Чупахин А.М. считает вынесенный приговор незаконным, необоснованным и несправедливым.
Утверждает, что у него отсутствовал умысел на убийство потерпевшего, в выводах суда имеются противоречия относительно мотива совершения преступления, количества нанесенных травматических воздействий, времени и причины наступления смерти потерпевшего.
По мнению осужденного, судебно-медицинская экспертиза < ... > от 5 октября 2018 года является недопустимым доказательством, поскольку следователем были нарушены требования УПК РФ при ее назначении, в связи с чем, необходимо проведение повторной экспертизы.
Отмечает, что судом не приняты во внимание результаты его психофизиологического исследования с применением полиграфа < ... > .
Ссылается на недостоверность и недопустимость протокола осмотра места происшествия и трупа от 8 июля 2018 года, протокола осмотра места происшествия от 9 июля 2018 года ввиду отсутствия понятых при проведении данных следственных действий, а также протокола осмотра места происшествия от 13 июля 2018 года, протокола осмотра вещественных доказательств ввиду неверного указания в нем размеров орудия преступления.
Считает, что свидетель Ч. его оговорила; суд необоснованно критически оценил его показания и показания осужденного Черникова В.В., данные ими в судебном заседании; положенные в основу приговора показания осужденных были получены в ходе предварительного следствия с нарушением закона, так как при допросах в качестве подозреваемых 9 июля 2018 года они находились в состоянии опьянения, показания давали под давлением сотрудников полиции, при этом в протоколах указан текст, аналогичный их объяснениям от 8 июля 2018 года, которые даны в отсутствие адвокатов. Судом не приняты во внимание показания свидетелей Ч., Ч. о допущенной фальсификации их показаний сотрудниками полиции.
Оспаривает выводы суда о признании отягчающим наказание обстоятельством - совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения. По своему психическому состоянию он не мог в полной мере осознавать характер, общественную опасность своих действий и руководить ими, а выводы экспертов в заключении < ... > об обратном считает недостоверными.
Полагает, что суд должным образом не учел смягчающие обстоятельства, в том числе ходатайство о смягчении наказания от жителей Еленинского поселения и потерпевшей.
По мнению осужденного, нарушено его право на защиту тем, что адвокат Васильев С.П. формально осуществлял свои полномочия в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, следственный изолятор он не посещал; не заявлял ходатайства о вызове свидетелей защиты; не оспаривал доказательства обвинения; не представлял доказательства, подтверждающие версию стороны защиты; отсутствовал в судебном заседании при провозглашении приговора.
Полагает, что в судебном заседании были допрошены не все свидетели, показания которых могли иметь существенное значение при вынесении приговора.
По мнению осужденного в протоколе судебного заседания показания допрошенных лиц искажены и отражены не в полном объеме, на что им поданы замечания, которые были удовлетворены только в части исправления технических ошибок и опечаток.
Просит приговор отменить и возвратить уголовное дело прокурору.
Государственным обвинителем Кузьминой О.В. представлены письменные возражения на доводы апелляционных жалоб.
Проверив материалы дела, обсудив доводы сторон, Судебная коллегия находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым.
Виновность осужденного Чупахина А.М. в совершении убийства К. группой лиц подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, содержание которых подробно изложено в приговоре.
Так, из показаний осужденных Чупахина А.М. и Черникова В.В. при допросах в качестве подозреваемых и обвиняемых, при проверке показаний Черникова В.В. на месте, следует, что каждый из них принимал участие в избиении К., удары по туловищу, голове и шее наносили руками и ногами, деревянной палкой, а когда вывезли потерпевшего в лес - металлическим ломом (монтировкой).
В ходе судебного разбирательства осужденные не отрицали, что от их действий наступила смерть потерпевшего. При этом суд обоснованно критически оценил их показания в части меньшего количества нанесенных потерпевшему ударов, роли каждого в совершении преступления, отсутствии у них умысла на убийство К., оставление его на месте происшествия живым, как противоречащие совокупности собранных доказательств и установленным фактическим обстоятельствам дела.
Оснований сомневаться в достоверности и допустимости показаний Чупахина А.М. в ходе предварительного следствия не имелось, поскольку показания он давал в условиях, исключающих какое-либо незаконное воздействие на него, с соблюдением требований закона, в присутствии защитника, с разъяснением ему всех прав, в том числе права не свидетельствовать против себя. Замечания, в том числе относительно плохого самочувствия допрашиваемого, невозможности давать показания либо их вынужденности из-за недозволенных методов ведения следствия, не поступали. Ссылка о копировании объяснений в протоколе допроса от 9 июля 2018 года не ставит под сомнение допустимость данного доказательства, поскольку следователь самостоятелен в технических способах изготовления процессуальных документов.
Показания Чупахина А.М. и Черникова В.В. о конкретных обстоятельствах причинения смерти потерпевшему, в том числе о механизме и локализации телесных повреждений, использовании для их нанесения деревянной палки и металлического лома, о действиях по сокрытию трупа подтверждаются иными доказательствами. Так, в протоколах осмотра места происшествия зафиксированы орудия преступления; следы крови; обнаружение трупа К. с признаками насильственной смерти и гнилостными изменениями под искусственно созданной горой хвойных веток на участке местности в 3-х км к северо-западу от п. Новокаолиновый Карталинского района Челябинской области; согласно заключению эксперта < ... > в соскобе с бампера автомобиля, на фрагменте резинового шланга из багажника автомобиля и ломе найдена кровь К.
Показания свидетелей Ч. и Ч., которые они также давали в ходе предварительного следствия, были получены в соответствии с требованиями закона и по фактическим обстоятельствам соотносились с первоначальными показаниями осужденных. Последующее изменение ими своих показаний справедливо оценено как желание родителей смягчить ответственность своего сына.
Отсутствовали основания и для критической оценки показаний свидетеля Ч., которой Чупахин А.М. сообщил о совершенном убийстве.
Вопреки доводам осужденного, оснований для признания протоколов осмотра места происшествия от 8, 9 и 13 июля 2018 года, протокола осмотра вещественных доказательств от 25 сентября 2018 года недопустимыми доказательствами у суда не имелось. Следственные действия проводились в соответствии с положениями ст. 176, 177 УПК РФ, с участием понятых, с разъяснением участвующим лицам их процессуальных прав. Составленные по итогам протоколы соответствуют требованиям ст. 166 УПК РФ. О правильности отражения в протоколах имеющих значение для дела результатов проведенных осмотров свидетельствует отсутствие замечаний и заявлений, как со стороны понятых, так и со стороны лиц, участвовавших в осмотрах (т. 1, л.д. 34 - 43, 44 - 50, 60 - 68, 69 - 75, 131 - 138).
Несвоевременное ознакомление Чупахина А.М. с постановлением о назначении экспертизы не может свидетельствовать о недопустимости заключения проведенной судебно-медицинской экспертизы от 5 октября 2018 года < ... > , поскольку он не был лишен возможности в дальнейшем реализовать свои права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ.
В заключениях экспертов от 5 октября 2018 года < ... > , от 22 января 2019 года < ... > отсутствовали сомнения и неясности, требующие устранения путем назначения повторной экспертизы.
Указанные экспертизы проведены в соответствии с требованиями закона, заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, а потому суд обоснованно признал их достоверными и допустимыми доказательствами.
По заключению судебно-медицинской экспертизы < ... > от 5 октября 2018 года и дополнительному заключению судебно-медицинского эксперта от 22 января 2019 года < ... > , причиной смерти потерпевшего могла явиться как в равной степени самостоятельно каждая, так и в совокупности, тупая травма головы и тупая травма шеи. Не исключена вероятность нанесения осужденными большего количества травматических воздействий, повлекших образование обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений, среди которых были выявлены:
тупая травма головы, включающая три ушибленные раны затылочной области головы с кровоизлияниями в мягкие ткани; многооскольчатый перелом свода черепа в затылочной области, линейный перелом в области правой верхнечелюстной кости, полный поперечный локальный перелом в области левой ветки нижней челюсти;
тупая травма шеи, включающая неполный поперечный разрыв (перелом) верхнего правого рога щитовидного хряща гортани на уровне его основания разгибательного характера и полный поперечный разрыв дуги перстневидного хряща справа.
Суд обоснованно указал, что на выводы о виновности осужденных не влияет оглашенное стороной защиты экспертное заключение < ... > , поскольку Уголовно-процессуальный кодекс РФ не предусматривает законодательной возможности применения полиграфа в уголовном процессе. Данный вид экспертиз является результатом опроса с применением полиграфа, регистрирующего психофизиологические реакции на какой-либо вопрос, и не может рассматриваться в качестве надлежащего доказательства, соответствующего требованиям ст. 74 УПК РФ. Данные использования полиграфа при проверке достоверности показаний подсудимого не являются доказательством. Осужденный Чупахин А.М. непосредственно был допрошен в судебном заседании, оценка его показаний относится к компетенции суда.
Об умысле осужденных на убийство потерпевшего К. свидетельствуют характер и локализация причиненных ими повреждений, повлекших помимо прочего, полное разрушение заднего мозгового и лицевого отделов черепа на многочисленные фрагменты и мелкие отломки (не менее 11), их количество, использование, в том числе, орудий для нанесения повреждений - палки и лома, поведение осужденных после содеянного, направленное на сокрытие следов преступления.
Противоречий в выводах суда относительно мотива совершения преступления, количества травматических воздействий, времени и причины наступления смерти потерпевшего, не усматривается.
Все собранные по делу доказательства суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ.
Действия Чупахина А.М. п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицированы правильно. Совершение преступления группой лиц нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, поскольку действия каждого из осужденных носили целенаправленный, совместный и взаимодополняющий друг друга характер.
Психическое состояние Чупахина А.М. было проверено судом. Согласно заключению, данному по результатам проведенной судебно-психиатрической экспертизы, Чупахин А.М. обнаруживал признаки психического расстройства в форме психических и поведенческих расстройств в результате употребления алкоголя, синдрома зависимости, но мог в момент совершения преступления и в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в момент совершения деяния находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Поэтому он правильно признан вменяемым. Оснований ставить под сомнение выводы экспертов у суда не имелось ввиду отсутствия нарушений, влекущих признание указанного заключения недопустимым доказательством.
Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273 - 291 УПК РФ. Принципы состязательности, всесторонности, полноты и объективности судом соблюдены. Сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. Ходатайства, заявленные в ходе судебного разбирательства, разрешены судом в соответствии со ст. 271 УПК РФ. При этом отказы суда в удовлетворении некоторых ходатайств осужденного не свидетельствует о допущенных судом нарушениях уголовно-процессуального закона и прав осужденного на защиту. Довод осужденного о том, что его защитник - адвокат Васильев С.П. по соглашению ненадлежащим образом осуществлял его защиту, объективными данными не подтвержден. Чупахин не отказывался от услуг защитника и не сообщал суду данных о ненадлежащем осуществлении адвокатом его защиты. Как усматривается из протокола судебного заседания, адвокат защищал Чупахина всеми не запрещенными законом средствами и способами, поддерживал его позицию, заявлял ходатайства, выступал в прениях сторон. При этом факт его отсутствия в судебном заседании при провозглашении приговора был согласован с осужденным Чупахиным А.М., который против этого не возражал.
Утверждение осужденного о том, что судом были допрошены не все свидетели, показания которых могли иметь существенное значение при вынесении приговора, опровергается согласием сторон закончить судебное следствие и отсутствием ходатайств о дополнении судебного следствия.
Протокол судебного заседания, с учетом частично удостоверенных замечаний, отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ. Оснований для признания постановления, вынесенного по результатам рассмотрения замечаний, незаконным и необоснованным не установлено.
Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43 и 60 УК РФ. При определении вида наказания и его срока суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности Чупахина А.М., смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние наказания на его исправление и условия жизни его семьи.
Смягчающими обстоятельствами, в том числе и указанными в апелляционных жалобах, суд признал отсутствие у Чупахина А.М. судимостей, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений родителям погибшего, наличие малолетних детей, состояние здоровья его и его близких родственников, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию соучастника, противоправное поведение потерпевшего, который повредил осужденному палец, что послужило поводом для совершения преступления.
В качестве отягчающего наказание обстоятельства обоснованно признано совершение Чупахиным А.М. преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. При этом, вопреки мнению осужденного, выводы суда убедительно мотивированы в приговоре в соответствии с п. 1.1 ст. 63 УК РФ.
Суд не связан позицией сторон, соседей, близких и знакомых осужденного при назначении наказания, определении его вида и размера.
Обстоятельства, существенно снижающие степень общественной опасности совершенного преступления или личности осужденного, для применения ч. 6 ст. 15, ст. 64, 73 УК РФ, не установлены, в приговоре в этой части приведены мотивы, оснований не согласиться с которыми не имеется.
Таким образом, назначенное осужденному Чупахину А.М. наказание чрезмерно суровым не является и оснований для его смягчения Судебная коллегия не находит.
Нарушений норм уголовно-процессуального и уголовного закона, влекущих отмену или изменение приговора, не имеется.
Отсутствуют также предусмотренные законом основания для пересмотра приговора в отношении Черникова В.В., который не обжаловал его.
Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Челябинского областного суда от 29 апреля 2019 года в отношении Чупахина Андрея Михайловича оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.